Тени прошлого

В грозу и мрак, средь ветров и тьмы,

Мы держим друг друга, пряча мечты.

Когда вокруг бушует война и ссора —

В сердце найдём мы тихую свободу двоих.

Снаружи шел дождь. Небо полыхало молниями, будто само становилось свидетелем надвигающейся бури — не только погодной, но и человеческой. Старое здание бывшего штаба Щ.И.Т. дрожало от каждого порыва ветра. Где-то капало с проржавевшей трубы, в коридорах слышался гул сквозняка, и всё напоминало декорации к фильму о выживании. Но именно тут скрывались те, кто уже был вне закона: Баки Барнс, Стив Роджерс, Наташа Романофф, Нарцисса Рейн и Мария Хилл. Пятеро — против системы. Каждый день теперь был игрой на выживание.

***

Наташа проверяла план побега — по карте, которую вытащили из старых архивов Щ.И.Т. — Чёрт, — пробормотала она. — Этот тоннель обрушен. Остаётся только путь через реку. Стив стоял за её спиной, и когда она развернулась, он неожиданно подхватил её за талию, чтобы отодвинуть от края стола — слишком близко стояла. Она вздрогнула, но не убралась. Их глаза встретились. Наташа чуть улыбнулась. — Осторожней, Роджерс. От таких прикосновений у меня появляются идеи. — Идеи — это хорошо, — хмыкнул он, не отпуская. — Угу, особенно те, что начинаются с поцелуя и заканчиваются на полу, — пробормотала она, не отводя взгляда. — Думаю, в этом здании достаточно полов, чтобы попробовать, — тихо сказал он, и оба вдруг осознали, как мало между ними осталось расстояния. Но тут... Резкий гудок. Шины скользят по асфальту. За окнами — фары. Кто-то выскочил из машины. Черный силуэт. — Это Т’Чалла! — крикнула Нарцисса, вбегая. — Он нашёл нас! Паника. Все вскакивают. Снаряжение — в рюкзаки. Карта — под куртку. Баки хватает пистолет, Наташа — нож, Стив — щит. Всё сразу побежали в гараж, к бронированному фургону. За рулём уже сидела Хилл – Быстро сели, у нас каждая секунда на счету! Они прыгнули внутрь. Баки рядом с Нарциссой, Мария давит на газ. Наташа смотрит — нет свободных мест. Снова. И, не раздумывая, вновь садится на колени к Стиву. Он, немного смущённый, обнимает её за талию, чтобы она не упала. — Как романтично, — фыркнула Хилл, не поворачиваясь. — В следующий раз я принесу попкорн. Внутри — тишина. Только дыхание, сердца, гул мотора и сознание того, что охота продолжается. Но теперь они были вместе. Они были команда. Они были семья. Фургон грохотал по ночной дороге, унося их прочь от обнаруженного убежища. Баки сидел молча, стиснув зубы, Нарцисса уткнулась лбом в стекло, избегая встречи взглядом с Марией — та молча вела машину, сосредоточенно, будто и правда не подслушивала ночью за стенкой кое-чьи вздохи. Позади, в узком, душном отсеке фургона, Наташа устроилась на коленях Стива, скрестив руки на груди. — Не привыкай, — хмыкнула она, не глядя на него. — Это временно. Потому что ты — подушка, а не принц. Стив чуть улыбнулся. — Твоя временность весит удивительно приятно. — Так это я тебе ещё в висок не дышу, — отозвалась Наташа, наконец повернувшись лицом к нему. Их носы почти касались. Тишина между ними была гулкой. Насыщенной. Он не сводил с неё глаз. Ни капли иронии — только тепло, сдержанное слишком долго. — Знаешь… — начал он, слегка хрипло. — В этом безумии, что вокруг… всё, что держит меня в равновесии — ты. Она моргнула. Мягкая тень сомнения скользнула по лицу. — Ты говоришь так, будто собираешься сделать что-то глупое. Или… романтичное. — Иногда одно не исключает другое, — прошептал Стив, его голос почти терялся в гулах фургона. Наташа смотрела на него долго. В её взгляде таилась осторожность. И страх. И — желание. — Мы не можем позволить себе слабости, — прошептала она. — Это не слабость, Нат. Это ты. Я и ты. Мгновение — и она коснулась его лица ладонью. Осторожно, как будто касалась пореза, а не кожи. Он не двинулся. Только прикрыл глаза. — Если ты поцелуешь меня сейчас... — сказала она тихо. — Это уже не забудется. Не сотрётся. Стив чуть приподнял бровь, не отрывая взгляда от её губ. — Тогда, наверное… — он наклонился ближе. — …я обязан быть чертовски хорош в этом. И он поцеловал её. Не порывом. Не в панике, не на бегу. А будто выбирал этот момент долгие годы — и, наконец, позволил себе вкусить его. Её губы дрожали от напряжения, но отвечали. Сначала осторожно. Потом — требовательно. Её руки обвили его шею, прижимая ближе. Его пальцы — скользнули по её талии. И всё исчезло — фургон, мир, охота, угроза. Они целовались, как люди, у которых могло не быть завтра. — Мне нельзя было этого хотеть, — прошептала Наташа, когда их губы разомкнулись, лбы всё ещё соприкасались. — А мне нельзя было тебя отпускать, — ответил он. Спереди, не оборачиваясь, Хилл прокашлялась. — Прежде чем вы там задушите друг друга влюблёнными взглядами, напоминаю: я вожу, а не слушаю сопли. Наденьте бронежилеты — через пару минут будем в новом месте. Нарцисса усмехнулась. Баки — промолчал. Сзади Наташа только крепче сжала ладонь Стива, отвечая на не высказанное. Впереди — новая битва. Но сейчас — они были вместе.