Die For You!

Небольшая деревенька, где родился Дэрвинтэл, всегда просыпалась раньше солнца. Над крышами еще висела перламутровая дымка, а в окошках темным-темно, будто бы там никто не жил по ночам, кроме духов или призраков, в которых не верил будущий Архонт как в детстве, так и во взрослой жизни. Дом его семьи стоял на краю селения, ближе к холмам. Там открывался вид на большие поля, за полями горы, за горами неизвестность. При первом лучике солнца травка тянулась ввысь как бы приветствуя, говоря: "доброе утро". Сам домик выглядел вполне опрятным и пригодным для проживания: невысокий, деревянный, с резными ставнями и узкой верандой, на которой всегда сидели две кошки - серая Дымка и рыженькая Мурка. Они любили ластиться в ногах у молодого юноши, громко мурлыкая и мяукая. По сути они принадлежали всей семье, но слушались только Дэрвинтэла. Мальчишка проснулся рано, как всегда. Ибо стоило первому лучу света тыкнуться в его щеку, как он уже сидел на постели, сонный, протирающий слипшиеся глаза, но готовый к делу. Руки быстро схватили рабочие штаны, рубаху и плащик со стула, на котором по сей день лежали вещи. Молодой Архонт всегда говорил, что уберет их в шкаф позже... если бы это не затянулось на 5 лет. Быстрые ножки мигом спустились по лестнице и направились на кухню. Живот уже урчал во всю. — Доброе утро, – произнес Дэрви и зевнул, прикрывая рот рукой. — Утро доброе, сын. – Поднял вгляд отец, кивнув ему. Утро начиналось как обычно - бытовая рутина, дела по дому на каждого члена семьи. Мать возилась возле печи, ожидая пока испечется хлеб, отец сидел за столом и чинил деревянный ковш. Вскоре запах выпечки разлетелся по всему дому, а только что испеченное изделие теперь красовалось на столе. — Быстро ешь и иди полей грядки. И не забудь про кошек! – сказала мать садясь за общий стол. Дэрви, кивнув, улыбнулся, засовывая в рот буханку хлеба. Он всегда улыбался каждое утро, что не могло не радовать семью. Жизнь текла как холодный ручей, и Дэрвинтэл был тем самым солнышком который согревал его. Здесь было все просто, понятно. ...Но у него имелся свой маленький секрет. После завтрака будущий Архонт взял ведро с корзиной и вышел на веранду, вдыхая полной грудью свежий утренний воздух. Кошки, как только почувствовали присутствие хозяина, бросились к ногам принявшись ластиться. Дэрви немного погладил их, говоря ласковые слова, а потом кинул в деревянную миску кусочки рыбы. Хвостатые сразу же направились к еде. Маленький склон за домом, заросший травой и кустами. То самое место, куда ходил юноша каждый день. Чуть позже он даже обустроил свою скромную обитель - стол, крыша над головой в виде украденной у соседа хлипкой дощечки, маленький стол, спрятанная коробка в земле, старый чайник треснутый сбоку, наполовину разбитая фарфоровая чашка. Ее, вроде бы, как помнит Дэрвинтэл, обронил один купец, что вез различный антиквариат на продажу. Неподалеку отсюда росли чайные кусты. Ох, как он любит смешивать этот божественный отвар с различными ингредиентами: мед, варенье, лимон, корица с каким-то фруктом... да что угодно! Но сам предпочитает обычный, классический. Он присел, сдвинул засохшие травинки, начиная руками аккуратно раскапывать коробку. Для маленького Архонта это было, так называемым, царством. Маленькой роскошью для души. Внутри лежали сушеные чайные листья, крупицы специй, маленькая баночка меда, а так же мешочек с сахаром. Юноша вдохнул аромат сухих листьев. Ему этот запах не нравился, он был слишком резким вперемешку с другими, но странно притягивал. Чай всегда казался для него чем-то живым и изменчивым, ведь его можно смешивать с чем угодно, в плане съедобного. Чайник уже стоял на столе, из банки он перелил кипяток в посуду. Чуть позже мальчишка добавил специй. Сегодня у него была необычная смесь: лимон с корицей и щепотка сахара. По запаху - можно пить, на деле... — Фу... – поморщился он. — Черный все равно лучше. А может мне просто надо еще попрактоваться. Итак... – В руках появилась растрепанная тетрадка. — "Смесь номер 43 вышла не очень вкусной. Провал." Он каждый раз заваривал чай так, будто создавал что-то личное. И никто не знал об этом, ни мать не отец. Они бы, скорее всего, назвали "увлечение" будущего Архонта пустой тратой времени, бесполезной тратой продуктов. Поэтому Дэрвинтэл зачастую держал рот на замке. Ветер приносил запах печи из дома, кошки тихо мяукали на крыльце, отец во дворе рубил дрова, мать пела себе под нос песенки. И это было его детство. Такое теплое, сказочное, казалось, никаких забот вовсе не должно существовать(кроме дел по дому и помогать семье), никаких проблем. Родители Дэрви всегда воспринимали его открытым ребенком, солнечным ребенком. Но вот он здесь. В попытках создать новые вкусы заварки, возможно, для всех жителей мира. После утреннего "тайного заваривания чая" Дэрвинтэл вернулся домой через сад. Там уже работала мать, стоя над грядками упорно борясь с сорняками. Ее волосы были подвязаны блестящей красной ленточкой, а движения механические. В какие-то моменты женщина смахивала пот со лба устало выдыхая. В деревеньке даму называли "девушкой земли" или "ранней пташкой" - самой первой встающей и последней ложащейся. Увидев сына, девушка усмехнулась: — А вот и ты. Воды, говоришь, набирал? – голос был мягким, но с ноткой "я все знаю". Дэрви замерел на месте, сглатывая неприятный комок подступающий к горлу. Он никогда не умел врать матери. — ...Ну, да, – выдохнул юноша немного виновато опуская вгляд за сказанную ложь. — М-м, – протянула она, не дав дальше развить разговор. — Раз принес, то иди помоги отцу. Он опять с бочкой не справляется. Будущий Архонт выдохнул, на сегодня он спасен: мать решила не копаться в деталях. Поставив корзинку на веранду как и ведро, парень направился помочь, точнее, бежал вприпрыжку. На легком ветерочке его плащик развивался словно тонкая вуаль. Отец был полной противоположностью. Тяжелые шаги, всегда растрепанные волосы от тяжкой работы, руки в мозолях. Но вокруг него витала аура спокойности, с ним всегда можно поговорить на разные темы. Он стоял у старой бочки, оперевшись на нее всем весом, пытаясь поднять край. Однако, силы не очень хватало. — Подойди-ка, Дэрви, помоги мне поднять эту рухлядь, – проговорил мужчина не оборачиваясь. Дэрвинтэл подошел и вцепился в край бочки. Вес ударил в руки сразу - это была не чайная заварка. Ощущение, будто бы они поднимают не бочку, а трехтонную тушку слона. Еще чуть-чуть и вскоре вода хлынула наружу. — Ты слабоват стал, – подметил Отец тихо, без упрека. — Тебе надо бы на поле со мной выходить. Земля силу дает. Мальчишка хотел что-то ответить, даже уже открыл рот, но слова застряли в горле вместе с неприятным комом. Он хотел сказать что просто проснулся рано, уходил за водой, увы, не смог. В груди защемило. Ничего не сказав напоследок, младший Архонт развернулся и направился в сторону дома, разочарованно выдохнув то ли от того каким он "слабым" себя показал, то ли от чего-то другого.

***

Пятница. Вечер, тусклая лампочка освещала скроменький домик. Каждый занимался своим делом, пока Дэрви сидел на веранде покачивая ногами и гладил своих пушистиков, которые радостно мурлыкали ластясь об него. Послышался разговор внутри помещения, юноша навострил уши. — Он еле стоит на ногах. – Пробормотала мать раскладывая травы по корзинам. — День тяжелый. Бывает. – Коротко и сухо ответил отец. — Ты вообще его видел? Дэрвинтэл весь день ходил как бледный мертвец! – Она выпрямилась. — Он еще совсем дитя, зачем ты его взял? Будто взрослого мужика на место поставил. Ему итак плохо, а ты... — Плохо? – Мужчина вскинул голову, вцепившись пальцами в край кресла. — Ему нужно привыкнуть к тяжкому труду и все проблемы уйдут разом. — Ты думаешь все проблемы можно решить силой? – Голос матери срывался на крик. — Чего ты этим добиваешься, ****? – Он резко встал со своего места подходя ближе. — Чтоб я оставил его без дела? Чтоб он весь день лежал в кровати и шатался по холмам? Чтобы он вырос слабаком? Грудь мальчишки сжалась еще раз, на этот раз сильнее предыдущего. Пальцы впились в шерсть кошки, он пытался успокоиться. Он знал, рано или поздно все пойдет наперекосяк если он не раскроет правду, тем более сейчас. Дэрви не хотел чтобы его дорогие родители ссорились из-за него по такой глупой причине. По крайней мере, парниша так считал. И в кое-то веки жалел, что пошел не по той тропе, отличившись от остальных трудоголиков в этой тихой местности. Может быть ему всю жизнь вправду придется здесь скитаться, а он сидит на веранде и уже тихо вытирает влажные от слез хрустальные глазки непонятно по какой причине. Вообще, если подумать, Дэрвинтэл родился немного... другим. В 3 года знал алфавит, умел отчасти читать, выводить кривым детским почерком буквы, интересовался травами, расспрашивая мать о свойствах. В 7 создал свой первый травяной напиток. Какие интригиенты тогда были смешаны, увы, он не сможет вспомнить и воссоздать тот божественный вкус. В тот вечер пришел отец, выкинув чайник, а вместе с этим все старания мальца в случайную деревянную бочку. Был ли он зол на что-то или на кого-то? Будущий Архонт так и не узнал. После ужина Дэрвинтэл долго ходил по своей комнате раздумывая: "А стоит ли сказать им?". Он чувствовал странное напряжение внутри, будто комок, который никак не выходил наружу. С одной стороны юноша не хотел допустить дальнейших ссор из-за него, с другой боялся последствий. И вот, спустя еще какое-то время раздумий, решение было принято. Он аккуратно подошел к родителям, которые собирались гасить лампы и ложиться спать, заговорив тихим голосом: — Мам, пап, можно... я кое-что покажу? Родители переглянулись, но ничего не сказали в ответ, следуя за мальчишкой. . . . Дэрви аккуратно раздвинул кусты, приглашая их войти в его тайный мир. Воздух пах сушеными листьями вперемешку со свежим ароматом цветов, которых он нарвал сегодня утром у случайного соседа. Вазочку с мусорки, кстати, он тоже оттуда взял. — Я давно тут работаю, – заговорил парниша тихо и взволнованно. — Пробую, записываю. – Рука остановилась на тетради, беря ее в руки, подходя к родителям, показывая записи. — Я еще не очень умею, но это мое. Правда мое. Он ждал реакции. А какой именно - не знал сам. Понимания, наверное, не осуждения. Признания того, что он не бесполезен, даже если его направление - обычное заваривание чая. Молчание тянулось слишком долго, в груди начало неприятно давить, пульс учащался с каждой секундой. — Милый, это очень интересно. Ты такой аккуратный, – погладила мать его по голове. — Но ты же понимаешь что это просто забава, да? Как игры детей. Игра. Простая чертова игра. Слово прокручивалось в голове каждый раз. Дэрвинтэл больше не хотел здесь находиться. Ему хочется все бросить и уйти прямо сейчас. — Неплохо, сын, пахнет приятно, – пауза. — Но на этом не проживешь. Хорош баловаться, завтра вставать рано. Дорогая, пойдем. Отец взял мать за талию и направился к выходу из скромной обидели младшего Архонта. Шум, слова, все в миг наполнилось тишиной. Он стоял. Один. В своей чайной комнатке, которая резко стала пустой. Взор упал на тетрадку, на стеклянную вазу, место, где закопанна коробка. Мозг пытался переосмыслить поступившую информацию, но, скорее, сейчас там творился полный бардак. То, что было тихой радостью вдруг стало чем-то детским, нелепым, ненужным. Паренек сел на корточки и провел пальцами по травинкам, будто сейчас они заговорят с ним и смогут утешить. Они не поняли. Не поняли - это не игра. Это было единственным местом, где он чувствовал себя настоящим. — Тупой ты бездарь, Дэрвинтэл, – прошептал про себя мальчишка сквозь зубы. Капельки слез выступили наружу. Вскоре место наполнилось тихими всхлипами и той детской недосказанностью, что копил в себе будущий Архонт несколько месяцев. Он прокручивал у себя голове по сотни раз слова родителей, пытался противоречить самому себе. Тц, нужно было действительно продолжать молчать. Ощущение в груди пылало новой силой, будто теперь он виноват вдвойне не только перед родителями, но и перед всей деревней.