По ту сторону горизонта

Сколько времени прошло с тех пор, как они смогли сбежать из правительственной базы, скрываясь и путешествуя по разным городам Европы? Он сейчас и не ответит. Чуя постоянно рядом, хлопает своими удивлёнными глазами и без конца спрашивает про разные вещи. Он так и не смог найти себе хороших и постоянных друзей. С их жизнью это кажется практически невозможным. Но главное, что они есть друг у друга, не так ли? Два брата, которые вместе пытаются научиться жить счастливо. Звучит даже поэтично в какой-то степени…

***

Чуя бежит по улице, не обращая внимания на посторонних людей и мягко смеясь, изредка оборачиваясь, чтобы посмотреть на брата. Они сейчас в Риме, скорее всего ненадолго, но Накахару это никогда не останавливало и не расстраивало. Он всё равно резвился и наслаждался каждым их мелким путешествием, даже если конечным пунктом была богом забытая деревня, оторванная от цивилизации. Любое необычное здание или «экзотических» диких животных можно было считать за достопримечательности. Хотя Колизей вызывает в парне невероятный восторг, такой искренний, чистый и неподдельный, он бы реагировал так же, будь перед ним цветастый полуразрушенный сарай где-то в глуши, в который можно залезть и расцарапать себе ноги. Это выглядит так очаровательно. Поль не может сдержать слабой улыбки. Жаль, что фотографировать будет рискованно. Лучше обойтись без этого… Он подходит ближе к рыжему и мягко треплет его по макушке. Даже снаружи здание кажется массивным и впечатляющим. — А мы войдём внутрь? — спрашивает ребёнок, а после поднимает взгляд на Верлена, который лишь глубоко вздыхает. Где-то внутри Чуя знает, что они не могут, что денег катастрофически мало. Он очень умён для десятилетнего мальчика. Впрочем, это неудивительно, учитывая, в каких отвратительных условиях он рос… — Не думаю, что нас впустят… — подмечает Поль и с некоторым сожалением отводит взгляд в сторону. Просматривание достопримечательностей почти всегда выходит затратным, потому что требует иногда больших денег. И Верлен мог бы заработать, мог бы даже банк ограбить ради Накахары, но это вызовет слишком много проблем, а ещё вынудит его оставить Чую одного, что он просто ненавидит делать. К ним подходит милая женщина с тёмными длинными волосами, одетая легко, точно по погоде, и явно заметившая, что они из Франции. — Bonjour, Monsieur! Вам повезло прийти именно сегодня, Колизей всегда открыт для любых посетителей в первое воскресенье каждого месяца! Сегодня вход бесплатный, порадуйте своего… Братика? — отвечает брюнетка на чистом французском, тихо посмеиваясь. Между тем она даёт мальчику флаер магазина, находящегося в ближайшем торговом центре. Глаза Чуи загораются, и он с широкой улыбкой забирает бумажку, а потом смотрит на растерянного Верлена. — Ах… Merci, Madame. Мы обязательно воспользуемся этой возможностью. Bonne journée… — женщина кивает на слова Верлена и удаляется всё с той же миловидной улыбкой. Поль вздыхает и смотрит на взбудораженного Чую, взвешивая все за и против. Каждый такой поход по людным местам схож по атмосфере с психологическим кошмаром для него. Он крепко берёт рыжего за руку и садится на корточки, начиная говорить серьёзным голосом. — Мы сходим, так уж и быть, но ты должен пообещать мне, что не будешь отпускать мою руку на протяжении всего посещения, хорошо? — его голос звучит слегка тревожно. Людей в Колизее сегодня, должно быть, просто уйма… Он так не хочет потерять Чую среди них всех… Но ответ рыжего не заставляет себя ждать, и, как обычно, этот ответ быстрый, необдуманный и очень лёгкий. — Обещаю! Пошли, пошли, ну пошли!!! В конечном итоге Поль, несмотря на всё свое внутреннее отрицание и некий страх, не может состроить любой другой гримасы, кроме как мягкой улыбки. Накахара его самое важное сокровище и никакая достопримечательность с ним никогда даже рядом стоять не будет…

***

Опыт явно был интересный… Угробили они на это посещение порядком нескольких долгих, нескончаемых часов. Чуя выходит из здания с радостным лицом, а Верлен с расшатанными нервами. И почему каждое посещение достопримечательностей кончается такой нервотрёпкой?.. — Внутри кажется даже больше, чем снаружи! Удивительно. Тауэр и Биг-Бен ни в какое сравнение не идут! Хотя Саграда Фамилия в Барселоне мне понравилась больше. — они идут медленно. На улице уже темнеет. Нужно найти какую-нибудь гостиницу на время, чтобы Чуя отдохнул. Да и Верлену не помешало бы просто полежать на кровати и подумать о смысле жизни после такого сборища людей. Социализация ему всё ещё даётся чрезмерно тяжело, хорошо, что у братика нет таких проблем с этим… Всё же было глупо отрицать, что блондин гораздо более асоциальный человек и предпочитает тишину и одиночество, нежели огромное скопление людей. — Главное, что тебе понравилось. В следующий раз мы отправимся в какую-нибудь неприглядную деревеньку в Венгрии, поэтому налюбуйся Римом всласть, хорошо? — говорит Верлен несколько тяжёлым голосом, ловя спотыкающегося Накахару. Тот уже и ходить не может, хоть и продолжает улыбаться и говорить без умолку. — Настолько устал?.. — бормочет Поль себе под нос и поднимает его на руки, несмотря на собственную усталось, а в ответ получает очередной радостный взгляд и одобрительное восклицание. — Обязательно!

***

Чуя сладко спит на кровати, пока Верлен сидит рядом, смотря безжизненно пустым взглядом в окно. Он ненавидит эту жизнь всей душой: постоянно скрываться, бояться в любую секунду потерять наиболее важного тебе человека. Это так изматывает и морально, и физически. Это почти мучительно… Он не хочет каждую секунду переживать за того, кого когда-то не уберёг. Но это не та жизнь, которую заслуживает ребёнок… Постоянная возня с документами, фальшивые имена, проблемы с законом — это в целом не те условия, в которых можно комфортно проводить свои детские или взрослые будни. Ему казалось, что он ко всему этому привык, работая агентом разведслужбы, но Чуя с этим никогда не сталкивался. А лично у него сейчас нет поддержки государства, которое поможет с любым капризом, если он это требуется для миссии. Сейчас он может только предпринимать отчаянные попытки выжить в этом кошмаре, пока они не найдут себе постоянный уютный уголок на каком-нибудь изолированном краешке Земли. Но он готов терпеть любые испытания с улыбкой на лице, лишь бы подарить хотя бы намёк на счастливое детство Чуе. Это всяким лучше, чем расти в лаборатории, в ужасных условиях постоянной опасности, хотя за тобой и наблюдают десятки посторонних лиц. Он никогда в жизни не допустит, чтобы Накахара вернулся в этот ад, даже если это будет тяжело до чёртиков. Путешествия, приключения… Как бы их не называл рыжий, он готов пройтись по всем странам Европы, если это будет нужно для безопасности. И эти мысли отзываются чем-то тёплым в душе, когда он смотрит на сопящего ребёнка, когда тянется своими пальцами к его макушке, чтобы мягкими движениями закопаться в чужие слегка волнистые локоны. Легко не будет, он должен был понимать это, когда забирал Чую из исследовательского центра. Но он не стал бы сомневаться в своём решении ни на секунду. Если бы у него был выбор остаться в правительстве или бежать с Накахарой, он бы незамедлительно выбрал второе.