Олимпос

      Наутро Лили проснулась со скверным чувством на душе и к ужасу для себя обнаружила — суббота! И только сейчас она ловит себя на мысли о том, что на самом деле не очень-то и хочет идти на назначенную ребятами "вечеринку". Интуиция ей подсказывала — сегодня лучше остаться дома. Но под каким предлогом? Бред! Какие ещё могут быть оправдания? Сказала — сделала. И точка. Так ей всегда наказывал Готлиб.       Дом, адрес которого прислал Джереми, находился на другом конце города, докуда Лили было очень и очень неудобно добираться. К счастью, её небезызвестная подруга Рин любезно предложила подвезти её на своём "Опеле", но с одним маленьким нюансом: вместе с ними поедет ещё и Куруми — другая девочка из их компании. Лили, конечно, не была против, но одно лишь упоминание имени Субару Куруми вызвало у неё мурашки по коже, а в голове закрались сомнения о безопасности грядущего вечера.       Куруми сама по себе не плохая девочка. Она просто... странная. Молчаливая, нелюдимая, всегда выглядит и ведёт себя сильно старше своих лет. Лили была готова поспорить, что за все одиннадцать лет обучения в школе она даже ни разу не видела её на перемене среди других учеников, но Рин всё равно настаивала: "Она просто очень неприметная! Вот вы никогда и не замечали". Морган кивала головой, но по-настоящему никогда не верила этим словам. Что-то было здесь не так, и они обе это прекрасно знали.       Субару Куруми появилась в их компании незадолго до окончания школы, и то взялась она откуда-то с улицы. В один прекрасный день Рин просто притащила её с собой на их общую прогулку и представила как свою "старую подругу". Признаться честно, это больше выглядело так, будто бы Такэда просто решила познакомить друзей со своей новой девушкой, но официально заявлять об их отношениях почему-то постеснялась. Хотя со стороны они порой и впрямь выглядели как парочка: приходят и уходят всегда вместе, иногда мило бранятся по пустякам, а ещё регулярно куда-то пропадают вдвоём на очень долгое время. Возможно, Лили всё это только кажется, но, даже если Рин и Куруми на самом деле не состоят в отношениях, общая картина вокруг них всё равно не перестаёт быть какой-то странной.       Ну а пока все эти теории заговора придётся ненадолго отставить в сторону. Ближе к вечеру упомянутые ранее девушки подъехали к подъезду Лили на чёрном тонированном седане. Та, по привычке, пошла открывать переднюю пассажирскую дверь, но неожиданно для себя встретилась там взглядами с Куруми. В глазах той читалось: "Твоё место сзади". Лили тут же испуганно закрыла дверь обратно и поспешила занять своё место на задних рядах. Как только она плюхнулась вместе с сумкой на тесный тканевый диванчик, машина тронулась и устремилась в путь.       — Вот сколько лет ни прошло, а я до сих пор не могу понять зачем ты продолжаешь тратить время на этих идиотов, — ворчание Субару, как гром среди ясного неба, прозвучало в повисшей тишине между ними.       — Ой, да брось ты! — отмахнулась Рин и прищёлкнула языком, — У нас с тобой ещё полным-полно времени.       — Ага, — всё с тем же недовольством прогудела в ответ первая пассажирка и демонстративным жестом скрестила руки на груди, — Глаза на дороге держи, а не то разобьёмся.       Но Такэда, смеясь и корча рожицы, стала только сильнее передразнивать Куруми. В этот момент Лили не могла не отметить про себя ещё один забавный факт: со стороны девушки чем-то напоминали полицейскую мигалку. Ту самую, что обычно расположена на крышах авто ДПС. Всё потому, что волосы первой были высветлены в красноватый оттенок рыжего, а у другой — перекрашены тоникой в тёмно-синий. Интересно, а они замечали это за собой?       Газ в пол, пара лёгких нарушений ПДД — и вот они уже первее всех прибыли на место встречи (Спасибо, Рин, как говорится). Это была типичная многоэтажка в каком-то новом элитном ЖК. Выйдя на улицу, Лили насчитала в доме аж целых двенадцать этажей. Много! …Относительно тех хрущёвок, к которым она привыкла за время жизни в своём районе. Там, наверное, ещё и во внутренний двор доступ только с ключа, а в лифте всегда исправно горит свет. Какое-то запредельное богатство по меркам Морган, но виду она не подала, лишь только задалась одним единственным вопросом: "Как в таких приличных домах могут устраивать вписки?"       Две другие девушки так же вскоре покинули машину. Такэда огляделась вокруг, но так и не найдя глазами ни Дженни, ни Джереми, стала гневно строчить сообщения в общий чат, а Куруми, видя замешательство на лице подруги, решила заранее перепроверить адрес квартиры.       武田凛 — Сегодня, 16:31       "Вы где??"       "Мы с Лили и Куруми уже приехали"       J. Wells — Сегодня, 16:32       "Подходим"       Рин фыркнула и уткнула руки в боки. Субару молчала. Однако через пару минут откуда-то сзади и впрямь появился Джереми в компании Дженни, а следом за ними и Моника с Шейлой.       Шейла... Её появление не стало сюрпризом, но явно вызвало какие-то чувства. Лили взволнованно поджала губы и краем глаза оглядела её с ног до головы. Родригез была одета как всегда роскошно: короткое чёрное платье в обтяжку строго сидело на её подтянутой фигуре. На ногах — блестящие капроновые колготки и высокие каблуки. Длинные каштановые волосы волнами свисали с её плеч, подчёркивая вырез на шее и золотую цепочку посередине. Просто и изящно. Большего и не надо. Всё-таки, какой бы Шейла ни была пацанкой по натуре, одеваться она умела как настоящая королева.       Долго Морган не выдержала и вскоре увела взгляд в сторону. Это была их первая за последние несколько недель встреча, и она даже не могла сказать ей "привет"? Какой позор. Шейла бросила на подругу взгляд, пропитанный чем-то злым и ядовитым, вроде ревности. Интуиция подсказывала, что Родригез явно не была в восторге видеть Лили в компании "этих двух".       Лили проклевала момент, когда все остальные здоровались. Ни она, ни Шейла так и не сказали другим ребятам ни слова, а лишь молча стояли и пялились друг на друга, словно оставшись наедине. Лишь только когда Рин заметила, что кто-то отбился от стада, уходя, она обернулась в сторону девочек и прикрикнула им:       — Лили! Шейла! Вы там идёте или нет?       Шатенка в последний глянула на рыжую и презрительно хмыкнула, а после, оглушительно громко цокая каблуками, пошла следом за остальными. Морган потупилась ещё пару секунд, трясясь на месте от стыда и страха, но в конечном итоге всё-таки кинулась догонять Шейлу. Именно Шейлу. Не ребят. Другие на этой вписке ей больше не были интересны.       Она пришла последней, но опять оказалась в кругу Рин и Куруми. Полицейские мигалки задержались в прихожей и о чём-то беспокойно шептались, пока остальные уже во всю гремели посудой на кухне. Когда же Морган вошла в квартиру, Субару умолкла, а Рин мгновенно переключила своё внимание:       — О, а вот и ты! Проходи, разувайся. Там ребята ужин готовят. Голодная?       — Нет, спасибо, — с этими словами Лили сняла с плеча маленькую сумочку и достала из неё коробку с конфетами, — Я только к чаю принесла.       — О-о-о! Славно! — Такэда радостно выхватила "Рафаэлло" из рук девушки и сразу же понесла их на кухню к общему столу. Куруми — хвостиком за ней.       Лили тяжело вздохнула и быстро смирилась с расставанием со своими сладостями. Вместо тоски по конфетам она предпочла осмотреться вокруг. Квартира и впрямь выглядела довольно-таки неплохо: светлый дизайн, много комнат, а дорогая мебель стоит даже в коридоре. Чем-то отдалённо напоминает квартиру Шейлы, но там, если честно, атмосфера поутончённей. Тем не менее, будет жалко, если ребята по пьяни что-нибудь здесь разнесут. А ещё стыдно перед хозяевами, но это только для Лили.       Принцип действия на подобных мероприятиях всегда был и остаётся до жути прост: просто делай всё то же самое, что и остальные. Поэтому единственная доступная для Лили опция сейчас — посмотреть как там дела на кухне. Она повесила свою рубашку на крючок в прихожей и пошла по коридору в ту самую сторону, откуда доносились громкие голоса ребят.       Рин и Куруми уже куда-то пропали, что, в принципе, неудивительно. На длинном деревянном столе красовалась и линейка из пяти литровых бутылок пива, однако обещанной гитары Лили так нигде и не увидела. Она почувствовала лёгкий укол разочарования и быстро поняла, что при таком раскладе этот вечер пройдёт ужасно скучно и, вдобавок, мерзко. Особенно, если ей так и не удастся поговорить с Шейлой. Кстати, а где же она?       Не успела Лили отправиться на исследование других комнат, как её уже перехватила Дженни:       — Лили! — русая девочка схватила её за запястье, силой удерживая на месте, — Ты можешь мне помочь кое с чем? Пожалуйста! — Дженни всегда была до невозможности милой и невинной. Как ребёнок. Лили на мгновение стало её жалко: такой хорошей девочке, как она, уж точно не было место на этой вписке. Хотя, наверное, она могла понять, за чем она сюда попала: всё дело в Джереми. В безответной любви к Джереми.       — Да, конечно, — рыжая закивала головой и, зачем-то стараясь вести себя с ней наиболее мягким образом, стала помогать разбирать продукты, среди них: закуски, сладости, полуфабрикаты, газировка, сок, ещё алкоголь... Неужели они планируют съесть и выпить всё это всего за один вечер?       Из зала тем временем зазвучала музыка и громкие маты Шейлы. Похоже, она уже начала драться с кем-то из-за колонки.       «Дома у себя будешь своего Фараона включать! Дай сюда телефон!»       Ах да. С Моникой. На памяти Лили не было ни единого раза, когда эти две “подруги” могли найти общий язык, когда дело касалось какого-либо выбора. Они, пусть и имели общий стиль, но в глубине души оставались совершенно разными людьми. Единственная их общая черта — упрямость. Та самая упрямость, из-за которой обычно и начинаются разного рода ссоры. Следом за этой мыслью прозвучал грохот, визг, а через пару секунд уже знакомый ритм звонких клавиш. Кажется, Шейла победила.       Может, сейчас самое время, чтобы подойти и сказать ей пару слову? Нет, ну уж точно не при всех. Тем более, чёрт знает чего Моника успела наплести ей за время, когда они не общались. Может, Шейла сейчас вообще не захочет с ней говорить. А может…       Её рассуждения прервал Джереми. Рука парня упала на её плечо, а из-за спины раздался голос:       — В "бутылочку" играть будешь?       Лили опешила.       — Это где целоваться надо?       — Ну, да… Но нет, — Уэллс едва ли не рассмеялся её замешательству, — Правила все те же самые, но только вместо поцелуев мы в "правду или действие" играть будем. Согласна?       — Ну тогда давай, — Морган пожала плечами и всё равно как-то неуверенно увела взгляд в сторону.       Джереми лишь слегка приободряюще похлопал её по плечу, а после направился в сторону зала, где и собирались проходить «игры». Лили — от безысходности, за ним.       В гостиной их ожидали остальные пятеро участников: Шейла, Моника, Дженни и Рин с Куруми. Посередине на полу лежала пустая стеклянная бутылка. Видимо, кто-то уже успел осушить её до дна. И, кажется, этим кто-то была Рин, которая во всю ширь улыбалась и что-то с пошлой ухмылкой шептала на ухо Куруми. Лили, превозмогая лёгкую неуверенность, села на единственное свободное место между ней и Моникой. Дальше Джереми начал диктовать правила игры:       — Итак, друзья мои, —как тамада начал он, — Думаю, правила игры вы все знаете, но я напомню, что одного и того же человека мы дважды не спрашиваем, а скучные вопросы не задаём, идёт?       Все дружно кивнули.       — Тогда я начинаю, — сев на ковёр, он скрестил ноги, а после вытянулся к середине круга и одним лёгким движением пустил бутылку во вращение. Сердце замерло в предвкушении. Однако на деле не прошло и пяти секунд, как судьбоносный предмет указал на сидящую рядом с Лили блондинку, — Моника! Правда или действие?       — Ну, давай действие, — равнодушно хмыкнула девушка, отчего парень напротив во всю ширь заулыбался и стал как муха потирать руки.       — А покажи какую-нибудь свою непристойную фотографию! — захихикал Уэллс и скорчил такую рожу, как будто бы только что выиграл в лотерею.       А вот сама Моника, кажется, ничуть не была в восторге от своего задания, но, увы, правила есть правила. Покраснев, она залезла в свой телефон и быстро стала листать галерею.       — Ну только если тебе одному… — неожиданно скромно пробормотала она и, пряча руками экран, протянула его Джереми. Тот громко ахнул и как-то странно рассмеялся, а сидящая справа от него Дженни, кажется, не на шутку заревновала.       После секундного показа Моника села обратно на своё место. Прокашлявшись, она так же обхватила бутылку пальцами и раскрутила на месте. В этот раз она указала уже на Субару.       — Кхм… Куруми, правда или действие? — на лице блондинки всё ещё было написано сильное смущение, которое она тщетно пыталась преодолеть.       Синеволосая безразлично пожала плечами.       — Действие.       — Тогда… — Моника задумалась на пару секунд, но, так и не придумав ничего интересного, выпалила первое, что пришло ей в голову, — Сможешь достать кончиком языка до носа?       Не говоря больше ни слова, Куруми слегка приоткрыла губы а после, приподняв и вытянув язык, легко коснулась его кончиком своего носа. Ребята удивились, а поддатая Рин только хмыкнула:       — А ты, видимо, умеешь работать языком, — "пошутила" рыжая и легонько толкнула Субару плечом. Та почему-то никак не отреагировала.       Однако следующим своим ходом бутылочка указала на Лили. Та нервно сглотнула. «Лишь бы только не поцелуи или вопросы про отношения» — подумала про себя она, но волноваться не стоило: Куруми, как известно, не блещала ни фантазией на подобные вещи, ни эмпатией.       — Лили, правда или действие?       — Правда! — ни секунды ни думая, выпалила Морган.       — Ты… Ты что-нибудь скрываешь от своих родителей?       Сердце Лили на мгновение замерло. Она ожидала чего угодно, но только не этого вопроса. Признаться честно, единственным, что она скрывала от матери был Готлиб, но его, к сожалению, больше не было в её жизни. Она не была уверена как подробно нужно было отвечать на вопросы в этой игре, поэтому начала издалека:       — Ну… На самом деле да. Я раньше встречалась с парнем, о чём не рассказывала своей маме, — тихо мямля, призналась она, отчего все присутствовавшие хором ахнули. Все, кроме Шейлы. Она была единственной, кто знал о её влюблённости в их учителя химии с самого начала.       — Да ну?       — А почему ты нам не рассказывала?       — А с кем?       — Так! — прервал поток вопросов Джереми, — Продолжаем играть. Лили, крути.       Стараясь сохранять самообладание, рыжая скромно прикоснулась к бутылке и слегка её толкнула. Дженни.       — Эм… Дженни, правда или действие?       — Правда.       На этом моменте Лили уже наверняка знала, что Дженни хочет, чтобы она у неё спросила.       — А тебе кто-нибудь нравится?       — Да! — русая хихикнула, а ещё мельком глянула в сторону Джереми, однако тот этого жеста не заметил, — Но кто не скажу!       Лили решила ей подыграть.       — Так уж и быть, — подавляя смех, ответила она, — Тогда твой черёд.       Всё ещё на радостях, Дженни раскрутила бутылочку, и та неожиданно указала на Рин.       — О, я что ли? — тут же усмехнулась она.       — Да. Правда или действие?       — А давай правду! — смело выпалила Такэда и едва ли не подпрыгнула на месте от нахлынувшего энтузиазма, — Я вам такое расскажу!       — Ну… — чувствуя её настрой, Дженни немного растерялась, но всё же нашла подходящий вариант, — Тогда расскажи о самом криминальном, что ты когда-либо делала.       — Я однажды угнала автомобиль! — без раздумий выпалила пьяная девушка, гордо улыбаясь во всю ширь, однако остальные, кажется, не были в восторге от столь смелого и, к сожалению, правдивого заявления.       — А теперь на нём ездишь, что ли? — единственный из собравшихся поинтересовался Джереми.       — Не-е-ет, — завыла та, — Опель я сама купила. А то ведро уже не помню где.       «Помнишь, помнишь… Ещё как помнишь,» — подумала про себя Лили, в то время как Такэда уже крутила пустую бутылку пива на полу.       — Джереми! Правда или действие?!       — Действие! — смело вызвался парень, на что Рин мгновенно протянула ему ту самую бутылку, которой они играли всё это время.       — Разбей её себе о голову!       — Что? — Уэллс тут же пожалел о своей смелости. На лице рядом сидящей Дженни так же вырисовалось беспокойство.       — Может, не надо? — тихонько попросила русая.       — Правила есть правила! — настаивала Рин, пихая бутылку в руки Джереми, — Выполняй.       Тот взял стекляшку с неохотой, нахмурился и оглядел её со всех сторон, как бы заранее оценивая предполагаемый ущерб для своей головы. Медлить он не любил, поэтому глубоко вздохнул, собрался с духом и как бац! Крохотные осколки разлетелись во все стороны, а беспокойная Дженни тут же спохватилась оказывать пострадавшему "первую помощь".       — Ты последняя осталась, — хитро проговорила Такэда, обращая свой лисий взгляд на Шейлу, — Правда или действие?       — Действие, — с жутким хладнокровием процедила Родригез, смотря на свою оппонентку с таким же звериным бесстрашием.       — Поцелуешь кого-нибудь из присутствующих? — слова Рин заставили одновременно и Лили, и Шейлу оцепенеть от страха. Похоже, эта чертовка чувствовала неоднозначное напряжение между ними и теперь хотела поиграть с чужими чувствами. Морган была уверена: Такэда специально дала Шейле право на выбор, чтобы создать больше напряжения и бонусом снять с себя ответственность за любые последствия.       Ну, что-ж, выбора, кроме как выполнять, нет. Такие же правила игры?       Испуганный взгляд Шейлы медленно перевёлся на Лили. Та поняла её бессловно, медленно кивнула. Всё-таки, это был лучший выбор из всех возможных: они были лучшими подругами на протяжении почти что десяти лет и могли быть уверены, что в паре друг с другом всё пройдёт "гладко". Девушки поднялись на ватных ногах, словно театральные куклы, управляемые какой-то неведомой силой извне, и неспешна покинули комнату. Вслед за ними проследовали лишь два заинтересованных взгляда и неразборчивый шёпот Такэды.       Выйдя из зала, они сразу же прикрыли за собой дверь. Подруги отошли ещё на пару шагов в сторону ванной, а после остановились в волнительном ожидании. Обе прятали взгляды друг от друга, но Родригез едва слышно прошептала:       — Давай не будем целоваться, — предложила она, переминаясь с ноги на ногу.       — Давай, — без раздумий согласилась Лили, но невзначай поймала себя за наблюдением милых движений её ног, — Просто… Сделаем вид.       На этом моменте Морган уже собиралась уйти, но шатенка вдруг схватила её за запястье, грубой силой останавливая на месте.       — Постой! Давай… — из её лица и голоса пропали всякие остатки прежней гордости, с которой она встречала Лили ещё днём. Шейла была искренна и до жути взволнована. Она едва могла говорить: все её слова сливались в один беспокойный поток шёпота, которым она едва могла донести до Лили свои настоящие чувства, — Давай поговорим потом. Вечером, когда все спать лягут… Просто поговорим. Пожалуйста.       Лили мелко, но часто закивала головой.       — Да, давай. Нам… Правда стоит поговорить, — последние слова рыжей явно заставили шатенку заволноваться ещё сильнее прежнего, но та всё-таки отпустила её руку и постаралась взять себя в свои.       — Пойдём, — завершила их короткий диалог Шейла и, всё ещё правдиво нервничая, как будто бы и впрямь после настоящего поцелуя, вернулась вместе с Лили в зал.       На входе их сразу же встретили любопытные взгляды. Джереми едва сдерживал смех, Моника злилась, а Рин была горда собой, как никогда раньше. Шейла нахмурилась и, плотно стиснув зубы, села обратно на своё место. Лили так же, но как будто бы сгорая от стыда.       — Ну что, продолжим играть или выпьем? — теперь роль ведущего взяла на себя Рин. Она поднялась с пола и выпрямилась во весь рост, невербально намекая на то, чтобы закончить игру.       — Я за то, чтобы выпить, — негромко пробормотала Моника, явно желая залить алкоголем чувство стыда, оставшееся у неё после показа своих интимных фотографий.       — Я тоже, — пробурчала Шейла и с нервными движениями поднялась обратно на ноги.       — Вот и отлично, пойдёмте, — Рин махнула им рукой и, как вожак во главе волчьей стаи, вышла в коридор. Следом за ней — Куруми, девочки и Джереми (с всё ещё ужасно болящей головой).       В гостиной остались только Лили и Дженни. Последняя незаметно пододвинулась к рыжей и тихонько у неё спросила:       — А вы с Шейлой правда поцеловались? — в её тоне была слышна искренняя детская любопытность.       — Нет, — честно призналась ей Лили, — Только не говори остальным, хорошо?       Дженни кивнула и вскоре убежала вслед за ребятами, а Лили осталась вновь наедине с собой и своими пожирающими душу мыслями. Главная из них: а что, если бы они с Шейлой всё-таки тогда поцеловались?