Shattered!Swap Дримтейл

Самый обыкновенный день. Такой же, как и все предыдущие. Ничего необычного, никакого разнообразия. Яркое солнце светит и греет высоко в небе, отгоняя собой любые намëки на тучи, холодный ветерок или тени где-либо в близнаходящихся деревнях. Там было шумно и весело: множество жителей встречали новый день с улыбкой, воодушевлëнно брались за свою работу, приподносили дары своим местным божествам в построенных специально для них храмах; дети учились, играли, слушали от взрослых рассказы о двух сильных, божественных существах, что даровали их Миру благодать, гармонию и счастье. Временами их улыбки правда казались искренними. Но не всегда. У некоторых всë чаще можно было разглядеть на лицах всю фальшь их эмоций и натянутость «искреннего счастья», но никого это не беспокоило. Только лес казался девственно чистым и искренним. Сюда крайне редко заходили жители — лишь некоторые из взрослых, кому приходилось выполнять в этом месте некоторую работу. Только здесь и животные и птицы были настоящими, а вода в озере чистой, не опороченной касаниями кого-то лживого и лицемерного. Именно здесь временами, как и сейчас, коротал своё свободное время — добытое не иначе как побегом и ложью — маленький скелетик. Он сидел на берегу озера, с удовольствием вслушиваясь в пение птиц, и кидал в него плоские камни, всë пытаясь сделать несколько «блинчиков» на голубой глади, что у него едва получалось. Если бы его брат был рядом, как он иногда думал, у него бы получалось лучше. Брат всегда был хорошим учителем, знал что и как подсказать, чтобы быстро добиться успеха. Без него и рвения чего-либо добиться - показать, что он действительно на это способен, похвастаться, привлечь внимание - и не было. Только скука и некоторая грусть от осознания того, что его единственный близкий снова занят работой и помощью тем, кто никогда не насытиться вниманием и поддержкой. Так бы и продолжал он прибывать в своих мыслях и избегать своих прямых обязанностей Хранителя эмоций, как его внезапно окликнули, быстро выводя из всех дум и заставляя забеспокоиться. Он был рад услышать знакомый голос. Но удручали причины, по которым его искали. – Дрим! — подбежал к скелетику второй белокостный с фиалковыми зрачками в гладницах и счастливой улыбкой на лице, — Так и знал, что снова найду тебя здесь! Мог бы придумать и что-то новенькое, если хотел спрятаться! Златоглазый выдавил из себя улыбку, привычным действием приближаясь к брату и заключая того в крепкие объятия. – Может быть я хотел, чтобы ты нашëл меня, — фыркнули в ответ, после более тихо прошептав, — и чтобы остался здесь со мной. Старший на это весело хихикнул, делая лëгкий дружеский толчок в рëбра младшего. – Ты же знаешь, что у нас ещë много дел. Жители всегда волнуются, когда я посещаю их без тебя. Они спрашивают о твоëм самочувствии, и мне каждый раз приходится придумывать, какие у тебя более важные дела в этот момент. Пошли же! Они будут счастливы увидеть тебя! «Точнее мои яблоки» — подумал про себя младший принц, продолжая натягивать искусственную улыбку. – Но мы делаем это каждый день. Ты не думал взять выходной, чтобы провести его со мной? Мы так редко видимся… – Мы ведь всегда выходим в деревни вместе, — слегка недоумëнно, но по-прежнему мягко улыбаясь убеждал старший Хранитель, — И вечера всегда полностью в нашем распоряжении. Давай, не ленись, ленивые кости! Это наш долг, а от обязанностей не сбежишь! Старший мягко взял младшего за руку, доверительно заглядывая в глазницы. С лëгким вздохом младшему всë же пришлось подчиниться. Хранитель негатива всегда был таким ответственным. Как бы позитивному хотелось, чтобы хотя бы иногда его ставили выше всякого долга.

***

На дворе стоял полдень. Главные часы на центральной площади пробили нужный час, и колокола, все как один, в ту же секунду забили свою грубую мелодию. Как происходит каждый полдень каждого четверга уже более сотни лет. Здание неподалëку, из белого камня с мраморными колоннами, уже заполоняло множество жителей разных возрастов. Кто-то улыбался, кто-то волновался, а кто-то был просто спокоен. Родители вели своих детей за руку, давая тем свои наставления, старые поглядывали на тех с мягкой снисходительной улыбкой. Почти у каждого в руках были разных размеров подарочные коробки или нечто иное в ярких обëртках; более сильные монстры и люди несли нечто крупное и явно тяжëлое. Все собирались в главном зале — широком и просторном с высокими потолками, а во главе зала, на некотором возвышении, стояли два скромных трона, с фиолетовой и жëлтой обивкой. Главный смотритель «Храма Близнецов» призывал всех собраться на своих местах, не шуметь и ожидать, ибо всë начнëтся, когда наступит порядок. На деле же прикрывая маленькое опоздание главных причин сего сборища. Двое скелетов спешно залетают в здание с заднего входа, где их уже ожидал взволнованный сопровождающий, что облегченно вздохнул, завидев их. — Почему так долго? Вы ведь всегда являлись сюда заранее, Найтмер, — обратился тот с обеспокоенной улыбкой сразу к старшему, как ответственному за все их действия. Прозвище «Найтмер» являлось официальным, в некотором роде даже титулом, которым обращались к старшему принцу все, кроме самых близкий в неформальной обстановке. — Прошу простить нас. Мы задержались, обсуждая дальнейшие планы на сегодня. Ничего серьëзного, лишь стоило решить пару важных вопросов, — добродушно улыбнулся в ответ лиловоглазый, мягко кивая в приветствии. Молодой монстр у врат также кивнул, улыбаясь шире. И, когда оба близнеца вошли внутрь, включая младшего, что коротко кивнул, не решаясь поднять стыдливых глазниц, вошëл вслед за ними, закрывая за собой врата. Скелеты привели себя в порядок, убеждаясь, что выглядят достойно, и подали знак. Главный смотритель вновь обратился к народу, призывая создать тишину. — Принц Найтмер и принц Дрим, — огласил он на всë помещение громогласно. Все замолчали, и в помещение вошли двое с высоко поднятой головой, один со спокойным и сосредоточенным ликом, другой с короткой, натянутой улыбкой. Сопровождающий остался ждать их в стороне так, чтобы не привлекать внимания, но иметь возможность среагировать в случае непредвиденной ситуации. Близнецы сели на свои места во главе зала и старший подал знак, кивая. — Мы рады приветствовать вас всех сегодня в этот чудный четверг и готовы выслушать вас, — спокойным голосом произнëс старший близнец. — Подходите по одному в порядке очереди и озвучивайте, что привело вас сюда, — традиционно, как и происходит каждую неделю, вставил свои слова смотритель, отступая в сторону. — Мой принц, — вышли первыми вперëд и поклонились двое взрослых монстров, — Мы благодарны вам за помощь в строительстве и финансовой поддержке нового здания для нашего производства. Наше дело процветает и в скором времени вся деревня сможет узреть новые плоды нашей работы. Прошу, примите в качестве нашего дара первый образец нового устройства. Один из монстров приподнял над собой подарочную коробку с фиолетовой лентой, которую скоро забрал один из смотрителей и отнëс в угол зала по правую руку от старшего принца. — Я благодарен вам за ваш дар. Надеюсь, что ваша работа принесëт нашему народу ещë больше пользы. Вы можете обращаться к нам за помощью в любое время, — официально и учтиво ответил старший принц. — Благодарим вас. Пара монстров снова поклонилась и ушла в сторону. На их место прошёл человек. — Мои принцы. Урожай в этом году выдался не лучшим. Много посевов было уничтожено дикими птицам, нам может не хватить провизии для народа. В то же время соседняя деревня подняла цены на свой урожай. Мы просим у вас помощи. — Я услышал тебя, — хмуро кивнул Хранитель, — Я навещу соседние деревни и договорюсь с ними об изменениях условий торговли. Уверен, что нам есть, что предложить им за провизию. Я также решу вопрос с птицами, чтобы они более не беспокоили вас. Наслышан, что в восточной деревне изобрели способ отпугивать этих существ. Мы обратимся к ним за советом. — Благодарю вас, мой принц. Примите в качестве дара за вашу доброту лучшие плоды нашего урожая. Ягоды выдались сладкими, а фрукты сочные и спелые. — Благодарю тебя. Человек снова поклонился и отступил, когда и из его рук приняли корзинку с дарами, увитую золотыми и пурпурными лентами, откладывая ту к предыдущему дару. На его место ступила монстриха в возрасте. — Молодой принц, — поклонилась та с почтением и взволнованной улыбкой, — Ваш последний визит в дом сирот вселил детям надежду. Мы также уже получили ваши дары из благотворительного фонда. Дети чувствуют себя счастливее. В скором времени после вашего визита нас посетило больше семей, готовых взять на себя ответственность за маленькие жизни. Больные также начали идти на поправку, вдохновлëнные вашей верой и силой. Мы благодарим вас всей душой. Примите эти скромные подарки. Их не продать за золото или серебро, ими не воспользоваться в быту, но ценны они тем, что все благодарные вам маленькие души вложили в них всë своë невинное сердце. Из еë рук приняли самую обычную картонную коробку, разукрашенную неумелыми рисунками всех цветов радуги. В самой середине еë красовалось яркое жëлтое солнце. Сколько бы ни благодарили младшего за его визиты к нуждающимся и прочую подобного рода помощь и поддержку, у него по-прежнему не хватало слов в такие минуты. Сказать: «это очень мило» — выглядит не почтительным; брат уже однажды упрекнул его за подобное высказывание. Сухого «спасибо» явно недостаточно в такой ситуации, когда даже народ вокруг них стоит с умилительными улыбками и ожидает не менее милого ответа. И как бы он ни поглядывал искоса на старшего в немой мольбе о помощи, тот никогда не смел отвечать за него в этом зале. Также улыбаясь и ожидая, как и все остальные. — Я… благодарен за этот ценный подарок. И буду хранить его, вспоминая тех, кому… непременно окажу поддержку вновь, что бы ни случилось. Передайте остальным мои благодарности и пожелания наилучшего будущего для них. — Мой принц, — снова поклонилась та, отступая и не сдерживая благодатной улыбки. Благодарности за благодарностями, просьбы за просьбами. Большую часть времени отвечал старший, когда обращались напрямую к нему или следовало решить какой-то вопрос. Младший временами также кивал и улыбался, благодарил в обмен на благодарности на его редкую помощь. Иногда и он давал старшему какие-то советы, если тоже где-то что-то узнал и услышал. Со временем, когда прошли основные официальные часы, часть народа начала уходить, другая же часть, как обычно это бывает, ощутила некоторую вольность. И хотя смотрители и сопровождающий не позволяли тем подходить слишком близко, это не мешало им заводить разговоры. — Это была вопиющая несправедливость! — в сердцах почти что кричал человек лет сорока-пятидесяти, — Мы торгуем с западной деревней уже много лет, с тех самых пор, как великая правительница Ним — упокой древо еë душу — открыла нам пути к взаимопониманию и дипломатии. Долгие годы наш союз был честным и справедливым. Но их поведение на последних переговорах! Выходит за все видимые и незримые границы! — Я уверяю вас, достопочтенный торговец, что решу этот вопрос. Я лично поеду в Западную деревню на производство вашего давнего коллеги и выясню, что именно его не устроило. Уверен, мы сможем разрешить это недопонимание мирно, — успокоивал взволнованного жителя принц Найтмер. — Вы не слышали, каких слов он мне тогда наговорил! Это уму непостижимо - он совершенно не желает идти на здоровый контакт!... — Знаете, принц Дрим, — заговорила с ним какая-то очередная требующая к себе больше внимания пожилая монстриха, — а ведь во времена моей молодости не допускали столько ссор и беспорядков. Современная моложëшь совсем не чтит законы и правила. Помню случалось — один обманул другого, украл или ещë чего-то не путное сделал — так его вину доказали и казнили на центральной площади, чтоб всему народу примером было. — Да что вы, это, наверное, было очень давно… — не успел обескураженный скелет придумать что-то ещë, так его перебили, вставляя новые жалобы. — И никто вот так не ругался и не возмущался! Соблюдали порядок, понимая, что им за это будет! А тут вон оно что — ругаться на всю округу с жалобами! Бессовестные! — Ну, мы… — Дрим, Дрим! — подбежала маленькая девочка с широкой улыбкой, вырываясь из рук родителей, с непреодолимым желанием пообщаться, — А какой твой любимый цвет? Это жёлтый?! — Ну, вообще-то нет, это… — пытался он сказать, как его снова перебили. — А тебе нравится смотреть на небо? Мне вот очень! А что тебе больше всего нравится делать? Мне нравится рисовать и играть в догонялки! О! Давай поиграем? Дри-им, давай играть! «Найти, помоги» — мысленно взмолился младший Хранитель, пытаясь понять, что ему делать в подобной ситуации. Позитивному часто приходилось проводить много времени среди детей и подростков. И вкупе с тем, что он никогда не мог проявить свой характер, к нему часто относились… подобным образом. Вроде как на помощь прибежала обеспокоенная мать ребëнка, тут же беря свою дочь на руки. — Прошу прощения, мой принц, эта непоседа всегда так и норовит убежать! Она не сильно вас утомила? — Ох, что вы, я… — Ма-ам! Хочу поиграть с Дримом! — Позже, милая, позже! Принц сейчас очень занят. Вы сможете поиграть вечером, правда? — спросила она, уже глядя на самого принца и уверенно улыбаясь. «Найти, помоги!» — У нас с братом на сегодня были планы… — начал неловко оправдываться Хранитель. — Ма-ам! — со слезами на глазах начало хныкать дитя. — Принц Дрим, — мамаша собиралась откланяться и уйти, когда улыбка спала с еë лица, а брови нахмурились, выражая всем еë видом едва скрытое недовольство. — М-мы могли бы поиграть завтра? — чуть заикающимся голосом тут же попытался исправить положение златоглазый, лишь бы о нëм не думали дурного. — Конечно, — воодушевившись тем, что всë таки сможет сбагрить ребëнка импровизированной няньке, женщина вновь улыбнулась, пообещав дочери купить что-то вкусное, чтобы та окончательно перестала плакать, тут же радостно захлопав в ладоши. Младший принц тяжело вздохнул, потирая виски. Найтмеру никогда не приходится иметь дело с чем-то подобным. Старший более долго отвечал на важные вопросы, вступая с некоторыми в протяжëнные дискуссии, обсуждая решение проблем и давая рекомендации, куда стоит пойти, у кого попросить совета и помощи, с кем договориться и что предпринять. С Дримом же, по большей части… вели какие-то скучные тривиальные разговоры, что вскоре, как и всегда, начало смущать его и вгонять в скуку. Старые жаловались на воспитание современной молодëжи, взрослые рассказывали об «интересных» событиях их жизни, а дети закидывали тучей разного рода вопросов, включая: «Какой твой любимый цвет?», «Почему тебя не было сегодня утром?», «Что тебе сегодня снилось?» и много всего однообразного, глупого и порой бестактного. Временами он с тоской поглядывал на стоящие в центре помещения их с братом статуи, где Дрим был представлен счастливым, милым и невинным цветочком, а Найтмер харизматичным, сильным и уверенным в себе лидером; мраморная версия Дрима стояла рядом с братом, держа того за руку, а версия старшего внимательно смотрела вперëд. Он не должен выказывать своего недовольства или скуку. Он должен быть участливым, вежливым и даровать всем надежду на лучшее. Как сложно вечно держать на лице маску стойкости и уверенности в лучшее… как брат вообще справляется с этим целыми днями? Не появляется ли у него хотя бы изредка желание бросить всë и отправиться в поле на верной лошади, да или же в тот же облюбованный младшим лес, да прокричаться во всю душу, выпуская наружу всю усталость и тяжесть их бремени? Действительно стойкий, сильный и храбрый правитель… потому именно у Найтмера получилось занять этот пост. Получилось поднять их цивилизацию на новый уровень. К Дриму, казалось, никогда не будет того же уважения. Ведь он и сам не знал, за что уважать самого себя, ощущаясь лишь тенью — младшим близнецом. Мероприятие подходит к концу. Все лишние расходятся, оставляя наедине близнецов и их верных последователей, что непременно всегда помогали по четвергам разгружать результаты визитов. Стоило вовремя разобраться с дарами, дабы те не копились из недели в неделю, захламляя всё помещение. Найтмер всегда настаивал на том, чтобы дело укладывалось в срок — двадцать четыре часа — ведь помимо этого у них было ещë множество дел на неделе. — Только взгляни на это, Дрим! — светясь и взглядом и лицом, Найт восторженно показывал брату очередной прибор, что только что достал из новой коробки, — Новейший микроскоп! С ним я наконец-то смогу продолжить свои исследования! Здесь есть ещë и инструкция — он увеличивает во множество раз сильнее, чем прошлая версия! Скоро я наконец-то смогу отправить плоды своих исследований в центр нашей медицины, а там они изобретут новое лекарство, а потом… о древо, это что, телескоп?! Только представь, сколько звëзд мы сможем увидеть этой ночью! А что у тебя на этот раз? — также невинно, как и всегда, со всë же присущим ему детским любопытством, которое он позволяет себе показывать лишь в такие мирные моменты с братом, поинтересовался старший близнец. Младший придирчиво разглядывал коробки, уже помечая в блокноте целый список того, что вновь будет списано на благотворительность. О древо, это что, очередные детские рисунки? Как «мило»! О, часы с кукушкой! Это, пожалуй, даже можно оставить. А это… — Это что, кукла?! — удивлению и возмущению не было предела. Скелет придирчиво держал еë двумя фалангами, демонстрируя уже посмеивающемуся брату, читая вслух приложенную к ней записку, — «Многоуважаемому принцу Дриму от лучших портных, производящих игрушки всем детям деревни. Вы вдохновили нас на создание новых образцов. Прошу принять этот скромный подарок, олицетворяющий наше вдохновение и презентующий новую ветвь нашего производства!» «И как всегда: море пафоса, толку ноль», — подумал про себя разочарованный младший. — Знаешь, она очень даже неплоха, — улыбался старший, скрывая улыбку ладонью, — Ты, конечно, уже давно не играешь во что-то подобное, но думаю, что она бы неплохо смотрелась на одной из полок твоей комнаты. — Для этого у меня уже есть такая из фарфора, — пробубнил позитивный принц, списывая «со счетов» и этот дар, — Почему тебе всегда дарят что-то полезное и интересное, а мне всякую ерунду? — Где же здесь ерунда, брат? Твои подарки тоже очень полезные. Да и многие из них для нас обоих. — Например чайный сервиз. — Он очень красив! И мы можем пить из него! — Или набор свечей. — Если тебе не нужны – так я заберу их у тебя! У меня они быстро кончаются, а я ещë не готов отказываться от чтения перед сном. — … в то время как тебе подарили новые книги. — Я действительно читаю куда чаще тебя, соня. — Или полноценный медицинский набор. — Тебе ведь тоже такой уже дарили! — В моëм была зелëнка и весëленькие пластыри с зайчиками и котиками, а у тебя полный набор лекарств! — Я проходил курсы оказания первой помощи и знаю, что, куда и как принимать! — … тебе даже подарили новое кресло. — Нам, Дрим. И мы можем поставить его в гостиной. А тебе, к слову, сшили новое одеяло. — С детскими рисунками! — Разве оно не милое? Как по мне – в самый раз! Найт снова не сдержал искреннего смеха, тогда как Дрим обиженно надулся, отворачиваясь в сторону. Плюс ещë несколько коробок… за которые его будут «благодарить» через неделю ещë кучкой таких же. — Мне не сложно чем-то меняться с тобой иди отдавать тебе что-то на совсем. Всë, что принадлежит мне – твоë, Дрим, — уже ласково улыбался старший принц, тепло смотря на лицо родного ему существа и беря того за руку, — я люблю тебя, брат. Не забывай. Вскоре златоглазый также смог улыбнуться, благодарно кивая и переплетая пальцы их рук. Он бы очень хотел обнять близнеца сейчас, но они не могли делать этого вне стен своего дома. Это не безопасно… — Давай закончим поскорее и отправимся домой, хорошо? Я обещал вернуться к тебе к ужину, — всë с той же улыбкой продолжал негативный. — Ко мне? — недоумëнно приподнял надбровные дуги младший, — я думал, что мы вернëмся сегодня вместе. — Сегодня было много просьб о помощи. Мне нужно всего лишь согласовать свой график с секретарëм. Не более, обещаю. Карета уже ждëт нас у входа. — К чему мне этот пафос?... — уже печально бормотал, поникнув. Если Найт задерживался на работе, это никогда не было быстрым. Иногда его можно было и вовсе не ждать, ведь тот мог вернуться лишь к рассвету, — Забирай еë себе и езжай к своему секретарю. Мне хватит и лошади. На одной из которых, к слову, ты уже давно обещал мне прогулку. — Лучик… — всë же не сдерживаясь, что бывает крайне редко, фиалкоглазый касается чужой «щеки» своей, мягко прижимаясь и тихо шепча так, чтобы больше не слышал никто, — я ведь обещал. И я сдержу своë обещание, во что бы то ни стало. Лишь чуточку позже. Верь мне, хорошо? Я проведу этот вечер сегодня с тобой, — и оставил лëгкий поцелуй на щеке, тут же отстраняясь, дабы никто этого не заметил. Скулы младшего покрываются жëлтой дымкой. И он верит. Ему хочется верить. — Хорошо, брат. Я буду ждать тебя с ужином и десертом. Попробуем что-то из того, что нам преподнесли сегодня в качестве даров. Ведь у него больше нет никого, кто был бы ему также близок, как родной брат. — Рад видеть на твоëм лице улыбку, — облегчëнно и широко улыбается в ответ Найт, — улыбайся чаще. Тебе очень идëт.

***

Чуть прохладный ветерок мягко бьëт в лицо. Картины и звуки проносятся мимо словно картинки из книжек. И цокот копыт по каменной глади кажется в такие моменты музыкой. Принцы имеют в своëм распоряжении лучших лошадей среди трëх деревень. Для лошадей местных божеств создают лучшие подковы и лучшее снаряжение. Но какой в этом толк, если единственное время, когда на них можно покататься — это редкие поездки до дома или в дальние края, когда или велит срочность ситуации или так случается, что Младший Хранитель оставляет карету брату, направляясь в иной путь. В детстве, когда ещë была жива королева Ним, они с братом часто отправлялись на конные прогулки. Тогда они могли и устраивать пикники, и купаться в речке, и играть, и упражняться на мечах или в стрельбе из лука. Это были самые беззаботные времена их жизни. Теперь у них много дел и забот. А статус, который важно поддерживать, велит весьма скучный и пафосный метод передвижения. Потому что на карете ездила правительница Ним. Она ввела это в норму для особ великой крови, оправдывая это удобством, практичностью и безопасностью. Когда-то правители других деревень тоже ездили на своеобразных каретах или им подобных из дерева. До тех пор, пока всех их не свергли. Путь домой занимает куда меньше времени, чем хотелось. На всëм своëм пути Хранитель слышал восторженные крики, ощущал спиной улыбки, направленные к нему, слышал, как восклицают с радостью его имя. Но у него не было желания слушать всë это. Он не ощущал нужды в чьëм-либо одобрении и внимании. Больше нет. Теперь его волновал лишь его брат. А потому стоило поспешить и приготовить всë необходимое, чтобы они могли отдохнуть вместе, друг с другом. Пока не наступит новый рассвет, не пропоют петухи и не начнëтся новый день, полный забот. Скелет добирается до подножия холма, на вершине которого стояло, казалось, вечное именитое древо, известное всему их Миру. Вдоль всего пути простирается построенная специально для принцев каменистая дорога, созданная для удобства их пути и для некоторых жителей, что считали себя достойными являться в их убежище напрямую, а не ожидать их присутствия в деревне. Отсюда Дрим повëл свою лошадь пешком. Завëл еë в стойло, непременно наливая свежей воды и кормя любимое животное яблоками. — Ну-ну, Эванджелина, не так быстро. Подавишься ещë, — с мягкой улыбкой на лице, как часто бывало, разговаривал он с животным, хотя и понимал, что та ему не ответит. Он заботливо гладил ту по загривку и морде, пока та не уткнулась ему в ладонь, тихо фырча, — Я тоже скучаю по тебе. Когда-нибудь мы с тобой ещë выйдем в поле, обещаю, — он мягко коснутся черепом еë лба, заглядывая в глаза и продолжая гладить, говоря тихо, словно разоблачая их личный секрет, — Найт обещал мне прогулку с тобой и Ральфом. Я верю ему. И ты тоже верь, хорошо? Кобыла также тихо заржала, продолжая просить ласку. Хранитель снова улыбнулся, даря последние касания и не забывая попрощаться. Дома он тут же сбрасывает верхнюю одежду, принимает душ и, засучив рукава, берëтся за готовку. Обычно им хватает тех продуктов, что им дарует деревня. Всë же скелетам, тем более с физическим возрастом сравнимым с подростковым, не нужно много еды. Но как и бывает при политическом строе, где правит монархия, близнецы имеют некоторые средства, с тех же даров или налогов, большая часть которых, к слову, выделяется на строительство новых учреждений, спонсирование благотворительных проектов или прочие нужды народа. На эти средства они докупают всë необходимое, чего может не хватать. Дары, связанные с едой, уже были доставлены к их дому и приняты младшим, разложены по своим местам. На кухне уже стоял запах свежей выпечки, а на столе дожидались своего часа тарелки с едой. Оставалось лишь дождаться брата, медленно попивая свежезаваренный чай и поглядывая в окно на уже тëмное небо. Часы также показывали поздний час, что заставляло лишь вздыхать в нетерпении. Всего лишь поездка к секретарю. К тому самому вредному монстру-зайцу, что считал, казалось, вообще все дела особо важными и всегда старательно пытался впихнуть их все в недельный график брата. Практически не оставляя времени на всë остальное. И все редкие недовольства Дрима по этому поводу всегда принимались с особой недоумëнностью и неприязнью. «На ваших плечах лежит большая ответственность! Твой брат не может отвлекаться по всяким пустякам, когда от его решений зависит судьба трëх деревень!» В такие моменты, казалось, все вокруг, включая его самого, вспоминали, что он всего лишь младший брат. Малыш, который ещë не готов ко всей этой ответственности. Скелетик, которому просто нужна его семья. Не мудрено, если в те времена, когда их мать обучала близнецов, Найт старательно впитывал всю информацию и наставления, в то время как Дрим… всë пытался улизнуть от занятий. Подольше побыть на свежем воздухе, поиграть, ощущая всю беззаботность их возраста. Тогда ему казалось, что детство продлится ещë очень и очень долго. Казалось, что они всегда будут вот так играть, проводить время вместе, разделять общее веселье. Даже не подозревая, как скоро их мать их покинет. Тяжëлая утрата. Несравнимая ни с чем. От печальных дум руки сжимаются на чашке жëлтого цвета, а на глазницах появляется влага. Детство не вернуть. Прошлого не вернуть. Ошибок не исправить. Остаëтся лишь двигаться дальше. Всеми силами пытаясь восполнить пробелы, тянуть непосильную ношу. Цепляясь за те мелочи, что остались неизменны. Из мыслей выводит звон ключа в скважине входной двери, короткий стук по ней же, уже открытой, и короткое веселое приветствие. — Тук-тук, я вернулся. Гляди-ка, я не так уж и поздно. Как и обещал, — с улыбкой на лице скелет успевает лишь переобуться и повесить свой плащ на крючок, как его тут же заключают в крепкие объятия. — Я уже думал ты будешь к ночи, — прошептали куда-то в плечо, стискивая в объятиях крепче. — Хей, я же обещал, — старший улыбнулся шире, быстро отвечая на объятия, но почувствовав неладное, отодвинулся, приподнимая чужой череп и глядя в глазницы, теряя улыбку, — Дрим, ты в порядке? Что-то случилось? — Всë в порядке. Теперь да. Давай пойдëм есть. Я приготовил нам ужин. В ответ кивнули, оставляя короткий поцелуй в лоб. На кухне же помыли руки и сели за стол, рассказывая, как прошли «переговоры». Запланированных дел оказалось очень много, но Найту таки удалось выкрасть немного времени в паре вечеров. — Завтра мы с тобой пойдëм в деревню решать некоторые вопросы. Послезавтра я поработаю над более длительными проектами и поеду в другие деревни. Надеюсь на твоë присутствие, если тебя у меня не украдут, — он коротко подмигнул, но у младшего это не вызвало улыбку, — Также на неделе мне стоит поехать в Северную деревню на переговоры. Мы уже давно откладываем этот визит, упуская массу возможностей. Говорят, что они производят лучшее оружие и доспехи за счёт того, что большинство нападений тех странных существ приходятся именно на их народ. С этим же и связан их тяжëлый нрав… нам предстоит много работы, чтобы добиться их расположения. Хватило лишь одного взгляда на младшего, что вяло покачивал в руках стакан с чаем и теребил уже остывшую еду вилкой, чтобы понять, что тот вновь не в настроении. — Ну ладно, об этом завтра, — откладывая всë в сторону, старший поднялся из-за стола, протягивая руку младшему, — Почитать тебе сегодня? Могу даже остаться с тобой на ночь. Если ты, конечно, не против. Найт также тепло улыбнулся, глядя прямо в лицо младшему близнецу. Ради него он готов на всë. Лишь бы его солнышко не печалилось и было в порядке. И Дрим коротко, но искренне улыбается в ответ, с удовольствием принимая протянутую ему руку. — Я подготовлю постель и книгу, — смущëнно пробормотал он. — Тогда я в душ и к тебе, — в приподнятом настроении Найт мягко сжал чужую руку, отступая и удаляясь на верхний этаж. Приготовить новые порции чая и сладостей, укладывая те на поднос; на всех порах забежать в свою комнату, полностью меняя постельное бельë на вкуснопахнущее после стирки; убрать весь редкий беспорядок, на который иногда не хватает сил и времени; перерыть чуть ли не весь книжный шкаф в поиске наиболее подходящей, комфортной и настраивающей на безмятежный лад книги, что заставила бы хотя бы на вечер забыть обо всех тяготах, погружая в вымышленный мир строк. Переодеться в наиболее симпатичную пижаму, приготовить всë необходимое рядом и ждать, то нервно прохаживаясь туда-сюда по комнате, теребя собственные пальцы, то поглядывая в окно, открывающее вид на просторы множества маленьких домиков, в коих словно светлячки горел свет в окнах, лëгкие дымки сгущались у кирпичных труб на крышах. Златоглазый нервно сел на свою кровать, накрывая ладонями лицо. Он осознаëт важность своей роли в этом Мире. Он часто ощущает, что не до конца уверен в правильности своих решений. Он много думает о том, как тягостно ему всем этим заниматься. И нередко задаëтся вопросом о том, нормально ли то, как часто он желает находиться рядом с братом, укрыться за его спиной ото всех бед и сложных решений. Хочет, чтобы о нëм и дальше заботились, как то было раньше. Но понимает, что не может об этом сказать, что не должен, не имеет права. Что это слишком по-детски и они совершенно не в тех условиях, чтобы обсуждать нечто подобное. У них есть хотя бы тихие вечера. И брат часто идëт ему на уступки, уделяя чуть больше внимания, хотя и хотел бы уделить больше времени себе, своим желаниям или разгрести больше той же работы, пока есть спокойное время. Стоит быть благодарным хотя бы за это. На теле внезапно ощущаются касания тëплых рук, согревающих не тело — душу — в мягких объятиях, а к спине прижимаются кости родного тела. — От чего моя звëздочка снова грустит? — ласково спрашивает старший, прижавшись щека к щеке, пытаясь заглянуть в золотые глаза и сплетая пальцы их рук. — Ничего особенного, брат. Разве что немного устал, — он также нежно прижимается своей щекой к Найту, мягко потираясь, позволяя себе чуть наклониться назад, падая в объятия Ночи. — Но ты невесел весь день. Уверен, что ничего не случилось? Клянусь, если кто-то посмел тебя обидеть — я воздам им по заслугам, — нахмурился и стал под конец речи более серьëзным негативный, помня свою власть и то, что никто не смеет вредить его семье. — Мне никто не вредил, Найт, — пытался он успокоить нежным голосом и мягко сжимая чужие пальцы руки. Однако после светлый заговорил более взволнованно, с надеждой в мольбе, — Пообещай мне, что всегда будешь рядом! Что сколько бы ни было у тебя дел и чего бы от тебя ни требовали жители — ты никогда не оставишь меня! И будешь рядом, чтобы помочь, подсказать и направить… мне так порой тебя не хватает, особенно когда я не знаю, что мне делать. — Я всегда буду рядом, — серьëзно, глядя прямо в глаза, не тратя ни секунды на раздумья, — Никогда не оставлю тебя. Решу любую проблему и помогу с любыми трудностями. Ты для меня навеки дороже всего на свете, — старший приподнимает руку брата, касаясь костяшек в лëгком нежном поцелуе, — И что бы ни случилось, ты всегда можешь сказать мне об этом. Без страха и сомнений. Младший едва не роняет взволнованный вздох, пока душа трепетно бьëтся за рëберной клеткой, наполняясь теплом к единственному близкому существу. — Спасибо, Найт. Теперь мне намного легче, — он искренне улыбается, пытаясь показать своей улыбкой все те чувства, что невозможно передать словами. — Я рад, — также искренне улыбаются в ответ, — Тогда я почитаю тебе сегодня перед сном? Ему кивают, протягивая книгу. Близнецы удобно устраиваются на подушке, укрываясь одеялом и возвращаясь к тëплым объятиям. Фиалкоглазый открывает книгу на первой странице, и по комнате зазвучал мелодичный голос, окутывающий ощущением безопасности и безмятежности. Верно отправляя в Царство Морфея.