Кэйл, Кейл и Раон

Кейл смотрел в окно вместе с Раоном, хотя нет. Раон спал, а Кейл наблюдал, как улицы окрашиваются в рыжий, люди мельтешат под окнами, напоминая больше серые точки где-то внизу. Он выдохнул и направил свой взгляд на спящего Раона, он был бы не против так же лежать целыми днями и ничего не делать. Учёба выматывает, он и сам не знает почему согласился на уговоры Барроу продолжить учëбу вместо того, чтобы продолжать преподавать английский детям, хотя денег с этого падало не сильно и много. Так что, возможно, это и к лучшему, кто знает? Хотя, если гнаться за заработком, то самым верным решением было бы поступить на менеджмент, перенять семейное дело... Кейл помотал головой, убирая эти мысли из головы. Он так боролся с тем, чтобы бизнес перенял его младший брат, а теперь думать о таком? Ни за что. — Что такое, душа моя? — голос Барроу из-за спины вывел его из раздумий, заставив развернуться. — Ничего особенного. Он бездумно окинул взглядом своего парня. Всегда одет с иголочки, на лице ни капли усталости, дьявол какой-то. Ну, благодаря этому дьяволу он может не заботиться о деньгах, хотя работу вероятно стоит найти. Определëнно. “Дьявол” хмыкнул, отпивая что-то из кружки. — Когда действительно “ничего особенного” непроисходит, ты не ведёшь себя как подросток на бушующих гормонах. Хенитьюз поднимает бровь от этого сравнения, слишком уж оно странное. — Думаю, может работу найти? — он снова отворачивается к окну, чтобы погладить недовольного Раона, про которого забыли. Уходя в свои мысли он не замечает, как за его спиной Кэйл борется за свою жизнь. На словах младшего он отпил кофе из чашки, но подавился от услышанного им полного предложения, и сейчас пытался откашляться и не умереть ненароком. Подавая знаки Кейлу руками, что б тот его спас, он встречался лишь с игнорированием. Барроу подумал, что тот узнал про завещание, что у него написано. Там он прописал, что светлая часть его бизнеса переходит именно ему, а раз он заговорил о работе, то он всё подстроил. В кофе на самом деле яд, а его поведение — это прощальное с ним. Какой он у него умный, что ж, можно тогда за него не волноваться... Когда Барроу уже смирился со своей смертью, его отпустило. Он, конечно сразу отмëл свои мысли о тайном заговоре, яде, но подстраховка никогда никому не вредила. — Что ты имеешь ввиду? Зачем тебе работа? Кейл обратил на него внимание только после того, как Раон замяукал, указывая взглядом на него. — Как что? — он повернулся лицом к всё ещё нервничающему парню, — наберу группу... Он прервался, осматривая то, в каком положении был его любовник. Лицо красное, костяшки пальцев побелевшие, на лбу пот. Глядя на него, Кейлу показалось, что лучше не продолжать разговор про это. Ладно, как там было? Его деньги — наши деньги? Хорошо, ему меньше мороки. — А впрочем, неважно. У Барроу пронеслось в голове “меня точно хотят убить” . — Что я тебе сделал...? — произнёс он с побледневшим лицом. — Я тебя как-то обидел? Хенитьюз впервые увидел, как его парень стоит с таким выражением, словно смерть повидал. Его так заботит то, что он захотел на работу? Или это был звоночек об его абьюзивности? Теперь уже лицо побледнело у него. В голове так и всплывали фразы, что он слышал во многих роликах: “Если ваш парень запрещает вам иметь собственные деньги, это означает, что он хочет, чтобы вы были зависимы от него...”   Или как-то по другому, он не вслушивался. Да и он не чувствует себя плохо в их отношениях. Даже наоборот. Раон наблюдал, как у этих двух дураков по очереди лицо то зеленело, то белело. За жизнь кожаного он не волновался. Его завещание писалось при нём, и оно его полностью устраивало. Даже тот факт, что ему самому ничего не досталось, но он не боялся, главное что человеку много оставили. Он за этим проследил. А вот за выше упомянутого человека он боялся. Потому он встал и решил потереться о него своей головой, поддерживая. Первым из транса, благодаря великому и неповторимому Раону, вышел Хенитьюз, он помотал головой, произнося: — Ты так не хочешь что б я работал? — Да... то есть нет! Я естественно не против, ты что... — он запустил свою руку в волосы, успокаиваясь. Кейл только ещё сильнее запутался: так да или нет? Что вообще с этим парнем? Ему стоит смотреть видео “как понять, что вы живёте с абьюзером?” или он надумал всё? Столько вопросов, что у него начала болеть голова. — В чём тогда проблема? — Проблема? Какие проблемы? У нас нет проблем. Хенитьюзу началось казаться, что он в драме, и сейчас пойдёт закадровый смех. А что, бедняжка-парень, с котом на руках, который попадает в абьюзивные отношения с миллионером (или у него больше? Ай не суть, сейчас не об этом), из которых он должен выбраться уже совсем другим человеком... У него есть знакомый, который учится на режиссёра. Надо предложить. Всем клише — клише, но такое вроде залетает, да и BL-драмы сейчас всё популярнее... — Неважно. Барроу подумал, что он очевидно переработал, раз в голову пришла мысль, что его собственный парень решил его убить. Да и сгладить разговор нужно же как-то, потому тот предложил рискованную вещь. — Мы оба переутомились. Давай на отдых, куда хочешь...? Кейл смотрел на него с изумлением, почему они так резко сошли с темы? У Барроу температура? Он подошёл к нему практически вплотную и прислонил к его лбу руку. Убедившись, что он её надумал, произнёс. — У меня учёба. Я не могу. — Можешь.

***

Возможно, он действительно жил в дораме. Иначе как описать то, что ему в этот же день пришло уведомление от университета, в котором он учился, о том, что его закрывают на карантин. Извините? Такое вообще возможно? Что за странное совпадение? Сидя с отрешëнным лицом, он в непонятках смотрел на свой телефон, перечитывая имэйл. — Что такое, Кейл? — он подошёл к нему вплотную, выглядя очень довольным. Настолько довольным, что аж страшно. — Нас на карантин закрыли. — О, я знаю, я же сказал, что ты сможешь. Хенитьюз ошарашено перевëл на него взгляд, пытаясь понять, шутит ли он или... О боже, ему определённо не хотелось о таком даже думать. Точно нет, ни за что. Нет-нет-нет. Он не мог о таком не думать! Это невозможно! Какого чёрта?! Из мыслей его вывело прикосновение чужих губ к своим. — Ты слишком много думаешь не о том. Не волнуйся о таких... — его прервала несильная пощëчина. Скорее показательная, чем с реальным намерением навредить. Глаза Барроу сузились, он дотронулся до щеки, переводя взгляд на Кейла. Тот явно тоже от себя такого не ожидал, глухо смотрел на Кэйла. Но быстро отошёл, по крайней мере, ему так показалось. — Ты! Ты с дуба рухнул!? Да ты! — Что я? М? Лицо Кэйла опасно приблизилось к Хенитьюзу. Он упëрся спиной в стол, не зная, что говорить в своё оправдание. — Я... Я могу целый семестр пропустить из-за него! Да ты знаешь сколько жалоб на мой университет подадут!? — О, так мне следовало просто... похитить? Нет, это слово не подходит, одолжить тебя? — он отстранился, — не заморачиваясь с этим, не думать про твоё обучение... Я же для тебя стараюсь. А ты так... поступаешь со мной, и даже не собираешься извиняться... Я разочарован, очень сильно. Кейл... правда. Хенитьюз, не успев ничего сказать, смотрел на то, как Барроу уходит из комнаты. Мозгом он понимал, что это — жалкая манипуляция, но с другой... может он действительно драматизирует? И всё не так плохо? На самом деле, он был даже не против отдохнуть. Извиняться или ждать, пока извинится он? Ударил его он сам, но причина то везкая... или это только он так думает? Что если это он переборщил? Его сердце облепило липкое чувство вины, что крепко привязалось и никак не уходило. Он устало лёг на кровать, обдумывая всё. Их отношения, моменты вместе, слова Кэйла, свой необдуманный поступок. Это всё лишь делало груз вины сильнее и ощутимее. Потолок отвечал привычным молчанием. Раон, скорее всего, лазит по библиотеке: если прислушаться, можно услышать удары книг об пол. У них в квартире была настолько плохая шумоизоляция, что иногда казалось, что можно услышать даже иголку, упавшую на самый мягкий ковёр. Ужасный день. Барроу, в отличие от Хенитьюза, совершенно не терзался муками совести. Он вышел из комнаты, чувствуя себя победителем. В прелестном расположении духа он прошёл в свой кабинет, напевая какую-то рекламу. Стопки документов встретили его обычным шуршанием, колыхаясь от свежего воздуха с окна. Боль после удара — хотя нет, ударом это не назовёшь, так, хлопок — прошла сразу после того, как он вышел из спальни Кейла. Ох, как он не любил раздельные комнаты, надо найти им новое жильё. Достав рабочий телефон с верхнего шкафа, он лёгким движением пишет одному из приближённых забронировать отель на горе Халласан. Кому именно пишет, он не знает. Может, Фредо? Возможно кому-то пониже рангом. Да это и не было важно, всё равно всë будет идеально. А если нет, кто-то умрёт. В любом случае, ждать пока к нему придёт Кейл оставалось немного. Он никогда не выдерживает больше пятнадцати минут, милашка. Может для большей драматичности виски достать? Он слышит тихие шаги Кейла. Принимая свою самую разочарованную позу, он старается не улыбаться. Всё-таки стоило достать алкоголь. По комнате эхом разносится неловкий стук по дереву. Из-за двери сначала высовывается красная макушка, а за ней следует очень нервный Кейл. Он деревянными движениями закрывает дверь, разворачиваясь и идя прямо к его столу. Выглядит это скорее комично, чем душераздирающе. Ох, и с кем этот Хенитьюз только связался?  — Ты... всё ещё злишься...? — он заговорил, прерывая напряжённую тишину. Голос надломленный. Кэйл посмотрел на него удивлëнно.  — Я на тебя никогда не злился, мне... — он задумался, откидываясь на спинку стула, —скорее обидно? Знаешь... я думал о нашем с тобой счастье, хотел... чтобы мы развеялись, подышали свежим воздухом... С тобой так сложно, Кейл.  Барроу поставил руки на стол, складывая их в замок.  — Я... честно не хотел, само как-то вышло, да и... Он прервался, видя, как старший встаёт и подходит прямиком к нему. — Кейл, на тебя невозможно даже обижаться, — его глаза расслабляются, голос звучит лениво, практически сонно. Он подносит руку к волосам Хенитьюза, делая его и так не самую аккуратную причёску ещё более неряшливой. Из его рта доносится лёгкий смешок с этого вида, он всегда напоминал ему рыжего кота. А как известно, на котов никогда нельзя долго обижаться. Начинают отдаляться и кусаться, такого допустить нельзя. Он видит легкий прищур недоверия от Хенитьюза. Неловкость между ними можно... нет, не так. Неловкость от Кейла можно было почувствовать за несколько метров. Актёр он может и хороший, но скрывать свои эмоции в такие моменты совсем не умеет. — То есть, ты не обижаешься? — он, не сильно веря в слова Барроу, решил переспросить. Ещё никогда не вредило. Брови немного поднялись вверх, а губы сложились в непроизнëсенное “а”. — Тогда... я пойду? Не буду тебе мешать... — Но ты мне не мешаешь, — его голова склонилась набок, заставляя чёлку скоситься набок, — да и нам нужно кое-что обсудить. Кейл напрягся. Прямого ответа ему не дали, слишком подозрительно всё шло. Слишком гладко, в сравнении с их обычными ссорами. Слишком... слащаво. Даже несмотря на некоторые несостыковки. Он больше не хотел думать о странном поведении его парня, Барроу всегда был слишком непредсказуем. Это пугало и завораживало одновременно. — И что же? — тише обычного произнёс он. — Например, какое вино ты хочешь пить в горах? Чтобы оно было самое лучшее надо заранее заказать. Так, стоп. Остановите съëмку, у нас неудачный кадр. Этого не было в сценарии, в сценарии должен быть... нет, он не будет про это даже думать. Может этот вариант всё же лучше. Господин режиссёр, вы не предупредили Кейла? Что за шутейки у вас? Хенитьюз всё ещё стоял как вкопанный, пытаясь понять, про какие горы идёт речь и куда это уже нужно заказывать вино. — Какие горы? — Ну Кейл, что за вопросы? Я уже всё равно отель забронировал, каникулы тебе устроил... Не пропадать же моим стараниям? Это... имело смысл. Наверное. Он не был уверен, но раз выпал такой шанс, то нельзя же его упускать? Кейл задумался, всё ещё пристально смотря на Барроу. Тот не подавал виду, что его как-либо что-то трогает, и он всерьёз ждёт ответа на свой вопрос. Ему резко вспомнилась так и не запущенная стиральная машина, да и Раона следует покормить. Точно, Раон. — Это всё конечно хорошо и интересно. Но куда мы денем Раона? Он видит, как лицо Кэйла с самоуверенного меняется на задумчивое и слегка растерянное. Нечасто такое выражение лица увидишь на всегда спокойном Барроу. Сегодня явно что-то странное происходит, ретроградный Меркурий? — Отдадим... — Барроу замолчал, вспоминая кому они могут его отдать, выходило из рук вон плохо. У него нет нормальных знакомых, а у Кейла в принципе знакомых немного. — Фредо...? Хенитьюз посмотрел на него как на умалишённого, явно не соглашаясь с предложением. — У него есть ребёнок, Раону не понравится. — Давай будем честны, ему вообще никто не нравится кроме тебя. В подтверждении его слов подоспевший Раон, которого бросили одного в комнате, коротко мурлыкнул, заставляя их дëрнуться. — А мне казалось вы поладили. Одновременно с “нет” Кэйла замяукал чёрный кот, тоже с отрицательными нотками в своëм “мяу”. Хенитьюзу оставалось только смириться с тем, что бойни в квартире будут продолжаться. Очень неутешительные новости. — У меня больше нет идей, Кейл, ты знаешь контингент моих знакомых, — он посмотрел на Раона, как на рушителя всех его планов, даже тех, что только зрели в его голове.  — Господин Эрухабен? Ему нравятся кошки, вроде как.  — Насколько помню, ты рассказывал, что он постоянно засиживается в архиве, именно поэтому тебе Раона и отдал. Тоже не самый лучший вариант.  — С собой?  Раон потëрся о его ноги, соглашаясь с этой великолепной идеей.  — Нет. Я напишу Фредо, мы выезжаем сегодня вечером, так что советовал бы тебе идти собирать вещи.  Он достал телефон, что-то очень агрессивно печатая.  Кейл, которому не оставили выбора, неловко смотрел на Раона, что был очень, очень недоволен. Показывая тому, что он уже ничего не сможет сделать, губами произносит “извини”.

*** 

Через полчаса Фредо фон Энджеллан стоял на пороге, сияя раздражённой улыбкой. Сказать, что он был доволен, то же самое, что сказать, что его кот, на самом деле, дракон. Также бессмысленно и не правдиво. Хотя иногда, смотря на слишком осознанное поведение Раона, начинает казаться, что он не совсем неправ.  — Добрый день. Фредо зашёл в квартиру, сверкая ослепительно белой одеждой. На пальцах красовались золотые перстни с инкрустированными в них драгоценными камнями.  Он идеально выверенно отвесил поклон Барроу, что открыл ему дверь, и оглянулся вокруг. А смотреть было на что: в попытках экстренно собрать вещи, Хенитьюз совершенно не пытался вести себя аккуратно. В создании этого хаоса принимал участие и самый младший жилец дома — Раон. Он всеми силами пытался “помочь” собраться и приносил Кейлу свои вещи в зубах. Сначала было мило, позже начал дëргаться глаз.  Появление выше упомянутого Раона не заставило себя долго ждать, он, как полноправный владелец квартиры вышел лично поприветствовать гостя. Сначала выглянула голова, после он сел возле прохода и стал смотреть, пристально смотреть, не удосуживаясь даже моргнуть. Раон подходил к Фредо предельно осторожно, вымеривая каждый шаг. Он, конечно, был самым смелым и сильным в этой комнате (естественно по его мнению), но осторожность никогда ещë не вредила. Энджеллан смотрел на него с небольшой усмешкой, рассматривая временного подопечного, который, по рассказам его босса, был демоном в кошачьем обличии. Хотя сейчас он думал, что тот преувеличивал. Что ж, время покажет. Кейл вышел с собранными вещами Раона не сильно позже его самого. Хенитьюз быстро оглянул “няньку”, подмечая, что тот выглядит даже более ответсвенным нежели его парень. Он обратил внимание, что чёрный кот уже во всю рассматривает Фредо. И уже не выглядит столь обиженным, что заставило его внутренне выдохнуть с облегчением. Ему всё ещё было боязно оставлять Раона с незнакомым ему человеком. — Здравствуйте, — он быстро поприветствовал его, смотря на небольшой багаж Раона, проверяя, ничего ли он не забыл. Энджеллан ответил ему кивком. Барроу лишь оглядел их неловкое приветствие, думая, как бы побыстрее это всё закончить. Ему совершенно точно не нравилось, как Фредо смотрит... нет, ему просто не нравилось то, что на Кейла смотрели. Он без колебаний подобрал уже осмелевшего Раона (по мнению самого кота это было зверским преступлением, они только познакомились!). Он проигнорировал его возмущëнное “мряу!” и решительно засунул недовольного кота в переноску. Дверца с тихим щелчком закрылась, и Раон, в полном негодовании, уставился на хозяина огромными глазами. Барроу лишь устало поправил переноску на полу, будто запирал туда не миниатюрного тирана, а самый обычный багаж. — Не волнуйся, живым вернётся, — лениво бросил он Кейлу, который явно хотел возразить. Хенитьюз, ещё не успевший сообразить, нужно ли предложить Фредо чай, увидел, как за ним уже закрыли дверь. — Вот теперь нам никто не будет мешать собирать вещи, не так ли, Кейл? Ему отвесили подзатыльник.