Тени прошлого

Тени прошлого в тиши веков,

Встреча — судьбы немой зов.

Когда враги и друзья слились в круг,

Вновь свет найдут заблудшие души вдруг.

Старое здание, спрятанное между складами и автостоянкой, выглядело заброшенным ещё лет десять назад. Идеальное укрытие — ни камер, ни патрулей, ни соседей. Никто бы не догадался, что бывшие герои теперь живут среди пыли, металлических перегородок и запаха ржавчины. Мария резко затормозила, мотор взревел, и фургон остановился, будто врезался в саму ночь. — Всё, приехали. Добро пожаловать в рай, чёрт вас всех подери, — хмыкнула она и вышла, захлопнув дверцу с такой силой, что пыль поднялась облаком. Нарцисса первой ступила на бетон. За ней — Баки, молчаливый и хмурый. Стив с Наташей обменялись короткими взглядами, и только потом вышли. — Ну и дыра, — пробормотала Нат. — Ты хотела романтики — вот тебе приключение, — усмехнулся Стив, поправляя лямку рюкзака. Но в тот момент, когда они приблизились ко входу в здание, автоматическая дверь вдруг издала протяжный писк… и открылась сама по себе. На пороге стояли две фигуры. Одна — высокая, в длинном тёмном плаще, с повязкой на глазу. Другая — миниатюрная, с яркими зелёными глазами и каштановыми кудрями, стянутыми в небрежный пучок. — …Боже, ты в своём уме, сестрёнка? — раздалось изо рта второй фигуры. — Ты реально сейчас в бегах с группой международных преступников? Нарцисса застыла. — Тереза? — Ага. А ещё — он. — Девушка указала большим пальцем на мужчину рядом. — Тот, кого ты считала мёртвым. Ник Фьюри вышел из тени, и его взгляд скользнул по каждому из них, словно сканировал: натренированным, ледяным, оценивающим. — А вот и мой любимый проблемный детский сад, — проговорил он хрипло. — Долго же я вас искал. — Ты… жив, — выдохнул Стив. — Всегда был. Просто предпочёл не мешать вам… до сегодняшнего дня. Баки шагнул ближе, прищурившись. — Ты знал, где мы? — Я знаю слишком много. И вот что я знаю сейчас, — он посмотрел на Марию, — если вы не хотите, чтобы вся планета охотилась на ваши задницы — придётся сыграть по моим правилам. — А если мы не хотим играть? — буркнули Наташа с Нарциссой в один голос. — Тогда, мисс Романофф и мисс Рейн, можете прямо сейчас идти сдаваться Т’Чалле. Он милый парень, но в отличии от меня — не настолько сентиментален. — Ах ты сучка крашеная. Значит, была в курсе всего этого? — тихо спросила Нарцисса, глядя на Терезу. Та фыркнула: — Я случайно услышала твой звонок. Прилетела. И нашла его. Не благодари. И, кстати, мама бы тебя убила. Серьёзно. Вот прям убила бы, если бы знала, с кем ты переспала, чтобы спасти парня, который когда-то ломал тебе рёбра. — Тереза! — прошипела Нарцисса. — Что? — пожала плечами девушка. Стив закашлялся в кулак. Наташа скрестила руки на груди и демонстративно подняла бровь. Баки отвернулся. Но… ничего не сказал. Мария Хилл опёрлась о фургон и кивнула Нику. — Ну? Что скажешь, директор? Будешь принимать нас в старый штаб? — Я скажу, что нас теперь шестеро. И если мы хотим спасти ваши задницы, придётся действовать, а не выяснять, кто с кем и как часто. Он обернулся к зданию. — Заходите. Внутри безопасно. Пока. Нарцисса встретилась взглядом с Баки. Он всё ещё не говорил ни слова. Но в его глазах было нечто, что она знала наизусть: он всё знал. Но ждал. Они прошли внутрь, а Тереза прошептала, наступая на пятки сестре: — Мы с тобой потом очень серьёзно поговорим. И, кстати… Стив и Наташа? Реально? Ставлю на то, что у них уже в шкафу что-то было. — ТЕРЕЗА. — Ладно-ладно, ухожу в тень.

***

— Ты с ума сошла? — голос Нарциссы дрожал не от слабости — от злости. Она захлопнула за собой дверь комнаты, закрыв её и себя с Терезой от остальных. — Какого чёрта ты здесь? Тереза, всё такая же независимая и вызывающе спокойная, уселась на край стола, сцепив пальцы. — А я скучала, сестрёнка. А потом услышала, что ты в бегах с самым разыскиваемым преступником на планете, и решила, что идеальное время навестить тебя. — Это не смешно. — А я не шучу. — Тереза встала, шагнула ближе. — Я волновалась за тебя, понимаешь? Да, я не была рядом, когда ты проходила через всю ту адскую дрянь, но, может, я всё ещё имею право волноваться? — Ты не должна была сюда ехать. Ни за что. Ты подвергла себя риску. И меня. И всех нас. — Прости, — голос младшей стал тише. — Но ты — моя семья. И я больше не могу смотреть, как ты страдаешь одна. Я не ребёнок, Нарцисса. Я выросла. — А вот для меня ты всё ещё та мелкая, которую я помогала пеленать матери! Потому, что только такой из детства я тебя и помню.. — Глаза Нарциссы затуманились. — Я не могу позволить себе потерять тебя. Ни сейчас. Ни потом. Тереза шагнула вперёд и обняла её. — Тогда просто не теряй. Я останусь. Помогу, чем смогу. Тёплая, короткая пауза. А потом голос Нарциссы прозвучал уже почти шёпотом: — Только больше никогда так не делай. Поняла? — Поняла, сестра.

***

А в другом конце укрытия, где комната освещалась лишь настенным светильником и мигающим монитором, Ник Фьюри стоял у карты города. Он сосредоточенно водил пальцем по маршрутам возможной эвакуации, но каждый раз взгляд непроизвольно срывался на фигуру, склонившуюся над панелью связи. Мария Хилл. — Ты опять уставился, — не поднимая головы, усмехнулась она. — Имею право, — ответил он хрипло. — Я думал, ты давно плюнула бы на всё это. — Если честно, так и было. Пока не вспомнила одну чёрную повязку и голос, который когда-то не дал мне сломаться. Он шагнул ближе. Между ними оставалось всего ничего — считанные сантиметры. Он хотел коснуться её, но не сделал этого. — Скучала? Мария подняла глаза. Медленно. Почти медленно, как в старом фильме, где всё уже предопределено. — Ещё как. На секунду воцарилась тишина. А потом её рука осторожно накрыла его ладонь, которая лежала на столе. — Ты знаешь, Ник... Я тогда... — Я тоже, — перебил он. — Просто не знал, как сказать. Они молчали, и в этом молчании было куда больше, чем в тысяче признаний.

***

На крыше здания, укрытые от остальных, Стив и Наташа сидели, прислонившись к металлической вентиляции. Холодный ночной воздух пробирался под кожу, но было тепло. Просто потому, что они были рядом. — Всё меняется, — тихо произнёс Стив, глядя в темноту. — И слишком быстро. — Да. Но ты всё ещё тот, кто держит всех нас на плаву, — отозвалась Наташа. — Даже когда сам тонешь. Он посмотрел на неё, изучая черты её лица в полумраке. — Спасибо, Нат. — За что? — За то, что ты рядом. Всегда. Она ничего не сказала. Просто наклонилась ближе. Медленно. Осознанно. И их губы встретились. Тот самый поцелуй, что не был первым… но стал чем-то большим. Он был тёплым, долгим, молчаливым обещанием. Обещанием быть рядом, даже когда всё рушится. Когда на горизонте — только пепел и война. Когда они отстранились, она осталась рядом, положив голову ему на плечо. — Мы справимся, — прошептала она. — Потому что у нас есть друг друга.