Иллюзия смерти

      Первое, о чём вам нужно позаботиться в апокалипсисе — еда и вода. Человек может прожить лишь три дня без воды и три недели без еды. Кейси знал об этом. Поэтому на восходе еле заметного в тумане солнца, он направлялся к развалинам своего дома. Путь по затонувшему транспорту был не лёгким даже в полном здравии, ведь, наступив не туда, ты с лёгкостью мог провалиться туда, откуда вылести нет возможности, а режущая боль в ноге не отпускала Кейси даже спустя эти долгие часы. Наоборот. Она становилась лишь сильнее.       Спустя час Кейси наконец ступает на землю. Дымящиеся остатки покрывали залитую кровью поверхность острова. Остекленелые глаза холодно выглядывали из-под завалов. Обглоданные человеческие трупы были сложены в кучи. Вокруг виднелись следы когтей и чудовищных лап, ведущие к растерзаным короблям.       Кейси шагает к взорваному убежищу, опираясь на модернезированую клюшку. Потолок, обшитый слоем металла, обвалился, оставив еле уцелевшие части по углам. Небольшие, узкие коридорчики тянулись между бетонных плит. Потухшие глаза существ и остатки их брони были разбросаны повсюду; одни были замертво впечатаны в стены, другие придавлены бетоном.       Кейси скользит по плите вниз. Небольшой слой пыли поднимается при его падении. Грохот разносится по всему помещению, отдаляясь и становясь эхом. Джонс отряхивается и протискивается сквозь узкие проходы. К небольшому счастью подростка, сильные повреждения понесло только главное помещение. Коридоры и жилые комнаты остались практически невредимы, не считая беспорядка.       Холодный ветер пробивался сквозь щели и дыры, отдавая дрожью по телу Кейси. Раньше здесь было так много голосов. Люди из Сопротивления всегда были общительными. В коридорах всегда стоял гул из голосов, где-то постоянно что-то гремело и пыхтело. Смех и улыбки были повсюду.       Хоккеист подходит к двери переговорной, прислушиваясь. На него нахлынуло меланхоличное чувство ностальгии. Казалось, ещё вчера он, совсем крошечный, стоял у двери, выжидая момента, когда старая черепаха выйдет и, наконец, сыграет с ним. Бывало, нудные взрослые разговоры длились часы, пока Кейси сидел, подперевшись ногами, и ждал. Сейчас он слышал лишь оглушающую тишину.       Этот момент мог бы длиться вечность, если бы желудок не напомнил ему о голоде. Кейси скользит рукой по двери, разворачивается и идёт к складу. Над железными дверьми, окружёнными ярко-жёлтой полоской висела табличка «складское помещение». Кейси хватает арматуру и раздвигает двери.       Склад был достаточно большим, чтобы обеспечить выживших едой на некоторое время. Правда самой еды оставалось не так много. Всё то множество стелажей, расставленных по рядам, было по большей части пустым. На протяжении двух десятков лет людей и припасов становилось меньше с каждым днём. Если воду ещё можно было получить от дождей, которых с каждым годом становилось всё больше, то пополнять запасы еды было практически невозможно. Кейси всё ещё помнит вкус жареных грызунов во рту.       Кейси оглядывается и находит полку с армейскими рюкзаками. Оставалось их всего несколько штук. Хоккеист ухватил один и заглянул внутрь. Там лежал тёмный дождевик, складной нож, спичичный коробок, пара бинтов и странные таблетки. Кейси заглядывает и в другие, но содержимое в каждом почти не отличалось. Лишь лопата, корчащая из одного из них привлекло его внимание.       Проходя дальше по складу, Джонс подходит к оставшимся запасам консерв. На удивление, он не смог поместить их всех в рюкзак, поэтому часть пришлось оставить. Также Кейси забирает с собой две вляги, наполненных водой. Этих запасов могло хватить на некоторое время. По крайней мере, он надеялся на это.       Выбираясь из-под завалов, Кейси обратил внимание на недалёкие горы бетона. Казалось, ноги сами повели его туда. Холодок пробегал по его коже при виде кровавых отпечатков на камнях. Большая плита была сдвинута со своего места и перевёрнута, показывая следы обильного кровотечения. Кейси настороженно двигался по следу засохшей крови. Лучик надежды загорался в его глазах, но в то же время в голове пульсировал вопрос: «Он смог выбраться?»       Кейси двигается по следу, пока, наконец, не достигнет его конца. Старая черепаха разлеглась на холодной земле, протягивая руки, покрытые грязью, к воде. Под бездыханным телом разлилась лужа крови, испачкавшая всё тело мутанта. Он лежал на пластроне, от чего его лица не было видно.       Кейси застыл в ужасе. Приступ рвоты незаметно подкрался к его горлу. Руки затряслись, и он выранил клюшку из рук, упав на землю. Подползая к черепахе, Джонс хватался за него руками, прощупывая пульс в запястьях.       ─ Сенсей, Сенсей, ну же… Открой глаза… ─ безостановочно шептал Кейси.       Он приподнял черепаху, вжимаясь в его плечо. Кристалические слёзы перерасли в непрерывные потоки, когда Кейси не услышал даже крохотного намёка на пульс. Хоккеист отстранился и посмотрел в лицо наставника. Стеклянные, немного опухшие, залитые кровью глаза смотрела куда-то далеко. Струя засохшей крови проходила по всему лицу, смешивая с красными полумесяцами. Огромный след когтей виднелся на его пластроне, от него тянулись длинные трещины, через которые Кейси мог видеть обнажённую плоть.       Обмякшее тело затвердело и стало невыносимо тяжёлым, увалившись на плечи подростка. Кейси закусил губу, сдерживая отчаянный крик. Он знал, что это плохо обернётся. Его собственная кровь смешивалась с кровью наставника. Запах мертвечины впервые стал невыносимым, когда стал исходит от любимого человека.

***

      Кейси сидел перед свежей ямой. На прямоугольной плита было выгривенено: «Хамато Леонардо». Рядом с ним лежала лопата, покрытая землёй и грязью. Его руки болели от непрерывного копания, но эта боль не могла сравниться с той, что поедала его грудь. Его глаза горели, кровь пульсировала в затылке. Всё казалось таким нереальным. Как будто этого никогда не могло произойти. Сенсей всегда знал что делать, он с лёгкостью отдавал приказы и помогал советами. Кейси знал, что его Сенсей когда-нибудь умрёт. Он думал, что успеет к этому подготовиться.       Не успел.       Кейси думал. Нет. Он знал, что никогда не будет одинок. Ведь Лео пообещал ему. Он всегда держал слово. Должен был. Он соврал. Лжец. Предатель. Желчный ком вновь подступал к горлу хоккеиста. Кейси сжался, впиваяся ногтями в могилу. Поток гневных обзывательств срывался с его рта. Дрожь пробежала по телу в сотый раз, раставляя его сжиматься ещё сильнее.       «Ты ведь мог уйти со мной. Ты ведь мог выжить».       «Эй, я думал, Лео ушёл на тренировку!»       «Не ври мне, я знаю, что ты его поддельник!»       Эти голоса полностью обездвижели Кейси. Он боялся сделать вдох. Нужда в воздухе заставляла его лёгкие сжиматься. Его руки сжимались, собирая грязь между пальцев. Он затих. Голоса продолжали.       «Вообще-то Раф подговорил меня этому!» ─ голос его Сенсея. Такой громкий, наполненный наигранной обидой, звучал в ушах Кейси эхом. В нём не было той странной хрипоты, не было подавленности и усталости. Это был он, но какой-то другой.       Кейси опасливо поднялся. Казалось, он не слышал этого голоса целую вечность. Казалось, с того дня прошло так много времени, а ведь это было лишь вчера. Но Джонс знал, что это не мог быть его Сенсей. Ведь… Неважно почему.       Знакомые голоса продолжали разговор, объятый гневом Донни, неуклюжимы шутками Лео, непрекращающимся позитивом Микки, и спокойствием Рафа. Кейси подползал навстречу голосам, подходя уже к знакомой луже крови. Тогда он, наконец, заметил забытый синий коммуникатор. Кейси оглянулся, посмотрев на могилу. Проглотив режущий ком в горле, он бережно берёт устройство в руки. Джонс вытирает экран от грязи и крови и видит включённую запись разговора.       «Клянусь периодической таблицей Менделеева, я задушу тебя, если ты вновь решишь прогуляться в городе, захваченном чёртовыми пришельцами!» ─ возмущался Донни. Казалось, Кейси уже совсем забыл, как его дядя гений. Этот низкий голос, полный сарказма и неиссякаемого запаса научных и трудно выговариваемых слов, звучал так громко и ясно, освежая закутки памяти Кейси. В тот же момент он вспоминал, как впервые держал клюшку, смертоносный подарок от дяди в руках, восхищаясь её острыми зубцами.       Из напыщеного разговора, Кейси узнал новые черты своего Сенсея. Оказалось, когда-то он любил сбегать и ослушиваться приказов. Его вечные слова: «Это приказ, Кейси Джонс», требующие беспрекословного подчинения, говорил тот, кто сам не раз ослушивался приказов. Это выдавило слабую, еле заметную улыбку, которая вскоре потухла под грузом горечи. Кейси встал, выпрямляя спину, но плечи уже совсем скоро поникли и, сгорбившись, он поднял испачканную в крови катану, на которой теперь было три маски и направился к своему пристанищу.

***

      Он сложил несколько плит у двери и набросал мусора, пытаясь замаскировать вход в единственное, хоть немного безопасное место. Небольшая щель была достаточно широкой, чтобы Кейси мог протиснуться внутрь вместе с рюкзаком, но и довольно незаметной, не позволяя врагам, даже если они попадут на остров, обнаружить его. Изнутри Кейси заставил проход старыми досками, чтобы нагретый воздух оставался внутри.       Несмотря на костёр, Кейси продолжал чувствовать холод, который исходил из него самого. Чувство всепоглощающей боли распространялось по его костям, заставляя захлёбываться в слезах. Он больше не мог держаться.        ВОСПРОИЗВЕСТИ ЗАПИСЬ ЗВОНКА?                     Да                  Нет              ...ЗАПИСЬ ВКЛЮЧЕНА...

|22.02.2032|

      ─ Эй, привет, Синий! Не мог бы ты присмотреть за младшим одну ночь? ─ голос, который Кейси уже забыл. Голос матери, что хотела сделать из него Великого бойца. Он плохо ее помнил. Она рано ушла. Сенсей говорил, что она была одной из лучших.       ─ Ты же знаешь, сколько у меня работы, Касс. Тем более, я худший кандидат в няньки!       — Не могу поверить своим ушам! Неон Леон признаёт поражение?! ─ ехидничала Кассандра. Где-то на фоне слышался басистый смех Рафа и звуки ходьбы. ─ И не надо отмахиваться глупыми отговорками. Я знаю, как ты «работаешь». Пора начать контактировать с повым покалением! ─ после этой фразы записанный звонок оборвался. Через несколько мгновений начался новый.       ─ Кассандра, какого чёрта твой ребёнок обыгрывает меня в карты?! ─ в динамике слышалось злостное пыхтение лидера, а совсем рядом детский смех Кейси.       ─ Потому что в нём течёт кровь Кассандры Джонс! Забери у него всё, Младший, Мамочка гордится тобой! ─ кричала женщина в трубку.              ─ Во первых, играть его научил я, поэтому это моя заслуга. А во вторых, Леон всегда был плох в картах. ─ казалось, Кейси чувствовал, как Дядя Донни ухмылялся в тот момент.                    ЗАПИСЬ ОКОНЧЕНА       Жалобные крики Сенсея в тот день были не более чем забавными. Сегодня, для Кейси, они были островком спокойствия.       Сенсей всегда говорил, что он сильный, что его дух невозможно сломить. Но теперь его нет. Мира, в котором он привык выживать больше нет. Пусть это был разрушенный Нью-Йорк с бескрайними пустынями за его пределами. Пусть в этом мире в выживых оставались лишь небольшие группы. Пусть у этого мира никогда не было шанса на спасение. В этом мире был тот, ради кого стоило жить.       «Мы так и не попрощались», ─ шепчет Кейси, свернувшийся в позе эмбриона. Свет огня отражался в его уставших глазах, но даже так они оставались тёмными.       ─ Он всё равно бы умер. Все умирают, какие бы слова или действия ты не совершал, в конечном итоге все будут мертвы. Включая тебя самого.       Кейси резко подымается, ухватившись за катану. Красная, фиолетовая и синяя маски обвивались вокруг её рукояти. Вечное напоминание о том, что произошло. Осмотревшись, Кейси не замечает никого и ничего, что могло бы разговаривать.       — Кажется, я начинаю сходить с ума… ─ Кейси тревожно зачёсывает волосы.       ─ Если ты сходишь с ума, то я говорящий скелет, придуманный твоим мозгом! ─ челюсть скелета, лежавшего у дальней стены, казалось, начинали двигаться.       Кейси отпрянул, поставив оружие как щит. Волосы у него встали дыбом, мурашки пробежали по коже. Он и вправду сходил с ума. Скелеты не умеют разговаривать. Всё это больная фантазия его больного мозга. Может быть, всё это просто ужасный кошмар? С минуты на минуту он проснётся под крики Сенсея о начале тренировки или зов командира Эйприл, дающий ему новое задание.       ─ Расслабься, чува-а-ак! Я твой друг! ─ скелет пропивает звонким голосом. ─ Ты прекрасно знал, что он хотел умереть.       Кейси отвёл взгляд, уставившись в серый пол. Воспоминания нахлынули на него. В далёком детстве он, стоящий под дверью, наблюдал. Лео сидел к нему спиной, скрытый во тьме. Его катана была направлена к груди. Острое лезвие сверкало в его решительных глазах. Впалые в череп, чёрные, окружённые тёмными мешками, которых не видел никто, кроме него, глаза устремились к Кейси. Ребёнок смотрел на него, не понимал, что Лео хотел сделать. Сенсей повернулся, подошёл к нему и присел на корточки. Тогда Кейси впервые увидел эти странные вырезы на его пластроне. Ещё сегодня утром их не было.       ─ Что ты тут делаешь? Разве тебе не нужно быть в кровати? ─ спросил Лео, поглаживая щёку Кейси шершавой рукой. Лидер выглядел усталым. На его лице не было той улыбки, что Кейси привык видеть.       Ребёнок посмотрел на него ничем не примечательным взглядом и указал на новые вырезы на груди черепахи. Лео опустил голову, взглянул на свежие раны. Взгляд у него опустился, и он тяжело вздохнул.       ─ Иногда ты меня пугаешь своей молчаливостью, Касс. ─ Лео хихикнул. ─ Ты же знаешь Эйприл. Она снова начнёт упрекать меня в том, что я не слежу за тобой. ─ Пойдём, приятель. ─ черепаха берёт ребёнка на руки. ─ Похоже сегодня мне придётся поиграть в заботливого дядю.       Кейси не сопротивляется, обмякает на большом плече благожелательного мутанта. На самом деле, ему было не так важно то, чем занимался Сенсей. Возможно, он хотел немного больше внимания. Уходя из комнаты, Лео кидает прискорбный взгляд на свою катану, вокруг которой была обвёрнута красная маска.       — Человека, желающего смерти ничто не удержит. Думаешь, ты и вправду был его «лучом надежды»?       ─ Ты не реален. Хватит нести чушь.       ─ Ты жалкое оправдание его поступка. «Я не сделал это, чтобы защитить тебя, Кейси»! ─ скелет подражает голос Сенсея. Почти реальный, совсем, как настоящий. Но в это голосе слышалась фальш. Насмешка. ─ Сколько раз он бросался под лазеры и завалы? Сколько раз оказывался при смерти, повторяя: «Это не обо мне». Он делал всё это, чтобы убить себя.       Кейси вслушивался в ржавый голос скелета. Он заманивал, словно гипнотизировал, звучал в голове, повторяя, как сломанная пластинка. Кейси, казалось, проваливался глубоко в себя. Измотанный, уставший, он погружался в глубины отчаяния, пока сомнения окутывали, словно одеяло.       ─ Ты никогда не был ему особо дорог. Он делал это ради себя. Это всегда было о нём.       — Что ты такое? ─ робко спросил Кейси.       ─ Я это ты. Ты, который, наконец, открыл глаза. Ты, который увидел истину своими глазами, слышал её своими ушами и чувствовал своим телом. Я и есть твои мысли.       Кейси отводит взгляд, уставившись на огонь. Шёпот скелета не утихал, его слова проникали под кожу, разрывали её и покрывались гнойниками. Кейси не хотел верить, что это правда. Он думал, что знает своего Сенсея лучше всех. Но в тот момент пазл, казалось, наконец, начинал складываться. Он не хотел верить. Галлюцинация продолжала настаивать.       А затем он увидел перед собой черепаху. Шёпот, слившийся в поток бессвязных слов прекратился. Вместо этого настала полнейшая тишина. Кейси не слышал биения своего сердца, дыхания, странного гула в ушах. Казалось, он впервые оказался в настоящей тишине.       — Я настолько тебе противен, что ты выбрал смерть вместо меня?       Синий, полупрозрачный силуэт совсем не двигался. На его груди был огромный шрам от когтей. Это казалось странным. В прошлый раз его не было.       ─ Ты мне не противен, Кейси. Я был бы для тебя обузой. Я всё равно бы умер.       Лицо Кейси искажается от злости. Щёки краснеют, скулы напрягаются. Он был готов вновь разорвать черепаху на части.       — Ты снова думаешь только о себе. Ты всегда думал только о себе.              ─ Кто тебе сказал такое? ─ залитые голубым светом глаза распахнулись. ─ Ты знаешь, на что мне пришлось пойти, чтобы ты был здесь сейчас?       Кейси игнорировал. Он знал, что сходит с ума. В конечном счёте, ничего не вечно. Даже разум. Он знал, что это последний раз, когда он может дать волю мыслям, что таились у него в голове все эти годы.       ─ Ты мне нужен. Мне никто не нужен. ─ Кейси замечает осколок стекла рядом с собой. Он маняще блестит от оранжевого пламени. Его мысли становятся всё более устрашающими с каждой секундой. Он уже не уверен, кто за них отвечает.       ─ Кейси, это не обо мне.       — Нет, нет, нет! Это всегда было о тебе, всегда! Ты заставляешь меня жить, играешь со мной в семью! Ты оставил меня одного в этом сгнившем мире! ─ подросток хватается за осколок стекла, наставляя остриём к горлу. Глаза блестят непролитыми слезами. Шёпот снова преследует его.       «Сделай это. Избався от страданий. Дальше будет только хуже».       ─ Пока жив ты, жив я, живы Хамато. Чтобы ты не выбрал, знай, я всегда гордился, горжусь и буду гордиться тобой, Кейси Джонс.       Руки Кейси дрожат. Он чувствует холодный осколок даже сквозь толщу своих перчаток. Он чувствует, как острая часть приближается в уязвимой коже. Холодный пот стекает по его лицу. Он не понимал что делает, а главное зачем. Кейси никогда раньше не чувствовал себя так. Он нередко находился на грани жизни и смерти, но в те разы он пытался спасти кого-то, защитить кого-то. В прошлые разы он чувствовал себя героем. В этот раз он чувствовал себя трусом.       ─ Одна галлюцинация заставляет меня покончить с этим, а вторая продолжить жалкое существование. Я и вправду спятил! ─ на грани сумасшествия кричит Кейси.       Голубоватый силуэт напрягается.       ─ Разве ты не помнишь, как любил выходить в коридоры и наблюдать за людьми, их мимикой, жестами? Как хорошо ты понимал, что чувствуют другие, даже когда они это скрывали. ─ холодная рука касается трясущегося плеча Кейси. Пустые глаза смотрят в опустошённую душу, заглядывая, словно спрашивая. ─ Кейси, как думаешь, чего бы хотел Лео?       «Он всегда был эгоистом. Дорогие тебе люди умерли по его вине».       ─ Мне всё равно, чего он хочет. Он мёртв. Я жив. Я знаю, чего я хочу.       ─ Не дай глупым галлюцинациям сбить тебя с пути.       Кейси сильнее сжимает стекло. Готовый совершить это, он придавливает стекло к артерии. Кровь пульсирует, прилипает к затылку. Чистый страх переполняет его. Стекло выпадает из рук подростка с хрустом упав на землю. Джонс сгорбливается в ногах черепахи. Сырая земля впитывает бессильные слёзы. Шёпот продолжал приговаривать, теперь он звучал настойчивее, злее, угрожающе.       ВОТКНИ ЭТО ЧЁРТОВО СТЕКЛО СЕБЕ В ГЛОТКУ       ─ Я скучаю по тебе.       ─ Я знаю.

***

             ВЫ ХОТИТЕ ВОССТАНОВИТЬ        ФАЙЛ *3319122125132_Tello_1.mp4*?        Да                  Нет

ЗАГРУЗКА.

ЗАГРУЗКА..

ЗАГРУЗКА...

                   !ВНИМАНИЕ!              ЧАСТЬ ДАННЫХ МОГЛИ БЫТЬ                           ПОВРЕЖДЕННЫ/УТЕРЕНЫ        ВОСПРОИЗВЕСТИ ЗАПИСЬ ЗВОНКА? Да                  Нет

                               ...ЗАПИСЬ ВКЛЮЧЕНА...

                          |23.10.2041|

      ─ Они нас окружают! Лео, здесь полно короблей! ─ Донни кричал, пока вокруг него звучала стрельба и крики.       ─ Донни, Донни, успокойся! Я уже иду. Со мной подкрепление, тебе нужно продержаться лишь ещё немного. ─ пока лидер говорил, тяжёлая отдышка проглатывала половину его слов. Он бежал из-за всех сил. Он знал, что каждая секунда была на счету.       Тишина между ними длилась недолго. В динамик гения удар нечеловеческий вопль. Тяжёлые шаги были слышны на далёкие расстояния, грохот разносился повсюду. Он был здесь.       Огромные монстры выходили из-за высоких зданий. Их алые глаза загорались, испепеляя сопротивленцев в считанные секунды. Оружие, сделанное из тех немногочисленных материалов, казалось бесполезным против гигантских врагов. Они наступали. Они не знали пощады.       ─ О, оу... Он тоже здесь... ─ Донни шептал в динамик. Лео пошатнулся. Холод ударил его по затылку. Присмотревшись, он видел, как среди развалин возвышалась фигура в короне.       Ужасающий крик брата вернул его в реальность. Его близнец кричал от боли, совсем один, окружённый существами, не знающих человеческой морали. Им чужды сострадание и доброта. Ими движет лишь злоба, ненависть, жажда разрушения. Лео не успел. Он не мог. Не его вина. Но он взял вину на себя. Как всегда. Всегда был таким.       Л҉Е̶О҉,҉ Я҉ Н̷Е̷ В҉И҉Ж̶У̷                                Я҉ Н҉И̶Ч҉Е̶Г̷О҉ Н҉Е҉༈В҉И҉Ж҉У҉ О҉Н̶ З̷А̷Б҉Р҉А̶Л҉ М҉О҉И҉ Г҉Л̷А̶З̶А҉ П҉О̷М̶О̷Г҉И҉ М҉Н̷Е҉