Тан-ТЭ

Москва гудела под майским ливнем. Таким многообещающим, но всё ещё не по-майски холодным. Вода хлестала по крышам «Циферблата» на Павелецкой – многоярусного коворкинга, где кипел цифровой ад. Марк Волков сидел у окна на третьем уровне, стирая границу между рукописью («Убийство в фисташковом мерседесе» – ирония!) и реальностью. Два экрана в голове пылали: Алиса (14:17): МАРК! Я СХОЖУ С УМА! ПОСЛЕ ТОГО КАК ТЫ НАМЕКНУЛ… Я ВЕЗДЕ ЭТО ЧУВСТВУЮ! КОГДА?? СЕГОДНЯ? ПРЯМО СЕЙЧАС? Я В «ЦИФЕРБЛАТЕ»! ОТВЕЧАЙ ИЛИ НАЧНУ ОРАТЬ ЗДЕСЬ! Алиса (14:19): [Голосовое 0:15] Тяжелое дыхание, фоновый скрежет гитарного усилителя. ТЫ МНЕ НУЖЕН КАК ВОЗДУХ! Я НЕ ШУЧУ! Алиса (14:22): ВОЛОСЫ ПЕРЕКРАСИЛА! В ЦВЕТ МОЕЙ ЯРОСТИ! РЫЖИЙ! КАК ОГОНЬ В ЖОПЕ! Она сменила розовый на ярко-рыжий. Цвет срыва. Качели взлетели вверх – к истерике. София (14:25): «Циферблат». Уровень 3. Угловой стол у окна. Срочно. Обнаружила интересный артефакт в «шаре иллюзий». Требуется консультация реставратора. Земля зовет на поле боя. Идеально. Марк не ответил никому. Просто поднял взгляд. Вход. Алиса ворвалась как торнадо в кислотном дождевике поверх черного боди. Ярко-рыжие волосы были собраны в беспорядочные пучки, лицо – маска ярости и отчаяния. Она металась между столами, как загнанный зверь. Ее взгляд – карие угли – высек искру, найдя его. Она рванула вперед. Вход. София появилась из лифта бесшумно. Темное платье-футляр, волосы – гладкий черный шлем. В руках – портфель и… тот самый шарик «Хидари-уси». Ее взгляд, темный и неумолимый, как прицел, нашел его. И… замер на Алисе, рвущейся к нему. На лице Софии – ни тени удивления. Только ледяное понимание. И что-то еще… оскорбление. Она пошла к столу размеренным шагом. Землетрясение начиналось без толчков. Алиса достигла стола первой. Впилась руками в столешницу. — ТЫ! — ее крик разрезал гул коворкинга. Люди обернулись. — ГДЕ ОТВЕТ? Я ГОРЮ! ТЫ ДОЛЖЕН… Она замолчала, увидев Софию, подошедшую вплотную. Рыжий вулкан и черный айсберг. Марк откинулся в кресле. Шах и мат. — Должен что, Алиса? — спросил он спокойно, глядя на нее. — Потушить? Но ты же сама хочешь гореть. Ярче всех. — Его взгляд скользнул к Софии. — София. Рад, что нашла артефакт. Что за сенсация в «шаре»? София не смотрела на него. Ее темные глаза буравили Алису. Холодным, аналитическим презрением. — Артефакт, — произнесла она четко, кладя шарик на стол между ними, — оказался банальной подделкой. Внешние слои – искусная резьба. Но центр… — она ткнула тонким пальцем в сердцевину, — …пуст. И покрыт дешевым лаком. Сымитировано мастерство. Как и многое другое. — Ее взгляд вернулся к Марку. Острый. Режущий. — Ты эксперт, Марк. Подтвердишь? Алиса фыркнула, но в ее глазах мелькнула паника. Она схватила шарик. — О чем вы, ледяная кукла?! Это же крутяк! Марк, скажи ей! Марк взял шарик из ее дрожащих пальцев. Повертел. Смотрел не на него. На Софию. Игра была гениальна. Она обвиняла его. В подделке чувств? В пустоте? — Центр действительно… не соответствует ожиданиям, — сказал он нейтрально. — Но внешние слои – шедевр имитации. Ценность в мастерстве обмана, София. Разве не так? София чуть скосила глаза. Удар принят. Но не блокирован. — Ценность? — Она усмехнулась тихо, ледяной струйкой. — Для коллекционера подделок – да. Для знатока подлинника – мусор. Как этот… — она кивнула в сторону Алисы, не глядя, «…шумовой эффект». Яркий. Кричащий. И пустой. Как центр шара. Алиса ахнула, как от удара кинжалом. Лицо перекосилось от ярости и боли. — ТЫ! ТЫ ЗАВИДУЕШЬ! — завопила она, вскакивая. Рыжие волосы метались, как пламя. — Потому что он со МНОЙ будет делать ТО, о чем ты в своих скучных книжках даже не мечтала! Он возьмет меня ТАМ! Где ты боишься даже пальцем тронуть! И я буду ОРАТЬ от кайфа! Громко! А ты… ты будешь молча ДРОЖАТЬ в своей холодной конуре! Тишина. Абсолютная. Даже клавиатуры замолчали. Весь уровень смотрел на них. София побледнела. Но не от стыда. От чистой, беспримесной ярости. Ее рука сжала портфель так, что костяшки побелели. Она медленно подняла глаза на Алису. Взгляд был смертоносным. — Орать? — повторила София ледяным шепотом, который был слышен всем. — Как сука на цепи? Пожалуйста. Это твой уровень. Твоя «глубина». — Она сделала шаг к Алисе. Небольшой. Но Алиса инстинктивно отпрянула. — А что касается «там»… — София презрительно оглядела Алису с ног до головы, — …то место, которое ты так афишируешь, обычно используется для вывода отходов. Очень символично для твоего содержания. Наслаждайся процессом. Громко. Алиса замерла, словно ее облили жидким азотом. Ярость сменилась шоком. Унижением. Глаза наполнились слезами. Она открыла рот, но не издала ни звука. Только хриплый выдох. — София, — голос Марка прозвучал как удар хлыста. Спокойно. Негромко. Но все вздрогнули. — Это жестоко. И… несправедливо. Глубина бывает разной. Как и боль. — Он встал, взял рыдающую Алису за плечо. Она вздрогнула, но не отдернулась. Замерла. — Успокойся. Иди. Выйди в дождь. Остынь. Позвонишь мне, когда сможешь говорить, а не орать. Алиса посмотрела на него сквозь слезы. В глазах – немой вопрос: «Ты с ней?» Марк не ответил. Только мягко, но неумолимо развернул ее и подтолкнул к выходу. Она пошла, пошатываясь. Рыжий огонь превратился в жалкий мокрый фитиль. Марк повернулся к Софии. Ее лицо было каменным. Но в глазах – ад. Ад ревности, уязвленной гордости и осознания, что она проиграла раунд, опустившись до уровня Алисы. Он подошел вплотную. Шепотом, так, чтобы слышала только она: — Ты сняла слой, София. Самый верхний. Показала грязь под твоей чистотой. Разрушитель оказалась вандалом. Разочарован. Она не дрогнула. Но губы ее побелели. — А ты? — ее шепот был как стружка льда. — Реставратор? Или провокатор, наслаждающийся разрухой? Кто подбросил обеим топливо в огонь сегодня? Кто нас столкнул здесь? — Я наблюдаю, — улыбнулся Марк. Холодно. — За процессом. Ты сама выбрала роль вандала. Алиса – шумовой фон. Очень… поучительный опыт. Для моей коллекции. — Он взял со стола шарик «Хидари-уси». — Подделка? Возможно. Но реакция на нее… была подлинной. И грязной. Спасибо за экспонат. Он положил шарик в карман. Развернулся и пошел прочь, не оглядываясь. Оставил Софию одну в центре внимания, с лицом, застывшим в маске ледяного бешенства и жгучего стыда. Ее «камень» дал не трещину. Осыпался кусками. Скала превратилась в развалины. На выходе из «Циферблата» он увидел Алису. Она стояла под ливнем, прислонившись к мокрой стене, рыжие волосы слиплись на лице. Плакала. Бесшумно. Он прошел мимо, не останавливаясь. Достал телефон. Одно сообщение. Софии: Артефакт уничтожен. Руины не требуют реставрации. Только сноса. Больше не пиши. Дождь хлестал по асфальту. Марк поднял воротник. На тротуаре, в луже под фонарем, блеснуло что-то. Он наклонился. Маленькое серебряное колечко с крошечным сапфиром. Алисино. Сорвано и выброшено в ярости? Он поднял его. Бросил в карман рядом с шариком-иллюзией. Два трофея. Две руины. Качели не просто качнулись. Они разнесли в щепки платформу, на которой стояли обе. Танец ТЭ перешел в стадию тотального разрушения. Музыка играла только для него одного.