R.R: шёпот мёртвых, крик живых

      

1

      Три лошади мчались вдоль крепостной стены без остановки. Сона летела впереди, а Огонёк и Граф старались не отставать. Камни вели его на север. Стук лошадиных копыт растворялся в ночной тишине, разбивал тишину утреннюю.       Лагерь Эмиля Савиньяка остался далеко позади. Солнце поднималось всё выше. Проснулись ли уже солдаты? Хватились ли уже трёх беглецов?       Камни дружно гудели о том, что Повелителя Скал никто не найдёт, если он того не желает.       – "Не желаю", – уверенно заявлял Дикон, сжимая поводья. – "Они мне не нужны. Пусть не мешают!"       Утренняя прохлада была отравлена гнилым смрадом. Всего за несколько дней вонь усилилась. Скверна стала сильнее? Уже даже выходцы пытались вывести Айрис! Значит, дело очень плохо.       Кровь Лита звенела в его кармане. Камешки убеждали, что помогут Повелителю Скал. Остальные камни уговаривали Повелителя не полагаться слишком на кровь Лита.       – "Ты силён!" – говорили они. – "Сильнее многих. Ты справишься сам. Не отдавай свою жизнь!"       – "Показывайте дорогу!" – приказывал Ричард.       Древние стены Олларии покорно вели его на север. Всё дальше и дальше… Они уже обогнули кольцо. Этой дороги Дикон не видел никогда. Выжженное солнцем поле озарял розово-золотой свет. Данар остался на другой стороне. Ветер играл в высокой траве и доносил столичную вонь.       Огонёк и Граф мчались за Соной, а Марьян и Пако прожигали спину Ричарда глазами. Он хотел было оставить их в лагере.       – Это опасно, – привёл Дикон самый честный аргумент.       Раттоны, скверна. А кроме них – люди Айнсмеллера, Август Штанцлер, Альдо Ракан. Если Ричард попадётся кому-то на глаза и будет узнан, на него просто объявят охоту. Он не мог не ворваться в столицу, но друзьям незачем рисковать.       – Не дури, – поморщился Марьян, накручивая ус на палец. – Либо мы идём с тобой, либо прямо сейчас поднимаем тревогу. Один ты не уйдёшь.       – Верно, дор Рикардо, – поддакнул Пако. – Не дело это. Я согласен с вами, что сидеть здесь и ждать, пока соберано в темнице, нельзя, но уехать вам одному не позволим.       Спорить Ричард не стал. У него замечательные друзья. Слишком хорошие. Таких нельзя потерять. Придётся защищать от скверны. Его кровь лечит от болезни. Может ли она стать микстурой, которая позволит не заболеть? Когда они окажутся за стеной, Дикон проверит.       Марьян и Пако оказались не просто полезны, а уже незаменимы. Освободили от оков, убедили Матильду Ракан помочь и напоить Савиньяка, заранее подготовили лошадей и спрятали оружие. Сбоку билась шпага с карасами, а к спине был прикреплён пистолет. Уже заряженный. Без Марьяна и Пако Дикон далеко бы не ушёл…       А без Матильды не вернул бы кровь Лита. От этой мысли становилось невыносимо стыдно.       – "Вытащи моего внука", – за свою помощь принцесса попросила лишь об одном.       – "Ваш внук сам выбрал свою участь", – такими словами отплатил герцог Окделл.       Он обидел Матильду. Она не заслуживала, чтобы её кто-либо обижал. Солгать ей было бы низостью. Пообещать и не выполнить было бы гнусностью.       Альдо придётся платить за свои ошибки. Разорённые города, измученные люди – он принёс беды и разрушения. И что же происходит в Олларии?       Не Ричарду Окделлу судить его. И не Ричарду Окделлу его спасать. Они друг другу никто. А за то, что Альдо использует его имя как знамя для своих амбиций, Дикон с радостью бы дал по морде! И за людей во Фрамбуа… Но он не станет. Ни бить, ни судить, ни спасать. Он не обязан влезать! Пусть каждый платит сам.       Но Матильда платить не должна. Она не виновата ни в чём. Но и Ричард не виноват в том, что её внук сделал такой выбор. У него свой долг. Битвы за трон его не касались. Никогда не должны были касаться. Если бы Дикон ещё в прошлом просто вернулся в Надор после дня святого Фабиана, родные бы не страдали, не погибали. И скверна, возможно, не оказалась столь сильна…       И всё же под ложечкой неприятно посасывало.       – "Ступай, Ричард Окделл. Надеюсь, тебе никогда не придётся узнать, каково терять родных".       – "Простите, ваше высочество, я не спаситель…"       Гул камней резко оборвался. Ричард остановил Сону. От быстрой езды рубашка пропиталась потом и теперь липла к телу. От лёгкого осеннего ветерка бежали мурашки.       Огонёк и Граф оказались рядом меньше, чем за минуту.       – Приехали, что ль? – удивился Марьян.       Дикон неопределённо повёл плечами. Он не знал. Камни вели, а затем вдруг замолчали.       Они обогнули крепостную стену. Интересно, куда они выйдут, перейдя её? И как её перейти?       Пако, чуть прищурив глаза и поглаживая Графа по шее, осмотрелся по сторонам.       – Я знаю это место.       – Правда?       Конюх коротко кивнул и спрыгнул на землю. Пошарил в сумке и вытащил три кусочка сахара. Угостил лошадей.       Сона довольно всхрапнула. Повезло, что Пако рядом. Дикон, к своему стыду, не имел привычки баловать любимицу.       – Мы на стороне, что глядит на север, дор Рикардо, – пояснил, наконец, конюх. – Если мы повернёмся спиной к стене и поедем прямо, не сворачивая, то попадём в Надор.       Ричард поднял брови. Из Надора в Олларию и обратно он ездил – и дороги покамест не забыл.       – Этот путь известен немногим, – усмехнулся Пако. – Он короче, но опаснее. Популярен у контрабандистов.       – Да? – оживился Марьян. – Получается, отсюда в Надор добро всякое проносили? А из Надора?       – Из Надора в Олларию, из Олларии – в Надор, – пожал плечами Пако. – И в Бергмарк тоже. Шелка, драгоценные камни, вина, шкуры…       Марьян довольно крякнул и принялся почёсывать указательным пальцем ус. Уже размечтался, как будет втихаря приторговывать? Ричард решил не разочаровывать друга раньше времени. О том, что в Надоре практически нечем уже торговать, Марьян узнает, когда они туда приедут.       – Где-то здесь должен быть проход.       Они оставили лошадей отдыхать и принялись искать.       Шершавая буро-серая стена будто вырастала из земли и обнимала собой древний город. Кабитэла не строилась как столица, но именно она стала наследницей Гальтары. Стены помнили, как юный император пришёл сюда. Стены помнили, как медленно умирала Золотая Империя, а за ней – Талигойя. Стены помнили, как к ним подошёл молодой король. Сильный, решительный, живой. Он добил умирающее королевство, но породил новое…       Камни нашёптывали Повелителю истории давно ушедших дней. Ричард медленно шёл вдоль стены, стараясь разглядеть тот самый проход. От времени и потрясений образовались трещины. Не опасные и не глубокие. В них и палец не пройдёт…       Глаза зацепились за ровный прямоугольник. Здесь камень отличался от остальных. Был темнее и ровнее. И свежее.       – Это он? – Дикон повернул голову к Пако.       Конюх огляделся. С некоторой надеждой.       И вздохнул, с досадой поморщившись.       – Похоже на то. Значит, дыру заделали.       – Как заделали? – возмутился Марьян, касаясь пальцами прямоугольника. Немного постучал. – Заделали, жабу их соловей! Совсем недавно!       Недавно. В прошлом году. Люди в чёрно-белых ливреях принесли камни и закрыли ими дыру…       Ричард очень сильно захотел немедленно вызвать кого-нибудь на дуэль!       – "Благодарю вас, ваше высокопреосвященство!" – едва не кричал он в пустоту. – "Вы знали о каждой дыре в этом городе и приложили немало усилий, дабы их залатать!"       Закатные твари, и как им теперь пройти?       Пако задумчиво морщил лоб, а Марьян с негодованием глядел на прямоугольник, словно тот нанёс ему смертельную обиду. Дикон же был готов бить по стене кулаками.       – "Нет", – загорелась в голове мысль. – "Ты привела меня сюда".       Камни указывали путь на север. Именно сюда. Камни не обманывают и не насмехаются. С другой стороны расположились люди Савиньяка. Парадные врата перекрыты, а южная брешь уже облюбована Коннером. Там Ричарду не пройти – его просто поймают и опять закуют. На сей раз надёжнее…       А здесь никого нет. Эмиль не оставил бы эту сторону пустовать, если бы не знал, что дыры уже нет. Лишь здесь Дикон может пройти…       Он потянулся за шкатулкой.       – "Нет!" – завопили все камни в округе. Аж в ушах заложило! – "Нельзя! Не нужно!"       А вот Дик был уверен, что нужно! Он способен расчистить проход, но ему нужна сила.       – "Ты справишься сам!" – уговаривали карасы и булыжник. И, кажется, голос шерлы тоже звучал. – "Ты уже делал это!"       Ричард тяжело вздохнул. Лишь два раза у него получилось выпустить силу. И оба раза он не контролировал себя. Когда попробовал – не смог ничего. А кровь Лита помогала. Казалось, Дикон на всё способен, пока яркий камешек сверкает в его ладони, впивается в его рану…       – "Это мёртвая сила. От неё веет холодом. Ты отдаёшь своё тепло, забирая холод! Не нужно! Ты можешь это сделать сам!" – карасы на рукояти почти рыдали.       А кровь Лита молчала.       Ричард снова вздохнул. Он вытащил шкатулку и положил её на землю. Затем коснулся ладонью стены. Попробовать можно. Если не получится, откроет шкатулку.       – Дор Рикардо, что вы делаете? – изумился Пако.       Марьян что-то шепнул ему.       – "Открой", – мысленно попросил Ричард.       Стена протяжно загудела. И не шелохнулась.       – "Открой", – настойчивее повторил Дик.       Под ладонью что-то дрогнуло. И ещё раз. Но прямоугольник оставался на месте.       Ричард положил на него вторую ладонь и надавил. Камень был отменным. Твёрдым, прочным. Дорак не жалел денег из казны.       – "Я безмерно признателен вам, ваше высокопреосвященство!"       Смотрят ли сейчас на него из Лабиринта? Видит ли Сильвестр результат своего труда? Смеётся, надо полагать…       По прямоугольнику пробежала дрожь, что быстро спустилась на землю. Послышалось ржание лошадей.       Ричард распахнул глаза. У него получилось?       Стена оставалась целой. Но он точно что-то сделал! Нужно ещё раз! Нужно разозлиться!       – Ты что творишь? – прошипел Марьян ему на ухо. – Пако ведь тут!       – Ты можешь разозлить меня? – не слушая его, спросил Дикон.       Адуан захлопал глазами.       – Чегось?       – Разозли меня! Немедленно!       – Как? – остолбенел Марьян.       – Да как угодно! – Дикон уже и без друга злился. Но этого недостаточно. – Сболтни чего-нибудь, оскорби меня.       – Ты взбрендил? – участливо поинтересовался адуан. – Сдурел от скуки, пока в цепях без дела сидел?       Ричард прислушался к слабеющей дрожи.       – Этого недостаточно! Скажи ещё что-нибудь?       Марьян нервно рассмеялся, его усы задёргались.       – Ты дурак или прикидываешься? Что это за хотелки такие чудные?       Мало. Каменный прямоугольник и думал рассыпаться.       – У тебя неплохо получалось меня выводить раньше, – процедил Ричард. – Можешь использовать свой талант для дела?       – Для какого дела?! – заорал Марьян. – Вот же пристал! Можешь объяснить?       Дикон стиснул зубы и ударил по камню. Стена недовольно прогудела, что старается исполнить волю Повелителя Скал.       – Дор Рикардо, – подал голос Пако. Он подошёл ближе и смотрел с откровенным недоумением, – пожалуй, я знаю, как могу вас разозлить… Вы обещаете не вызывать меня на дуэль?       – Что? – поморщился Дикон. – Обещаю.       Разрубленный Змей, почему приходится уговаривать кого-то? Раньше ни у кого проблем возникало с тем, чтобы оскорбить Окделла.       Конюх покачал головой, будто сомневаясь. Окинул Ричарда и стену внимательным взглядом. Сделал шаг назад.       И наконец выдал:       – Сколько раз соберано признался вам в любви в ту ночь? Я услышал лишь пять…       Ричард с трудом удержал равновесие. Подобного выпада он не ждал совсем…       Злость пришла сразу. Правый кулак сжался сам по себе.       Вот только ничего не произошло… Даже дрожь прекратилась.       – "Ничего я сам не могу", – устало сказал Дикон шепчущим утешения камням.       – "У тебя получится! Ты научишься", – звенели карасы.       Сколько ему понадобится времени, чтобы научиться? Да и кто научит его, если Повелитель Скал может быть только один? Ни Алан, ни отец не помогут. Отца он уже и не увидит…       – Ну и? – Марьян выразительно смотрел на него, разведя руки в разные стороны.       Пако молчал и разглядывал его и стену. Он ничего не понимал.       – Можете успокоиться, – скривился Ричард. – Злость мне уже не нужна.       Ему нужна кровь Лита. В ней сила, в ней знания. Без неё Дик бесполезен.       – "Ты силён. Поверь в свою силу! Тебе не нужны они. Они тебя погубят!"       Почему камням так не нравится кровь Лита? От неё не исходило опасности. Ричард чувствовал, что камешки из Лабиринта хотят ему помочь. Они не враждебны. И Лабиринт не враждебен. Но сила иная – это правда. Разве это плохо?       – "Я всё равно буду касаться их", – заметил Ричард.       Проломить стену и вполовину не столь важно, как очистить Олларию от грязи. В Лаик он бы без своих камешков не справился. В Олларии вряд ли будет проще. Вонь плесени доносилась даже сейчас.       – "Они скрываются", – шепнула стена.       В Олларии три Повелителя. Один заперт. Двое ничего не знают. Их кровь могла отпугивать, но сможет ли уничтожать пустоту?       Незачем гадать. Ричард знает, что делать.       Камни протестующе зазвенели. Дикон поднял шкатулку, открыл. Ярко-синий блеск ударил по глазам.       – "Нет! Не делай этого! Ты можешь справиться!"       – Уже началось? Началось?..       – Они уже открыли?..       – Ай!.. Не толкайся!..       – Подвинься! Не видно ничего!..       В гуле камней звучали голоса людей. Далеко…       – Это и есть статуя?       – Папа, мне не видно!..       – А ну отойди!..       – Не ори ты!..       – Хлеб уже раздают?..       – А где наливают?..       – Я не вижу епископа! Мне нужна святая вода!..       – Не похож… Это не он…       – А ты будто видел?..       – Видел!..       – Может, уйдём? Как-то нехорошо…       – Где его величество?       – Мне нужна вода! Я пришла за водой!..       – Обещали хлеб! Где он?       – Ах! Я потеряла фишку! Отойдите! Отойдите…       Что происходит? И где?       Ричард прикрыл глаза и коснулся ладонью шершавой стены. В другой ладони он сжимал ярко-синий камушек…       Улицы Олларии почти опустели. По Золотой не проезжали кареты, не прогуливались горожане. А двери лавок были закрыты. На Винной не звучала музыка. Между двух аббатств не пели менестрели. И никто не проповедовал. Пусто. Людей не видно…       Зато Дикон видел мутный зеленоватый туман. Он, словно лёгкая завеса на ветру, проплывал вдоль стен, касался мостовых, окутывал крыши… Туман не густой, ещё не удушливый. Но он везде…       – "Скверна распространилась…"       Она выползала из колодцев, из трещин, из ям. Оллария огромна. И скверна накрывала её. А где-то прятались раттоны. Они ждали, когда разум живых будет отравлен…       – Смотри, куда прёшь!..       – Ой, придавили…       – Там хлеб! Там хлеб раздают!..       Зеленоватый туман ехидно мерцал и расплывался в разные стороны. А голоса живых становились всё громче.       – Где епископ?!.       – Я ничего не вижу!..       – Даже лошадь не та…       – Куда лезешь, урод? Дубина!       – На себя погляди, жаба!       – Это моя фишка! Моя!..       – Ой, заткнись! Моя это фишка! Я с рассвета тут стояла!..       – Гляньте! Да она ведь уже брала хлеб! Куда полезла, невеста кошачья!       – Я дочке!.. Дочке! Хворает она…       – Как же, дочке…       – Пустите, моя очередь!..       Сердце нервно колотилось в груди, а в голове проносились фигуры и лица, которые Ричард почти забыл. Это было… Это было позже! Празднования в честь коронации проходили в первый день Зимних Скал. Сейчас ещё Осенние Ветра… Это какая-то ошибка.       – Да чтоб тебя!..       – Пузо подтяни, корова!       – Моя дочь больна! Ей нужна святая вода! Где епископ?       – Это не герцог Окделл! Дурят нас!       – Дают! Дают!! Дают!!!       Нет… Это не ошибка. Улицы Олларии пустовали. Все жители собрались в Доре…       Дикон сглотнул. Дора… Ловушка для горожан. Их слишком много, они закрывают собой выходы и не дают пройти. Они заперты… А над их головами клубился мутный туман…       – Пустите! Создатель! Пустите!       – Заткнись!       – Убью!!       – Пусти! Убью! Пусти!       – Лиза!! Лиза!!!       – Создателю всего сущего…       – Тварь, я разорву тебя!       – Это не герцог Окделл! Вы лжёте нам!       – Где король? Где Первый маршал?!       – "Где Робер?" – не понимал Ричард.       Именно Эпинэ спас всех тогда. Он должен прийти! Он не бросит людей.       – Помогите! Помогите!       – А-а-а-а-а!!       – Паскуда!..       – Где Ракан?       – Где король?       – Почему убийц не судят?! Вы клялись!!..       – Отдай мою фишку!!       Брызнула кровь. В зелёном тумане человеческие фигуры хватали друг друга, драли за волосы, кусали, били…       Люди уже не походили на людей…       Их вопли смешивались с детским плачем.       – Мама!! Мамочка!!..       Едва различались ржание и топот.       – Маршал Ариго, приказывайте! Что нам делать?       – Уходим! Уходим!!       – "Уходим?" – не поверил Ричард.       Почему там Ариго? Где Робер?!       – Ахахаха!! Глядите, башка треснула!       – Заткнись, дура!       – Где мой хлеб?!       – Ахахахаха!!..       – "Помоги!.. Помоги…" – среди звериного ора различался жалобный звон.       Бриллиантовые лепестки и сердце из караса были далеко, но они заметили Повелителя. Они узнали. И они звали на помощь.       Ричард похолодел.       – Коррина…       Она была там. Многорукое и многоголовое чудище тянулось к ней…       Сердце бешено колотилось в груди, ноги врастали в землю.       А земля дрожала…       Граф и Огонёк громко заржали.       – Что это? – послышался крик Пако.       – Ты это… Не… Дикон, перестань!       Синий камень сверкал в его руке, но крови Повелителя Скал ещё не испил. Дикон выпустил силы без его помощи. Он не был зол. Он боялся.       Прямоугольник из нового камня задрожал. Покрылся мелкими трещинами.       – Впусти меня! – прорычал Ричард.       Крепостная стена согласно прогудела. Каменный прямоугольник затрещал.       И посыпался обломками.       Тяжёлая лапища Марьяна упала на его плечо и потянула на себя.       – Завалит же!       Каменные осколки лежали на земле. В нос ударил сильный смрад мертвечины.       Дикон сбросил руку друга и поднял шкатулку.       – Держи, – протянул он её Марьяну. – Храни, пока не заберу.       Один камень у него. Этого будет достаточно. Потерять остальные он не может, а во время скачки обронить так просто…       – Ты чего? – нахмурился адуан.       Его била мелкая дрожь, но стоял Марьян ровно. А вот Пако рухнул на землю, тараща чёрные глаза на груду осколков и глотая воздух ртом.       Сона подошла к Ричарду, не дожидаясь знака.       – Тебе это не понравится, – вздохнул Дик, влезая в седло.       Проверил шпагу, пистолет.       – Ахахаха! Убили! Убили!       – "Помоги!.."       – Дикон!! – завопил Марьян. – Ты куда?!       Сона резво перепрыгнула обломки и понесла всадника в открывшуюся Олларию.       

2

      Камни разъярённо звенели и выли. Они спали. Они устали. У них не было сил. Но Повелитель Скал заставил проснуться.       Земля сотрясалась, деревья раскачивались в разные стороны. Звенели колокола, в которые никто не бил. Пустые улицы Олларии наполнились шумом. Но у Доры шум был совсем другим.       – Спасите!!       – Не могу… Дышать!..       – Мама!!       – Прошу!..       – Убью!!       – Где король? Покажите короля!!       – Вы лжёте!! Это всё из-за вас!!       – Ахахаха!!       – Аррр!! Грррр!!       – Звери! Звери!!       – Разрубленный Змей!       – Создатель, помоги!..       В Доре люди напирали друг на друга. Они друг друга убивали. Гнилой смрад становился всё сильнее. Ричард едва сдерживал тошноту. Сона мчалась и отчаянно ржала. Она тоже чувствовала запах смерти…       Эпинэ должен был устроить взрыв. Погибло много горожан, но ещё больше спаслось. Вот только Робера он нигде не слышал.       Эпинэ не придёт.       – "Помоги! Помоги!" – умоляли камни на цветке.       Их звон доносил до Повелителя стук испуганного сердца.       Хрупкая девушка укрылась в узком проёме. Холодный камень давил её тело. А прямо перед ней три человека вгрызались друг в друга…       – "Я иду! Иду!" – кричал Ричард, сжимая поводья.       В левой ладони синий камушек впивался в затянувшуюся рану. Она снова откроется.       – Дикон!! – его спину обжёг крик Марьяна.       Они с Пако преследовали его. Им туда нельзя.       – Останьтесь! – выплюнул Ричард. – Там давка!       И там скверна. Она везде, но там – особенно сильна. Дора… Дора – это узники, пытки, грязь, смерть. Сколько их было? Достаточно, чтобы напитать затаившуюся погань. Выбрать Дору для празднования – или что устроил сегодня Альдо? – устроить пир для врага.       Они миновали мост, улицу, ещё один мост…       – Ахахаха!!       – Спасите!       – Где король?       Многоголовое и многорукое чудовище предстало перед его глазами. Холодные стены. Зелёный туман.       Вдали он заметил белое пятно. Всадник и конь. Их здесь не было. Кто додумался водрузить статую возле старой тюрьмы?       Ещё дальше было возвышение – нарядная галерея. В прошлом Ричард именно там дожидался начала, а затем бездумно прыгнул прямо в толпу. Сегодня никто не прыгнет – в галерее не осталось никого. Они ушли! Они трусливо сбежали, оставив горожан на растерзание самим себе!       Толпа – человеческая масса – прежёвывала людей. Летели брызги крови, клочки одежды. Лиц не осталось – лишь перекошенные в ненависти рожи. Вонь плесени и тухлых тряпок заглушала запахи пота и крови.       – Убью!       – Это не герцог Окделл!       – Создатель!       – Хлеб! Хлеб упал!       – Это моё!       – Уйди, скотина!       – Позовите короля!       Смердящий туман клубился над их головами, расползался по стенам. Увидеть Коррину среди множества голов и рук невозможно. Но Ричард знал, где она – вон там, в небольшом проёме. Чтобы её вытащить, он должен направить Сону прямо в пасть монстра.       Это самоубийство. Дикон не пройдёт. Он должен разогнать толпу.       – "Используй нас", – прошептали камни. – "Используй свою силу!"       Земля уже тряслась, однако озверевшей толпе до того не было никакого дела. Нужно сильнее…       Тучный мужчина с обезображенным лицом упал на землю. У него из спины торчал нож. Убийца плотоядно ухмыльнулся и посмотрел в проём, где пряталась девушка.       Коррина сжалась. Чудовище шагнуло к ней и схватило за косу.       – А это что такое? – вкрадчиво спросил он.       Девушка остервенело вырывалась, но хватка монстра становилась лишь сильнее... Ричард достал пистолет.       – Ты что удумал? – заорал Марьян.       Они с Пако так и гнались за ним? Неважно. Сейчас всё – неважно!       – Стойте здесь! – приказал Ричард. – Не смейте идти за мной!       По земле прокатилась яростная дрожь. Стены Доры затряслись, словно были игрушечными. Зелёный туман замер, зависая в воздухе. Прокатилась ещё одна волна. Ещё одна. Ещё одна!       Земля и камни гневно вопили. Они уничтожат всё!       Сона понеслась к чудовищу…       Ричард увидел, как мимо него пролетела чья-то оторванная кисть… Сона дрожала от страха и ярости, её копыта задевали упавшие трупы…       Дора тряслась. По каменным плитам побежали трещины. Ещё немного – и всё окажется под землёй…       Многоголовое чудище застыло в изумлении.       Монстр тянул бледную худенькую Коррину на себя. Дикон выкинул перед собой руку с пистолетом.       Прозвучал выстрел.       Коррина вырвалась и отлетела к какой-то жалкой оградке. Труп упал к её ногам…       – Опять! – завопила толпа. – Началось! Это гнев Создателя!       – Спасите!       – Где король?       Горожане продолжали толпиться и давить. Теперь от ужаса.       Девушка с глазами цвета шадди жалась к оградке. Её тёмные волосы растрепались, а скромное чёрно-синее платье было порвано. Она жива. Но ей не убежать…       – Коррина! – крикнул Ричард, приближаясь к ней. – Коррина!       Девушка испуганно дёрнулась. Бриллиантовый цветок с сердцем из караса радостно блеснул на её тонкой шее.       – Дор Рикардо… – Коррина устремила на него свои огромные тёмные глаза. – Дор Рикардо!       Сона оказалась перед ней.       – Быстро! – Дикон протянул ладонь.       Коррина, явно не соображая ничего, сделала шаг. Её ладошка оказалась в его руке.       Ричард дёрнул девушку на себя. Коррина почти взлетела за его спину. Ухватилась за корпус. Её руки тряслись.       – Дор Рикардо…       Им нужно уходить. Но куда? И как? Толпа вопила, а земля дрожала.       – "Теперь используй меня", – сказал синий камень, сжатый в левом кулаке.       Кровь уже выступила. Камень достаточно напился…       Ричард разжал кулак. Синий камешек ударился о землю. Зелёный туман мерзко зашипел. И начал растворяться…       Прокатилась последняя волна. И всё затихло. Белая статуя вдали рассыпалась.       – Дурной знак!       – Это ложь!       – Создатель!       Сона понеслась сквозь бегущих людей… Нужно уходить! Нужно найти безопасное место!       – "Иди за нами…" – прошептали камни.       – Я знала, что вы вернётесь, дор Рикардо, – пролепетала ему в спину Коррина.              Огонёк и Граф топтались на небольшом возвышении. Значит, именно отсюда Ричард ломанулся в толпу? Сона за несколько ударов сердца пробежала четверть хорны…       Марьян молча качал головой. Что он мог сказать? Здесь только молчать и остаётся…       Пако тоже молчал. Его чёрные волосы стали белыми, как лунь…       Коррина судорожно дышала ему в затылок и отчаянно цеплялась за корпус, прижималась. Она не упадёт, но говорить пока Ричард не станет ничего. Пусть успокоится. Пусть придёт в себя.       Ему бы самому в себя прийти. За спиной остались Дора и очумевшие горожане. Скверна на время отступила. А вот трупов много…       Послышались выстрелы и топот копыт. Дик рассеянно обернулся.       Мелькали знамёна с драконом, кирасы, алебарды. Солдаты опомнились…       Значит, нужно прятаться.       – "Иди за нами", – звали камни. – "Мы отведём в безопасное место…"