Золотые орлы

Когда Антон проснулся, то заметил, что соседняя кровать пустует. Обычно он с Максом просыпался в одно время, но сейчас он отсутствовал. И судя по холодной постеле — уже давно. Парни ещё спали, поэтому их было даже не спросить. Пожав плечами, Антон пошёл умываться. Когда он вернулся, Максима до сих пор не было, но на его тумбочке появился конверт. Петров сел на кровать и увидел, что письмо было адресовано ему от неизвестного. Почерк был очень аккуратным, размашистым, и казалось, что Антон его уже где-то видел. Открыв конверт, он начал читать текст, который был достаточно коротким: «Я буду ждать у реки во время дискотеки. Приходи, Антон». И больше ничего. Эта записка ощущалась, как глупая шутка. Однако Петрову показалось, что именно Макс её и написал, а значит — случилось что-то серьёзное. Но почему он не может сказать об этом сейчас? К чему вся эта интрига? Решив подумать о письме попозже, он спрятал его в ящик и стал ждать. Но к началу завтрака Макс так и не пришёл в комнату. Никита с Лешей тоже были в недоумении, но посоветовали просто спросить у него об этом на завтраке. Неудивительно, что Максим уже ел, когда Антон спустился. Сев на привычное место рядом с ним, он уставился на друга. Тот выглядел изнеможённо и даже не обратил на него внимание. —Макс? Тебе плохо? — Петров коснулся своей ногой его, и Макс вздрогнул. —О, Антон, доброе утро. Всё в порядке, не спал просто, — его голос был непривычно тихим и то ли грустным, то ли просто спокойным. — И давай пока без вопросов, а то у меня пока что совсем нет сил на общение. Мисенько выдавил улыбку и, на секунду прикоснувшись пальцами к его бедру, снова погрузился в свои мысли и продолжил медленно жевать. Антону стало слегка обидно, но он лишь вздохнул и попытался влиться в рассказ Ани про её сон. Он сам поник от такого уставшего Макса. Что-то у него точно случилось, но что — не понятно, потому что вчера он был в хорошем настроении. Ещё и та записка... —Ты вообще слушаешь? — Аня, заметив подавленное и отстранённое состояние друга, остановила рассказ. —Да, я слушаю, — Антон виновато ей улыбнулся и, мельком глянув на Макса, продолжил есть.

***

После завтрака Рома остановил Антона и захотел поговорить. Отойдя под лестницу, Пятифанов начал чуть ли не слёзно умолять его поиграть в баскетбол. И это было слишком неожиданное предложение. —Ром, я не хочу сейчас. —Ну, братан, ну что ты, как баба, ломаешься. Всего одна партейка. На желание, — Рома задорно улыбнулся. Он говорил об этом так, будто мечтал об этом всю жизнь. Антон оглядел его с ног до головы и снова отрицательно помотал головой. —Почему именно я? Да тот же Игорь пойдёт с тобой с удовольствием. Просто я правда не в настроение. Прости, — Петров посмотрел ему в глаза, и Рома опустил взгляд, явно расстроенный этим ответом. С таким видом он был похож на щенка, на которого накричали. Поэтому, вздохнув, Петров всё-таки согласился. Рома, поняв, что манипуляция удалась, обрадовался и приобнял его за плечо. —Ну тогда готовься, сейчас же пойдём, пока есть время до репетиции, — они пошли вместе наверх. —Чтоб мы потом вонючие там ходили? —Вот ты заёбный. Давай, кто первый мяч в корзину кинет, тот и победит. От одного периода вонять не будешь. Можешь щас просто под рубаху футболку накинуть, а на поле её снимешь, если так боишься вспотеть. —А ты оказывается умный? Настолько хочешь, чтоб я с тобой сыграл, что всё продумал? — Антон засмеялся от таких подробных рассуждений. —Звучало оскорбительно, но да. Всё, давай. Скоро зайду. Антон быстро дошёл до своей комнаты и, не ответив ни на чей вопрос о том, куда он собрался, переоделся. Макс пристально смотрел на него, но получил лишь ответ «Скажу позже». Когда Петров вышел, он столкнулся с Ромой, и они быстро добрались до площадки. К счастью, там был только Роман Александрович, который просто забрасывал баскетбольный мяч в корзину. —Роман Александрович! — Пятифанов позвал его, стоило им едва зайти. Вожатый повернулся. —А вы что тут делаете? Сейчас у вас не занятия по секциям. —Мы хотим одну партийку в баскетбол сыграть. Дайте нам один мяч забить, пожайлуста, — вожатый вздохнул и кинул ему мяч. — От души, Роман Александрович. —Давайте быстрее, а то мне же влетит. Сняв рубашки, парни вышли на площадку. Они встали напротив друг друга, и, неожиданно для Антона, Рома дал мяч ему. —Даю тебе небольшую фору, всё равно не победишь, — Ромкина ухмылка слегка взбесила Антона, и тот вдохновился на победу. Но стоило игре начаться, как Пятифан почти сразу забрал у него мяч. Когда Петров побежал за ним, то смог перегарадить ему дорогу, однако Рома взял и прям перед ним кинул мяч. Антон сразу поднял руку и прыгнул, но он не успел — мяч высоко пролетел над ним и попал ровно в корзину. Прошли считанные секунду с момента игры, Антон даже не успел подумать и уже проиграл. —Трёхочковый! Молодец, парень! — вожатый похлопал прям с трибун, и Рома заулыбался. —Да ты чёрт, а не человек. Как ты сделал это? — Петров направился первым к рубашке и галстуку. Было даже обидно, что он не успел вспотеть. Рома казался ему теперь каким-то сверхчеловеком, потому что обычные люди так быстро не забивают. —Я, кстати, забыл сказать, что моя команда выигрывала несколько соревнований по баскетболу, в частности благодаря мне. Много на площадке времени проводил, — «незаметно» похвастался Рома. —А раньше ты сказать не мог? — Антон закатил глаза. — Ну и какое у тебя желание, мастер баскетбола? —Пока не придумал, но время до конца смены ещё есть, поэтому ещё будет. Но хочу похвалить — бегаешь ты быстро. —Да иди ты.

***

Наступило долгожданное время — дискотека. Подростки с энтузиазмом начали веселиться. Антон, как обычно, сидел на стуле и смотрел на толпу. Веселиться совсем не хотелось — Максим весь день проходил отстранённый, что даже подметили его одноклассники, которые подходили к Антону и спрашивали о состоянии Мисенько. И сейчас — на дискотеке — его не было, хотя он точно помнил, что тот шёл позади отряда. А значит, что записка реально была от него. Пока все его знакомые и друзья веселились, Антон незаметно вышел из здания и направился к речке. Было уже прохладно, но он не забыл накинуть кофту, поэтому было терпимо. Было страшно узнать, что хотел сказать его друг. Неужели случилось что-то настолько ужасное, что ему понадобилось уединиться, и он был подавленным столько времени? Или вдруг Максим хотел признаться ему в чувствах, поэтому выбрал такую романтическую обстановку? Он поспешил к нему, и дорога в 15 минут заняла у него примерно 10. Из-за заката силуэт Максима казался очень тёмным и загадочным. Он стоял, скрестив руки в замок сзади, и смотрел вперёд. Услышав шум, Макс всё-таки развернулся. Он помахал ему рукой и пошёл куда-то в сторону, не дожидаясь друга. —Макс, подожди. Что происходит? — Петров всё-таки догнал его. Максим выглядел уже более бодро, но его молчание тревожило до сих пор. —Давай дойдём до определённого места, и я всё расскажу. Минут пять напряжённого для Антона молчания наконец прекратились. Они остановились у какой-то скалы, которая возвышалась над рекой. Что удивило — так это дополнительное одеяло из из комнаты, на который Макс пригласил его сесть. Антон свесил ноги, и это чувствовалось так необычно, невесомо. Он посмотрел на Максима, который тоже смотрел на него. Тот улыбнулся и смущённо отвёл взгляд им в ноги. —Послушай, моё поведение правда могло показаться странным сегодня, но просто...Сегодня я очень много думал, поэтому даже не спал. Прости за ту глупую записку. Мне никакие варианты не нравились, но ты уже проснуться должен был, поэтому вот, — он замолчал на секунду и посмотрел на их руки, которые находились очень близко. Максим объединил их мизинцы, и это заставило сердце Антона забиться быстрее. — И, может, ты догадался, а, может, и нет, но, пожалуйста, дай мне договорить полностью. Прошу, не уходи, даже если станет противно. Теперь сердце Антона остановилось, а шестерёнки в голове докрутились — Максим сейчас и правда будет признаваться в любви. Теперь прикосновение пальцев ощущалось намного острее и горячее. Он просто замер от шока. —Я знаю, что тороплю события, но после твоего сближения с Ромой, я боюсь тебя потерять окончательно. Я не знаю, как так вышло, но мои чувства к тебе слишком стремительно развивались. Может, потому что мы проводили очень много времени вместе, но я правда хочу, чтоб это не заканчивалось. И то стихотворение я, правда, посвятил тебе. Ты можешь подумать, что мои чувства это просто временная симпатия и всё подобное, но нет. Я уже давно научился различать свои чувства. Ты полностью заполнил мои мысли, я мечтаю узнать все твои достоинства и недостатки, поддержать тебя, но не как друга, а как возлюбленного. Когда я вижу тебя, общаюсь с тобой, мой мир становится ярче, и я сразу чувствую себя хорошо. Ты будто становишься моим глотком свежего воздуха. Ты для меня самый необычный и особенный, начиная с привлекательной внешности и заканчивая твоим прекрасным характером. Да, мы знакомы не так долго, и я не успел познать тебя полностью, но от мысли, что я смогу узнать тебя лучше, я радуюсь, — он быстро перевёл дух. — Я сам испугался своих чувств, но надеюсь, что ты меня бояться не станешь. Мне нужен лишь ответ, Антон. Для тебя я готов быть кем угодно, но главное — не отрицай моих чувств и не заставляй меня избавиться от них. Максим посмотрел в глаза Антона, а тот наблюдал лишь за стекающей одинокой слезой на лице друга. Петров чувствовал бурю эмоций. Он был смущён от этих слов — так много, так красиво, слишком чувственно. Но больше всего ему было плохо от того, что чувства были невзаимны. Да он сам размышлял о симпатии к Максу, но он решил, что это не была полноценная любовь. Если бы любил так же сильно, как Максим, то не подумал бы на мгновенье о Роме. Он не мог ничего поделать. Ему было жаль, что так получается, но не на эти чувства он готов дать положительный ответ. Обманывать Макса он не хотел, хоть и боялся его расстроить. Антон с сожалением помотал головой. —Максим, я...Я ценю твои чувства, но если скажу, что я готов попробовать с тобой отношения, то совру. Мне с тобой очень хорошо, и я люблю время, проведённое вместе, но это недостаточно для того, чтобы сказать, что это признак любви, хоть симпатию к тебе я не отрицаю, — Антон вытер слезу с лица Макса. — Мне правда очень жаль, но я не могу заставить себя почувствовать ту же глубокую любовь, как и ты. И прости, но мне сейчас, правда, надо побыть одному. Меня раздирают противоречивые чувства. После этих слов Антон встал и собирался уйти, но Максим схватил его за руку. —Можешь выполнить лишь одну мою просьбу? Прошу подари мне один поцелуй. Антон удивлённо поднял брови. Такая странная просьба, даже несмотря на отказ. Такое желание его смутило, да ещё и первый поцелуй отдавать вот так не хотелось, но больше всего он не хотел смотреть на эти заплаканные чёрные глаза, поэтому, несмотря на жуткое смущение и неловкость, приблизился, закрыл глаза и прикоснулся своими губами к чужим. Солёный вкус слёз добавил драматизма ситуации. Хоть это и был короткий миг, но какие бурные эмоции от него были. Первый поцелуй для Антона закончился ощущением слёз на щеках. Первый поцелуй, наполненный болью невзаимной любви, горячо обжигал обветренные губы обоих. Первый и последний поцелуй с Антоном для Максима был самым чувственным из всех, что он когда-либо ощущал. Этот поцелуй не был наполнен любовью и не был забавой в «Правде или действие», такого он не видел в фильмах. Этот поцелуй был соткан из сожалений, несбывшихся мечт, извинений. Максим отпустил руку Антона и, приподняв его очки, протёр его глаза пальцами. —Спасибо, а теперь иди, а то прохладно становится. Я немного ещё посижу и пойду тоже. Петров, кивнув, сразу же развернулся и быстро пошёл в сторону лагеря. Честно говоря, хотелось остаться в этом лесу, а не идти туда, где всем весело. Посмотрев назад, он увидел всю ту же загадочную чёрную фигуру, но уже сидевшую на краю скалы, поджав ноги к себе. Казалось, что его плечи дрожали, и Антон больше не мог смотреть на это. Он всё ещё не до конца принимал и понимал всю ситуацию, но столько вопросов и сожалений появились в голове. Как всё до этого дошло? Почему ему так больно, если он всё сделал правильно? Он прикоснулся к своим губам. Зачем он сделал это? Почему он не отказал и подарил свой первый настоящий поцелуй человеку, который не был его возлюбленным? Было ли это из-за чувства вины или какие-то настоящие чувства всё же есть? Ему не было противно, не было отвержения, не было дискомфорта, но всё же он не смог ответить взаимностью. Была ли причина в том, про кого он подумал во время признания? Неужели чувства к Роме намного сильнее чем к тому, кто с первых минут был с ним добрым? Это казалось таким неправильным.

***

Вскоре Антон дошёл до ворот. Никого не было; ничего, на удивление, не было закрыто, поэтому он спокойно прошёл дальше. Дискотека до сих пор продолжалась, и никто его, видимо, не искал. Не будь он сейчас в таком подавленном настроении, то точно бы обиделся, но в этот момент ему нужна была тишина. Петров прошмыгнул к курилке и сел на корточки, спрятав лицо в ладони. Он уже успокоился, но настроение не улучшилось. Теперь он беспокоился о том, через сколько вернётся Макс. И что с ними теперь будет? Глупо отрицать, что они не стали близки. И как бы Антону не было жалко чувств Макса, он боялся потерять его как друга. Он даже допускал мысль, что любовь пропадёт без «подпитки», но, вспомнив последние слова из признания, он мысленно дал себе пощёчину. —Петров, ты чё тут, блять. Антон вздрогнул от знакомого голоса и посмотрел наверх. Рома стоял над ним с сигаретой в руке. —И вот надо было такому совпасть, — подумал Антон и вздохнул. — Ничего, давай я уйду, если помешал. Он уже поднялся и собирался уйти, но Рома остановил его за шкирняк. —Чё случилось? Тебя все потеряли. Макса тож нет. И судя по тому, что ты вернулся с лицом, будто говна поел, то чёт между вами случилось. Антон не повернулся к нему и вздохнул. Рома сейчас раздражал своей проницательностью и умением видеть людей насквозь. Но сердце не было согласно с эмоциями, поэтому забилось сильнее от нечаянного прикосновения к своей шее. Но вспоминать о произошедшем до сих пор не хотелось. Тяжёлый груз вины и сожалений всё равно давил, поэтому он лишь покачал головой. —Я не хочу говорить, это произошло только между нами. Неожиданно Рома обнял его. Пятифан был немного выше, поэтому спокойно обвил его плечи. Антон слегка напрягся, но вскоре ощутил, как тепло окутывает его. Это чувство было весьма приятным. Теперь он перестал думать о Максиме и сосредоточился лишь на запахе сигарет, который сейчас был удивительно успокаивающим. Рубашка и его кожа были пропитаны этим запахом. Невольно Петров положил голову на одну из рук. Ситуации казались схожими — от обоих парней он ощущал заботу, но в данный момент он чувствовал себя гораздо уютнее в объятиях Ромы. Из-за тёплого успокаивающего дыхания Пятифана и таких же тёплых рук Антон понял, насколько устал и сейчас он хотел лишь лечь в кровать и уснуть. Он мягко убрал чужие руки и наконец развернулся. —Скажи Ане, что со мной всё в порядке. И спасибо, — он мягко улыбнулся и зашёл в корпус. —Давай, не кисни. Антон быстро дошёл до своей комнаты. Никого не было, поэтому, быстро переодевшись, он просто плюхнулся в свою кровать. Посмотрев на соседнее место, он вновь почувствовал, как сердце сжалось. Теперь он очень волновался за состояние Максима. Он выглядел таким расстроенным, хоть это и было неудивительно. Антон никогда не думал, что кому-то отказывать будет так больно. Ему хотелось извиниться ещё раз, но страх, что он может сделать хуже, останавливал. На самом деле, после того поцелуя он не знал, как заговорить с ним. Причина, конечно, была не в самом поцелуе, а скорее в неловкости, которая будет преследовать его ещё какое-то время. Уткнувшись лицом в подушку, он успокоился. Как бы не хотелось подумать ещё, сон всё же победил. Перед тем, как отключиться, Антон услышал тихий скрип двери, а затем мягкое прикосновение к своим волосам. Он был уверен, что это был Макс, но у него не было сил и смелости, чтобы открыть глаза. А затем, он наконец уснул.