Неравенство — не причина отказаться от отношений

Эвтол, переведённый в режим автопилота, трясясь и едва не натыкаясь на препятствия, плыл к крытой парковке у дома. С высоты машина была похожа на допотопный робот-пылесос из тех, что обладали не сильно развитым искусственным интеллектом. Несколькими минутами раньше она выдала одну из своих «милых» шуточек: вздумала брыкаться, когда Кейси через шлюз переходил на балкон. Похоже, опять система геолокации полетела. Панорамное окно до половины занимала обувница и пыльная консоль для всяких мелочей. Забрав эвтол из автомастерской, Кейси даже не успел прибраться в прихожей на балконе — и вот опять фокусы. А если машина продолжит дурить, то придётся месяц-другой пользоваться той прихожей, которая сообщается с подъездом, лестничной площадкой и лифтовым холлом. Квартира с двумя прихожими была не в пример дисциплинированнее, чем капризный эвтол. Трескучие огоньки побежали по стенам и потолку. Предубедительная система умного дома сочла, что хозяин достаточно насмотрелся на пасмурные облака, электронный карниз бесшумно задёрнул шторы и проектор высветил на них живописный осенний закат. В кухне закипела работа: кофемашина всосала положенную порцию воды и принялась колдовать над чашкой, серией гудков предупредив Кейси, что приближается время её почистить. Электронный повар — немаленьких размеров прямоугольный гигант, заполонивший собой половину кухни — предложил на выбор: комплексный обед на 800 ккал, куда входили суп из шпината и какая-то новомодная запеканка с рыбой или на 1000 ккал, в котором Кейси мог насладиться стейком из говядины с ягодами брусники, овощным первым блюдом и детокс-лимонадом. Все ингредиенты должны были в режиме реального времени разморозиться, испечься, зажариться, свариться или что-то там ещё, чтобы, помыв руки и переодевшись, хозяин квартиры мог по-быстрому поесть и дальше спешить по делам. Кейси крикнул, что выбирает шпинатный суп и запеканку, а ещё случайный салат. Искусственный интеллект перетасовал числа, и уже через пару минут мужчина дул на ложку не в меру разогретого супа. Гладильный шкаф гудел и потрескивал, наскоро приводя в порядок костюм. Техника была неплохая, но б/ушная. Кейси первое время очень скучал по своему прошлому жилью, которое куда лучше угадывало его желания, потому что имело в качестве статистического набора данных только его собственные запросы. Пятнадцать лет назад он, лопоухий щенок, вчерашний студент, взял в кредит просторную квартиру в престижном районе. Его не насторожило то, что менеджер легко одобрил сомнительную сделку — Кейси чуял, но не был ясновидящим, да к тому же был молод и, так скажем, без царя в голове. Приятно было приглашать маму и папу в гости, а ещё друзей и однокурсников, как тогда казалось Кейси, менее успешных, наконец, девушек… Последние донимали просьбами сфотографировать их на фоне вида с его прихожей-балкона. У одной до сих пор это фото служит аватаркой в соцсетях. А в один прекрасный день взятая в ипотеку квартира сгорела, и Кейси на многие годы влип, причём, основательно. Не будь он измером, можно было бы окончательно попрощаться с нормальной жизнью, но измеры никогда не влипают до конца. И сколько бы он ни получал, ему ещё долго предстояло путешествовать на своенравном ведре и жить, скажем так, поскромнее.

***

Отобедав и дождавшись, когда гладильный шкаф позволит забрать рубашку и костюм, Кейси привёл себя в порядок, с сомнением посмотрел в сторону прихожей-балкона и отправился в прихожую-не-балкон. Полоумная машина запарковалась где-то далеко, и ему ещё придётся идти пешком к ней, но всё же разумнее спуститься на лифте, чем разбиться, если она опять вздумает брыкаться. Наложить кирпичей перед обедом уже пришлось. Электронная система дома предоставила лифт, вопреки заведённым в полисе обычаям, не пустой. В обед многие возвращались в свои квартиры, и, чтобы избежать очереди в подъезде, искусственный интеллект решил, что Кейси может доехать до земли в обществе соседки сверху. Впрочем, лишь взглянув на нее, он сразу понял, почему дом проигнорировал её, как жительницу. Девица, которой организация сняла квартиру над жилищем Кейси, оказалась выходцем из соседнего полиса — параллельного мира — с в разы более высоким уровнем насилия. Из тех, кого «нормальными» вряд ли можно считать, скорее, отмороженными, долбанутыми, охреневшими… Впрочем, это речь про подчиняющих, а девица была подчинённой. Просто, выросшая на неустойчивой почве, она была своему хозяину под стать и, видимо, по вкусу: полутораметровая горячая малышка в высоких сапогах с дерзкой татуировкой на полтела, едва прикрытого ядовитого цвета фиолетовым топом и минималистичными шортами. Ярко-фиолетые волосы, уложенные в кажущемся беспорядке, лежали на загорелых плечах, а гаджет-браслет с длинной цепочкой щекотал проработанное на тренажёре бедро. На шее висел кулон, изображавший что-то вопиюще непристойное, но Кейси не стал всматриваться. Лифт пришёл в движение. За девицей стоял кто-то очень сильный, а за тем, сильным — огромная могучая организация, способная отыметь и уничтожить любого, кто встанет у неё — организации — на пути. Вероятно, девица была чьей-то секретаршей, девочкой на побегушках или девочкой на ночь, а может быть, в её полисе так одеваются юристы или сисадмины, но благоразумному Кейси не было до неё никакого дела. Ничто так не умеряет пыл, как чёткое осознание, что, если слишком долго смотреть на какую-то пигалицу, можешь очнуться в картонном гробу где-нибудь в лесу под двумя метрами утоптанного грунта. Когда-то, сотни лет назад, люди были достаточно глупы и наивны, чтобы трахаться с ядерными бомбами. Теперь люди поумнели, а Кейси был из нормальных. Тем более, будучи измером, он немедленно увидел и гроб, и некоторые другие неприятные детали куда яснее, чем девицу, как таковую. Мелькали этажи. Кейси смотрел на экран, думая о своём, и вдруг, не доезжая немного до первого парковочного уровня, девица заволновалась. Он искоса глянул на неё, и вдруг почуял, как что-то меняется. Чуть слабее. Вот ещё. Сильнее. Да. Растопыренная ладонь хлестнула по кнопке «stop» раньше, чем Кейси смог толком разобраться. Девица тоже чуяла, хоть и слабее, но зато давно принюхивалась. Лифт остановился, и голос бота-диспетчера осведомился, что произошло. Девица, привалившаяся спиной к стеклу, ошалело оглядывалась, приоткрыв рот, вымазанный яркой помадой в тон цвету топа и волос. Глаза казались чёрными — так расширились зрачки. В случае гибели или резкого ухудшения состояния прямого подчиняющего у его подчинённых может случиться глубокий шок, выброс адреналина, паническая атака или многодневная апатия. Кейси чуял, как обрываются связи, и девица обретает не то, чтобы свободу — скорее что-то вроде того, что имеет морская свинка, оказавшаяся на улице после долгих лет, проведённых в клетке. Вот только человек умнее морской свинки и в подобном случае, как правило, не отказывается, если поблизости окажется другая клетка со всеми благами клеток. По Кейси скользнул оценивающий взгляд, и он мгновенно почуял: лишенная покровителя девица много слабее его. Воспользоваться? Почему нет? — Живешь на 79-м? Она не ответила, как будто не расслышала вопрос. Густо подведённые тушью глаза распахнулись ещё шире, а потом девица сделала над собой усилие и повернула голову к приборной панели. Искусственный интеллект ещё раз спросил, что хотят пассажиры лифта. — Домой, — выдавила девица. Кейси посмотрел на часы: ещё успеет. Умный дом повлек лифт вверх. — Тебе куда-то нужно сегодня? — спросил Кейси медленно и разборчиво. Всё ещё находящаяся в прострации девица неопределённо мотнула головой. Кейси подумалось поддеть её. — Обезъяна. Посиди в своём вольере. — Эмма.