Где бы мы ни были

Туман почти свернул с дороги свои призрачные очертания, прогоняемый кое-как проступавшим из-за деревьев солнцем. Из-за недавнего дождя на улице было прохладно, да и видимость оставляла желать лучшего. Но шагающему по дороге автостопщику точно не суждено было быть случайно задавленным — ярко-жёлтый плащ было видно за километр. Рука вскинута к дороге с большим пальцем вверх. Но пикап даже не пытается остановиться — лишь просигналил Джубили, кажется, что-то нецензурное. Она тоже вскинула руку в неприличном жесте, совсем уж по-мужски сплёвывая на землю. Джубили, закинув рюкзак незатейливых пожитков за спину, зашагала по краю дороги. Ловить попутку было уже поздно — до города едва ли пять километров. А нет. Вот уже телефон тренькает новыми приходящими сообщениями — значит, город совсем близко. Вышку связи строят поближе к городу. Джубили умилённо улыбнулась. Хэнк скинул статистику насильственных преступлений в отношении путешественников-автостопщиков. Какая прелесть. Тут даже есть табличка: разлетелись по полу и возрасту. Она была почти уверена, что это отослал ей Скотт. Нет, конечно, официально-то он с ней не разговаривает после их последнего разговора — пообещал открутить голову, чтобы в ней не зарождались такие "прекрасные идеи". Переться за сотни километров за "этим" не оценил вообще никто. Только Профессор, кажется, понял — и то лишь отчасти. Но Джубили была уже совершеннолетняя, и, кроме как не потакать её эксцентричным порывам, Люди Икс не могли. И в ответ на статистику она только и могла, что послать умилённо-прослеживающийся смайлик с подписью: "я тоже вас люблю". Город показался уже совсем скоро на ближайшем повороте, но Джубили не стала в него входить, свернув в лес, который его окружал. Ещё мокрая с дождя трава пружинила под ботинками с яркой шнуровкой, прошлогодними иголками и шишками. Джубили оглядывается, всей грудью вдыхая запах леса. Нельзя было сказать, почему она так думала. Наверное, нужно быть совсем сухарём, чтобы прожить с человеком так долго и не научиться его хоть немного понимать. Да и Логан сам был виноват. Кто всегда говорил им слушать его на уроках? Они и слушали. Даже те мимолётные обмолвки вне лекций, когда он бормотал себе под нос причитания о том, что сейчас бы канадский лес и охоту, а не вот это вот всё. Иногда стоило лишь вдохнуть запах леса — и было сразу понятно: нет, Росомахи тут нет. Не стал бы он жить в этом полулеске, где деревья до корней пропахли болотом и, кажется, скоро в нём сгниют. В этот раз тут был точно не этот вариант. Лес пах хвоей и тем немного гнилостным запахом, когда мокрый перегной подогревается солнцем. Значит, придётся задержаться тут подольше. Вообще, находить на работу в таких маленьких северных городах было на удивление несложно. Везде нужна была если не официантка, то бармен. К таким городкам можно даже привыкнуть, а, может, и полюбить. Не сейчас, конечно, но лет через тридцать. Если вспоминать уроки переговоров от Профессора, то можно назвать эти городки, похожие друг на друга –старомодными. "Старпёрские" всё-таки слово обидное. Здесь к тебе обращаются "мисс", даже если ты промокла до нитки, а на голове будто вороны танцевали. Не спрашивают паспорт и просто дают поднос с пивом. Здесь на пороге кафе тебя могут встретить дулом охотничьего ружья в лицо, но когда оттают — могут даже дать пострелять, не спрося ни лицензии на оружие, ни умения хотя бы держать оружие в руках. И стоит только представить, как быстро Джубили придётся бежать, стоит хоть кому-то увидеть, как из её рук вырываются искры. И желательно бежать зигзагами. За этими неторопливыми раздумьями Джубили совсем не замечала, как её одним экономичным и ловким движением повалили на землю, вдавливая в мокрую траву. Так навалилось, что достать перцовый баллончик или хотя бы закрыться — не было никакой возможности. Открытый рот, словно пасть, пахнул жаром дыхания прямо в лицо. Тело — сплошная напряжённая мышца — наваливается на неё почти всем телом. — Логан. Она выдыхает это почти облегчённо, всматриваясь в чужие глаза с аномально расширенным зрачком. Чужое лицо было отчаянно заросшим и имело исключительно асоциальный и бандитский вид. — Ты не представляешь... — "как сложно тебя найти", — Джубили не договаривает. Весь воздух мгновенно вышел из лёгких. Росомаха пошевелился, и её с большей силой вжали в землю, казалось, всем адамантиевым скелетом. Из горла Логана вырвался рык, приподнимающий верхнюю губу, словно собака, обнажая клыки. Джубили не именно что пытались ударить, а вдавливали в землю почти до хрипа в грудной клетке. Логан наклоняется к ней, будто хочет прошептать что-то на ухо. Нос — мокрый и холодный — уткнулся ей куда-то в шею. Волосы и борода, жёсткие как сено, щекочут лицо. Её приподнимают с земли, прижимая к себе, впиваясь пальцами в скрипящую ткань плаща. — Я тоже рада тебя видеть, — Джубили охватывает чужую шею, прикрывая глаза. Как будто не замечает, как та чуть подрагивает. Теперь всё будет хорошо. Даже когда ей придётся уже всерьёз убегать от него по лесу, не сбавляя скорости, выкрикивая аргументы, что она уже взрослая. Даже когда Логан придёт в себя и всё-таки её догонит и настучит по башке за то, что она шляется в таких местах одна. И даже когда, взяв за шкирку, притащит в Академию под облегчённый вздох Скотта. Потому что тогда точно будет понятно, что Росомаха вернулся.