Lucky Star

Ночь. Самая обычная летняя ночь. Дневная жара и не думает отпускать. С каждой секундой становится только душнее и жарче. В такой атмосфере единственное, чего хочется сильнее всего, — дождь. Даже ливень, капли которого будут залетать через окно и смывать собой летний зной. Я шла после работы. День за днем я возвращаюсь домой по одному и тому же пути, словно он олицетворял мое существование: дом — работа — и так по кругу. Старенькие районы Лос-Анджелеса всегда мне нравились — я здесь выросла, это мой дом. Не то чтобы это давало мне какое-то преимущество или что-то подобное, но все же в этом месте я чувствовала себя особенно хорошо. По пути домой меня как раз и настиг тот самый ливень, который так долго ждут и который так быстро кончается. Я забежала под ближайший навес и стала просто дышать, наслаждаясь сладким запахом воздуха во время дождя. Присев на корточки, я закурила, а маленькие капли дождя касались моих коленей. В этот момент ничего не могло испортить мне настроение. — Не поделитесь сигаретой? — Передо мной стоял высокий парень, промокший до нитки. — Славная погода, да? — Парень присел рядом со мной и прикурил сигарету от моих рук. — Я не фанат дождя, — произнес он. Он выглядел необычно: косы и пирсинг в губе смотрелись странно, но подчеркивали его внешность. — И почему же? — В купе с дождем мои волосы и одежда уже полностью пропахли сигаретным дымом. — Не знаю. Не люблю мокнуть и возвращаться домой промокшим, словно грязный. — Понятно. А я люблю дождь. После жарких дней вот так сидеть и слушать его шум — расслабляет, словно перерождение. — Может быть. — Парень поежился, и я почувствовала аромат его парфюма. Сначала он показался слишком терпким, но сквозь него пробивались сладкие нотки. — Почему ты здесь одна? Насколько я знаю, этот район — не лучшее место для прогулок в одиночку, — произнес парень, смотря на меня с интересом. — Это мой дом, да и работа недалеко. А ты как здесь оказался? — Гуляю. Люблю выбираться на окраины, отдыхать в тишине. — И как планируешь добраться до дома? У него был пронзительный взгляд — такой, что, казалось, он мог выбить из кого угодно все секреты. Мне хотелось смотреть в эти глаза — в них не было лжи, только правда. — Еще не решил. Может, останусь ночевать под этим козырьком. — Очень воодушевляюще. Хозяйке магазина очень понравится эта картина. — Он рассмеялся и сделал последнюю затяжку. — Будешь ее самым преданным покупателем. — Ну и хорошо. Может, продаст мне что-нибудь со скидкой. — Теперь смеялась я. Мне было легко. Впервые в жизни я так просто общалась с незнакомым человеком. Его пафосный образ не вызывал отвращения — хотелось говорить с ним до утра, обсуждая все на свете. — Могу приютить у себя. — Никогда в жизни я не приглашала незнакомцев домой, но этот парень почему-то вызывал доверие. — Но только пока идет дождь. — Всегда зовешь к себе первых встречных? Я могу оказаться плохим парнем. — Его взгляд изучал меня, будто он пытался понять, что со мной не так. — Нет, только тебя. — Потушив сигарету, я встала. — Будь ты плохим, ты бы уже что-то сделал. А пока только смотришь на меня, как на спасательную шлюпку в океане… — Я не понимала, зачем это говорю, но сейчас это казалось правильным. — С надеждой. И мы пошли. Под проливным дождем, но я не чувствовала себя грязной — наоборот, мне казалось, что сейчас я самый чистый и счастливый человек на свете. Он шел рядом, не задавая вопросов. Мне хотелось верить, что он чувствует то же, что и я — перерождение. Тут я задумалась: «А как вообще зовут этого парня?» я веду его к себе, но даже не знаю его имени. — Как тебя зовут? — Казалось бы, очевидный вопрос, но он пришел мне в голову только сейчас. — Том. — Такое простое имя и такой образ — в голове не клеилось. — Карин. Приятно познакомиться. — И мне. Дойдя до дома, первое, что я сделала, — поставила чайник. Не хотелось просыпаться завтра с температурой. — У тебя есть что-то из одежды? — спросил Том. — Должно быть. — Порывшись в шкафу, я достала старую футболку брата, которую «одолжила» пару месяцев назад, и потрепанные шорты, оставленные им на случай ночевки. — Спасибо. — Парень отошел в коридор переодеваться. — Откуда у тебя мужская одежда? — Брата. Он иногда остается у меня. Переодевшись, я развесила мокрую одежду на сушилку, как раз вскипел чайник. — Чай? Кофе? — Потанцуем? — От его шутки я опешила и уставилась на банку с кофе. — Кофе, пожалуйста. А то у тебя такое лицо, будто ты впервые видишь эту банку. — Он улыбнулся, а я наконец пришла в себя. — Можем и потанцевать, если хочешь. — Осознав то, что он сказал, я рассмеялась и насыпала кофе по чашкам. Том ухмыльнулся и, отодвинув стул, начал тихо напевать знакомую мелодию — "Rhiannon" Fleetwood Mac, но в его исполнении она звучала иначе: медленнее, с хрипотцой, превращаясь в ночной блюз. Парень рассмеялся, и подойдя взял мою руку, легко потянув к себе. — Ну что, Карин, ты предложение приняла — теперь отказываться невежливо. Его пальцы были теплыми даже после дождя. Мы стояли посреди кухни, неловко переминаясь, пока он не начал покачиваться в такт мелодии. — All your life you've never seen a woman taken by the wind... — запел он. Когда я положила руку ему на плечо, он продолжал напевать, теперь уже чуть громче. Его голос дрожал на высоких нотах, как провода под дождём. Мы кружились по кухне, и я вдруг осознала, что мы движемся не в такт песне, а под стук капель по подоконнику — будто сама ночь диктовала нам ритм. Когда кофе был готов, я поставила чашки на стол и села рядом с Томом. После холодного дождя горячий напиток казался особенно вкусным. — Почему именно эта песня? — прошептала я, когда он резко остановился перед столом. — Потому что ты похожа на ту, что "была взята ветром". — Он отхлебнул кофе, оставляя все мои неозвученные вопросы висеть в воздухе. Я заметила, как его пальцы продолжают бессознательно выбивать мотив по кружке, даже когда разговор перешел на другие темы. А в голове у меня застряла одна мысль: "Will you ever win?" — Расскажешь что-то о себе? Кроме того, что любишь дождь. — Он ухмыльнулся. — А то вдруг ты привела меня сюда, чтобы изнасиловать или продать в рабство. — В рабство никого не продаю. Хотя это, наверное, прибыльно. — На секунду я представила себя мафиозной шишкой. — Вообще, я бармен в клубе неподалеку. Мешаю коктейли, выслушиваю пьяные истории. Жаль, за психотерапию мне не доплачивают. А ты? — Музыкант. Гитарист. — Играешь в барах? — Теперь его образ стал понятен. — Что-то вроде того. — Он ответил неуверенно. — Здорово. Раньше я мечтала стать рок-звездой, но мой максимум — играть по субботам в своем же баре. — Я вздохнула. — В детстве сцена была мечтой, но теперь я не уверена, что хочу этого. — Значит, мы в какой-то степени коллеги. — Получается, что так. Мы проговорили до утра, обсудив все: от музыки до готовки. Мне всегда хватало общения — с родителями, с друзьями, с посетителями бара, которые вываливали на меня свои проблемы. Но я не винила их — каждому нужен слушатель. Сегодня Том стал моим «незнакомцем». Человеком, который слушал только меня, без ожидания совета или поддержки. На часах было семь утра. Дождь кончился, вещи высохли — пора прощаться. — Спасибо. Мало кто готов выслушивать просто так. — Мне стало грустно: я знала, что это больше не повторится. — Всегда пожалуйста. — Том поставил пустую кружку на стол. За ночь мы выпили по три, но этого было мало. — Сделай мне одолжение, Карин: никогда не подбирай незнакомцев на улице. — Будет сделано, сэр! — Я шутливо подняла руку к виску. — Как думаешь, мы еще встретимся? Мне бы хотелось почаще вот так общаться. Том задумался. Я заметила, что, когда он размышляет, то отводит взгляд и покусывает пирсинг — это выглядело мило и возбуждающе опасно одновременно. — Тогда мы перестанем быть незнакомцами, которые не осуждают друг друга. — Он протер глаза. — Но можно каждый раз знакомиться заново. С этими словами Том ушел в комнату переодеться. Потом мы стояли в коридоре. Хотелось сказать что-то напоследок, но он опередил: — Мы встретимся снова, когда пойдет дождь. Мне понадобится компания — может, тогда я полюблю эту погоду. И он ушел, растворившись в лестничном пролете. Я не успела сказать ни слова — даже «пока». Это звучало бы как прощание навсегда, а я этого не хотела.