Ловцы жемчуга 🔞

Машина Кристобаля, въехала в кованные ворота Палаццо, что были гостеприимно распахнуты в ожидании спешащих на именины. Доносились звуки музыки, приглашённых музыкантов, что разместились в прекрасном саду. Кристобаль почти приник к окну в восхищении: изощрённой рукой мастера, каркас центральной арки, изобиловал золоченными акантами и валютами. Центр, горделиво венчал, родовой герб. Кое-где, в замысловатом рисунке кованных вензелей створок и боковых решёток, словно желая им подражать, вплетала свои лианы, вечнозеленая пассифлора. Вместе со стефанотисом и мадагаскарским жасмином, они образовали живую изгородь. Воздух, ненавязчиво как хороший парфюм, наполнял аромат мирта и розовых кустов. Мелодично играл своими струями фонтан, по центру внутреннего дворика. Он разбрызгивал веселые капли, как гость - рис на свадьбе. Те отскакивали от каменных плит, остужая, нагретый за день ветер. Просторное Палаццо, выстроенное в барочном стиле, с первых секунд, оказывало подавляющее воздействие на созерцающего, своей роскошью. Длинные обходные галереи, опоясывали его фасад. Белокаменные пилястры и наличники больших окон, щедро украшали горельефы из растительного орнамента и замысловатых фигурок. Вековые головы мифических существ, цвета речного перламутра, смотрели с потолочных барельефов, надменно и испытующе. Казалось заранее решив, что гость едва ли достоин переступить порог их святилища. Когда-то, Кристобаль уже испытывал похожее чувство... Когда был никому не известным найденышем, продюсерской компании и робко крался за парочкой стилистов и менеджером, по лощеным плиткам дорогого бутика, всем телом ощущая свою неуместность здесь и собственное несоответствие миру элитарных благ... - В чем дело? Вы как-будто растеряны - участливо осведомилась синьора Ла Роза, что встретила его машину, вместе с мужем. - Знаете, в подобных Королевских интерьерах, пожалуй ожидают выступления первых голосов Ла Скала, а не поп-исполнителей. - Так и было бы, встречай моя дочь своё шестидесятилетие! - усмехнулся и подмигнул жене, синьор Ла Роза - а пока этому зародившемуся бутону, только шестнадцать! И он запустит нам именинным тортом в головы, устрой мы из её дня рождения, концерт для пенсионеров. Нет! Сегодня её праздник и она без ума от Вашего творчества! Как впрочем и почти вся наша молодёжь. Восемнадцатилетний долговязый мальчишка - старший брат именинницы, плелся за ними и с любопытством рассматривал парня с плакатов, взглядом исподлобья с нависающей чёлкой. На словах отца, о том, что почти вся итальянская молодежь, в восторге от Кристобаля, он засунул руки в карманы и начал осматривать кроны деревьев, давая понять, что себя относит к той части, что размещается в допущении - "почти". - Вы верно слушаете другие стили? - миролюбиво поинтересовался Кристобаль. - Он у нас любит эти звуки преисподней, что грозили разорвать перепонки всем домашним, пока я не догадался купить ему наушники! - Рок! - уточнил юноша и добавил то, что очевидно мучило его, пока он терпеливо слушал светскую болтовню родителей с гостем: - Не понимаю! У Вас отличный голос! Сильный! И диапазон подходящий, а Вы в холостую тратите его на песенки вполсилы! Окажись я на Вашем месте, исполнял бы глэм-рок! - Очень неучтиво Чиро! - заметила ему укоризненно синьора Ла Роза. - Всё в порядке - успокоил её Кристобаль - ты возможно прав, но видишь ли, это бизнес и я работаю в нём не один. Как ты понимаешь, я лишен права принимать единоличные решения. Да и публике, перемены могут прийтись не по вкусу. Она привыкла ко мне в определенном образе и хочет видеть, и готова оплачивать, именно его! - Очень трезвый и разумный взгляд - отметил сеньор Ла Роза. Чиро, понимающе покачал головой, оценив искренность и простоту ответа. Но всё же непокорно мотнул челкой: - Когда о нас узнают, я ни за что не допущу, чтобы менеджер диктовал нам что играть! На вопросительный взгляд, он поспешно пояснил: - Мы сколотили группу с приятелями и играем в одном из прибрежных складов - там акустика хорошая! - может заглянете к нам на репетицию завтра? - Чиро! - синьор Ла Роза посмотрел на сына - Конечно! - принял приглашение гость - Мне любопытно! Если у вас имеются демо, я мог бы показать их кое-каким людям, интересующимся новыми лицами в этом направлении. - Вот видишь! - почти взвизгнул восторженно долговязый - уставившись на отца и вернув Кристобалю взгляд, переменишийся с подростковой спесивости на одобрительно-товарищеский. Главная персона, в чью честь расцветал это тёплый вечер, должна была вот-вот прибыть. А пока гости съезжались и оживленно беседовали, собираясь в маленькие группки у столиков с напитками. Но теперь, внимание Кристобаля приковал один единственный, что стоял теперь спиной к ним и возвышался над прочими, запустив одну руку в карман брюк, длинных стройных ног. До Кристобаля долетали звуки голоса Чиро, четы Ла Роза и людского роя из гостей, но внимание, уже полностью захватил объект. Сердце начало колотиться так дико, что он невольным жестом, прижал руку к груди. Опасаясь, что оно таки вырвется на волю и поскачет по мозаичным плитам, как игрушка на заводном механизме. -Не могли бы Вы сказать, что это за человек, стоит возле Поллет..? - спросил он у сеньоры Ла Роза, не сомневаясь впрочем в своём зрении и зная ответ наверняка. Однако, то что он услышал, совершенно поразило его: - Это Ферранте ДиСтефано, сын наших друзей. Мы находимся в их фамильном Палаццо. Они часто предоставляют его для торжеств близким, а также для творческих вечеров и светских событий. -Вы в этом уверены..? Имя этого человека - Ферранте Ди Стефано..?! Как давно Вы знакомы? Чета Ла Роза не сговариваясь, удивлённо посмотрела на него: - Это совершенно точно, Фердинанд Анджело Амате Балтасару Ди Стефано. А знакомы мы - сеньор Ла Роза принялся вычислять в уме и переглянулись с женой - с тех пор, как присутствовали на его крестинах. И размером он был, с эту бутылку! - он указал на официанта, бесшумно скользящего мимо, с Chateau Lafite в магнуме и бокалами. - Да я вас сейчас представлю! - он направился к тому, подхватив Кристобаля за талию. Тот в свою очередь, подхватил за талию, бокал у удаляющегося официанта. И не в силах опомниться от происходящего, опрокинул в себя его содержимое до дна! - как магический элексир смелости. - Поллет! - синьор Ла Роза, поцеловал её руку. - Ферранте, я хочу представить тебе, нашего гостя. Тот неспешно развернулся и... замер. Он знал, что за гость будет на этом празднике и казалось его не застать врасплох... Он нервно ожидал его появления от самого своего приезда, внешне оставаясь оплотом спокойствия. Только взгляд, бегающих поверх голов глаз, высматривающих макушку в блестящих завитках, цвета липового мёда - выдавал волнение. Ещё недавно, он был полон решимости, поднять из праха собственное самоуважение. Отплатить той же монетой! - равнодушно поприветствовав и не замечая Кристобаля, весь вечер! Таков был план. Но они не виделись вечность... Теперь невыносимо захотелось, чтобы все окружающие исчезли... Хотя бы на краткие мгновения! - оставив их стоять вдвоем, среди отблесков золотистых цехинов в хрустале люстр и ароматов сада, что разносил по зале, тёплый ветер. Познакомившихся заново. Для того, чтобы больше не расставаться, вспоминая в интимных разговорах: «это было самое ужасное время, это было самое прекрасное время - дни веры, дни безверия, пора света, пора тьмы, весна надежд, стужа отчаяния» Только это была история не целой эпохи, что описывал Диккенс. Это была их собственная история. История любви двоих людей, из разных миров, создавших свой собственный. Кристобаль же, смотрел и смотрел на него, подобно естествоиспытателю, которому явилось приведение, прямо посреди лаборатории, нарушив в его голове, всю стройную цепочку научных обоснований, допущений и вероятностей. Готовый поверить, что последние несколько минут, были галлюцинацией и он очнётся на полу, выяснив, что его постиг тепловой удар! - он всё же протянул руку для пожатия. - Ах! Меня опередили. Ну вот вы и познакомились! - из-за его спины показался знакомый титулованный сосед. - Ты знаешь - обратился он к сыну - мы познакомились раньше и я прочитал этому молодому невеже, который посмел назвать вино, соком прокисших ягод - предлинную назидательную лекцию в классическом стиле, старого доставалы! Так что, думаю он будет теперь старательно избегать всё наше семейство, до самого окончания пребывания на острове! - Что Вы сеньор, это было, очень познавательно... - В самом деле?! Тогда ждём тебя в гости завтра же! А пока - общайтесь! У молодых, всегда найдутся общие темы, так ведь? - и он подмигнув Кристобалю, затем хлопнув по плечам обоих, отправился поприветствовать вновь прибывших. - Так значит, Вас зовут... Ферранте? Ферранте Ди Стефано? Ферранте ответил на пожатие, задержав ладонь в свой, чуть дольше положенного по этикету и вопреки собственному плану: - Во всяком случае, так записано в моём свидетельстве, что выдал муниципалитет коммуны, в день моего рождения - не понимая природы его растерянности, как можно прохладнее ответил Ферранте. Изо всех сил, стараясь сохранять выражение на лице, блефующего в покере, он раздумывал: зачем Кристобалю, понадобилось разыгрывает теперь недоумение, если они давно проехали эту остановку?! Он ведь всё выяснил, ещё в прошедшем году! Угрожал судом, а затем и вовсе, предал забвению, само его существование. К ним, рассекая толпу, преисполненный достоинства, плыл прелат Виторио. Уже издалека, вцепившись мелкими водянисто-голубыми старческими глазками в призывного кроя, декольте Поллет. Ферранте, склонился к её уху и насмешливо процитировал строчку из Тартюфа: - Прикрой нагую грудь. Сей приоткрыв предмет, ты пролагаешь путь греховным помыслам и вожделеньям грязным... Та рассмеялась. Прелат, раскланялся со всеми, разглядев наконец Кристобаля и мгновенно переменив объект внимания. Он принялся перечислять все благотворительные акты, в которых бескорыстно, как приличествует истинному войну Христову, участвовал весь этот год. Он расхваливал выбор именинницы, элегантно подведя разговор, что и сам не чужд современным течениям в музыке и танцах. И с удовольствием оказывает покровительство, некоторым молодым артистам Италии. Разумеется не преследуя никаких иных целей, кроме служения: - Это омерзительно, как я полагаю - использовать своё положение в таком деле, как покровительство! Это просто дискредитирует и делает вульгарными всех нас - кто искренне помогает служителям искусства. - Полностью с Вами согласен! - горячо отозвался Кристобаль. - Мой мальчик, неужели и Вам довелось стать жертвой подобной нечистоплотности? - возмущенно вопрошал прелат. - Одному хорошо знакомому мне человеку - довелось. - А что же собственно ужасного с ним произошло?! - не выдержал Ферранте, в упор глядя на него и опустошив уже четвертый бокал, всего за час.



- К этому человеку, вошли в доверие. Стали другом! - назвавшись другим именем и поступив на службу под видом телохранителя - отчеканил Кристобаль выдержав взгляд и в свою очередь с вызовом, уставившись, своими блестящими глазами на Ферранте. Теперь они смотрели друг на друга, как два кучера, что не могут разъехаться на узкой дороге, ожидая, что уступит другой - Подумать только! Поступил в охрану, чтобы получить круглосуточный доступ хм... к телу! Негодяй! - у прелата загорелись глазки. Очевидно такой сюжет, заставил всколыхнуться, застоявшееся болото его пошлых фантазий. - Значит он помогал из собственного кошелька, карьере знакомого Вам человека... И даже решился побыть стражем и лакеем на побегушках, лишь бы стать тому другом? - поинтересовался Ферранте участливо у Кристобаля - это поистине ужасно! - Вы согласны? - обратился он, теперь уже к присутствующим дамам. - И вовсе не ужасно. Скорее прекрасно! - возразила Поллет. - И очень романтично! - выдохнула мечтательно её подруга похожая на какаду, увешанного гарнитуром из аметистов. - Но у него - начал было Кристобаль - Но?! - перебила его та, почти негодуя - В наше циничное время это кажется сказкой! - А на подобные ухаживания, может толкнуть лишь настоящее чувство! - добавила со знанием дела Поллет. - Не обнаруживать своих хлопот о предмете чувств, заботиться, назвавшись другим именем, чтобы заслужить шанс как - она замешкалась, подбирая слово - как простой смертный! Это тысячу раз прекрасно и романтично без всяких но! - заключила мадам-какаду безапелляционно, восторженно позвякивая камнями. Ферранте, бросил взгляд на покрасневшего Кристобаля, будто разложив перед противником флеш-роял: - Я вернусь в общую залу, с вашего позволения - извинился Ферранте и проследовал сквозь толпу. Прилипчивого прелата, Слава Богу увела какая-то не менее прилипчивая дама, в крупных бриллиантах в ушах. Поллет в очередной раз, заметив знакомых, сделав в толпу приветственный жест упорхнула вместе с подругой-какаду, что явно перечитала романов! А Кристобаля, властно захватила, явившаяся наконец именинница с друзьями! Вечер заметно оживился и перестал быть похожим, на великосветские сборище из нафталиновых представителей. Молодежь заполнила собой двор и сад. Музыкантов сменили современные ритмы, что крутил теперь приехавший ди-джей. Кристобаль вошёл в роль и самозабвенно пел, умудряясь одновременно кружить именинницу в объятиях! А та сияла, как нестабильный изотоп водорода, который дает радиоактивное свечение, источая бета-частицы! К ним присоединялись другие, и все неслись теперь, в бешеном хороводе всеобщего веселья. И все, являли собой, живое воплощение "Танца" Карпо, что украшал фасад Парижской оперы. Отличаясь от той экспрессии, одновременно невинности и эротизма, застывших в эшайонском мраморе, лишь блеском живых красок на свежих щеках, в волосах и одеждах. Да смехом, разносившемся по всем уголкам Палаццо! Аличе, не отпускала своего гостя ни на минуту, верно решив, что его купили для неё - как плюшевого медведя в подарок! Но наконец, настроения переменились, с первыми тактами медленной баллады и её парень, вступил в права, уведя её в сверкающую залу, танцевать. Кристобаль, удостоверившись что взгляд синих глаз, проследил его путь - нырнул в одну из тёмных галерей, а затем в ближайшую приоткрытую комнату с выходом в сад. Теперь его не нужно было уговаривать выслушать! Теперь он сам жаждал объяснений! В нервическом ознобе, он всё же приоткрыл окно, глубоко вдохнув и раскрыв пару пуговиц у ворота рубашки. «Я так много думал о тебе, что увидев на Карнавале, решил, что ты мне чудишься... » «К чему было устраивать весь этот спектакль? Телохранитель Гленн Теннот! Это в конце концов жутко! - когда кто-то таким вот образом, вторгается в твою жизнь! Ты мог бы, просто попросить нас представить, а не водить меня за нос! » «Разумеется мог бы! Нас бы представили. А затем, меня неизбежно унесло бурным потоком всех прочих: представленных до и представленных после!» Любопытный небесный кристалл, тонкой дугой, показался из-за тучи. Словно преданный фанат, пришедший на очередное выступление, он приготовился наблюдать, усевшись на небосводе как в театральной ложе. «Вокруг тебя, мелькали десятки сотен людей, мне казалось тебя и до кровати сопровождает почётный экскорт! К тому же... Я не мог рисковать фамилией, оказывая знаки внимания открыто, как это делают всё пары в мире. Неужели ты не в состоянии понять? Она вроде как и не принадлежит мне полностью! Понимаешь? Вот как твоя, которая стала частью продюсерского проекта. Моя стала подобной таковой, вместе с моим рождением. Я поставил бы под удар семью... Кроме того, я даже не представлял толком, могу ли рассчитывать хоть на что-то. Ты ведь встречался с моделями! Я был просто рад, оказаться наконец рядом, хоть это и было порой мучением... » «А как же твоя невеста..? Это было просто непорядочной игрой... Ты стал ценностью для меня. Я так боялся тебя потерять, что даже стал желать этого поскорее! Мне не верилось. Всё было слишком идеально, а значит, было недолговечно... И после того, как это наконец случилось, всё виделось мне совершенно искажённым. Я, словно бы смотрел, сквозь стекла оранжереи Поллет! Знаешь, взгляд сквозь кусочки расстекловки ручной работы не может быть ясным, вся их поверхность в извилистых преломлениях, разводах и картина за ними, совершенно, совершенно иная... Я решил, что ты обыкновенный авантюрист. Чем ещё было объяснить двойную жизнь человека, что работает твоим охранником? » «Еще до того, как ты наорал на меня в трубку, я разорвал помолвку! Но к нам я всегда относился серьезно! Всегда! Даже когда мы существовали, лишь в моих мечтах...» Кристобаль почти ощутил аромат древесного лосьона от гладко выбритых скул. Он пьянил как и раньше, поднимаясь в мозг пузырьками шампанского. Увы! Этот диалог крутился лишь в его голове. Кроме Кристобаля, в комнате по прежнему не было никого... Едва ли Гленн... О Господи! - Ферранте! - не смог его найти! Кристобаль не менял парфюм годами и тот не раз восхищался выбором аромата. А сегодня от волнения, он вылил на себя столько Royal by Houbigant, что даже провались он в арктическую расщелину, спасатели легко разыскали бы его по стойкому шлейфу. Нет. Он просто не пошел за ним. Ему действительно плевать... В дверь из сада, вошли. Высокая женщина, встала в полутени от портьеры, но он узнал её и повернулся в ожидании не произнеся ни слова. Казалось она собирается с мыслями: - Нам не нужно представляться друг другу верно? Тогда перейду сразу к делу. Мой муж, пригласил Вас в наш дом. У него больное сердце и мы оберегаем его. Анджело пребывает в счастливом неведении, относительно ваших... отношений. Я желала бы присоединиться в этом к нему. Но увы! - мне всё известно. Она наконец покинула своё убежище и подойдя к нему, ласково взяла его руку в свою. Продолжив дальше проникновенно и по матерински: - Я не имею намерения Вас обидеть. Вы симпатичны мне. Но всё это изначально было недопустимым и странным... А теперь, вовсе приняло нелепый оборот. Конечно мой сын упрям и горяч, а Вы сделались для него, чем-то вроде коана - предмета медитации! Или наваждения... Но даже он, оставит наконец свои порочные желания, не получив от Вас поощрения. Вы разумны и добры, Вы не искатель богатых покровителей, значит легко войдете в наше положение родителей. Она прошлась по комнате и снова повернулась к нему: - А потому, посетите нас и дайте понять ему, своим ровным и холодным поведением, что между вами далее, быть ничего не может. А затем уезжайте! Как и собирались и забудьте всё произошедшее, Бога ради дорогой Кристобаль. Она вышла так же, как и вошла, приехав очевидно, именно к нему. И не имея праздничного настроения, удалилась незаметно для прочих. Музыка и голоса в парадном зале, тем временем стихли. По паркету застучала пара быстрых, женских туфель. Дверь распахнулась и в нее заглянула Поллет: - Вот ты где! Я уже с ног сбилась! Что ты тут прячешься в одиночестве?! У тебя здесь что, тайное свидание? Сейчас будут выносить торт, ты должен петь поздравление, скорей же, скорей!!! Остаток вечера, от Кристобаля снова не отходила Аличе. Он отлично изображал вовлеченность в общее оживление, лучезарная улыбка не сходила с лица. Он старался больше не искать взглядом, одного из гостей и вобще забыть, о его присутствии. Только тоска, притаившись за ресницами серо-зеленых глаз, выдавала его реальные чувства.