Охота

      Кажется, он просыпается пару раз на жалкие доли секунды. Он даже не понимает, сон это или реальность. Где-то на задворках сознания слышится какая-то возня, чьи-то голоса. Качает, словно на волнах.       Прямо сейчас ему хорошо. Он больше не чувствует боли, страха и тревоги, больше не должен просчитывать каждый свой ход наперед и дважды обдумывать каждое слово, которое собирается сказать. Наконец-то можно расслабиться.       В этом состоянии он не ощущает течения времени, потому что его тут просто не существует. Точно так же тут не существует никого, кроме него самого. Это, конечно, проблема, но он так устал, что совершенно не хочет просыпаться.       Но тут существует тепло. А оно вообще должно быть здесь? Его руку словно кто-то держит, и это кажется таким странным. Будто так не должно быть. Неужели кому-то настолько нечего делать, что он пробрался сюда?       — Господин Хван, — к нему обращается чей-то приглушенный голос.       Он звучит словно из-под толщи воды. Вместе с этим на Ин Хо разом обрушиваются воспоминания о последних событиях перед тем, как он отключился. Их с Ки Хуном падение, затем оглушительный удар, волной прошедший сквозь раненое тело, затем растерянный и отчаянный взгляд Ки Хуна и ощущение собственного бессилия. То, как он тащил Ин Хо на себе бесполезным балластом, как пытался обработать рану. То, как для него все закончилось.       — Господин Хван, — тот, кто его зовет, почему-то делает это шепотом, но даже он отдается в черепной коробке гулким набатом.       Он с трудом разлепляет будто окаменевшие веки и тут же закрывает их обратно, ослепленный ярким светом потолочной лампы, из-за которого ему так и не удалось различить и без того мутный силуэт.       На правой руке все еще ощущается тепло, и исходит оно явно от человеческой руки, причем до боли знакомой.       — Господин Сон, — голос становится немного громче. — Он просыпается.       Справа как по команде кто-то резко начинает копошиться, и только тогда Ин Хо начинает понемногу осознавать, что происходит. По всей видимости, он сейчас в больнице. И, по всей видимости, Ки Хун тоже тут. Теперь глаза открыть намного проще, потому что в этом появляется смысл.       — Ин Хо! — прямо над его ухом выпаливает Ки Хун, вскакивая со своего места, наклоняясь ближе и обеспокоенно заглядывая в глаза.       — Господин Хван, вы находитесь в больнице университета Ин Сан, — вторым человеком в помещении оказывается довольно молодой парень в белом халате. — Я — доктор Ко, ваш лечащий врач.       Несмотря на то, что рядом с ним сейчас Ки Хун, и ни на ком из них пока нет наручников, на лице еще толком не успевшего прийти в себя Ин Хо отображается весь спектр его эмоций на данный момент: растерянность, смятение и тревога, перерастающая в ужас. Если этот врач только что обратился к нему по настоящей фамилии, то дела у них крайне плохи.       Будто прочитав его мысли, парень хитро улыбается и вполголоса произносит:       — А еще Джун Хо — мой очень хороший друг, поэтому не переживайте по поводу… вашей проблемы. Никто не узнает, что вы переступали порог этой больницы. Ну, вернее, переезжали на носилках.       Ин Хо с благодарностью кивает, морщась от вернувшейся боли, и вновь смотрит на Ки Хуна, который за все это время не оторвал от него взгляд. Выглядит он так, будто тоже схлопотал пулю, а до этого совсем не спал несколько дней. На нем надеты вещи с логотипом больницы, щеки впали еще сильнее, чем до этого, под глазами глубокие темные мешки, а на лбу свежий красный след от бортика кровати, о который он, очевидно, упирался, чтобы немного вздремнуть. Помимо этого, на нем больше не видно каких-либо серьезных ран, да и стоит он самостоятельно, что уже является огромным плюсом.       — Как ты себя чувствуешь? — все-таки спрашивает Ин Хо.       — Прекрасно, — на его лице появляется усталая, но искренняя улыбка. — Я ведь не спал под обезболивающими после тяжелой операции целых два дня.       — Вам повезло, — вдруг снова заговаривает врач, смотря на мониторы с показателями. — Пуля прошла через периферию печени, не задев крупные кровеносные сосуды, и ваш друг вовремя остановил кровь. Полное восстановление займет примерно четыре месяца, что в вашем случае — настоящий подарок судьбы.       Улыбка Ки Хуна становится еще шире, и из-за этого Ин Хо почти забывает о боли.       — Ваши показатели в норме, — заключает доктор Ко, отрываясь от мониторов и делая пометки в своем планшете. — Я зайду к вам позже.       С этими словами он быстрым шагом покидает палату, наконец-то оставляя их наедине. Как только за молодым врачом закрывается дверь, Ки Хун наклоняется к Ин Хо еще ближе и целует уголок его губ. Странно, но этого оказывается достаточно, чтобы снять напряжение в теле и заставить сердце биться немного чаще, что сразу же отражается на чертовом мониторе. Но на это Ки Хун издает короткий смешок, поэтому Ин Хо не против.       Как бы ни хотелось продлить этот момент, у Ин Хо слишком много вопросов, которые он просто обязан задать:       — Ты сказал, я был без сознания… два дня?       Ки Хун сжимает губы и коротко кивает, явно не горя желанием рассказывать подробности, но все же поясняет:       — Джун Хо и У Сок вместе с теми, кто остался от их команды, приплыли за нами минут через сорок после того, как ты отключился. Не знаю, как, но до берега мы доплыли за два с половиной часа в кромешной темноте. Я… думал, что тебя уже не спасти, как и все остальные. Но Джун Хо смог дозвониться до доктора Ко, когда мы оказались в зоне действия сети, и тот согласился помочь нам анонимно. Об этом действительно можно не переживать, поскольку его дед практически владеет этой больницей.       — Не знал, что у Джун Хо есть такие полезные связи, — с нотками гордости в голосе произносит Ин Хо. — Похоже, я заставил вас всех понервничать. Извини за это.       Ки Хун тяжело вздыхает и разве что не закатывает глаза, падая на стул у кровати, на котором пытался поспать еще несколько минут назад. Наконец, Ин Хо решает осмотреть свою палату. Кажется, она одна из лучших, которые тут есть: одиночная, с панорамными окнами, кучей мебели и бытовой техники. Можно даже сказать, что это место похоже на квартиру, если бы не больничная койка посреди всего этого уюта.       — Главное, что ты жив, — произносит Ки Хун таким тоном, что у Ин Хо отпадает желание продолжать извиняться в дальнейшем. Похоже, то, что ему чудом удалось выжить, действительно очень важно, и ради этого стоило попотеть.       — А что стало с ВИП-ами? — задает наиболее интересующий его вопрос Ин Хо.       — Я лучше тебе покажу, — отвечает Ки Хун, после чего тянется за пультом от телевизора к журнальному столику неподалеку. — Готов поспорить, что по одному из федеральных каналов точно показывают про это сюжет прямо сейчас.       — Это стало сенсацией? — не веря своим ушам, спрашивает Ин Хо, пока садится в своей кровати поудобнее. Ему казалось, что весь этот материал скорее замнут, чем сделают из этого новость такого масштаба.       — Думаю, в данном случае у сотрудников СМИ перевесила совесть, — пожимает плечами Ки Хун, перелистывая каналы на телевизоре, закрепленном на противоположной стене. — Игры ведь проводились, начиная с восьмидесятых годов, так? Получается, за все это время на них погибло больше пятнадцати тысяч человек. Я считаю, мир должен был об этом узнать. Как и семьи игроков.       В ответ на это Ин Хо рассеянно кивает, ненадолго уходя в себя. Он не рассказывал Ки Хуну подробности истории игр, а значит, тот узнал обо всем из новостей. Это осознание вызывает легкую досаду, но вместе с этим Ин Хо понимает, что у них было не так много времени, чтобы обсудить все от начала и до конца. И, если честно, не хотелось его тратить на что-то подобное. Хотелось хотя бы на несколько дней почувствовать себя самым обычным человеком.       — Нашел, — произносит Ки Хун, прекращая листать каналы и делая погромче.       Ин Хо устремляет свое внимание на экран, где показывают новостной репортаж прямо с места событий. С высоты птичьего полета снимают тот самый остров, на котором он чуть не погиб, только сейчас это место кишит сотрудниками полиции и других спецслужб.       А когда картинка сменяется, он видит то, что осталось от соседнего острова после взрыва.       «Два дня назад весь мир содрогнулся от ужаса, происходившего на протяжении нескольких десятков лет на этом острове. Каждый год сюда привозили сотни людей для участия в смертельных играх, где призом являлась огромная сумма денег. Все эти люди были похищены, а затем убиты здесь. Сейчас сотрудники полиции работают не только над расследованием обстоятельств, но и над тем, чтобы связаться с семьями погибших, которые все это время считали своих родителей, мужей, жен, детей, братьев и сестер пропавшими без вести.       Игры спонсировались более чем двадцатью бизнесменами, звездами шоу-бизнеса и государственными деятелями. За все время их существования несколько из них уже успели скончаться от старости, как и человек по имени О Иль Нам, основавшим игры. После его смерти преемником стал один из победителей — Хван Ин Хо, бывший сотрудник полиции, осужденный за взяточничество».       На экране появляется слайд-шоу из старых фотографий Ин Хо сначала в полицейской форме, а затем с натянутой улыбкой, когда его фотографировали перед началом двадцать восьмых игр. Почему-то ему тяжело смотреть в собственные глаза, поэтому он опускает взгляд.       «Остальные спонсоры были задержаны с поличным во время праздничного ужина в честь окончания последних игр. В качестве развлечения они, вооружившись охотничьими ружьями, гонялись за победителем этого года — Сон Ки Хуном».       Теперь из телевизора на них смотрит беззаботно улыбающийся Ки Хун, впервые попавший на игры. Разница между ним и Ки Хуном, сидящим сейчас рядом, настолько колоссальна, что при всем желании не скажешь, что это один и тот же человек.       «По словам арестованных, господин Сон получил смертельное ранение в живот ножом от господина Хвана, который позже был застрелен Ким Чжа Ен, владелицей нескольких корпораций по производству техники. После этого Сон Ки Хун и Хван Ин Хо упали с обрыва высотой двадцать семь метров прямо в воду. Их тела не были найдены, но сомнений в том, что оба мертвы, ни у кого нет. Поиски продолжаются, но велика вероятность, что их унесло течением в океан».       Ин Хо слушает каждое слово с замиранием сердца. Ему почему-то до сих пор не верится, что им удалось раз и навсегда остановить этот безумный круговорот смертей. Тем не менее, ему безумно приятно видеть, как СМИ показывают и озвучивают почти каждую деталь, о которой он позаботился ранее.       К тому же, в этом репортаже еще не сказали ни слова о Ха Ын, которую Ин Хо в файлах, отправленных в полицию и СМИ, провозгласил погибшей вскоре после эвакуации с острова. Возможно, эта часть выдуманной им истории всплывет позже, когда журналистам потребуется нагнать жути на зрителей во время очередного репортажа, но это уже не будет большой проблемой.       «На данный момент все участники игр, включая персонал, помещены под стражу. Они будут находиться в изоляторе временного содержания, пока полиция выясняет все обстоятельства. Затем состоится суд, где будет выбираться мера наказания для заключенных. Скорее всего, каждого из них ждет пожизненный приговор. Однако, данный случай является совершенно беспрецедентным по своей жестокости и циничности. Некоторые сотрудники юридической сферы даже обсуждают возможность приговора этих людей к смертной казни. Подробнее об этом мы поговорим в интервью с господином Ан Чхоль Су, адвокатом по защите гражданских прав и доктором юридических наук».       На этом моменте Ки Хун выключает телевизор, и только тогда Ин Хо поворачивается в его сторону. Похоже, он даже не заметил, что все это время Ки Хун смотрел на него. Видимо, увидев в чужих глазах застывший вопрос, тот объясняет:       — Я просто пытаюсь разглядеть твою реакцию. Ты как будто не так уж и сильно рад.       Поначалу Ин Хо, услышав упоминание смертной казни, задумался о том, что все их усилия были напрасными, но быстро убедил себя в обратном, представив, что было бы, если бы он поступил по-своему и перестрелял всех ВИП-ов.       Его руки и так по локоть в крови, а вместе с этими смертями она точно въелась бы ему под кожу, оставив неизгладимый отпечаток. Ин Хо воздал бы им по заслугам, отомстил бы за себя, Ки Хуна и прочих игроков, которых ранее считал лошадьми, на которых делают ставки, но после этого он бы остался настолько пустым, что ему вряд ли захотелось бы жить дальше.       И спас его от этого именно Ки Хун.       Ки Хун, сидящий рядом с ним прямо сейчас и просто до ужаса довольный тем, как все вышло. Он искренне рад, что Ин Хо остался в живых, потому что смотрит на него так, как не смотрел раньше никто.       — Ки Хун… — внезапно Ин Хо лишается половины своего богатого словарного запаса, — спасибо. Все это случилось благодаря тебе.       — Прекрати, — тот опускает взгляд, явно смущаясь. — То, что ВИП-ов будут судить по всей строгости, а мы остались в живых — только твоя заслуга. Я бы никогда не придумал настолько надежный план.       Ин Хо коротко кивает, решив, что не хочет сейчас затевать спор на эту тему.       — Знаешь, — продолжает Ки Хун, не поднимая взгляд, — я только сейчас смог по-настоящему обрадоваться тому, что все прошло, как мы и хотели.       Посвящать в детали он, кажется, не собирается, поэтому Ин Хо додумывает сам. А учитывая, что тут все вполне очевидно, он начинает чувствовать, как внутри разливается приятное тепло. Правда, вместе с ним ощущается и укол вины за то, что он сделал выбор за Ки Хуна, решив, что тот дальше справится и без него.       Он осторожно кладет руку на чужое плечо и опускает ее ниже, чтобы взять его ладонь в свою.       — Теперь все будет хорошо, — с уверенностью добавляет Ки Хун, сжимая руку Ин Хо в ответ.       — Если об этом подумать, вероятность того, что все сложится именно так, была минимальной, — произносит он, задумчиво поглаживая чужую руку большим пальцем. — Мы оба выжили чудом.       Сейчас страшно даже представить, что было бы, обернись все немного иначе.       — Судьба дала нам второй шанс, — отзывается Ки Хун. — Предлагаю тебе просто заткнуться и взять его с распростертыми объятиями.       От такой прямоты Ин Хо безумно хочется улыбнуться, что он и делает. Заметив перемену в его настроении, Ки Хун тоже расслабляется и наклоняется к его руке, чтобы оставить невесомый поцелуй на костяшках.       Как раз в этот момент дверь распахивается, и в палату вваливается счастливый У Сок, следом за которым проходит Джун Хо, сохраняя сдержанное выражение лица. У обоих в руках пакеты с чем-то вкусным, а Джун Хо вдобавок несет небольшой букет красных роз.       — Наконец-то вы очнулись, господин Хван! — радостно произносит У Сок, подходя ближе к больничной койке и по пути оставляя пакет на пустующей прикроватной тумбе. — То, что вы сделали на этом острове, просто невероятно! Теперь вы можете забыть о своем прикрытии и вернуться к работе в полиции?       Краем глаза Ин Хо замечает промелькнувшее недоумение на лице Ки Хуна, которое, впрочем, быстро исчезает. Он и сам, если честно, почти забыл, какую легенду придумал для У Сока, чтобы заручиться его доверием и возыметь небольшой авторитет. Когда ему было важно заполучить Ки Хуна для исполнения своего плана, Ин Хо попросил Джун Хо сказать этому недалекому бандиту, что его внезапно найденный брат — полицейский под прикрытием, все это время работавший на острове, чтобы собрать достаточно компромата на организаторов.       Только Ки Хун об этом был не в курсе. Тогда у них были более насущные проблемы, требовавшие незамедлительного обсуждения. Да тот и сам, наверное, уже успел примерно догадаться, почему У Сок так положительно относится к Ведущему игр. В любом случае, Ин Хо рад, что Ки Хун не подал вида, что впервые обо всем этом слышит.       — Пожалуй, я отправлюсь в отставку, — усмехается Ин Хо.       У Сок кивает с глубочайшим пониманием и почтением, после чего отходит в сторону, позволяя Джун Хо, все это время не решавшемуся подойти, встать рядом с кроватью. Теперь тот выглядит слегка растерянным и, кажется, нервничает, что для него совсем нехарактерно. Ин Хо чувствует на себе продолжительный взгляд Ки Хуна, предшествующий его словам:       — У Сок, пойдем поищем вазу для букета.       Тот хочет что-то возразить, но под безмолвным давлением своего бывшего босса повинуется и выходит вместе с ним из палаты, оставляя братьев наедине. На самом деле, три года назад Ин Хо совсем не подозревал, что Ки Хун может стать вот таким — уверенным в себе и порой даже угрожающим. Конечно, виной всему этот его взгляд, который за это время изменился до неузнаваемости. Даже толком не имея жизненного опыта и не умея читать эмоции по глазам, можно довольно легко понять, что человек, стоящий перед тобой, прошел настоящий ад и унес в себе его частичку, которую легко может выпустить наружу.       — Идиот, — шипение Джун Хо возвращает на землю.       — Что? — переспрашивает Ин Хо.       Джун Хо запускает руку во внутренний карман своей черной джинсовой куртки и достает оттуда файл с документами, который раздраженно швыряет прямо на постель. В легком недоумении достав содержимое из файла, Ин Хо обнаруживает паспорт, медицинский полис, водительские права и прочие документы со своей фотографией и новым именем, необходимые для жизни белого человека.       — Ты сделал все то же самое для Ки Хуна, — говорит Джун Хо, кивая на бумаги в его руках, — но не для себя. Я чуть не надорвался за эти два дня, пока пытался все это достать. Ты даже не надеялся, что выживешь на том острове, я прав?       Ин Хо не ожидал от брата вообще каких-либо эмоций по этому поводу, поэтому такая реакция заставляет его ненадолго замереть, не зная, что ответить. Удивительно, что целых два человека на этом свете хотели, чтобы он остался.       — Верно, — может лишь коротко подтвердить Ин Хо.       — Ты соврал мне, — голос Джун Хо слегка дрожит.       — Прости, — тихо произносит Ин Хо, заглядывая в глаза напротив. — Но ты должен понимать, что по-другому ничего бы не получилось. А времени у нас было катастрофически мало.       Примерно полминуты Джун Хо стоит молча, напоминая каменное изваяние. При этом на его лице отражается не то горечь, не то отвращение. Проще говоря, выглядит он так, будто только что съел целый лимон.       — Мне уже не пять лет, — наконец, заговаривает он. — Я бы смог принять твой выбор, каким бы он ни был. А ты врал мне всю жизнь, и я надеялся, что это изменится после того, как я тебя найду. После того, как ты сделаешь так, чтобы эти ублюдки оказались в тюрьме. Я надеялся, что после этого у меня вновь будет старший брат.       С каждой секундой этого разговора чувство вины на душе Ин Хо растет с невообразимой скоростью. Он был уверен, что потерял Джун Хо в тот момент, когда встретил его на острове три года назад с пистолетом в руках. Он и подумать не мог, что брат когда-либо сможет понять причину его поступка и после этого хотеть, чтобы их семья воссоединилась.       Наверное, Ин Хо никогда еще так не ошибался.       — Теперь я здесь, Джун Хо. И больше никуда не уйду.