По ту сторону дороги. Дорожные ОтМетки

      Костёр ещё не горел, но уже ждал, когда вокруг него соберутся все пятеро и будут болтать до самого рассвета. Саша с Димой ставили свою палатку, Илья, справившийся с этим быстрее всех, мыл свой велосипед в реке, а его жена Ольга вместе с дочерью Машей разбирала свои пакеты с едой, изредка косясь на кудрявую голову нежеланного спутника.       Саша чувствовал напряжение. Ещё неделю назад, когда они с Димой только получили приглашение, он интуитивно подумал, что будет лишним. Всё-таки Илья и Оля — друзья Димы, а не его, и они явно хотят провести время вместе, без лишних лиц. Только вот Дима этого не понимал и настоял на том, чтобы поехал и Саша. «Всё-таки они позвали нас двоих, — аргументировал он, — значит и тебя хотят видеть в своём кругу». Проблемы начались ближе к поездке. Когда во время закупки продуктов Оля увидела шрамы на Сашиных руках, она дождалась, пока Дима с Ильёй отойдут и тут же возмутилась: «Как ты с таким кошмаром живёшь? Чем ты думал, когда их делал, это ведь на всю жизнь!», а когда сконфуженный Саша не нашёл ответа, добавила: «Когда поедем с палатками в поход, не вздумай надеть открытую одежду. Маша не должна ничего видеть. Она ребёнок и я не хочу портить её психику. Достаточно того, что ты и так… С Димой».       Об этой ситуации Саша, конечно же, не стал рассказывать Диме, чтобы ни в коем случае не испортить его отношения с друзьями. Стерпел горечь и обиду, замаскировал их под усталостью, а на следующий день и вовсе отошёл. В конце концов, ему было не привыкать и с подобной реакцией он встречался не первый и наверняка не последний раз. О случившемся упомянул только утром, когда вместо приготовленной майки натянул закрытый лонгслив и вмиг был засыпан Димиными вопросами и комментариями. — Саш, ты с ума сошёл? На улице сегодня жара, ты сваришься в этом! Ты же в майке хотел, разве нет? — Дим, я не могу в майке… Меня Оля просила, — тихо и несколько боязливо ответил Саша, по видимому боясь реакции. — О чём просила? Когда? Саш, почему я только сейчас об этом узнаю?       Саша невинно улыбнулся, глядя Диме прямо в глаза, подошёл и обнял его. — Не злись, Димочка. Всё будет хорошо. Я возьму с собой футболку и майку на случай, если мне станет плохо от жары.       Дима покачал головой, вздохнул, но противиться не стал. Зато забрал из Сашиного походного рюкзака часть вещей, чтобы хоть как-то облегчить дорогу. Они и без того провели целую неделю, готовясь к поездке. Саша сильно переживал, что может не выдержать долгую поездку на велосипедах из-за слабого сердца, боялся, что всех подведёт, но Дима успокаивал и помогал улучшить форму. Каждый день ездил с Сашей по окрестностям в разную погоду — в дневную жару и вечернюю прохладу — и с разной нагрузкой — сначала совсем налегке, а в последний день с тяжёлым арбузом в рюкзаке. Теперь же все эти старания могли быть смазаны одной лишь неподходящей одеждой, а позволять Саше переживать и загоняться Дима не мог.       Следующие ограничения коснулись Сашу уже на месте. Оля предложила искупаться, Илья с Машей тут же подхватили и согласились. Диму легко уговорили за компанию, а вот Саша остался сидеть на берегу, страдая от жары и мечтая окунуться в прохладную воду. А ещё он старался держаться подальше от Димы. Не лез к нему, почти не начинал разговор первым и даже старался не слишком часто на него смотреть. Это, конечно же, было замечено Димой, но он промолчал при всех, явно догадавшись — дело опять в Оле. Хотя к этой теме всё же вернулся, когда они ставили палатку, Илья мыл велосипед, а Ольга вместе с дочерью Машей разбирала продукты. — Саш, мне кажется или ты меня избегаешь? — спросил Дима, понизив голос.       Саша состроил непонимающий вид, уставился на Диму и покачал головой. И хотя выглядела эта картина очень убедительно, верить было нельзя, особенно зная прошлую выходку Оли. — Тогда поцелуй меня.       Дима стал приближаться первым, но Саша отпрянул. С виноватым видом посмотрел в зелёные глаза, казавшиеся на солнце ещё более светлыми, поджал губы и приподнял брови. — Дим, я не могу при Оле и Маше. — Оля опять тебя попросила о чём-то, чего я не знаю? — вздохнул Дима и на пару мгновений повернулся на жену друга. — Не просила, но мягко намекнула. Это было тогда же, когда и про одежду был разговор.       Дима закатил глаза, вбил последний колышек и вошёл в палатку, утягивая Сашу с собой. Закрыл замок входа и взял любимого за руки. Заглянул в глаза так, что Саше пришлось отводить взгляд, мягко поцеловал в лоб и настойчиво обнял. Едва Саша попытался вылезти из объятий, сильные руки крепче прижали его к себе и пришлось смириться с положением. — Саш, ты должен был сказать мне. Я бы поговорил с ней и если бы мы не нашли компромисс… Мы бы могли остаться дома. Без тебя я в любом случае не хотел идти ни в какой поход, я хотел, чтобы ты отдохнул, а в итоге Ольга тебя запугала и ты, как потерянный котёнок, боишься лишнее слово сказать или сделать что-то не так.       Саша виновато улыбнулся и совсем осторожно коснулся Диминых губ. Тот выглядел расстроенным. В глазах не было того восторга, какой был при оглашении приглашения и сборах, не было радости от того, как хорошо он проводит время. Димино лицо выражало лишь какое-то глубокое сожаление и даже вину, только вот в действительности такой должна быть Оля. — Сашенька, тебе не жарко? — Жарко, но я уже привык. — Может в футболку переоденешься? Я поговорю с Олей. В конце концов ты ведь вызвался готовить, тебе будет ещё жарче.       Ответа не последовало. Саша переступил с ноги на ногу, прикусил губу, и Дима понял — бесполезно. Притащил рюкзаки с улицы, открыл Сашин и вытащил свёрнутую в трубочку футболку и кофту на замке. — Надевай футболку, я с Олей поговорю. Если что — наденешь кофту при ней, раз её так смущают твои руки.       Тихо поблагодарив Диму, Саша снял влажный от пота лонгслив и надел футболку. Дима взял Сашу за руки, поднёс их к губам и стал покрывать шрамы нежными поцелуями. — Я люблю каждый твой шрамик, Саш. Хотя мне действительно жаль, что они тут есть. Особенно жаль, что часть из них были сделаны из-за меня…       Саша тихо засмеялся, чуть краснея, а затем, едва услышав приближающийся голос Маши, отдёрнул руки. — Всё, пойдём…       Ходить Саше в футболке Оля разрешила только без присутствия Маши, поэтому расслабиться удалось только когда вся семья Ильи ушла к реке, чтобы поймать немного рыбы к ужину. Дима провёл это время с Сашей, а потом, когда пришло время готовить еду и все вернулись, стал развлекать Машу, чтобы Саше не пришлось беспокоиться о руках.       С Машей Дима ладил очень хорошо. Она любила его почти так же, как своего папу, поэтому то и дело просила поиграть с ней то в прятки, то в догонялки, то заваливала вопросами из школьной программы первого класса и сильно удивлялась, когда Дима отвечал на всё верно. Сияющее лицо ребёнка радовало Сашу, но почти сразу это портила Ольга. Она, замечая едва проступившую улыбку на лице, вмиг становилась недовольной и просила не пялиться так на Диму. — Саш, ты хоть иногда думай, что Маша может это увидеть. Ты так улыбаешься, когда смотришь на него… — Оль, я всё понимаю, но зачем вы тогда меня звали? Я не хочу никому мешать и стараюсь сделать всё, что в моих силах… На меня уже Дима обижается, что я с ним вообще никак не контактирую почти.       Оля фыркнула, закатила глаза и ушла раскладывать на небольшой столик фрукты, тут же подгоняя Сашу готовить быстрее.       Когда котелок был убран, костёр решили не тушить. Солнце уже садилось, поэтому источник света в любом случае был нужен. Простенькая походная похлёбка была заботливо разлита Сашей по тарелкам и выдана каждому. Оля села поближе к Илье, Машка устроилась около Димы, а Саша сел чуть поодаль, явно расстроив этим любимого. За едой завели разговор. Илья уже строил планы на следующий поход, Оля жаловалась, что устала так долго ехать на велосипеде, а Маша громче всех кричала о том, что без Димы не поедет в поход. Саша устало наблюдал за ними, а когда разговор совсем наскучил, тихо сказал Диме, что ненадолго отойдёт, и ушёл к воде.       Едва последние лучи зашли, Илья с явным энтузиазмом позвал дочь к себе. Та отказалась, залезла на колени к Диме и с деловым видом посмотрела на папу. — Я сегодня хочу с дядей Димой!       Илья тихо засмеялся, но кивнул. — Ма-аш, а хочешь я тебе историю расскажу? — с хитрой улыбкой протянул он, на что Маша закивала головой. — Илья, опять ты всякие гадости будешь рассказывать! — возмутилась Оля, но звонкий голос дочери, желающей поскорее услышать историю, рассеял её недовольство. Она лишь цокнула языком, закатила глаза и замолчала.       Илья самодовольно улыбнулся, сел поудобнее и сделал заговорщический тон. — Это было лет тридцать назад. Недалеко отсюда, за лесом, раньше был пионерский лагерь. Дети оттуда частенько ходили сюда, чтобы искупаться, а порой оставались на ночь. Как мы, с палатками. Иногда, если вожатые отказывали в том, чтобы остаться на ночь, дети сбегали и гуляли целую ночь. Собирали цветы — там чуть дальше есть поле -, купались в реке. Они почти никогда они не брали с собой фонарики, чтобы их не заметили вожатые, поэтому доверяли тому, что видят так, в темноте. В одну из таких ночей из пяти ребят вернулось только четверо. Мальчик по имени Денис, высокий и рыжеволосый, потерялся. Вожатые искали его все следующие дни, сюда отправляли поисковые отряды. Только вот Дениса не было нигде. На несколько лет этот лагерь закрыли и… — А Дениса нашли? — тут же перебила нетерпеливая Маша, на что Илья вздохнул. — Маш, я же рассказываю! Слушай внимательно и не перебивай.       Дочь вздохнула, слезла с Димы, села на Сашино свободное место и стала нетерпеливо болтать ногами. — На несколько лет этот лагерь закрыли и никого не пускали в этот лес кроме дежурных патрулей. Когда поняли, что Дениса уже не найти, дело оставили и всё вернулось на свои места. Лагерь стал работать, а сюда стали ездить на отдых такие, как мы. И вот однажды детей из лагеря привели сюда на ночь. После обеда разбили палатки, стали ловить рыбу к ужину. Вечером приготовили такую же похлёбку… — Прямо такую же вкусную, как сделал дядя Саша?       Илья переглянулся с Димой и оба улыбнулись. — Не такую же, дядю Сашу никто не переплюнет. Но тоже вкусную. Слушай дальше. Приготовили похлёбку, поужинали, а когда стемнело, дети стали рассказывать друг другу страшилки. Рассказывали про гроб на колёсиках, про чёрного человека, про красные перчатки… — А что за красные перчатки? — опять перебила Маша.       Илья тяжело вздохнул, посмотрел на Диму. — Маш, это не очень страшная история, — ответил он за Илью. — Однажды мама попросила девочку купить перчатки, но только не красные. Она пошла в магазин, но как только увидела красные перчатки, решила, что никакие другие ей не нравятся и купила их. Когда она пошла домой, то увидела, что её окно объято огнём, который никак не могут потушить пожарные, а в квартире была её мама. Из того окна вылетела женщина с красным лицом, все испугались её и разбежались, а девочка осталась стоять. Эта женщина подлетела к ней и сказала, что потушит пожар, если девочка принесёт красные перчатки на кладбище. Она сильно-сильно испугалась, но всё-таки согласилась. — Дядя Дима, а зачем она согласилась, если испугалась? — Ну… Она просто знала, что очень важно согласиться, а то случится беда. В общем она принесла перчатки на кладбище и прямо перед ней крышка съехала с гроба и оттуда вышла та же краснолицая женщина. Девочка испугалась ещё сильнее, чем до этого, и побежала прочь. А женщина закричала ей вслед: «Не отдащь перчатки — лишишься не только матери, но и бабушки!». На следующее утро квартира бабушки тоже сгорела, а на похоронах вновь появилась краснолицая женщина. Она сказала девочке, что если она и сейчас не отдаст перчатки, то умрёт сама. Так и случилось: девочка пришла домой, легла спать, а затем её нашли мёртвой. Её похоронили, а она проснулась в гробу вместе с мамой и бабушкой. У них были красные лица, и у девочки тоже. С тех пор и они приходят к людям и говорят не покупать красные перчатки.       Маша прикрыла рот от ужаса и посмотрела на Олю. — Мама, не покупай красные перчатки!       Оля цокнула языком и нахмурилась. — Вот наговорите ребёнку ерунды всякой! Маш, пойдём спать! — она поднялась и направилась к палатке. — Но папа ещё не до конца рассказа-ал! — захныкала Машка и состроила брови домиком.       Оля с недовольным видом села и кивнула Илье, чтобы тот продолжал. — В общем сидели дети у костра, рассказывали страшилки, и вдруг один из мальчишек вспомнил историю Дениса. — Это который пропал? — в очередной раз перебила Маша. — Да, который пропал! Маш, ты же дядю Диму не перебивала, вот и меня не перебивай. В общем… Мальчик по имени Юра вспомнил историю Дениса и рассказал ребятам. Юра предположил, что Денис превратился в духа, но дети только посмеялись. Когда в лесу вдруг затрещали ветки, они успокоились, но не стали придавать этому значения. В одиннадцать часов все легли спать, а Юре постоянно казалось, что где-то рядом скрипят ветки и что-то хрустит. Тогда он вышел из палатки и пошёл к лесу. Это увидел его сосед по палатке, Женя, он то и смеялся больше всех, не веря в духа Дениса. Женя ждал, ждал, и наконец Юра вернулся. Только он был совсем тихим. Он попросил Женю сходить с ним в лес, сказал, что что-то там нашёл. Друг согласился, пошёл за ним, но едва они вошли в лес, как увидели ещё одного Юру, привязанного к дереву.       Вдруг где-то в лесу действительно затрещали ветки. Маша вскрикнула, поёжилась, но, поняв, что всё хорошо, попросила папу продолжать и вернулась к Диме, взяв с собой оставленную Сашей кофту, в которой укрывалась последние несколько минут. — В общем… Женя спросил у друга, что происходит, и только тогда заметил, что у него все руки в шрамах и он почему-то выше, чем был до этого. Его волосы вдруг стали рыжими, он вытянулся сильнее, превратился в Дениса и прокричал: «Ну что, убедился, что дух Дениса существует?!». Этот крик услышали другие ребята из лагеря, но никто не вышел. Только наутро нашли два окровавленных тела, привязанных к деревьям. После этого лагерь закрыли.       Машка задрожала от страха, прижалась к Диме и посмотрела на него. — Ты веришь в дух Дениса? — Верю, конечно. Если не верить, то он может что-нибудь сделать. — Дима! — нахмурилась Оля. — И ты туда же! Ну вот зачем вы ребёнку на ночь глядя голову ерундой морочите?! Маш, не надо в такую ерунду верить! Нет никакого духа Дениса. — Мама! Не говори так! — закричала Машка, а в лесу опять что-то хрустнуло.       Маша ещё крепче прижалась к Диме, а Оля поднялась с места. — Маш, ты будешь зефирки свои жарить на костре?       Всё ещё хмурая Маша кивнула, но не поднялась с места. Тогда Оля ушла за зефиром для костра в палатку, а ветки опять захрустели. Затем еловые лапы раздвинулись и оттуда показался вытянутый мужской силуэт. Машка закричала, что было силы, убежала в палатку к маме, а ничего не понимающий Саша вышел к Диме и Илье. — Ну ты вовремя появился, конечно! — рассмеялся Илья. — Ещё и так эффектно!       Саша непонимающе посмотрел на него и на Диму, подошёл к своему месту, но не увидел кофту. — А где… — начал было Саша, но тут выбежала Машка в его кофте и начала кричать. — Саша, покажи руки! Покажи!       С испугом глядя на ребёнка, Саша завёл руки за спину и беспомощно посмотрел на Диму. К Маше подбежала Оля, попыталась её поднять, но та лишь оттолкнула мать и продолжила кричать. — Саша, покажи руки! Саша, покажи руки! Са-ша! По-ка-жи! Ру-ки! — Покажи, иначе она не отстанет, — хмуро сказала Оля, с какой-то особенной ненавистью глядя на Сашу.       Саша достал руки из-за спины, показал Маше, и та развизжалась ещё сильнее. — Денис! Не убивай меня, я в тебя верю! Честно! Я верю, это только мама не верит! И дядю Диму не трогай! Он верит! И папа верит!       Илья подбежал, схватил Машку и утащил в палатку, пока та кричала и брыкалась. Как только они закрылись внутри, её крики прекратились, а начала уже Ольга. — Саша, какого хера ты им подыгрываешь?! Ты решил хоть так моей Маше психику испортить?! Лишь бы поиздеваться тебе, да?! — Оль, я… — попытался оправдаться Саша, но едва ли успел сказать два слова. Поток негатива Оли был сильнее. — Она и так этих ужастиков от Ильи наслушается и уснуть не может, в походах Дима начинает поддакивать, но чтобы ты ещё и роль в этом цирке играл! Я… У меня слов нет!       Ольга стояла красная, как помидор. На лбу и шее проступили капли пота, а её чуть трясло. Саша абсолютно не понимал, что происходит, ведь ушёл в лес лишь с целью собрать немного цветов. Аккуратный букет, собранный для Димы, так и оставался в руке, а он слушал, слушал, слушал Олю… Ей было плевать и на Диму, и на Сашу, она кричала, высказывая всё, что только можно. Говорила о том, что Саша испортил Диме жизнь своим появлением, что он ведёт себя как идиот, что всем было бы лучше, если бы он не поехал и остался дома. Кричала, что ненавидит его, что ей мерзко даже стоять с ним. Мало того, что пидор, так ещё и суицидник.       Оттащить Олю смог только вышедший на шум Илья. Саша стоял как вкопанный и чувствовал, как внутри всё начинает болеть. Едва отошедший от стресса, полученного днём, он вдруг получил по голове ещё сильнее, хотя не делал и не желал никому зла. Димины слова пролетали мимо ушей и всё плыло перед глазами. Он не сразу заметил, что больше не стоит, не сразу заметил, как Дима донёс его до палатки и усадил на расстеленный спальный мешок. — Саш… Сашенька, родной, прости, пожалуйста, за неё, — зашептал он, покрывая Сашины руки поцелуями. — Я не знал, что так случится… Надо было сразу мне сказать о её просьбах и отношении к тебе… Любовь моя… Прости… — Не нужно, Дим. Не извиняйся, — потерянным голосом отозвался Саша. — Сашенька, хочешь, мы домой уедем? Как ты себя чувствуешь? Саш… Прости… Что я могу для тебя сделать?       Саша совсем слабо улыбнулся дрожащими губами и посмотрел Диме в глаза. — Не нужно ничего. Дим… Это тебе, — он протянул небольшой букет полевых цветов. — Красивые, да? Не то что мои руки…       В Диминых глазах блеснула слеза. Он опустил голову и пару секунд просто сидел так. Молча, не двигаясь и не поднимая лица на Сашу. — Дим… Давай искупаемся? А завтра утром уедем. Я не хочу домой, правда. Тем более… Я боюсь, как бы мне не пришлось прятать руки ещё и от тебя, если мы сейчас вернёмся.       Дима тяжело вздохнул, прижался лицом к Сашиным рукам и прикрыл глаза. — Хорошо, Сашенька… Прости ещё раз…