Предел контроля

За дверью послышались многочисленные шаги. Бреннер неподвижно сидел за столом у себя в кабинете, демонстративно положив руки перед собой на стол. Он знал, что неизбежное уже здесь. Дверь с силой распахнулась, и в кабинет ворвались сразу несколько солдат. Их оружие было направлено прямо на него, но Бреннер даже не дрогнул. В следующий момент он уже лежал на полу, с приставленным к спине дулом автомата. Проверив его на наличие оружия, и, убедившись, что он не вооружен, его небрежно подняли и усадили обратно на стул, который теперь стоял в центре комнаты, словно на допросе. Бреннер выровнялся на стуле, спина ровная, взгляд твердый. Он ничего не говорил, послушно ожидая. Внешне он оставался спокойным, но сердце колыхалось от волнения и надежды, ожидая услышать тот желанный вопрос. Вскоре, в кабинет вошел Салливан. Подполковник неспешно окинул его оценивающим взглядом, не скрывая превосходства, после чего уверенно направился к Мартину. — Бреннер, — медленно произнес он, — не ожидал тебя здесь увидеть. Хотя, не могу сказать, что я удивлен. Остановившись в нескольких шагах от него, Салливан холодно ухмыльнулся. — Ну что, где девчонка? — спросил подполковник без лишних предисловий. От этих слов с плеч Бреннера будто бы спал гигантский груз. Значит, они не нашли Одиннадцать. Значит, она все еще жива. Внутри он чувствовал огромное облегчение, переполняемый надеждой, но внешне Мартин остался абсолютно невозмутим. — Как ты видишь, здесь ее нет, — спокойно ответил он, голос был ровным, почти скучающим. По коридорам бункера по-прежнему раздавались быстрые шаги — военные продолжали обыскивать бункер, и Салливан не придал его словам большого значения. Он и не рассчитывал на столь быстрое сотрудничество Бреннера, к тому же в этом не было необходимости. Скоро они и сами все найдут. — Ладно, — протянул Салливан, слегка склонил голову набок. — Как насчет Оуэнса? Я знаю, он работает здесь с тобой. — Оуэнс? — с легким удивлением переспросил Бреннер, едва заметно приподняв бровь. Часом ранее, он приказал схватить своего коллегу, а позже и вовсе избавиться от него. Но сейчас, Бреннер не собирался его сдавать. Как говорится, враг моего врага — мой друг. И если Одиннадцать сейчас была с Оуэнсом, им нужна любая защита, какая только возможна. — Я не видел его уже много лет. Слышал, он ушел в отставку. На его слова Салливан отреагировал хитрой ухмылкой. — Как-то ты слишком быстро понял, о ком идет речь, — заметил он, не сводя цепкого взгляда с Бреннера, который оставался невозмутимым. — Джек, — сказал он с ноткой разумного терпения в голосе, — может, у тебя много знакомых с такой фамилией, но я знаю только одного Оуэнса. Если, конечно, его сын уже не стал настолько взрослым, что пошел по стопам отца. Подполковник недовольно хмыкнул. Ему не нравилась эта мнимая расслабленность. Он обошел стул Мартина, и остановившись у рабочего стола, без приглашения уселся на место Бреннера. — Оуэнс и его семья бесследно исчезли, — продолжил Салливан, неспешно перебирая папки с бумагами на столешнице, — сразу после того, как я побывал у него дома и задал несколько простых вопросов. Бреннер слушал молча. Взгляд его был прикован к лицу подполковника, но глаза оставались безмолвной стеной. — Неужели? — задумчиво произнес он с плохо скрываемой иронией. — Наверное, отправились в долгожданный семейный отпуск. На горнолыжный курорт. Хотя нет... Как то не в его стиле. Может, к океану? Нежиться на солнце. В следующий момент в кабинет вошел один из военных и с серьезным выражением лица обратился к Салливану: — Сэр, мы закончили обыск. Ее здесь нет, но… нашли это. В руках у военного был белый спецкостюм для погружений в камеру депривации. С первого взгляда, костюм мог предназначаться для кого угодно, но его размер говорил сам за себя — он был сшит для подростка. На девочку. От этих слов, Салливан крепко сжал челюсть, а на его лице отразилось явное недовольство. Он был уверен, что девчонка будет здесь. Так же как и Оуэнс. Теперь же, все шло совсем не по его плану. Ее нужно было найти. Немедленно. Сделав глубокий вдох, он вновь посмотрел на Бреннера. Его глаза сузились, голос стал жестче. — Я повторяю, где девчонка? Мартин мельком глянул на костюм в руках солдата и быстро оценил ситуацию. Отрицать присутствие Одиннадцать было дальше бессмысленно — факты говорили сами за себя. Значит, пора сменить тактику. Расслабив плечи еще сильнее, Бреннер, как будто уступая, кивнул. — Одиннадцать действительно была здесь, — не стал отрицать он. — Но она уехала еще вчера, — ухмыльнувшись, Бреннер пожал плечами. — Вы с ней разминулись. Салливан пристально смотрел на него, будто пытаясь просверлить взглядом дыру в его лбу. — Где она сейчас? — наконец произнес он. — Я не знаю, — просто ответил Бреннер, не отводя взгляда. — Она мне не докладывала. — Ты не знаешь где твоя подотчетная? — насмешливо сказал Салливан, продолжая рыться в столе Бреннера. — Или лучше говорить, твое оружие? Может, это ты стоишь за убийствами в Хоукинсе? Мартин проигнорировал его последние слова и спокойно продолжил: — Одиннадцать больше не работает со мной. Она была здесь по своей воле. Ей надоело, и она решила уйти. Я не стал ее здесь удерживать и любезно предоставил ей транспорт — и все. Салливан ничего не ответил. Открыв очередную шуфлядку, он продолжил с наигранным интересом копаться в бумажках, будто слова Бреннера его вовсе не интересовали. В этот момент в кабинет вошли еще двое военных. — Сэр, — начал один из них, — в одной из жилых комнат мы обнаружили гражданскую одежду, похожую на одежду доктора Оуэнса. А еще блокнот с записями. Там ничего важного, но можно отправить его на анализ почерка, и тогда… — В этом нет необходимости, — резко оборвал сержанта подполковник переведя взгляд на Бреннера. — Разве что у вас тут работает его полный тезка. С этими словами Салливан положил перед Мартином пластиковую карту, которую он нашел у него в столе — электронный ключ с гравировкой имени: Сэмюэль Томас Оуэнс. На мгновение, лицо Бреннера предательски дернулось, отчего он крепче сжал челюсть. Он совсем забыл про ключ. Его реакция не осталась незамеченной. Салливан знал, что попал в точку. Поднявшись, подполковник подошел вплотную к Бреннеру, нависая над ним. — Значит, девчонка с Оуэнсом, — процедил он. — Куда они направились? — Я не знаю, — коротко бросил Бреннер, его взгляд был холодным и отчужденным. На лице Салливана мелькнула тень раздрожения. Раздался глухой хруст кожаных перчаток когда, он сжал кулаки. — Перестань ломать комедию! Ты мне сейчас все расскажешь! — яростно рявкнул подполковник. Не было сомнений что он был готов применить силу. — Я только знаю, что ее здесь нет, — с нажимом ответил Бреннер, и это была чистая правда. Салливан понял, что зашел в тупик. Но ничего — это лишь вопрос времени. В бункере осталось множество документов с информацией. Досье, видеозаписи, протоколы экспериментов. Среди этого точно найдутся зацепки, где искать девчонку. Сейчас они обойдутся и без помощи Бреннера, у которого еще будет предостаточно времени, чтобы расколоться. Нужно только применить правильные методы. А на пока можно и подстраховаться. Повернувшись, он достал рацию и связался с вертолетом. — Виктор-два-сьерра, прием. Обыскать всю территорию вокруг периметра, — четко и сдержанно скомандовал он. — Возможно, они не успели уйти далеко, прием. — Чарли-лима-гольф, вас понял, прием. От его слов у Бреннера все похолодело внутри, а на лице промелькнула явная тревога — и его счастье, что Салливан в этот момент смотрел не на него. Где бы ни были Одиннадцать и Оуэнс, они находились в ужасной опасности.

***

Шум вертолета вдруг стал нарастать, а мощные порывы воздуха усилились, поднимая в воздух еще больше пыли и песка. Он приближался. Оди и Сэм испуганно переглянулись. Не было сомнения — вертолет принялся облетать их справа. Они поспешно попятились в противоположную сторону, пытаясь укрыться в тени скалистой поверхности. Им уже были видны его мерцающие лопасти из-за уступа. Присев, оба вжались в каменистую поверхность, пытаясь стать настолько незаметными, насколько возможно. Им больше негде было прятаться. Если вертолет их облетит, они будут у него как на ладони. Теперь мощные порывы воздуха задули прямо на них, засыпая пылью и песком. Зажмурившись, они поспешили отвернуться, спрятав лица насколько это было возможно. Склонившись над Оди, Оуэнс частично прикрывал ее собой, но несмотря на это, она чувствовала, как песок и пыль проникают везде. Песок забивался в нос, в уши, за ворот одежды, скрипел на зубах. Дыша в рукава, они замерли, боясь пошевелиться. Но вдруг… ветер ослаб. Вместо того чтобы облететь их и продолжить на запад, вертолет развернулся и полетел в противоположном направлении. Рев турбин стал утихать, а облако пыли медленно рассеиваться. Они осторожно приоткрыли глаза, стараясь проморгаться, стряхивая с себя остатки песка. Пересохшее горло мучительно першило от всей пыли, что им пришлось вдохнуть. Сэм мучительно скривился от боли — стараясь сдерживать кашель, так как боль в боку при кашле была просто невыносимой. Когда кашель стих, он повернулся к Оди. Приподнявшись, они осмелились выглянуть из укрытия. Вертолет медленно отдалялся, превращаясь в крошечную точку на фоне вечернего неба. У главного входа тоже никого не было видно — очевидно, все военные спустились в бункер. Но радость длилась недолго. Не успев отойти от случившегося, Оди первой заметила движение вдали. Она аккуратно дернула Сэма за рукав, указывая в сторону обнаруженного объекта. — Смотрите, — тихо произнесла она. Прищурившись, Оуэнс попытался разглядеть, что это было. Яркое пустынное солнце слепило, а левый глаз немного заплыл, не позволяя хорошо видеть. Но вскоре он разглядел какой-то транспорт с большим кузовом. Сначала ему показалось, что это был еще один армейский фургон. Но нет. Расцветка была совсем другой — желтый с красными вставками и какими-то буквами на боку. В изумлении, Оуэнс прищурился еще сильнее, не веря своим глазам. Это была… доставка пиццы??