Увлечение

Эти слова кока острой смертоносной стрелой пронзили сердце мечника. Коку больно? Очень больно? Он больше не выдержит? Боль, злость на вселенскую несправедливость и жуткая, страшнейшая ненависть на себя захлестнули Ророноа Зоро. Кого чёрта он не пошёл в бордель сразу?.. -Тихо, кок, всё закончилось. Этому пришёл конец. Поварёшка, больше тебя никто не тронет, - прошептал Зоро, бережно беря лицо кока в свои руки и отодвигая слипшуюся чёлку с его глаз. У кока засохли под носом ручейки крови, один глаз припух от удара, и в волосах тоже была кровь. Зоро не знал, чья она. Кок весь был перемазанный и грязный, от него несло сексом, потом и алкоголем, смешанным с кровью – ею здесь пропахло вообще всё. И Зоро – сам уже весь в крови – не то снимал, не то рвал с себя одежду, оставаясь в одних штанах и харамаки и этими кусками ткани прикрывая тело застонавшего кока. Санджи снова двигали и что-то с ним делали, в его затуманенном уме сразу рождая одно чувство – сейчас всё начнётся по новой. Но из прежнего кошмара ничего не начиналось, чьи-то сильные руки осторожно подхватили его и куда-то понесли. Кок чувствовал, как кто-то прижимал его к себе, и его сражённый наркотиками мозг пытался понять, что сейчас происходит. Кто это его несёт? Куда? Зачем? Дальше его ждут ещё более страшные ужасы? Кок завошкался на руках мечника, этим доставляя себе дискомфорт и усиливая боль. Болезненный стон снова вырвался изо рта Санджи. -Тише-тише, только не двигайся, кок, тебе нельзя, - попытался успокоить его Зоро, наконец покидая злополучное место и выходя на воздух. Воздух! Свежий ночной воздух полный прохлады! Это было именно то, о чём так долго грезил Санджи, сейчас же задышавший шумно и громко. Его больше не душил запах крови, сплетённый с плотным облаком дыма от сигарет. Его мысли ненадолго приобрели небольшую чёткость. И хоть улицы этого района города сильно воняли, по ним несло ароматами отходов и нечистых мест, для кока сейчас этот запах был самым чистым в мире. А Зоро между тем постарался удержать его одной рукой. У него было важное последнее дело. -Тебе место в аду,- жестко прозвучало в только зачавшейся ночи, и раздался свист меча, а затем страшный грохот обрушившегося здания. Места, в которое с такими надеждами и мечтами шёл Санджи, больше не существовало. Мечник покинул его с коком на руках, не оставив после себя никого живого. -А теперь нам нужен Чоппер. Надо вернуться на корабль к накама, - вслух рассуждал Зоро, быть может, подсознательно надеющийся на то, что эти слова дойдут до кока и принесут ему некоторое облегчение, ведь вскоре он вернётся в самое безопасное для себя место и окажется в кругу любимых накама. Как он ошибался! -Не смей! – вдруг захрипел-закричал Санджи и схватил рукой вытащенную мечником улитку. Слизняк пискнул от боли, а Санджи безумным взглядом уставился на шокированного Зоро. Свежий воздух вместе с волшебным словом «накама» произвели на кока удивительный эффект. Ещё не понимая, настоящее сейчас или прошлое, Санджи хорошо знал только одно, что ему сейчас ни за что нельзя показываться накама. -Тебя не спрашивали, - был груб в своих словах Зоро, нисколько не собираясь идти на поводу внезапного бреда пострадавшего. Чёртовому Бровастику нужна помощь, ему нужен Чоппер, покой и безопасное место. И мечник попытался освободить пищащую улитку из цепкой хватки кока. Но кок не был намерен её отпускать. С остервенением сумасшедшего он сжимал её, не давая Зоро разжать его пальцы, которые сейчас было легче сломать, чем раскрыть. -Хоть куда только не к накама! Куда угодно только не к ним! К ним нельзя! Только не к накама! – полоумно забормотал Санджи, вынуждая Зоро страшно взвыть. -А куда тебя ещё сейчас, дурень?! Тебе помощь нужна! – заспорил мечник, в чьей голове рождался новый план действий. Если сильно пошуметь и устроить разруху, то накама заметят это и придут сюда. Жаль только что с ними набегут ещё и дозорные, их вроде тоже немало прибыло сюда. Убегать от них, сражаясь с ними с измученным раненым коком на руках, не лучшая затея. Но ему позарез нужен Чоппер. А всех дозорных, если постараться, можно и за пару взмахов мечом уложить. С пугающей решимостью Зоро был намерен осуществить этот план. Он бы сам себе изумился и своей кровожадности, если бы только мог видеть себя ос стороны. Он был готов к любым жертвам, пусть даже нечаянным и случайным, пусть даже его удары разрушат целые улицы, только бы доставить кока к их доктору. И даже если бы Зоро потом об этом рассказали, он бы ни за что не поверил в то, что ради кока, этого всегда раздражающего его извращенца и придурка, он мог потерять голову. Чёртова Завитушка такого не стоит! -Только не к накама! Никакой связи с накама! Или… или… Или я наложу на себя руки! – Санджи придумывал не менее безумные и ненормальные планы, чем мечник сейчас. Как Зоро надо было любой ценой доставить его на корабль, так ему надо было любой ценой там не оказаться. -Я сейчас же откушу себе язык! – шантажировал кок, нездоровым взглядом смотря на мечника, сейчас же посмотревшего на него точно также же. Страшно, лихорадочно и с блеском безумия Зоро глянул на кока на своих руках. Его слова он не сильно анализировал и искал в них первопричину. Быть может, Санджи замучили так, что он больше жить не хочет, не может вынести надругательства и того, что об этом узнают. -Хоть что только не к накама! Не к накама! Не к накама! Не к накама! Не к на..., - сумасшедше затараторил кок, говоря быстрее и энергичнее, чем позволял сейчас его организм. И не вынесший такой пытки и эмоционального накала Санджи содрогнулся в приступе рвоты. Его организм пытался спастись и отвергал весь выпитый им алкоголь. Дуревший до этого от чувств злости и беспокойства Зоро осторожно придерживал его, понимая, что сейчас с коком лучше не бежать и не трясти его, рискуя, что он тогда захлебнётся собственной рвотой. Мечнику пришлось мыслить разумно. Его мозг немного остывал, а в его руку врезались до крови ногти кока, даже через рвоту пытающегося шептать о том, что он согласен хоть на что, только бы ему сейчас не встретить с накама. -Поклянись, что не отнесёшь меня к ним. Поклянись, что мы не увидимся. Они не должны видеть меня таким. Они этого не вынесут. Я этого не вынесу. Поклянись! Поклянись! Живо! – кок надрывался, из глаз его снова брызгали слёзы. Мечник стоял чернее тучи. Санджи не приминал перечислять, что ещё он с собой сотворит, если ему сейчас организуют встречу с накама. Кок в истерике бился, и казалось, что его сердце вот-вот разорвётся от страха перед скорой встречей с командой. Он доводил себя до грани, и Зоро оставалось только скрипеть зубами. Угроз кока он не боялся, а вот того, что он на самом деле помрёт от встречи с Чоппер или кем-то ещё из команды, он опасался. Состояние кока становилось всё хуже, ужас и безумие в его голосе всё сильнее. А Зоро даже в голову не приходило оглушить кока, чтобы он не мог сопротивляться. Поднять на такого израненного Санджи руку он даже помыслить не мог. -Поклянись! Поклянись! Поклянись, сволочь! – неистово бился Санджи, как в предсмертной агонии, после которой он должен будет внезапно затихнуть и больше никогда уже не пошевелиться на этом свете, отдав все силы этому приступу неистовства. -Поклянись! Поклянись! -Да клянусь я! Чёрт бы тебя побрал!!! – сорвал связки в крике Зоро и бросился вперёд. Срочно нужен врач. Когда Завитушка чуть очухается, и кризис отступит, он непременно окажется на корабле. Немедля очутится перед Чоппером. Во что бы то ни стало будет на Таузенд Санни! -Здесь есть врач? А у вас есть врач? Если вы сейчас же врача не найдёте, утро встретят только ваши трупы! – носился по всем улица будто ополоумевший и озверевший в своей жестокости Зоро. Кок на его руках подавал всё меньше признаков жизни, особо ничего не говорил, но всё чаще сотрясался в приступах рвоты, пока у мечника за харамаки взывал к себе помученный Дэн Дэн Муси. И лишь слова о накама возвращали коку прежнюю оживлённость и старые страхи. Зоро пытался хоть как-то успокаивать и подбадривать Санджи, обещая ему скорую помощь и иногда нечаянно упоминая про их команду. На Санджи это неизменно производило один и тот же пугающий эффект. Зоро за это матерился на себя и продолжал поиски врача. -Ты врач? Помогай ему! – в отчаянии просто завалившись в случайный дом и уложив кока на кровать, рявкнул Зоро, заставляя пожилого мужчину перед ним крупно задрожать.- Я по тебе вижу, что ты врач, так помогай ему! На этот раз Зоро улыбнулась удача. Мужчина замялся, превозмог дрожь и неуверенно кивнул головой. Он и в самом деле был врачом. Но вот как-то такой практики приёма пациентов у себя на дому ему организовывать ещё никогда не приходилось. Окровавленные незнакомцы просто посреди ночи ввалились в его дом, и надо сказать, что один из них был самим дьяволом. -Боги! Какой он покалеченный! Этот ваш друг! – оглядев истерзанного Санджи, с искренней жалостью воскликнул врач, тут же снова крупно задрожав, ведь в ответ ему зарычали. Нет, ну точно к нему посреди ночи зашёл сам дьявол и попросил полечить кого-то из своих. -Он мне не друг! Меньше языком чеши и быстрее помогай ему! – рыком требовал Зоро и напряженно, нервно уставился на врача, неотрывно следя за всеми его действиями. Кока рвать не переставало, а сердце мечника не знало ни секунды покоя. Он даже не задумывался над тем, что кок так и не узнал его, не испытав перед ним страха и не померев от всё же состоявшейся встречи с накама. Весь Зоро сейчас состоял из инстинктов из страха за кока. -Этот эффект… Этот эффект, это состояние… Эта интоксикация. Скажите, что он принял? – оглянувшись к мрачному Зоро, спешно поинтересовался врач и осторожно прибавил – Ну… Исключая наркотики. -Он?! Да откуда мне…, - оборвался Зоро, и ум его заработал в лихорадочном режиме. От него была нужна помощь, чтобы помочь коку. Нельзя просто отмахнуться и сказать, что ему ни черта о коке неизвестно. Они же накама, в конце-то концов! -Успокоительные! В больших дозах, - торопливо отвечал Зоро и тут же подошёл к врачу, подозвавшему его жестом. Доктору требовался ассистент, и мечник был согласен на всё, только бы коку помогли. Зоро беспрекословно подчинялся любым приказам, не замечал злости доктора, когда тот сердился на его неумелость или неверные действия. Зоро был как ученик, в первый раз делающий что-то сам под началом учителя. В любом другом случае это было бы унизительно для будущего величайшего мечника. Зоро это не волновало. Его вообще сейчас больше ничего не волновало, кроме состояния кока. -Ему бы желудок промыть, убрать остатки того, что там ещё осталось, - сухо и сдержанно рассуждал врач, вошедший в свою стихию. Он командовал заглянувшим к нему дьяволом, раз дьявол подчинялся. И доктор как на автомате делал свою работу, не задумываясь ни о чём другом. Ведь если бы он задумался и посмотрел дольше нескольких секунд на Зоро хоть раз, его бы непременно снова накрыл страх. Зелёноволосый гость был безумен и страшен, а пациент перед ним совсем плох. -Бедный-бедный мальчик, кто ж его так? Неужели за ним никто не приглядел и вовремя не спас? - бормотал сочувствующе доктор. - Бедный, несчастный мальчик, ему было очень больно, - всё причитал врач, которому Зоро с Санджи по возрасту в сыновья годились, если не во внуки. И слова доброго старого доктора резали мечника без ножа. Он сам лично сейчас видел все травмы, синяки и потертости кока. Помогал обрабатывать его ободранную кожу и с замершим дыханием встретился перед этим взглядами с доктором. -Тут… Тут…А тут как будто признаки изнасилования, - пробормотал врач и посмотрел тогда на застывшего камнем Зоро, у которого был остекленевший взгляд. Доктор на это разозлился. -Уважаемый, вы будете мне помогать или стоять считать ворон? Вы будто не знали, что с ним произошло, сами же его принесли. Так если хотите, чтобы бедному мальчику стало легче, шевелитесь хоть немного, я один возиться куда дольше буду, - сердито глядя на Зоро, ворчал строго врач, которого ничуть не волновало, что его больной уже вышел из мальчишеского возраста и называть его «мальчиком», наверное, пристало только его отцу или матери. Доктора это не заботило, он видел перед собой уже только двух детей: одного раненого, а второго напуганного и не знающего, чем первому помочь. Дьявола больше под его крышей не было, он стал ребёнком, взволнованным и перепуганным мальчишкой. -Боги, кто же были эти изверги, какой же ужас произошёл с этим мальчиком, - шептал врач, вскоре не выдерживая и снова злясь на Зоро – Да сделайте вы уже что-нибудь со своим Дэн Дэн Муси! Долго он ещё будет трезвонить?! И Зоро был вынужден разбираться с улиткой, отчего-то нещадно желающей соединить с ним кого-то. Мечник уже точно не помнил, смог ли он тогда начать вызов накама или нет. Скорее всего, смог, и поэтому сейчас они пытаются связаться с ним. Зоро сейчас было нисколько не до них, надо было срочно снова помогать доктору. -Руки вначале помойте! Они должны быть чистыми, а ваш улиткофон ползал не пойми где. Боги, сколько мышц и сколько при этом ума! Что вы так мечетесь как помешанный без рассудка? Вон там умывальник, вы им уже пользовались недавно, - был строг доктор, и хоть Зоро и не «метался как помешанный без рассудка» его всё равно подгоняли. Случай был тяжелый. -Да не заденьте вы капельницу! Вы с таким трудом её поставили, чтобы потом своими мускулами снести? Топчетесь как слон в лавке. А теперь продолжим… И вот скажите мне потом на милость, чтобы вы делали, если бы этого всего у меня дома не оказалось? Обычные доктора приём не дома ведут и всё в больницах хранят… Зоро всех этих строгих слов не слышал. Он вёл себя не так уж неумело, как иногда говорил врач, вскоре всё равно смягчившийся и даже ставший хвалить своего новоявленного ассистента за помощь. Мечник действительно очень старался, под конец свалившись на пол без сил. -Кок, ты тупица, встанешь на ноги, и я тебя убью, - сползя на пол возле кровати, произнёс свою угрозу Зоро, весь покрытый испариной, хотя жары в доме доктора и не было. Сам же врач заснул на стуле за столом неподалёку. Слабый свет из одиноко стоящей на столе свечки остался сейчас единственным источником света. Зоро посмотрел на неё, а затем на свои руки. Ими он прикасался к телу кока. Словно на чужие мечник уставился на свои ладони. За его спиной беспокойным полным бреда сном забылся сам кок. Ночь обещала быть отвратительной, и такой она и была. Вскоре Санджи заметался по постели, сбивая со своего тела бинты. -Только не к накама!... У нас был не такой уговор! Я на такое не соглашался! Отпустите! Где честь дозорных?.. Накама.. Где мои накама?.. Нами-сан, вот ваш пудинг… Луффи, мясо ещё не готово! Неужели снова мне зашивать штаны Усоппа? Он сам мастер на все руки… Ну почему они все как дети совсем забывают о таких мелочах… Зоро надо поменять постельное, оно уже воняет. И тоже свой харамаки не зашил! Снова все забыли про стирку… Надо устроить генеральную на камбузе, чтобы все ели в чистоте…. Сигареты… Где мои сигареты?... Стойте! Я не хочу! Мне страшно! Неужели это то, чего вы все хотите? Среди вас есть же кто-то, кому это противно?! Кок кричал обращённые к видимым только ему фантомам слова, доктор требовал от мечника скорее нести таз с водой, снова раздавались звуки рвоты, а неподалёку вновь звенел никем не слышимый Дэн Дэн Муси. Санджи был совсем плох, если бы здесь сейчас был Чоппер, он бы очень злился на своего нерадивого пациента за то, как плохо он соблюдал его предписания. -А что именно он принимал? Какие успокоительные? – встревоженно и торопливо спрашивал врач. -Я не знаю… -В какой примерно дозировке?! Он же хоть как при вас это хоть раз делал! -Тоже не знаю… -Да что вы про него вообще знаете, мистер? Вы с ним вообще знакомы? -Да, мы накама… -Вас что на судне с полсотни человек, что вы ничего друг о друге не знаете?! -Нет, нас меньше… Много меньше. -Тогда какие же вы накама?! На этот вопрос доктора потный и уставший мечник не знал ответа, как и на его предыдущие вопросы. Зоро промолчал, так и не рискнув добавить, что вот такие. Оказалось, что не отмахиваться от вопросов и помогать доктору своими ответами на них, не так-то просто. -Накама это же всегда знать друг про друга, помогать друг дружке. Это и в горе и в радости прямо как супруги! Море венчает, ветра обручают! Вас благословляют сами шторма, чтобы вы были едины!... Вот о чём он сейчас кричит? Что у него там случилось с дозорными? Уважаемый? -Не знаю… Я не знаю! Мы не такие накама!.. Он ненавидит меня, а я его. Мы такие накама. -Тогда вы не накама. Настоящие накама другу к другу одну ненависть не испытывают. На это хмурый мечник также ничего не отвечал. Кроме ненависти ещё кое-что недавно появилось, но это было на уровне животных инстинктов и дикого животного голода от чрезмерно долгого нахождения в море. Навряд ли доктор ждёт услышать что-то такое. Самому же врачу в момент их недолгого перекура хватило одного взгляда на мечника и его подобное штормовой туче лицо. Больше в течении ночи доктор о подобном не допрашивался и не вопрошал о том, как же это было допущено, что с бедным мальчиком такое сотворили. Между этими двумя явно была не одна ненависть. Одна ненависть не заставит носиться ночью с раненым на руках и искать доктора, во всём соглашаясь ему помогать. О своём неприятном и порой тяжёлом характере врач знал. И этот его неприятный характер зелёноволосый мечник будто не замечал, подчинялся безо всяких вопросов и сам никаких не задавал, сползал на пол, когда больной затихал, и поднимался при первом же его ворошении. Так на полу он и пробыл до самого утра. Утром же с трудом и болью с кровати донёсся слабый голос: -Где я? Санджи едва смог преодолеть пелену бреда и помутнения рассудка, пробившись через неё с неимоверными усилиями. Ему будто бы пришлось раздвинуть тяжеленые двери, которые липкой болотистой жижей засасывали его в себя, мешая ему отворить их. Голова его гудела и трещала, тело неприятно ныло, а веки едва поднимались наверх. Кок облизнул пересохшие губы, он пока ничего не понимал. -Самому интересно, - донеслось ему устало снизу. – Куда именно я забрёл, я не знаю. Могу сказать лишь одно, если тебе интересно, кок, это всё тот же остров, на который мы вчера высадились. И тут же, встрепенувшись, уставший и не спавший ночь Зоро осёкся. А можно ли было говорить Завитушке об этом? Он же сам в каком-то неизвестном ночном часу решил не спрашивать у кока о случившемся, чтобы ему слабому и неокрепшему ни о чём не напоминать. Так значит и про остров говорить ничего не следовало! Тупица! Надо было заткнуться после первых же слов! А Санджи слов мечника всё равно будто и не слышал. Он медленно и с громадными усилиями еле повернул голову набок к Зоро. Коку казалось, что его голова это котёл, заполненный плещущимся раскалённым свинцом, и что в случае любого неудачного слишком резкого движения, этот расплавленный металл выплеснется наружу. Санджи издал приглушённый стон и столкнулся глазами с переполошенным и взволнованным мечником. И это было совсем непривычно. -Что было ночь?- слабым голосом прохрипел кок, которого мечник уже покинул, уйдя за кем-то. Кок остался наедине с собой и своей размытой памятью. Он сейчас-то едва-едва соображал, что уж говорить о попытках вспомнить что-то из прошлого, пусть даже и самого недалёкого. -Ну, так что, мальчик мой, теперь мы с вами поговорим лично, - начал сразу врач, и Санджи поднял удивлённый и ничего не понимающий взор на мечника. Какой он ещё к чертям мальчик? Этот старикашка слепой что ли?! Он взрослый парень, и явно не сын ему или внук, чтобы так обращаться! -Дядь, вы явно чем-то ошиблись, моя мама не была вашей сбежавшей дочерью, я в этом уверен, посмотрите хотя бы на наши рожи и поймёте. Ну или навряд ли вы настоящий папаша вместо моего. Хотя это место, к слову, уже занято, - острить было тяжело и больно, но Санджи не сдавался. И как он ранее удивился с обращения доктора, так сам врач сейчас изумился его словам больного и оглянулся к Зоро. -Чёрт!.. Он немного больной на голову, поэтому…, - начал сразу оправдываться за кока мечник, но явно прогадал. Его оправдания не были нужны. -Изумительно! Великолепно! Шутит, значит, мозг в порядке! – был искренне рад врач, такой же усталый и невыспашийся как и мечник. -А теперь, мой милый, говорите всё! – был несколько взбудоражен доктор, очень обрадованный тем, что его пациент не только не отдал за ночь богу душу, но и пришёл в себя так скоро. У этого больного явно был большой потенциал внутренних запасных сил. А Санджи не сильно хотел отвечать на вопросы. Он хотел заняться своей памятью и вспомнить, как же именно он здесь оказался. Но ему не давали этим заняться, постоянно уточняли, какие препараты он принимал в последнее время, как возрастала дозировка. Санджи злился на это, и из-за этого у него сильнее болела голова, а доктор был всё более-более приободрённым, восторгаясь тому, как при таких условиях «бедный мальчик чудом не…». Договорить доктору обычно не давал мечник, осекая его на таких восклицаниях. -Так получается я красавчик, док? – в общих чертах смекнул настроение врача кок и не забыл пошутить, этими шутками спасаясь ото всей этой неприятной ему ситуации. – Как я выгляжу? Прямо сейчас как фотомодель и как мечта всех женщин? -Скорее как мечта токсиколога… Вот я тоже умею шутить, мальчики! Я с вами, уважаемые, на одной волне! – доктор был определённо очень рад, и в этом радостном состоянии он объявил, что ему надо сходить и прикупить ещё кое-что для «сильного мальчика». Врач уже не был нисколько возмущён тем, что ночью к нему вломились и заставили практически насильно спасать чью-то жизнь. Доктора захлестнул азарт собственных успехов, чья-то спасённая жизнь всегда делала его счастливым. А тут к тому же он помог в таком тяжёлом случае. Вспомнив об этом моменте и всех травмах больного, доктор вышел из дома уже удручённым. -Бедный-бедный мальчик, - вчерашними сожалеющими интонациями тихо сказал себе он. А Зоро с Санджи остались вдвоём. Зеленовато-землистый бледный, словно совсем лишивший крови, кок с капельницей в руке и одним до сих пор отёчным и припухшим глазом вопросительно глядел на мечника. -Как я здесь оказался? Только честно, Мох, не будь сострадательной скотиной и скажи, как есть, я устал мучиться догадками. Честно, прошу, скажи честно, - потрескавшимися губами пробормотал Санджи. Когда доктор ушёл, атмосфера в его доме сильно переменилась. -Ты был переобдолбанный. Тебя трясло и рвало, я искал лекаря, - честно и произнёс Зоро, по сути коку ничего нового не дав. О том, что он что-то принял, Санджи и из вопросов чудаковатого врача понял. Это кока разозлило. То, как к нему относились, то, как на него смотрели Зоро с этим сумасшедшим врачом – это всё отдавало привкусом недавней заботы накама о нём на корабле! И ища облегчения от этой заботы он пошёл… Точно! Он же просто в борделе был! Очевидно, там нечаянно что-то принял, а теперь эти двое из этого трагедию делают на пустом месте! Привязали его этой капельницей и как больного идиота уложили! -То есть я тут обдолбанный просто отхожу от кайфа у какого-то лекаря, куда ты меня притащил, и вы из этого целую драму решили устроить? – возмутился Санджи и злобно посмотрел на хмуро-молчаливого Зоро, будто он был причиной всех его бед. -Кок! - попытался остановить его мечник, понявший, что повар ничего не помнит толком. Это даже было к лучшему, пусть он и дальше остаётся в неведении и не пытается ничего воскресить в своей памяти. -Кок, послушай!.. -Ну да, я же отдохнуть шёл. А вы сейчас из моего отдыха трагедию развели! – останавливаться Санджи намерен не был. Удивительная цепочка умозаключений пробегала в его голове, помогая ему понять картину недавних событий. Подсознательно кок чувствовал, что он должен остановиться в своих размышлениях, но он нисколько не собирался это делать. Ещё сейчас бы он даст по тормозам, когда он практически всё понял! Если он ушёл в бордель, и сейчас он вместе с Зоро, и Зоро его, скорее всего, оттуда забрал, то значит, Зоро видел, что там происходило, а происходить там могло только одно… Но если учитывать, что он что-то принял, то возможно всё слегка из-под контроля вышло. К примеру, он бы забыл, что надо вовремя уйти, его бы не пустили… Проблеск осознания явился в глазах кока, мгновенно округляя его зрачки. Он всё вспомнил. Неотрывно смотрящий на него мечник это понял. Зоро стало физически плохо от того, как он об этом жалел. -Давай лучше не будем об этом, - был угрюм Зоро, и его мозолистая ладонь опустилась на потрескавшиеся поварские губы, только бы кок молчал и больше не бредил как рану свою память. Завитушке не стоит её трогать. Однако эту цепочку умозаключений коку было не остановить. Поначалу никак не запускаемая, теперь она яростно и необратимо неслась к сути в его голове, обдавая его адреналином от понимая того, что Зоро видел картину, явно для него не предназначенную. Картину подобную той, что когда-то уже была. А Санджи клялся себе, что накама об этом не узнают, никто не узнает. Он никак не обмолвится, никогда не подаст виду, ничем себя не выдаст. Но раз подобное нечто произошло, надо взять ситуацию в свои руки, и всё в голове мечника поставить на свой лад. Обожжённый диким страхом и адреналином Санджи с вчерашним безумием уставился на Зоро, всё ещё зажимавшему ему рот ладонью. Резким движением головы с ещё более резкой болью в голове кок попытался вырваться. -Нет, будем! Потому что действительно ничего трагичного не произошло. Это моё увлечение, ты его увидела ещё раз, вот и всё, не было ничего вне плана! – злобно проговорил кок, чувствуя, как от натяжения у него словно рвутся уголки губ. Но это его не останавливало, как и вся боль в теле и даже там, где ощущать её было позорнее всего. И от этого надо было срочно отмыться. Он не был слабым насилуемым ничтожеством. Он просто ходил отдохнуть и чуть увлёкся! Это то, что Маримо должно себе уяснить! Да чёрт подери, Маримо вообще не должно было ни за что на свете это видеть! На кой Зоро вообще туда попёрся, в этот бордель? Как оказался в нём? И зачем после потащился с ним к какому-то врачу? Что за издевательства судьбы?! -Кок, ты ещё в бреду явно, - строго сказал мечник, немало поражённый таким поведением кока. Зоро всю ночь промучился в своих раздумьях и сожалениях о том, что убивать кого-либо можно лишь один раз. Мечник дошёл в своих размышлениях до того, что это он сам во всём виноват. Это он сам лично кока довёл, и всё это подобие нервного срыва ему строил. Возможно, кок в бордель пошёл или как-то рядом с ним оказался, потому что ему за продукты этим заниматься запретили, а ему может сильно хотелось. Да лучше бы он тогда за муку сексом заниматься продолжал, чем оказался вблизи от этих тварей!.. А может, кока похитили и приволокли туда силой?.. Зоро всё передумал в эту ночь, из раза в раз возвращаясь мыслями к борделю и тому ощущению, что он опустел. Там не было выживших, мучители кока мертвы, больше не было в округе тех, от кого несло бы их запахами. Но легче от этого Зоро не было. Он не мог отправиться в ад за ними и там продолжать убивать и убивать их, но уже не так быстро как в первый их раз. Зоро думал о многом, корил себя, мрачнел и чернел всё больше и теперь чувствовал новый приступ мучений. Кок, кажется, свихнулся умом. Он ведь явно всё вспомнил, по его взгляду это было ясно… Быть может, так он защищается от позора, говоря такие слова? И неосознанно мечник с жалостью посмотрел на кока, этим доводя его до бешенства. -Нет, ты просто не знаешь, как я туда шёл. Я сам всех звал! Да хоть снова позови сейчас толпу, чтобы меня трахнули, я не буду против! Не надо делать трагедии из произошедшего! Чёрт подери, Зоро, я действительно не вижу в этом беды! Меня уже столько мужиков трахнуло, что одним десятком больше одним меньше разницы нет! Как втолковать это в твою тупую голову?!... И даже не смей говорить мне, что ты… ты думаешь, что это сейчас защитная реакция?! Да, Маримо, я тебя сейчас знакомлю с новыми словами и сразу уточняю, что это не они! Я вообще не стыжусь случившегося и не считаю себя опороченным и каким-то ещё! Ясно тебе?! И Санджи тяжело выдохнул, осознавая, что таким поведением буйного сумасшедшего он мало чего добьётся от мечника и сможет изменить в его мозгу и понимании. -Говори со мной как с адекватным человеком, чурбан, а не как с…калекой, - выдохнул кок, разговаривая теперь спокойно и даже утомлённо, как после беседы с большим глупцом. Таким интонациям в его голосе немало поспособствовала боль. Даже этот недолгий разговор с криками и повышенными тонами отнял у Санджи немало сил и значительно усилил гудение в его голове. -Тогда знай, что мы скоро возвращаемся на корабль, - тоже суше и спокойнее сказал Зоро, выполняя просьбу кока говорить с ним как с адекватным человеком. Всё же никому бы не понравилось, когда тебя очень сильно жалеют, а Завитушке тем более. Он же гордый такой. -Постой! Что прямо сейчас?! – нервно удивился Санджи, с которого как ветром сдуло всё его напускное спокойствие. Зоро на это поварское удивление никак не отреагировал. Он тоже кое-что для себя обдумал. Ночь, когда он был один на один со своими думами в окружении звуков страдающего кока, отступила. Шумная улица за окном напоминала о том, что в мире есть что-то ещё помимо случившегося в борделе, и это не было трагедией, обозначившей для него, Ророноа Зоро, конец света. Да, кок пострадал. Возможно он, Зоро, к этому косвенно причастен. Да ему жаль, что такое случилось с его накама. Да, Поварёшке, скорее всего - да даже точно - сейчас очень тяжело, но… разве это повод к тому, чтобы его собственное сердце так сильно мучилось? Это же чёртов треклятый кок, в конце-то концов! Ему можно посочувствовать, но не убиваться же из-за него! -Как второй после Луффи я должен доставить травмированного члена команды на борт корабля. Это моя обязанность, пусть даже тебя тут осмотрели и полечили, - как инструктаж произнёс Зоро, решив, что сюсюкаться с коком с него хватит. А его ночные бредни, оставившие после себя вопросы, не более чем плоды наркотических галлюцинаций. Завитушка кучу всего нёс, и доктор как-то сказал, что не во всё следует безоговорочно верить. И Зоро практически полностью вернул себе обычное хладнокровие, в то время как Санджи на него смотрел выпученными от шока глазами. -Нет, Мох!!! Э-это, конечно, простое моё увлечение, и трагедии не произошло, я просто весьма специфически отдыхаю, но разве ты думаешь, что накама такое поймут? – делая руками жест, указывающий вначале на бинты, а потом на капельницу, громко возмущался Санджи и выжидающе смотрел на мечника, ожидая, что тот скажет. Но тот молчал, и кок продолжил. -Ты слышишь, Маримо?! Специфическое! Спе-ци-фи-чес-ко-е! Если я в таком состоянии вернусь, то вопросов будет не избежать! А мне на них будет нечего ответить! Мне никак нельзя сейчас на корабль! Кок злился, махал руками насколько мог и ни в какую не был согласен хоть на сколько приблизиться сейчас к кораблю и кому-то из накама, с которыми можно будет на нём столкнуться. Туда мог пойти Фрэнки, чтобы сложить часть своих купленных железяк и не таскаться с ними по всему острову, туда мог пойти Усопп, желающий поскорее посадить какие-нибудь свои новые семена, чтобы потом гулять по городу, зная, что они уже начали расти в предназначенном им месте. Да хоть кто мог вернуться на корабль. Только не он сам! -А мне никак нельзя пренебрегать своими обязанностями, - непреклонно возразил мечник. – Луффи мой капитан, и когда с его накама что-то произошло, я не могу скрывать это от него и не возвращать пострадавшего. -Сволочь! Ты же видишь, в каком я состоянии! Зачем понапрасну заставлять накама волноваться! Дай мне отлежаться пару дней и тащи хоть в ад! – кричал возмущённый Санджи, уже представляя, как Чоппера вслед за Луффи поставят в известность и к Чопперу же в лазарет затащат силой, а потом Чоппер также по долгу корабельного врача сообщит обо всём выясненном капитану. -Зачем мне непременно надо так срочно оказаться на корабле?! – не понимал кок, разгневано смотря на мечника, выглядящего бесстрастно и очень даже спокойно. -Потому что вчера я сам себе сказал, что доставлю твою задницу на корабль во что бы ни стало, когда твоё состояние станет чуть лучше, - размеренно произнёс Зоро, в уме уже прикидывающий, что кока можно просто закинуть на плечо и без его согласия унести его на Санни. - Оно стало лучше. Мечнику навязчивым желанием хотелось утащить кока куда-то в безопасное место, подальше с улиц этого города. Для себя Зоро объяснял это ответственным отношением к обязанностям старпома. -И эта единственная причина?! Твоя прихоть?! – уже срывался Санджи, когда причин стало больше. Уже довольно долго молчащий Дэн Дэн Муси зазвонил вновь. С той стороны с ним настолько настойчиво пытались связаться, что улитка решила, что пусть её зарежет этот мечник, но свой последний долго она выполнит. Взять трубку мечник не замедлил. Это была Нами. -Зоро, - только начала она, как мечник сразу напрягся, что-то в её странно спокойном тоне ему совсем не понравилось, хотя это вполне может быть просто-напросто связано с тем, как долго он игнорировал её звонки, и это вроде как подтвердилось. – Почему ты так долго не отвечал?.. Ладно, это сейчас уже неважно, ты случайно не видел Санджи-куна? -Он со мной, - не обращая внимания на отрицательно замахавшего руками кока, честно ответил Зоро, и с той стороны прямо в трубку раздался облегчённый, но при этом какой-то вымученный вздох. И вот уже Санджи не машет руками. Все эти интонации и выдохи Нами заставляют напрячься и его. -Это хорошо, что мы нашли вас обоих, и тебя и… Санджи-куна,- как будто с трудом взяв себя в руки, продолжила девушка и чуть помолчала, чтобы затем решительно сказать. – Возвращайтесь на корабль. Мы немедленно отплываем. И громкий звук падения тела с кровати раздался в комнате. А Дэн Дэн Муси же умолк напуганный пролетевшим рядом ним тазиком. Связь перервалась. Это был шанс кока вымолить у мечника своё спасение. Ещё не восстановившийся и не могущий толком стоять на ногах он пополз к Зоро, тут же с волнением и злостью на лице бросившемуся к коку и планирующему его поднять и вернуть назад на кровать. Однако Санджи это сделать мечнику не дал, мёртвой хваткой вцепившись в его ноги. Санджи сейчас был очень жалок. Но его это ни капли не останавливало. Любой ценой он должен убедить Зоро не возвращать его на корабль. -Умоляю-умоляю, Зоро, нет! – с пола отчаянно и надрывно кричал Санджи, лицом вжимаясь в ботинки мечника, только бы тот не закинул его на плечо и прямо сейчас не побежал искать путь на корабль. Даже если он сам сразу не найдёт дорогу, в городе может быть кто-то из накама, кто ищет их. -Совсем сдурел, кок?! Живо отпусти меня! – орал в ответ мечник, пытаясь оторвать от своих ног кока, пока рядом снова как ночью заливался улиткофон. -Умоляю-умоляю-умоляю, не возвращай меня на корабль! Я там умру! Я сам с собой что-нибудь сделаю! -Я это уже слышал! Второй раз на это не поведусь! Когда мечник мог это слышать, Санджи не знал и не помнил. Но это его сейчас и не беспокоило, он вообще не особо разбирал слова мечника, ибо в них не звучало того самого, что он хотел услышать – отказ от немедленного возвращения к накама. -Я хоть что ради тебя буду делать! Я самым примерным накама стану! Я больше никогда ничего не сделаю, что тебе не понравится, не доставлю никому неудобств! Я святым стану! Я больше ни в один город не сойду и всегда буду на корабле вас всех дожидаться! Только не возвращай меня на корабль! Не возвращай! Не возвращай! – бился и содрогался в своей истерике Санджи, в такт своим словам став биться головой об пол. Зоро же понимая, что кока ему сейчас от себя не отцепить, с бранью, одной рукой прикрывая поварской лоб, попытался в корявой позе вернуться к улиткофону, чтобы снова связаться с командой. Надо передать им что они поняли эти чёртово распоряжение! Санджи на коленях пополз за Зоро. Готовый на всё он то целовал его ботинки, то пытался снова удариться головой о пол, дикий страх захлестнул кока. Он сейчас в таком состоянии от Зоро не убежит, не сможет с ним драться, чтобы отвоевать свою свободу. Вообще ничего не сможет! Он будет доставлен на корабль, передан Чопперу, и что будет потом?! Это Санджи боялся представлять. Слёзы лились из его глаз, слюна стекала изо рта, он до сих пор весь побитый и в синяках валялся на полу, и Зоро уже казалось, что у кока сейчас случится настоящий нервный срыв, а не липовый. Ночная дилемма повторялась – доставить кока на корабль и быть спокойным самому или не доставлять и дать чёртовому Мишенебровому спокойно вздохнуть и не свихнуться крышей. -Умоляю-умоляю-умоляю! Хоть на цепь меня потом на корабле сажай, я его никуда не покину! Только сейчас не возвращай меня на корабль, Зо-ро-о…, - в своих криках Санджи сорвался вконец в плач и больше не мог выговорить ничего. О как он проклинал себя в эту минуту! Весь свой треклятый отдых и этот бордель! Его не пугало то, что с ним там произошло, его до смерти пугало то, что об этом могут узнать накама. -Дурак! Дурак я! Идиот! Тупица! Шлюха, которой не стерпелось! Позорище! Хотелось отдохнуть, вот отдохнул! Будь счастлив, дрянь! Члены хотел, члены получил, а теперь платить за это не хочешь! Дрянь я, дрянь! Променял счастье с накама ради членов! Санджи убивался в слезах. Слов его было практически не разобрать, он не столько говорил, сколько мычал задушенный слезами и пускал сопли и слюни на пол, о который у него уже не получалось биться. Он страшно ненавидел себя в эту минуту, сильнее, чем когда-либо в жизни до этого. -Ну считал бы я себя ничтожеством и считал, кого чёрта пёрся обратное себе доказывать! Зоро, я дрянь, я себе только это доказал, что я ничтожество! Сильным хотел быть, чувствовать, что я сам всё выбираю! Во-от навыбирался, - был уже готов вот-вот захлебнуться слезами Санджи, когда над ним молча и без движений в скрюченной позе замер Зоро. -Не надо было тебе меня никуда забирать, оставил бы меня там! Шлюхе место в шлюшьем доме! Да лучше бы я там сдох! – уже не столько ревел, сколько икал и вздрагивал Санджи, когда Зоро вдруг резко отмер. Иканий, рёва и истерик кока он наслушался сполна. Мечник заткнул рот коку своей ладонью. Больше терпения у него не было. -Помолчи, - приказал Зоро, и Санджи почувствовал физически, как он проваливается под землю. Это его конец. И он с силой вжался в ладонь Зоро, в приступе истерики надеясь умереть от недостатка кислорода. Нос у него уже не дышал, а теперь не было возможности заглатывать воздух и ртом. А Дэн Дэн Муси мечника в это время посылал сигнал навигатору мугивар. -Нами, мы пока не можем вернуться на корабль, - было решение мечника, сказанное раньше, чем Нами успела хоть что-то произнести. И тут Зоро снова пришлось положить улиткофон, только бы с силой отдёрнуть свою руку от кока, в которую он теперь вместо его ног вцепился насмерть, пытаясь словно задушить себя ею, не давая себе дышать. Накама явно не стоило слышать их перебранку. -Придурок, ты хоть слышал, что я сказал?! На кой чёрт сдохнуть пытаешься, если на корабль мы не идём?! Идиот да послушай ты меня, в конце-то концов! – на эмоциях кричал Зоро, плюхаясь рядом с коком на пол и пытаясь спасти его от неудачных и абсурдных попыток суицида. И в это время в свой дом ворвался переполошённый взволнованный врач. -Вы знаете, что здесь натворили пираты мугивары?! Весь остров на ушах стоит! Это ужас, просто караул! Я взял их листовки! Мы с вами будем их искать и передадим их закону! М-мы… Ч-что такое… И врач запнулся. Посреди пола, забрызганного кровью из вырванной капельницы, сидели двое его ночных визитёров, и вид у них был такой, будто перед этим один из них пытался убить другого. А среди листовок, которые доктор до этого перебирал, как раз наверху сейчас были два похожих портрета.