Во власти тьмы

Три года спустя. Утро во французском поместье Малфоев начиналось с тишины. Вдалеке слышался шелест листвы виноградников, едва колыхаемых прохладным прованским ветром. Лучи утреннего солнца пробивались сквозь полупрозрачные занавеси и ложились на темное дерево антикварной мебели, выкрашенной в вино-коричневых тонах. Поместье, унаследованное Драко по линии старшего пра-прадеда, стояло в отдалении от шумных деревень, скрытое заклинаниями и густыми рощами. Малфой проснулся рано, как всегда. Его сон давно стал поверхностным, будто внутри не утихала тревога, несмотря на внешнюю стабильность. Он сел на край кровати, провел рукой по лицу и прошел в мраморную ванную. Холодный душ вернул его к реальности — такой, какой она была теперь. В зеркале отражался мужчина: черты стали резче, в глазах — тяжелая сосредоточенность. Он не пытался избавиться от нее. Наоборот — сделал своим инструментом. Он оделся в темно-серую рубашку, жилет цвета вороньего крыла, застегнул серебряные запонки и поверх накинул плащ из плотной ткани. На завтрак его ждал привычный ритуал: чашка крепкого черного кофе без сахара, немного хлеба с сыром, варенье из лаванды и свежая газета. На обложке — вновь его имя. Драко Малфой: Чёрный Щит Министерства. Три года назад он сбежал. От прошлого, от боли, от неё. Он никому не рассказывал деталей. Лишь поселился здесь, в тени виноградных лоз и громоздких башен, и с головой ушел в работу. Во французском Министерстве магии он стал ведущим сотрудником Отдела по особым делам — специализирующимся на поимке опасных темных магов. Его репутация, опыт, хладнокровие и… владение запрещенной магией сделали его незаменимым. Он получил редкое, почти беспрецедентное разрешение на использование темных заклинаний в боевых операциях. Он не искал одобрения. Он делал свою работу безукоризненно. За три года с его помощью обезврежено более сорока магов-изгоев. Несколько — особо опасные. Пятеро были бывшими Пожирателями смерти, скрывавшимися под чужими именами. Все они не успели даже вытащить палочки. Слухи о его методах ходили среди коллег как легенды. Одни боялись, другие восхищались. Но никто не осмеливался оспаривать его авторитет. Его досье хранилось в запертом архиве, под двумя печатями: «Конфиденциально» и «Не раскрывать до особого распоряжения.» Он стал одиночкой — на работе и вне ее. Вечера проводил с книгами и письмами от матери. Ему не нужно было ничего, кроме заданий и тишины. Он сидел на темной кухне, погруженный в мысли. За окном расплывался легкий туман. Все было как обычно. Но сегодня воздух дрожал от чего-то нового. Он чувствовал это, ещё не зная, что именно произойдет. Из кухни, где над чашкой уже остывавшего кофе все ещё витали остатки размышлений, мужчина поднялся и вышел на каменную террасу. Из-под плаща он достал палочку, и через секунду его силуэт растворился в воздухе, оставив за собой лишь легкий хлопок и вихрь пыльцы лаванды. Он трансгрессировал в старинное здание Министерства магии Франции — спрятанное в глубине Парижа, среди исторических зданий Латинского квартала, маскируемое как библиотека философии XVII века. Внутри — широкие коридоры с арками, зеркальными окнами и парящими лампами. Все пронизано дисциплиной и таинственностью. Коллеги, заметив его появление, молча кивнули — с уважением. Он прошел вдоль галереи, минуя отделы, где за письменными столами кипела работа, и остановился у массивной двери из темного дуба с золотой табличкой: Ministre de la Sécurité Magique Gabriel Mercier — Entrez, — раздался голос изнутри, прежде чем Драко успел постучать. Министр сидел за огромным письменным столом, увитым пергаментами, отчетами и магическими сферами. Он был мужчина в возрасте, с седыми висками и зорким взглядом. Когда Малфой вошел, он отложил все и встал. — Monsieur Malfoy, — произнес он с легкой улыбкой. — Садитесь. Мужчина кивнул и опустился в кресло напротив. — Вы уже знаете, конечно, — продолжил министр, сцепив руки. — Последнее дело завершено. Группа в Лионе обезврежена, лидера допросили. Мы бы не достигли этого без вас. Вы не просто сильнейший аврор в отделе, вы — опора нашей структуры. Мы сделали за три года с вами больше, чем сделали бы за десятилетие без вас, — он замолчал и посмотрел внимательно. — Вы никогда не просили отпуск. Не задавали вопросов. Не пропускали ни одной миссии. Но даже самым стойким нужны передышки. Поэтому, с сегодняшнего дня… у вас отпуск. На месяц. Драко чуть приподнял брови, но не стал спорить. Он просто кивнул. — Спасибо, месье министр. — Отдыхайте, Малфой. Иначе однажды вы просто исчезнете в тени своей же эффективности, — министр встал, протянув ему руку. — Vous l’avez bien mérité. Драко пожал руку и покинул кабинет. Он не был уверен, рад ли. Отпуск — это тишина без дела. Тишина, где могли вновь проснуться воспоминания. Но, пожалуй, он знал: этот момент все равно наступил бы. Днем он стоял у окна в гостиной поместья, вглядываясь в закат и медленно крутил в пальцах письмо, адресованное Блейзу. В нём была только одна фраза: Приезжай. Кажется, пора. Вечер опустился на французское поместье густым лиловым светом, отражаясь в оконных витражах и оставляя мягкие тени на дубовом полу. За окнами накрапывал тихий летний дождь, а в камине в гостиной уже потрескивали дрова — Драко зажег его сам, как делал каждую ночь в последние годы. Внезапно зазвучал камин — зеленое пламя вспыхнуло с легким вихрем, и из него вышел высокий, элегантный мужчина в темном плаще. — Драко, старик, ты как из романа вывалился. Только посмотри на себя, — Блейз Забини сбросил капюшон и огляделся с легкой усмешкой. — И дом у тебя как у призрака с хорошим вкусом. — Ты опоздал. На три года, — усмехнулся Малфой, поднимаясь с кресла и подходя к другу. Они обменялись короткими объятиями. Блейз прошелся по гостиной, провел пальцем по старинной раме с гравюрой, бросил взгляд на стопку документов, лежащую рядом с чашкой чая. — Ты все ещё работаешь даже в отпуске, да? — Плохая привычка. Но хуже — думать. — Ты всегда слишком много думал. Особенно с тех пор, как исчез, — Забини сел в кресло, удобно откинувшись. — Ты ведь даже с матерью не говорил по-настоящему все это время. Только письма. Без души. Малфой не ответил сразу. Он налил в бокал вина, затем — Блейзу. Присел в кресло напротив. Тишина между ними была не неловкой — просто густой, как ночь. — Я должен навестить ее, — наконец проговорил он. — Не могу продолжать так. Это неправильно. Я прятался. Даже от нее. — Ты прятался не от нее. А от себя. — мягко сказал Блейз. — Пора заканчивать. Драко кивнул. Он встал и направился вверх по лестнице. Через полчаса чемодан был собран. Аккуратный, старый, черный, с инициалами МЛФ, все так же служивший верой и правдой. Он спустился вниз, застегивая плащ. У двери, перед тем как уйти, Драко достал тонкую сигарету и закурил. Друг прищурился: — Ты куришь? — Три года, как живу тут, — отозвался мужчина, выдыхая дым. — А девушки? — Блейз взглянул искоса. — Никаких. Забил. Все было… не то. Работа, дом, работа. — Куда делся тот весельчак Малфой, что устраивал танцы на ужинах? Драко усмехнулся с усталостью: — Он где-то глубоко заперт. Забини вздохнул, хмыкнул и хлопнул его по плечу: — Он не заперт. Просто пыльный стал. Сдуем. А пока — вперед. Они вместе подошли к краю мощеного двора, и, не оглядываясь, трансгрессировали. В направлении Лондона. В сторону прошлого. И, может быть, чего-то нового. Густой лондонский воздух встретил их влажной прохладой и далеким шумом вечернего города. Переулки сияли в отсветах магических фонарей, пока Драко и Блейз не дошли до входа в отель. Он располагался в старом викторианском здании, скрытом за магической маскировкой на одной из боковых улиц недалеко от Дьявольского переулка. На фасаде не было ни вывески, ни названия — только позолоченная табличка с инициалами «MMH» — Magical Manor Hotel. Внутри их встретил мягкий полумрак и запах лакированного дерева, пергамента и лаванды. Просторный холл был обставлен в староанглийском стиле — тяжелые бордовые шторы, канделябры с колеблющимися пламенями, камин с тлеющими углями, темные дубовые панели и старинные кресла с высокой спинкой. В воздухе витала благородная тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и легким звоном магического лифта. У стойки администратора стояла девушка — высокая, с каштановыми волосами, уложенными в аккуратный пучок, и в классической черной мантии с золотой вышивкой на рукавах. Она подняла взгляд, и ее глаза остановились на Драко чуть дольше, чем того требовала вежливость. — Добрый вечер, мистеры Малфой и Забини, у нас все готово. Два соседних номера, как вы просили, — сказала она с легкой улыбкой. — Приятно, когда тебя помнят по имени. Надеюсь, это не потому, что я доставлял слишком много хлопот, — с ленивой усмешкой заметил Драко, чуть наклонившись вперед. — Вы скорее тот, кого забыть трудно, мистер Малфой, чем кто доставляет хлопоты, — ответила она, не отводя взгляда и передавая ключ с золотым номером. Блейз закатил глаза, но молча принял свой. — Ты еще флиртовать не разучился, даже спустя три года отшельничества, — пробормотал он, когда они шли к лифту. — Привычка. Как сигареты. Просто реже пользуюсь. Они добрались до нужного этажа — узкий коридор с бордовыми коврами, мягкий свет парящих сфер под потолком. Комнаты были рядом. Они попрощались коротко, как старые друзья, не нуждающиеся в лишних словах. В номере Малфоя царила полутемнота, мебель была массивной, с гравировками, кровать — широкой, с тяжелыми шторами. Он не стал разбирать чемодан. Только снял мантию, рубашку, сбросил все на кресло и рухнул в постель. Впервые за долгое время в Лондоне. Впервые за долгое время — снова ближе к тем, кто когда-то был ему важен. И впервые за долгое время он позволил себе просто уснуть.