Крыло Ангела

30. Вопреки всем опасениям спал Ваня крепко. Сон будто каменной плитой придавил, едва он вышел из душа и упал на кровать. Тело ещё помнило сладострастное вторжение, и это ощущение тянущей боли давало понять – всё было на самом деле. Было… А дальше жизнь пошла своим чередом. Учёба, короткое общение с одногруппниками, звонки родителям. Ещё недавно такая упорядоченная размеренность воспринималась бы благом, но события прошедшей недели перевернули всю Ванину жизнь, открыли сердце, разбудили тело, спутали все мысли. И этот ком переживаний, врученный ему неожиданно и без всякого согласия, теперь занимал руки, мешая взять с собой во взрослую жизнь что-то ещё – новые привязанности или интерес к другим людям. Иногда Ваня покупал шоколадку и шёл к милой Анне пить чай. Они мало разговаривали, но парень почему-то был рад проводить с ней время, будто в эти минуты Ангел был ближе и одобрительно кивал Ивану откуда-то с небес. А когда Ваня приезжал домой, в любую погоду ненадолго шёл в парк, где впервые повстречал Ариэля. Он садился на старые качели, легко раскачивался и вспоминал… В комнате Ваня по-прежнему жил один. Учёба давалась легко, быстро выполнив задания и переделав необходимые дела, он ложился на кровать, которую делил с Ангелом и вспоминал… Вспоминал его шелковистые крылья, мягкий, будто обволакивающий голос, его мраморную кожу, идеальные тонкие черты лица, его руки, его запах… Иногда ощущения Ангельского присутствия в комнате были настолько реальными, что Ваня моментально чувствовал острое возбуждение, которое остро захлёстывало с головой. Тогда приходилось торопливо стягивать одежду и начинал ласкать себя. В такие минуты Ваня представлял, что это пальцы Ари сжимают его член, неторопливо водил ими по стволу, то замедляя, то ускоряя… то сильно, до боли сжимая головку, то едва касаясь... Яркие фантазии разгоняли кровь, и оргазм горячей волной снова накрывал Ванино тело, даря минутное удовлетворение. И всё чаще приходили отрывочные, но вполне ясные сновидения о нём, о прекрасном Боге Солнца. Но теперь парень не страшился их, а запоминал и бережно хранил в памяти. Это была его прошлая жизнь, полная волшебной любви и бесконечного преклонения Создателю. Это чувство не было похоже на влечение к Ангелу, оно было глубже, значительнее, будто родилось гораздо раньше Вани сегодняшнего и сомнению не подлежало. Просто тёплое чувство защищённости, будто кокон, окутывало его с ног до головы, и через него не пробивался весь остальной мир, не вызывал интереса и желания из него выбираться. Иван понимал, что пора бы уже отпустить прошлое, вспомнить чего хотел добиться в жизни, ощутить гармонию с окружающим миром и людьми, но откладывал это «на потом», когда тоска немного отпустит. Так день за днём Ваня проживал свою жизнь. И только своё одиночество теперь он ощущал острее. Ни с Машей, ни с Айланой он не виделся. С Машей иногда перезванивались, но общения не выходило. Детская дружба закончилась, осталась красивым кадром в выпускном фотоальбоме, и во взрослую жизнь никак не помещалась. Маша была расстроена, что понравившийся ей Боря внезапно уехал, и была обижена на ужасную несправедливость. Так хотелось влюбиться, и не получалось… Однажды она предложила просто заняться сексом, потому что доверяла Ване, и он ей по-прежнему нравился. Иван на секунду представил, как они окажутся в одной постели, как будет водить ладонями по тоненькой девичьей фигуре, целовать её шею, грудь… Как будет двигаться внутри её тела, пытаясь доставить приятные ощущения. Представил – и ничего не почувствовал. И как потом снова посмотрит ей в глаза и скажет «не люблю» ... Плохая идея. Так и ответил Маше. После этого звонки от неё прекратились. … Однажды холодным осенним вечером, когда оставаться в тишине комнаты стало совсем невыносимо, Ваня позвонил Айлане, и был рад, когда она согласилась погулять. Девушке брат снял квартиру поменьше, недалеко от института и студгородка, и через полчаса они уже неторопливо бродили по улицам, как два потерянных ребёнка. Лана взяла его за руку, и почувствовав своим женским сердцем, что Ване нужно выговориться, просто предложила: - Расскажи мне всё… Всё, что захочешь… Просто расскажи. У нас с тобой есть общий секрет о том вечере у нас дома. Но тебя тревожит что-то ещё, да? Иван хотел привычно отмолчаться, всю жизнь скрывая ото всех свои эмоции, чувства, и только сейчас понял – ему нужно просто выговориться. Эта девочка, чью ладонь он сейчас согревал в своей, может выслушать его невероятную историю, поверит в неё, и, может, тоска хоть ненадолго разожмет свои холодные пальцы на горле, и он сможет сделать вдох чуть глубже, чем сейчас, хотя бы немного. Иван задумался, с чего бы начать свой рассказ, и выпалил самое первое, что пришло на ум: - Лана, я гей. И у меня был Ангел-Хранитель, с которым я понял это. А потом я вспомнил, что принадлежу Богу Солнца, и люблю его… А сейчас остался один, ни Бога, ни Ангела… - Ваня посмотрел на девушку, ожидая реакции на свои слова. Айлана сделала маленький шаг, но как будто перешагнула через пропасть, которая до сих пор была между этим парнем и другими людьми, обняла Ваню и уверенно ответила: -Ты больше не один… - А через минуту, когда Ванино сердце забилось сильнее от накрывшего чувства благодарности и он обнял её в ответ, девчонка добавила – И я хочу подробностей! Иван тут же покраснел и улыбнулся: - Поверь, ты не захочешь это знать! В тот вечер они гуляли очень долго, Ваня едва успел проводить Лану и вернуться в общагу до закрытия. Он поведал ей о своих приключениях, и сам удивлялся, как много событий вместилось в одну неделю, изменившую его внутренний мир. И действительно, после путаного рассказа Ивану будто стало немного легче дышать. Они продолжали перезваниваться, иногда гуляли, Ваня помогал ей с английским, а Лана кормила его домашней едой, когда парень был у неё в гостях. Смотрели на ноуте фильмы, вместе ходили в магазин, и Ваня нёс тяжелые пакеты Лане домой. Их дружба была лёгкой и естественной, хотя со стороны могло показаться, что они пара, но они были как брат с сестрой, вернее, как близнецы, учитывая их удивительную внешнюю схожесть. Иногда девушка передавала привет от уехавшего Буяна, радовалась, что его практика налаживается, но было заметно, что она скучает по нему. А перед самым Новым годом Ваня пришёл к Айлане домой и замер от неожиданности – дверь ему открыл её старший брат. Мужчина протянул руку и тепло улыбнулся: - Привет, я рад тебя видеть. Спасибо, что присматриваешь за сестрой. Буян был по-прежнему красив зрелой мужской красотой, в нём уже не угадывался молодой человек одержимый идеей любой ценой стать шаманом. Его уверенность в правильности своего выбора будто создавала вокруг него ауру власти над людьми, и Ваня невольно любовался им, по-прежнему залипая на его красивых руках. Когда ужин был съеден и чай выпит, а лёгкие темы для разговоров закончились, Буян внимательно посмотрел на Ивана и произнёс: - Ваня, я недавно общался с … твоими знакомыми. Ты понимаешь, о ком я? Сердце Вани замерло. Он только-только научился жить самостоятельно, только примирился с одиночеством и тоской по любимому Ангелу и Всевышнему, и вот… снова напоминание о том времени. - Понимаю, – вдруг охрипшим голосом произнёс парень. - Тебя ждут в гости, если ты, конечно, согласен. Я знаю, как это осуществить без угрозы навредить тебе. Ты подумай, конечно, у тебя есть право на выбор. Это обязательное условие, никакого принуждения. Ты сам должен решить, нужна ли тебе эта встреча или нет. Они… знают, как тебе было не просто смириться с их уходом, поэтому подумай. Никто тебя не осудит в любом случае. Я несколько дней побуду здесь, а второго января уеду. Реши, как тебе поступить, и дай знать. Ваня кивнул, встал из-за стола и пошёл одеваться. Оставаться в чужой квартире он больше не мог, хотелось побыть одному. Лана вышла его проводить и беспокойно смотрела на погрустневшего друга, не зная, как помочь: - Вань, ты хочешь снова попасть в Колыбель? Или не хочешь? Ну не молчи, скажи, что-нибудь… Иван открыл дверь и, уже выходя из квартиры, на миг прижал девушку к себе и ответил: - Я не знаю. Я боюсь, что снова не вывезу того, что будет потом, когда вернусь. Смогу ли просто продолжать жить, подыхая от тоски. С ними ведь никто не сравнится. Никто… Айлана смотрела, как Иван медленно спускается по ступеням, будто на плечах у него неподъёмный груз, и на глазах у неё наворачивались слёзы. Ну зачем Буян снова напомнил о его прошлом? Она решительно вернулась на кухню и осуждающе посмотрела на брата: - Зачем ты так? Он только-только пришёл в себя. Буян задумчиво разглядывал за окном синие зимние сумерки и тихо ответил: - У каждого человека должен быть выбор. У парня он есть. … А Ваня медленно брёл по тёмной улице к себе в комнату, пытаясь прислушаться к своему сердцу. Что бы он ни решил, его жизнь никогда не будет прежней. Он пожалеет, если снова попадет к Богу и обожжётся его любовью. И пожалеет, если откажется. «Время сделать выбор ещё есть», - подумал Иван и привычным движением в кармане куртки погладил Ангельское перо.