2.
30 июня 2025 г., 22:33
Проходит два быстрых незаметных дня. Наруто в своей палатке только ночует — все остальное время они вместе бродят по холму. На шее Саске висит допотопное устройство для запечатления изображений. Правда, когда Наруто спустя пару секунд держит в руке пахнущую краской фотографию, не может сдержать восторга. Вопреки тому, как выглядит, Саске вовсе не тщеславен. Почти все, что остается на снимках — белые хребты в молочном тумане, рыжие белочки с серыми хвостами, темный мох, въевшийся в стволы деревьев, и редкие бледные цветы. Один раз на фото даже попадает Наруто, держа в руке странного жука.
Когда в округе уже нечем заняться, и Наруто с подачи Саске рассмотрел уже все ущелья и овраги, попробовал сухих красных ягод и наткнулся на горный ключ с пробирающей до костей водой, они собирают палатки и уходят с холма.
Саске ведет его по каменистым тропам, он утверждает, что где-то внизу есть озеро. Наруто втихаря ищет информацию в своем передатчике, но никаких крупных водоемов вокруг не числится.
Они спускаются вниз, в глубокую и широкую желто-зеленую долину, и движутся навстречу трем величественным вершинам, которые Наруто видел раньше.
— В этих краях есть легенда, — заговаривает Саске, замечая его пристальный взгляд. — Будто когда-то эти горы пережили великую бурю. Все вокруг, кроме них, было разрушено. Катаклизмы были такой силы, что образовался этот каньон. С тех пор время тут словно остановилось.
В уверенной походке Саске нет ни намека на сомнения в выбранном маршруте. Но браслет не спешит сообщать об озере.
— Значит, ты часто здесь бываешь?
— Два раза в год, — загибает Саске пальцы, — летом и зимой. Кругом снег… тебе бы понравилось.
В голове возникает картинка-воспоминание: морозный воздух, скованная льдом река, ветки, укутанные в белое. Чей-то голос. Наруто игнорирует его, чтобы не упустить кое-что важное в их разговоре.
— И всегда… один?
— Да.
— Почему?
Саске вздыхает и ерошит волосы. Наруто кажется, что он спросил о чем-то, о чем спрашивать не стоило.
— У меня очень… очень большая и шумная семья. Если быть точнее, нас только двое — я и старший брат. И родители. Но будто этого мало, дома постоянно есть кто-то еще. Дяди, двоюродные братья, их дети… Поэтому я очень ценю моменты, когда могу побыть один.
— А я, значит, нарушил твой покой.
— Ну-у, — раздается его задумчивый голос, — ты ничего не умеешь, да и толку от тебя маловато…
Сложно обижаться на правду — ведь Наруто и впрямь полный ноль в земных делах, но зато он умеет и знает целую массу всего, о чем Саске и не подозревает. Вряд ли он в курсе, что живет лишь в одной из параллельных солнечных систем.
И все-таки он обижается.
— Но я все равно не против твоей компании, — Саске расплывается в улыбке.
И вправду, думает Наруто, не на что тут обижаться. Все ведь четко и по делу сказано.
— Да тебе самому это нравится! Весь такой умный, все знаешь, учишь непутевого меня. Признайся, ты в восторге.
— Каюсь, подловил. Всегда мечтал найти в лесу Маугли и воспитать его.
Наруто зависает на пару секунд, пытаясь понять, о чем речь. Затем мыслеобразы и ассоциации оригинала выстраиваются в нужную картинку. И он запоздало смеется, видя мальчика, выросшего с волками.
— А почему не Тарзана?
— Потому что я хочу быть Акелой, а не гориллой, — поясняет Саске как само собой разумеющееся.
Здесь Наруто спорить не о чем, пусть даже на самом деле «мать» Тарзана — не горилла, а обезьяна-антропоид. Быть вожаком волчьей стаи Саске подходит куда лучше, чем жить на деревьях в джунглях.
— На что это похоже, когда у тебя есть семья? — вырывается у Наруто, и он запоздало понимает, что сболтнул лишнего.
— Семья? — Саске хмурится. — Разве вчера ты не говорил…
Вчера? А, точно, шутка про их чувство юмора.
— Не хотел тебя грузить, — пожимает Наруто плечами. — Я сирота.
Или нет.
Он вспоминает Сорок третьего, Сорок шестого, Семьдесят первого. Девяносто восьмого. Вспоминает других. Вспоминает владыку, чье лицо всегда скрыто лисьей маской, но с которым он ощущает огромную связь.
Саске молчит, и некоторое время в воздухе слышен лишь хруст веток и гул насекомых.
— Для всех по-разному, я думаю. Наверное, место и люди, к которым хочется вернуться. Я имею в виду… семья не обязательно должна быть кровной, понимаешь?
Наруто не понимает. Но все равно кивает.
— Значит, я могу и сам создать семью?
— Ты прямо с Луны свалился. Можешь, конечно, если встретишь человека, которого захочешь назвать своей семьей.
Такой концепт не укладывается у него в голове. На базе есть владыка и есть другие копии, каждая из которых занимается своей планетой, пусть Наруто может считать их за братьев, но на самом деле они — абсолютно идентичны друг другу внешне и генетически, отличает их разве что набор воспоминаний, который владыка дарует каждому свой.
Задумавшись, он оглядывается. Долина заросла высокой травой и деревьями, но Наруто чудится, словно бы раньше, когда-то давно, здесь были одни лишь голые скалы, покрытые красной глиной.
Он напоминает себе, что необходимо сделать запись, ведь близится время отправки первого отчета, и ему нельзя пропускать сроки, даже если все из-за его дурацкого сломанного браслета.
Пока Саске первым проходит вперед, потому что дорога в густых зарослях сужается, Наруто отодвигает рукав, глядя на экран устройства.
— Дата и время? — тихо спрашивает он у передатчика.
В ответ вспыхивает надпись: «Пятнадцать часов, тридцать шесть минут. Четырнадцатое августа две тысячи сорок девятого года».
Наруто вздыхает, опуская руку. Он окончательно убеждается в том, что с браслетом что-то не так. Солнце всходило и садилось дважды, а значит, должно быть как минимум пятнадцатое августа, но никак не четырнадцатое. И откалибровать устройство вне базы он не может, земная технология передачи связи слишком примитивна.
Тем временем за деревьями показывается блестящая водная гладь, а передатчик не издает ни звука.
Озеро странно спокойное и выглядит как зеркало. Пока Саске разбирается с вещами, Наруто присаживается на корточки и опускает в воду палец, глядя в свое отражение. Заторможено, нехотя по поверхности друг за другом расплываются круги, и ему мерещится маска владыки.
— Что за чушь… — бормочет он себе под нос.
Наруто отправляет в воду пинком несколько камешков. Секунда, две, они балансируют на поверхности и только потом тонут.
— Запись ноль-ноль-два. Наблюдаются искажения пространства.
Поблизости раздаются шаги и шорох камней.
— Работаешь на Дискавери?
— Диска… что? — Наруто оборачивается, пряча браслет, и тут же замолкает на полуслове. Саске стягивает через голову водолазку, затем штаны, оставаясь в узких шортах. Входит в воду по бедра и ныряет.
Наруто, затаив дыхание, смотрит в озеро.
— Идешь или будешь пялиться? — кричит Саске, выныривая. Влажные темные пряди прилипли к щекам, по ним стекает вода.
Наруто сбрасывает рюкзак, чувствуя, как краснеет. Это называется «плавание», и Саске держится на поверхности так же легко, как дышит. Поддавшись порыву, Наруто оставляет на берегу ветровку, и присоединяется к нему.
Вода ледяная, но рядом с Саске кажется теплой. Там, где неглубоко, они брызгаются и смеются, а потом земля уходит у Наруто из-под ног. Всплеск, голос Саске — все происходит так быстро, что он не успевает даже вдохнуть, как его резко вытягивает на поверхность.
— Да ну, не говори, что не умеешь плавать, — упрекает Саске, но глаза у него блестящие и веселые. Наруто ощущает его горячие пальцы на своей пояснице — Саске придерживает его, чтобы он держался на плаву.
— Не умею… наверное, — растерянно признается Наруто. Видимо, оригинал тоже никогда в жизни не плавал.
— Ты уверен, что решил заняться кемпингом, а не покончить жизнь самоубийством?
Наруто сердито сверлит Саске взглядом.
— Я просто новичок! Вот в следующий раз…
— Следующий раз, значит?
— Дай мне пару дней, и вот увидишь, я буду плавать лучше, чем ты! Почему ты смеешься? Саске?
