Крыло Ангела

22. Придя в спальню, Буян осторожно уложил парня на свою кровать и щёлкнул кнопкой светильника. Ваня тяжело дышал, пытался сказать, что ему жарко, беспокойно раскидывал руки. Но через несколько минут затих, похоже, заснул, так до конца и не сняв футболку. Тогда Буян с облегчением выдохнул, причинять вред Ивану он не хотел, и присел на кровать рядом с заснувшим мальчиком. Для удобства стоило раздеть его до конца. Аккуратно обнажая юное тело парня, сзади не шее он увидел небольшое красноватое родимое пятно с чёткими краями. Солнце. Знак принадлежности их Богу. Лихорадочное волнение захлестнуло разум белой пеленой безумия, Буян, словно одержимый, не мог оторвать глаз от тонкого рисунка. Нестерпимо захотелось прикоснуться к “метке”, провести по ней пальцами, припасть губами... Пришлось собрать все силы, чтобы вернуть себе контроль и не испортить предстоящее таинство. Теперь сомнений не было – это не случайный выбор, судьба сделала подарок, чтобы исполнить мечту всей его жизни. Ваня из их рода, и подходит на роль жертвы идеально. Буян посмотрел на часы - по его подсчётам, мальчик останется в забытьи два-три часа. Этого времени должно хватить, чтобы провести давно задуманный ритуал «пробуждения бубна». В одной из древних рукописей ему попалась легенда, как вернуть силу главному шаманскому атрибуту, если сам шаман перед смертью не передал свою силу кому-то. Для этого нужно смешать кровь и семя жертвы, которую выберет преемник, нанести пером на изображение Солнца в верхней части бубна и прочесть правильное заклинание. Духи примут жертву и «разбудят» бубен, и тогда его мечта стать шаманом исполнится. Осталось предупредить сестру, провести правильные приготовления, и можно начинать «оживление». В гостиной, казалось, даже воздух дрожал в предвкушении предстоящего священнодействия. В течение получаса всё было готово: зашторены окна, остановлены настенные часы, раскурены благовония, расставлены красные свечи, на середину комнаты вытащен журнальный стол, застеленный старинной льняной скатертью с вышитыми символами рода… Кажется, ничего не упустил. Беспокойство и нетерпение накрывало Буяна с головой, близилась минута, которую ждал очень давно. Он прочёл необходимые молитвы на древнем языке и с величайшим почтением перенёс на скатерть бубен, погладив его трясущимися пальцами. «Мы скоро будем вместе, ты мой, а я твой» - прошептал парень. Он чувствовал, что сегодня всё изменится, он сможет «приручить» это огромный старый бубен, открывающий возможность общения с духами. Осталось достать ритуальное облачение. На ходу снимая футболку, Буян вернулся в свою комнату и замер от открывшейся ему картины. Ваня снова беспокойно метался на кровати. Его руки будто пытались обнять кого-то, бёдра были раскинуты, а на животе, на тонкой полоске тёмных волос, подрагивал вставший член. Мальчик то хмурил брови, то улыбался, то быстро говорил на странном языке, словно убеждал в чём-то невидимого собеседника. При этом глаза его были закрыты, сон был хоть и беспокойный, но крепкий. Буян не мог оторвать взгляда от прекрасного мальчишки. Похоже, удача на его стороне, и собрать сперму будет несложно, только подыграть Ване, кто бы там ему ни снился. Положив в изголовье кровати ритуальную чашу, Буян осторожно прилёг рядом и положил ладонь на живот мальчику. Ванина кожа горела, как при высокой температуре. Замерев на секунду, всё ещё находясь в глубоком сне, Иван повернул голову в сторону Буяна и …вдруг потянулся к нему, погладил кончиками горячих пальцев лицо, чуть придвинулся и стал целовать, не открывая глаз. Сперва пылающие губы прикасались к мускулистой груди, потом Ваня переместился выше и целовал ключицы, шею… И вот уже растерявшийся Буян втянут в настоящий глубокий поцелуй со спящим парнем. На вкус он был, как травяной чай, такой же горячий, такой же пахнущий летом и цветами, и так же заставляющий сердце биться в груди сумасшедшей птицей. Никогда раньше Буян не подозревал, что ласки с парнем могут быть такими же приятными, что и с девушками, и об однополом сексе он и не думал, но поставленная цель оправдывала то, что он оказался в постели с голым мальчишкой и с удовольствием подыгрывал ему. Ваня тихонько стонал в губы Буяна и прижимался вставшим членом к его животу, оставляя влажные следы. Буян обнимал мальчика, прижимал к себе, и всё чаще его руки опускались со спины на небольшие упругие ягодицы, удобно ложащиеся в ладони. Иван тяжело дышал, иногда вскрикивал, длинные ресницы были мокрые от слёз, и у Буяна на секунду дрогнуло сердце. Может, стоит разбудить пацана, пока не случилось что-то непоправимое? Где блуждал его разум? Вернётся ли он в сегодняшний день без последствий? Действие шаманского чая на Ваню пугало и завораживало. Но несмотря на собственное возбуждение и жалость к мальчику, Буян решил довести дело до конца, и чуть отодвинувшись, обхватил Ванин член ладонью. Ощущения были странными, но задумываться о правильности происходящего было некогда, и Буян начал медленно водить кистью, второй рукой подхватывая чеканную чашу. Он любовался парнем, ещё вчера казавшимся невзрачным и молчаливым, а сегодня… Сегодня он лежал в его постели, горячий, возбуждённый, и будто сиял изнутри. Он намертво вцепился в плечи Буяна тонкими пальцами, казалось, что от этой близости зависела его жизнь. То ли брал своё, то ли страстно отдавался. Влажный от смазки Ванин ствол скользил в пальцах, и это ужасно возбуждало Буяна. Он тяжело дышал и сам был готов кончить от стимуляции чужого члена и едва сдерживался, чтобы не достать свой и не обхватить ладонью оба. Хватило бы пары движений, чтобы сладко кончить вместе с пацаном, но в мозгу ещё билась мысль, что эта жаркая близость не для удовольствия, и их семя нельзя смешивать. Стиснув зубы до боли, Буян чуть замедлил движения, почувствовав пульсацию, подставил чашу под блестящую тёмную головку. Ваня со сладким стоном, выгнувшись дугой сорвался в оргазм, жемчужная сперма выстреливала и стекала по чеканным стенкам стариной шаманской чаши. Буян аккуратно поставил сосуд на пол и обнял обессиленного парня. Хотелось наплевать на ритуал, и попытаться оставить Ваню себе. Вот так обнимать его, взмокшего, горячего, легонько целовать в висок, где бьётся тоненькая жилка, стеречь тревожное забытьё и никуда не отпускать больше, ни во сне, ни наяву. Дождаться пробуждения, снова трогать эти горячие губы… Можно же познакомиться поближе, стать друзьями или попробовать встречаться… Чувство, похожее на нежность шевельнулось в душе Буяна, но рассудок включился раньше, чем оно позволило отказаться от задуманного. Полежав ещё немного и убедившись, что Ваня успокоился, дышит ровно и продолжает крепко спать, Буян с сожалением разомкнул объятия, осторожно встал с кровати, подхватив чашу и пошёл в гостиную. Пора было переходить к следующему пункту плана. Как можно быстрее в сосуд следовало добавить Ванину кровь.