Последний ход

            Ин Хо стоял у экранов. Его взгляд был неподвижен, сосредоточен, словно он пытался вычитать с этих безжизненных картин ответы на вопросы, которые давно перестали иметь смысл. В тишине комнаты только тихое гудение техники нарушало молчание — всё вокруг казалось чужим и холодным, но он оставался там, неподвижным и задумчивым.       Комната почти пуста — как и всё, что его окружает в последние годы: только строгое, нужное, ничего лишнего. Но сейчас он не замечал ни стены, ни тени лампы на полу, ни других работников игры. Ин Хо смотрел вперед, туда, где на высокой платформе Ки-Хун медленно опускает на каменный пол детское тело.       Дурак, – подумал Ин Хо.        Ки-Хун был слишком живым, слишком мягким. У него был шанс. В ту ночь — когда он пригласил его к себе и лично вручил предмет, которым сам когда-то убил много человек, — он мог всё закончить. Убить, вытащить, сорвать. Но вместо этого — сидел рядом с девочкой, укрывал ее, успокаивал. Он с ней прощался.       Игра могла не начаться. Столько смертей можно было бы предотвратить. Но Ки-Хун… он просто не способен убивать во сне. Не способен убивать в принципе. Ин Хо сам убивал. Приказывал. Строил это всё — из расчёта, из боли, из отчаяния. И не ожидал, что найдёт там кого-то вроде него — из другого мира, с другими глазами.       Сейчас Ки-Хун стоит на коленях, бережно укладывая ребёнка на камень, как будто кладёт его спать. Словно тепло его рук ещё может что-то изменить. Он гладит лоб девочки, что-то шепчет. Ин Хо не слышит слов, да это и не нужно — смысл ясен.       «Он мог быть как я» — подумал Ин Хо.— Или даже лучше. Но выбрал быть человеком».       Ин Хо отвел взгляд. Через секунду вернулся к нему. Что-то в Соне было такое, что заставляло смотреть не отрываясь. Может быть ведущий осознавал, что сейчас произойдет. Ки-Хун, который пришёл сюда, чтобы остановить игры в конце-концов отдаст жизнь ради ребёнка, ради невинной души, так несправедливо попавшей в ад.        Хороший финал, хороший конец, но его ли хотел видеть Ин Хо? Еще пару дней назад он готов был убить Сона голыми руками, чтобы тот перестал искать его. Готов был приказать своим людям расстрелять его во время первой игры. Но что-то остановило его. Сначала это был интерес. Ведущему было интересно как далеко сможет зайти игрок 456, если дать ему чуть больше свободы. Потом Ин Хо вступил в игры сам и за несколько дней Ки-Хун смог всколыхнуть в нем старые давно позабытые чувства.       Именно это, скорее всего, сейчас заставляло смотреть на игрока, который мог бы пройти эти игры во второй раз, с ужасом в глазах.       «Он не пройдет, — мысленно произнёс Ин Хо. — Он сделал выбор не в пользу себя. Он сделал выбор в пользу ребёнка.       Ки-Хун поднялся. Его плечи опущены, руки в крови, но он не сломался. Ни тогда, ни сейчас. Он повернулся и Ин Хо на мгновение замер: взгляд Ки-Хуна ловит его — как будто знает, что он наблюдает.       И не отводит глаз.       «Ты дурак, — снова подумал Ин Хо.— Но, чёрт возьми… ты живой».       — Господин.       Ин Хо не хотелось отрываться от экрана, но пришлось обернуться.       — Сюда направляется береговая охрана, — отчитался один из солдат. — Что делать?       Хван перевел взгляд на Ки-Хуна. Тот прямо сейчас решался на отчаянный поступок. Смотрел вперед, так что его взгляд пронизывал Ин Хо.       — Мы не лошади, мы — люди, — произнес игрок 456. — Мы — люди.       — Остановить игру, — хрипло произнес ведущий. — Живо!       Солдат в красном двинулся вправо и нажал кнопку на одном из пультов. Внезапно женский металлический голос объявил:       — Раунд завершён. Просим победителей оставаться на местах.       Ин Хо перевел взгляд на другой экран. Камеры выходили прямиком на комнату VIP-гостей. Он видел непонимание на их лицах. В какой-то степени это было даже разочарование. Они надеялись, что игрок 456 с минуты на минуту сбросит игрока 222 и вновь станет победителем игр. Этого не произошло.       Ин Хо не дал этому случиться.       — Что дальше? — вновь спросил солдат.       Хван оторвал взгляд от экрана. Где Ки-Хун непонимающе озирался по сторонам. Теперь он не собирался покончить с собственной жизнью. Он ожидал дальнейшего подвоха.       — Начинайте эвакуацию, — спокойно произнес ведущий. — Как только VIP-гости будут в безопасности, активируйте бомбы. Как только сделаете это, сообщите мне.       Не глядя Ин Хо кинул ключ для активации солдату, а сам направился прочь из комнаты управления. Он не торопился, не спешил. Вел себя собранно.       Миновав несколько лестничных пролетов и пару коридоров Ин Хо остановился перед входом в игровую зону. Отчего-то было страшно заходить туда.       «Он может не поверить мне, — мысленно произнес ведущий. — он готов был убить меня. Кто знает, что придет ему в голову сейчас?»       Стоять и ничего не делать еще дольше было нельзя. Только, что активировали бомбы, а значит у них с Ки-Хуном есть тридцать минут, чтобы покинуть остров вместе с остальными.       Ин Хо плохо помнил, как добрался до лифта, но он отчётливо запомнил момент, когда поднялся наверх каменной платформы. Он хорошо видел глаза Ки-Хуна, который вновь взял ребёнка на руки.       — Почему игру отменили? — тут же раздраженно спросил он. — Это снова какой-то твой гениальный план, чтобы сломать меня еще больше? У тебя не выйдет. Тронешь ребёнка и я сброшу тебя отсюда следом за ним.       Голос Ки-Хуна был наполнен плохо скрываемой яростью. От него так и исходили волны недовольства и ненависти, которые не позволяли Ин Хо подойти ближе. Он так и остался стоять на месте, смотря на Ки-Хуна, который отшатнулся от него ближе к краю.       — Я же сказал тебе, — спокойно отозвался Ин Хо. — Я хочу помочь тебе и младенцу.       По взгляду Ки-Хуна ведущий понял, что тот не верит не единому его слову и навряд ли поверит.       — Я знаю, что ты мне не доверяешь, — также спокойно продолжил Ин Хо, снимая с себя маску. — Ты не считаешь меня предателем, но только подумай сколько раз за все это время я спас твою жизнь? И я собираюсь сделать это снова сейчас.       Ки-Хун пошатнулся. Он слишком устал. Последние шесть дней здорово его вымотали. Несколько дней страха, беспокойства. Несколько дней бессонных ночей. Все это плохо сказалось на его уже не молодом организме.       — Для чего тебе помогать мне? — спросил он, сделав шаг вперед. Стоять у края в таком состоянии было не безопасно. — Я пришел сюда, чтобы остановить тебя. Из-за меня погибли твои люди. Я доставил тебе кучу проблем и...       — И открыл мне глаза на некоторые вещи, — перебил его Ин Хо, сделав шаг вперёд. — Господин Сон, я знаю у вас очень много вопросов и очень мало ответов. Я расскажу вам все. Не здесь. В безопасном месте. Мы будем играть по вашим правилам.       Ки-Хун на долю секунды позволил себе прикрыть глаза. Ну что за помешанный ублюдок? Опять он говорит про игры. Вот уж точно сгнивший человек.       — Ты думаешь я поверю тебе после того, как ты втерся в мое доверие? — спросил Ки-Хун прищурившись. — Думаешь поверю после того, как ты на моих глазах убил моего лучшего друга? Поверю после того, как ты пихнул невинного младенца в этот ад? Я тебе не верю.       Ин Хо не сдержал усмешку.       — Ки-Хун, когда-то, так же, как и ты, я был обычным человеком, — сказал Хван, поглядывая на часы. Осталось чуть больше двадцати минут. Чертовски мало, чтобы покинуть остров. — У меня была работа, семья. Я не обманывал тебя, когда в первую ночь здесь поделился с тобой историей. Это правда. Почти все. Я расскажу тебе все остальное, но не здесь. У нас нет времени.       Ки-Хун не сдержал отчаянного смеха и тут же покосился на ребёнка, опасаясь его разбудить, но девочка на удивление также спокойно осталась лежать на руках. Казалось она ничего не слышала и не чувствовала. Возможно чувстволвала, что пока не стоит вмешиваться в этот разговор.       — Если вы, так хотите поговорить, то почему не можете сделать это здесь? — поинтересовался Ки-Хун. — Боитесь, что вашим мерзким хозяевам не понравится, что вы остановили игры? Не понравится, что я решил убить себя вместо ребёнка?       Ин Хо сглотнул. Этого он не боялся. VIP-гостей давно уже не было на острове. Так что они не знают о том, что здесь происходит прямо сейчас.       — Этот остров взорвётся через двадцать минут, — сказал Ин Хо. — У нас есть ровно двадцать минут, чтобы убраться отсюда.       Ки-Хун замер. Злобное выражение лица сменилось недоверием. Что это? Очередной трюк ведущего? Ило правда? Сон запутался. Он уже не знал кому можно верить, а кому доверять не стоит.       — Вы шутите? — наконец нашел в себе силы спросить он.       — Нет, сюда направляется береговая охрана. Наш с вами общий знакомый из кожи вон лез, чтобы найти этот остров. И он нашел его. Именно поэтому самоуничтожение комплекса активировано. VIP‑ы эвакуированы. Входы начнут блокироваться через десять минут. Мы уходим — или остаёмся здесь навсегда.       Ки-Хун не знал, как на это реагировать. Общий знакомый? Береговая охрана? Взрыв? Неужели он действительно выиграл, когда еще парой минут назад думал, что проиграл?       — Вы же не...       Внезапно стеклянная панель где-то позади ведущего разбилась. Ки-Хун поднял взгляд вверх и к своему удивлению увидел Чжун Хо. Так вот, что за общий знакомый.       — Только его здесь не хватало, – сквозь зубы сказал Ин Хо, оборачиваясь. — Сказал же возвращаться домой.       — Брат! — крикнул младший Хван. Его глаза бегали с Ин Хо на Ки-Хуна, а с того на ребёнка и снова на Ин Хо. — Почему?!       Ин Хо отвернулся. Было бы время он бы ответил на это «почему?», но времени не было.       — Убирайся домой! — крикнул ведущий в ответ. — Убирайся, если не хочешь умереть. И прекрати искать меня.       Хван повернулся, посмотрел на Ки-Хуна и бросился к нему стремительно. Сон даже дёрнуться не успел. Ведущий перехватил его руку, сжав в своей крепкой хватке.       — Уходим.       Ин Хо силой дотащил сопротивляющегося Ки-Хуна до лифта. Надо было отдать ему должное, сопротивлялся Сон не очень сильно. Видимо боялся навредить ребёнку. Да и судя по всему развернувшаясь картина семейных страстей сбила мужчину с толку. Выглядел он не понимающим.       — Кто ты такой? — сквозь зубы спросил Ки-Хун, когда лифт стремительно направился вниз. — И для чего я тебе нужен. Ён Иль ведь вымышленное имя, да?       Ин Хо покачал головой. Было бы лучше, если бы Сон немного повременил с вопросами. Сейчас нужно было быстро добраться до собственной комнаты, а оттуда сбежать по аварийному ходу.       — Клянусь, объясню все потом, — выволакивая Ки-Хуна из лифта произнес мужчина. — Игрок 456, доверьтесь мне. Сейчас это единственное разумное для вас решение. Вы же хотите спасти ребёнка? Тогда примите правильное решение.       Ин Хо готов был сказать Ки-Хуну спасибо, когда тот сбросил его ладонь со своего плеча и самостоятельно направился вперед. Он мог не доверять ведущему, но не мог не выполнить обещание, которое дал Чжун Хи. Этим то Ин Хо и планировал воспользоваться.       — Сейчас направо и дальше вверх по лестнице, — подсказал Хван, когда Ки-Хун немного замедлился. — И поторапливайся. Знаешь, Чжун Хи бы не хотела, чтобы ее дочь погибла вот так. Поторопись.       Ки-Хун чертыхнулся. Ин Хо был самым настоящим манипулятором. Он знал как взаимодействовать на Ки-Хуна, чтобы тот верил ему и выполнял его приказы.       «Ки-Хун, ты огромный молодец, что доверяешь человеку, который убил твоего лучшего друга и предлагал беспощадно убить остальных игроков, чтобы игра закончилась», — мысленно отругал сам себя Сон.       Подумать только, а ведь он действительно чуть не убил человека. Он был готов воткнуть нож в шею игрока 100 и возможно тоже самое сделать с остальными игроками. Ведущий был прав. Тогда мужчины были слишком пьяны. Ему бы удалось сделать это незаметно, но в последний момент он передумал. Вспомнил слова, которые когда-то давным-давно сказала ему Сэ Бек и это его остановило.       Ки-Хун плохо помнил, как они добрались до комнаты ведущего. Он плохо помнил, как они спускались по лестнице вниз, но он запомнил бомбу. Запомнил, что на таймере оставалось десять минут. И он точно запомнил, что в тот момент осознал, что ведущий его не обманул.       На вертолётной площадке их уже ждал один единственный оставшийся здесь вертолет.       — Без глупостей, — Ин Хо обернулся на Ки-Хуна. — Лезь первым.       Спорить Сон не стал. Он залез внутрь огромной железной машины, продолжая придерживать ребенка одной рукой, сел на свободное место и стал наблюдать, как внутрь залазит и ведущий.       — Какие прогнозы? — поинтересовался тут же Ин Хо, оборачиваясь туда, где сидел пилот этого судна.       — Нас может ударить ударной волной, — ответил тут же солдат. — Так что готовьтесь не к самому мягкому взлёту.       Ин Хо кивнул. Еще раз посмотрел на пилота и задернул отсек, который отсекает места для пассажиров от кабинки пилота.       — Теперь я могу поздравить вас, игрок 456, — сказал ведущий с полуулыбкой. — Вы выиграли во второй раз. Спаслись.       Ки-Хун сжал кулак. Внезапно захотелось вмазать ведущему, но он не стал этого делать. Он прекрасно понимал, что не стоит затевать драку тогда когда тебя спасают. Пусть он и не был благодарен этому жесту.       — Живой не значит спасён, — отчеканил он коротко. — Кажется вы обещали разговор. Надеюсь, что вы действительно объясните мне все. Иначе я убью вас раньше, чем мы спустимся на землю.       Ин Хо усмехнулся.       — Для начала покормите ребёнка, — сказал ведущий. — Нам некуда торопиться. Наш разговор будет долгим.       Где-то позади раздался громкий взрыв. Игры закончились. Система была сломана. И надо было бы радоваться, но Ки-Хун отчего-то совсем был не рад. Он готовился слушать ведущего. И не потому что ему действительно было интересно услышать его историю. А потому что он не знал, что ему самому делать дальше. И надеялся найти ответы в словах ведущего.