Сага о Небесном драконе и мальчике

Хуа Чэн В следующий раз продавать шёлк действительно пошёл Хуа Чэн, только вот получилось это сделать только через два месяца. К этому моменту на острове наступила зима, спускаться с гор было опасно, но даже так он был рад, наконец-то, выйти куда-то дальше окрестностей хижины Хэ Сюаня. Парень уже приступил к тренировкам под надзором доктора – тот следил, чтобы он не переусердствовал, потому что «не хочу тебя ещё раз выхаживать». Но физическая форма была ещё далека от прежнего состояния. За несколько месяцев в постели мышцы ослабли кратно. Идя теперь с рулоном шёлка на плече, Хуа Чэн чувствовал морозный воздух и то, как кровь разгоняется по телу от мыслей, что с каждым шагом он всё ближе к мечте. Нужно только заработать на корабль и найти в команду хотя бы навигатора, но лучше его и ещё несколько боевых единиц, иначе будет трудно отбиваться от дозорных и других пиратов. За время вынужденной привязки к постели Хуа Чэн успел продумать чёткий план. Он должен был стать пиратом с большой наградой, чтобы розыскные листовки были разосланы во все уголки их мира. Тогда Се Лянь сможет увидеть его и, возможно даже, подать какой-то сигнал о своём местонахождении, когда уйдёт из Мариджоа. Торговый корабль, готовый выкупить у него шёлк нашёлся не сразу, пришлось идти из одного конца острова в другой, ко второй гавани. Там всё-таки удалось договориться о продаже и взять предоплату, пообещав принести остальной товар завтра, однако на обратном пути Хуа Чэн заметил заведение, на которое раньше не обращал внимания. Огромное казино, сверкавшее вывеской «Цветок удачи», так и манило буйным разноцветием красок и туманом азарта, который буквально чувствовался в воздухе. Вспомнив о своём странном везении, парень усмехнулся, но всё же прошёл мимо. Слишком рискованно было полагаться на одну лишь удачу. Наладив производство и поставки шёлка, Хуа Чэн решил всё-таки наведаться к Юйши Хуан, узнать, как у неё дела. Женщина была крайне удивлена его визиту, но выглядела очень обрадованной: - О небеса, я думала, ты пропал окончательно… Я Мэй Няньцина чуть не убила, когда он сказал, что ты ушёл. – переведя дыхание и взяв себя в руки, она вернулась к привычно-спокойному состоянию. – Где же ты был? Хуа Чэн, усаженный за стол, ел предложенные угощения и рассказывал о днях, проведённых в горах. Не умолчал он и о своём падении, отчасти потому, что под мягким взглядом Юйши Хуан было очень легко говорить, а отчасти потому, что у неё опыта и оборудования было явно больше, чем у Хэ Сюаня, и она могла бы с большей точностью определить его состояние. После осмотра, её вердикт был однозначным: - Ты попал к очень хорошему врачу. Такие травмы в руках любого другого могли бы оставить тебя в инвалидной коляске на всю жизнь… Только с глазом действительно ничего уже нельзя сделать. - женщина помолчала, покачав головой. – Познакомь меня с этим юношей, пожалуйста. От предложенной помощи Хуан-сан отказалась, ссылаясь на то, что у неё всё есть – работа, жильё, деньги на еду. Лишь попросила заглядывать почаще. Следующие месяцы потекли однообразно – создание шёлка, продажа, снова создание. Периодические визиты к Хуан-сан – теперь уже вместе с Хэ Сюанем, который первый раз отчаянно сопротивлялся, но после стал ходить по первому приглашению. Запасы их финансов росли быстро, и Хуа Чэн стал разведывать о том, где можно купить или построить хороший корабль. На их острове не занимались постройкой – лишь ремонтом и, максимум, могли сделать небольшую рыболовную лодку. В один из визитов к Юйши Хуан парни застали у неё в гостях мужчину лет тридцати. Он с трудом передвигался, видимо, из-за ранения, однако осанка и гордая выправка выдавали в нём дозорного. Хэ Сюань сразу напрягся, желая уйти, Хуа Чэн удержал его, желая разузнать обстановку и не привлекать лишнего внимания. - Проходите, присаживайтесь. – женщина, как всегда, была дружелюбна, будто бы не замечая замешательства парней. – Это Инь Юй, мой пациент, он пока временно живёт у меня. - Ты дозорный? – Хуа Чэн решил не церемониться и сразу выяснить интересующий вопрос. - Уже нет. – голос мужчины и вся его внешность были столь непримечательными, что парень был не уверен, что даже будучи художником, смог бы вспомнить его на следующий день. После этого все присутствующие заметно расслабились, и ужин прошёл спокойно. После еды Хэ Сюань и Юйши Хуан ушли обсуждать очередное лекарство, изобретённое юным доктором. Хуа Чэн же остался с Инь Юем и от нечего делать, решил расспросить его подробнее: - Почему ты ушёл из дозора? - Я не ушёл, меня выгнали. – мужчина выглядел одновременно раздосадованным и раздражённым. – Мне не хотелось закрывать глаза на начальство, которое за взятки позволяет пиратам оккупировать целые острова и угнетать местных жителей. - А рана откуда? – парень спрашивал больше из любопытства, однако интуицию подсказывала ему, что нужно присмотреться к этому человеку. - Нужен был повод, чтобы меня уволить. – Инь Юй махнул рукой, будто бы не желая продолжать, но всё-таки почему-то продолжил. – Они всеми силами пытались спровоцировать скандал или драку, но у них не получалось. Тогда, сговорившись, команда просто напала на меня, но при этом в рапорте указано, что зачинщиком драки был я. - И что же ты планируешь дальше делать? – Хуа Чэн попытался звучать сочувствующе, но особой любви к Дозору он не испытывал, поэтому получилось не очень. - Не знаю. Я поступил в Дозор, потому что думал, что таким образом смогу нести справедливость в этот мир, помогать другим людям. Но это всё были юношеские мечты, не более… - мужчина задумался и глубоко вздохнул. – Теперь я, наверное, хочу для начала вернуться домой. - А откуда ты? - С Ватер 7. Слышал о таком? – увидев отрицательный кивок, мужчина улыбнулся и, наконец-то, на его непримечательном лице появилось действительно прекрасное выражение. – О, это прекрасный остров. Он выглядит как огромный фонтан, где из центра вода стекает в каналы, которые проходят по всему городу. Люди там, в основном, передвигаются на лодках, запряжённых булями. Это такие животные, разновидность морских коньков. Они большие как лошади и такие же сильные… Но, самое главное, наш остров славится своими корабельными верфями. Их семь основных, и каждая делает замечательные корабли. При наличии денег, там могут воплотить любую фантазию… - Корабли? – глаза Хуа Чэна загорелись. – А как далеко отсюда твой остров? - Около четырёх месяцев пути. – Инь Юй задумчиво посмотрел на парня. – Ты тоже из тех, кто решил податься в пираты? - Да. – Хуа Чэн увидел неодобрение в глазах напротив. – Мне, на самом деле, неважно, кем быть. Просто мне нужно иметь возможность свободно путешествовать. Я ищу одного человека… - Понятно. – неодобрения немного поубавилось, но не ушло окончательно. – И как же ты планируешь плавать, на какие средства? Грабить других пиратов? - Неет… - парень хищно усмехнулся. – Пусть сами несут ко мне деньги. – тут он встретился с недоумённым взглядом. – Я хочу сделать плавучее казино. - а это была вторая часть плана, о которой он пока никому не говорил. Быть пиратом или нет, ему действительно было неважно, а вот стабильный бизнес, чтобы обеспечить гэгэ достойный его уровень жизни был нужен. А азартные игры всегда будут востребованы. Финансы росли, но слишком медленно. Хуа Чэн узнал у Инь Юя во сколько примерно обойдётся им постройка корабля и был крайне раздосадован этой суммой. Если он продолжит работать в таком же темпе – а быстрее он не мог, потому что создание бабочек и их контроль отнимали значительное количество сил – ему понадобится ещё несколько лет для её сбора. В один из дней, парень махнул рукой с мыслью «будь, что будет» и, взяв сумку с деньгами, отправился в казино. На входе его затормозил охранник, которому он уже успел надоесть в свои предыдущие посещения. Ранее Хуа Чэн никогда не играл, только лишь наблюдал. Однако теперь охранник увидел, какая сумма у того при себе, и молча отошёл, позволяя парню пройти к столу. Игра была в разгаре, колесо крутилось, а пять пар глаз наблюдали за движением маленького шарика, издающего громкий звон при вращении. В конце концов, движение замерло и шарик с звонким стуком упал в ячейку с номером двадцать два. Понаблюдав за игрой, Хуа Чэн отправился купить фишки. Когда он выдал всю сумму, с которой пришёл, девушка за стойкой, округлила глаза, но промолчала, выдавая ему огромную гору разноцветных кружочков. Сев за стол, парень задумался, пока очередь не дошла до него. На что поставить? Нужно ли рисковать? Прямая ставка давала коэффициент тридцать пять к одному. Звучало заманчиво, но если он проиграет всё, что они с таким трудом заработали… С другой стороны им и так, и сяк придётся работать несколько лет. Решившись не размениваться по мелочам, Хуа Чэн поставил всё на пятнадцать. Это был День Рождения Се Ляня. Если он выиграет, значит сама судьба благословляет его на поиски. Если нет, всё равно он будет искать своего гэгэ. И про себя парень решил, что это будет его единственная ставка не в своём казино, вне зависимости от результата игры. Как заворожённый он наблюдал за вращением шарика. Ему хотелось, чтобы он поскорее уже упал или же вовсе исчез, потому что несколько секунд его вращения стоили Хуа Чэну пары преждевременно поседевших волос. Шарик, наконец, остановился и упал ровнёхонько в пятнадцатую ячейку. Более десятка пар глаз – все играющие и присутствующие уставились на него. Кто-то хлопал по плечу, кто-то смеялся, а кто-то ругался из-за собственного проигрыша… Но он не слышал ничего. Судьба действительно благоволит его встрече с Се Лянем. Немного отойдя от шока, он заметил, как молодой мужчина в дорогом костюме и с крайне надменным взглядом идёт к нему: - Ши Уду, хозяин казино. Нужно поговорить, пройдёмте в мой кабинет. – он жестом пригласил Хуа Чэна и тот последовал за ним. – Вам невероятно повезло, такой крупный выигрыш у нас впервые. И, к сожалению, выплатить вам такую сумму сразу мы не сможем. - И что же делать? – парень недовольно посмотрел на мужчину, который тоже выглядел крайне раздражённым. - Сейчас мы заплатим вам вот столько. – тут Ши Уду написал на листке сумму, почти в три раза меньшую, чем выиграл Хуа Чэн. – Остальное заплатим в течение следующих трёх месяцев. Вы согласны? - Согласен. – делать было всё равно нечего, так что парень решил пока не спорить. В конце концов, сумма по его меркам действительно была неподъёмной. В прямом смысле – забирая деньги, он поразился, сколько они могут весить. Ему понадобилось три сумки, чтобы всё уложить. Некоторые присутствовавшие при этой сцене завистливо хихикали, глядя как он с трудом передвигается под такой приятной ношей. Хэ Сюань же и вовсе вытаращил глаза и стал действительно похож на рыбу, когда увидел, как Хуа Чэн буквально рухнул от напряжения, зайдя в хижину. И ещё раз вытаращил, когда открыл сумки. В следующем месяце, когда парень пришёл за следующей частью суммы, охранники сказали, что Ши Уду временно покинул остров, поэтому нужно прийти на следующей неделе. На следующую неделю всё повторилось… И на следующую… Тогда-то до Хуа Чэна дошло, что его попросту пытаются кинуть на деньги. Разозлившись, он с помощью бабочек нашёл Ши Уду и его дом, и, понаблюдав пару недель, просто ворвался к нему, но был встречен толпой охранников и ледяным смешком: - Радуйся, что хоть что-то отдал. Такой крысе как ты всего полученного должно хватить до конца жизни, так что успокойся и смирись. – мужчина развернулся и стал уходить, оставляя Хуа Чэна на охранников. Смешно. Несколько ударов, усиленных Волей и вся толпа лежала на полу, а парень в несколько прыжков нагнал Ши Уду рывком поднял его за горло. - Не хочешь по-хорошему, будет вот так. – он сильнее сдавил горло, наслаждаясь хрипом проклятого наглеца. - Подожди, стой! – совсем юный голос откуда-то сбоку прервал Хуа Чэна, он ослабил хватку, позволяя покрасневшему и потерявшему свой лощёный вид мужчине сделать вдох. – Не убивай его! - Цинсюань, вон отсюда! – фраза хоть и была сказана сквозь кашель, но звучала властно. - Помолчи. – Хуа Чэн снова сдавил горло и сказал уже обращаясь к Цинсюаню. – Если хочешь его спасти, неси сорок миллионов бэлли. У тебя есть двадцать минут, чтобы их найти. Наличные, украшения, что угодно подойдёт. И не дури, я буду наблюдать за тобой. Одно неловкое движение, и она перережет тебе горло. – тут он кивнул на бабочку, которая уселась на плечо к остолбеневшему от страха парню. – Время пошло. Ши Цинсюань сорвался с места под гневный крик Ши Уду. Хуа Чэну не хотелось его слушать, поэтому ударом в основание шеи он вырубил мужчину и остался стоять рядом. Через несколько минут появился Ши Цинсюань с первым мешком денег. Он тут же умчался и пришёл ещё раз со вторым, а потом и ещё раз с третьим. - Здесь всё. Я не пересчитывал, но тут точно должна быть та сумма, о которой ты говорил. – он с беспокойством глядел на своего брата, желая и боясь подойти. - Хорошо. – Хуа Чэн проследил за его взглядом. – Пойдём, поможешь мне донести. - Что? – Цинсюань от этой фразы чуть не подпрыгнул. – Не буду я помогать… - но тут, увидев, что бабочка садится на шею Ши Уду и крылья её сверкают металлическим блеском, поспешно проговорил, - хорошо-хорошо. Донести мешки нужно было лишь до края деревни, там их должны были встретить Хэ Сюань и Инь Юй. Последний же, общаясь с парнями, узнал, что они направляются в Ватер 7 и решил, что отправится с ними, помогая в дороге, взамен на то, что парни оплатят ему проезд на торговом судне. С капитаном корабля они уже договорились, и утром все трое уже должны были отправиться в путь. - Ты знаешь, мой брат этого так не оставит. Он за деньги… многое готов сделать. – Ши Цинсюань оказался невероятно разговорчивым в отсутствие брата. Всё время, пока Хуа Чэн наблюдал за их бытом, тот помалкивал. - Например, заняться производством наркотиков? – Хуа Чэн посмеялся ошарашенному взгляду парня. - Откуда ты… Впрочем, ладно. Тебе нужно бежать с острова, пока он не пришёл в себя. – парень говорил очень быстро, будто бы боялся, что не успеет всё сказать. - Ты хоть понимаешь, что сейчас даёшь советы тому, кто вас ограбил? - Ты не грабил. Я был в тот день в казино… Ты выиграл эти деньги, так что всё честно. – Ши Цинсюань хмыкнул, начиная сбиваться с дыхания. Видимо, таскать тяжести ему было в новинку. – Беги и возьми меня с собой. - Что? – тут уже ошарашен был Хуа Чэн. - Мой брат хочет, чтобы я вступил в дозор, чтобы иметь там больше рычагов влияния. А я не хочу… Не хочу носить форму. – тут дыхание у парня окончательно сбилось, и он замолчал. - Ну уж нет. Я не хочу быть виноватым в похищении только потому, что тебе не нравится форма дозорных. Пришли, бросай тут и уходи не оглядываясь. Ши Цинсюань ещё немного потоптался на месте, а затем развернулся и быстрым шагом пошёл обратно. Хуа Чэн смотрел ему в след, пока он не скрылся из виду, а потом сказал: - Выходите! – Хэ Сюань и Инь Юй вышли из-за ближайшего строения и забрали по мешку. Вместе они вернулись в хижину, забрали остальные деньги и немного вещей и направились на пристань, ждать рассвета. Когда первые лучи солнца появились на горизонте, огромный и казавшийся безжизненным корабль ожил, люди на нём забегали, готовясь к отплытию. Троица поднялась на борт корабля, поздоровалась с капитаном и отправилась располагаться в выделенной им каюте. Так как они не были членами экипажа, делать им было нечего, поэтому они просто сидели и дремали после бессонной ночи, когда дверь в их каюту открылась и один из матросов завёл к ним ещё одного пассажира. - Ты! – Хуа Чэн подскочил. – Какого хрена? Ши Цинсюань с красными глазами и отёкшим лицом виновато опустил голову. - Если что, мой брат меня видел, тебя в похищении не обвинят. – он шмыгнул носом, будто бы собираясь разрыдаться. - А что случилось? – Инь Юй, заинтересованно смотрел на Цинсюаня, который повторно шмыгнул носом, и слёзы, видимо, не в первый раз за последние часы, потекли по его щекам. - Б-брат обвинил меня в т-том, что я отдал д-деньги. Он сказал, что т-ты всё равно не убил бы его… И он сказал, что я т-теперь всю жизнь об-бязан отрабатывать этот долг. – парень говорил, заикаясь и всхлипывая. Истерика его всё нарастала. – В д-дозоре… А без взяток и всяких грязных дел я и з-за три жизни это не от-тработаю... В этот момент судно покачнулось и немного накренилось, Ши Цинсюань не удержался на ногах и упал бы, если бы Хэ Сюань, находившийся ближе всего к нему, не поймал и не удержал его. - Ну вот мы и отплыли… - Хуа Чэн насмешливо посмотрел на неуклюже садящегося Цинсюаня. – И как ты планируешь дальше жить? На что? - Не знаю… - слёзы снова брызнули из его глаз. - Ты хоть что-нибудь умеешь? - Я изучал навигацию. Настроение Хуа Чэна из насмешливого вмиг стало заинтересованным: - И насколько хорошо ты её изучал? Ши Цинсюань перестал, наконец, всхлипывать и принялся перечислять: - В целом, у меня было семь раз, когда удавалось проверить теорию на практике. Всё это были поездки с братом, на кораблях, где был опытный навигатор. Но мои расчёты всегда совпадали с его. Один раз были даже точнее… Хуа Чэн рассмеялся. Ему действительно везло – в день своего шестнадцатилетия он, наконец, вышел в море и, кажется, смог собрать небольшую команду. Осталось обзавестись кораблём, сделать что-нибудь невероятное, чтобы оказаться на розыскных листовках и можно было дожидаться гэгэ.