AU Dualtale: Две стороны правды

Говорят, в городе по ночам блуждает дух девушки, в поисках правды. В поисках мести. Кто видел её глаза — пропадал без вести. Она была быстрее ветра, яростнее холода. Она искала. В том переулке, где мелькала её тень, оставались следы. Пепел среди снега. Новости кричали, что она — истинное зло, убийца среди теней. Но люди и монстры шептали о другом. Она не есть зло. Она — отражение в разбитых стёклах. — То есть, вы хотите сказать, что 97 жертв — не ваших рук дело? Пэт подняла бровь. Сколько? — 25. — Пэт прищурилась. — 7 человек, 10 монстров, 8 полукровок. В ответ последовала лишь тишина. Девушка усмехнулась, откинувшись на спинку стула. — Но если вы хотите повесить на меня что-то ещё… Она склонила голову набок с легкой ухмылкой. — Лучше спросите у ещё одного скелета, который постоянно озирается рядом. Или об этом вы тоже промолчите? Тишина. Пэт лишь закатила глаза. Взгляд упал на свои собственные руки — напульсники давно сняты, а шрамы от ожогов едва прикрывал металл от наручников. Ну, если можно так назвать. Пэт уставилась в пустоту перед собой, рассмеявшись: — Промолчите также о том, что по большей части это было самообороной? Или об убийстве девушки в Центральном парке? Хах! Или о том, что происходит в лаборатории? Смех эхом отражался от стен темной комнаты. Только стол, только стул. Только она. — Вам всем удобно! Вам удобно закрывать глаза на то, что не выгодно! Крик перешёл в истеричный смех, смешанный со слезами. Пэт откинула голову назад, а глаза жгло так, что слезы текли по щекам. Девушка глотнула воздуха, крича: — Я хочу жить! Я хочу свободы! Я хочу надеяться, что завтрашний трижды проклятый день не будет последним! В одно мгновение, в комнате стало тихо. Настолько, что слышно биение сердца, как и слезы, капающие на стол. Пэт сглотнула и попыталась отдышаться, опустив голову вниз. — … Толчок в груди. Другой. Девушка открыла глаза и уставилась на свою собственную душу в форме сердца, которая выскользнула из груди. Темный оттенок и неровная трещина ровно посередине. Хах…и как она только до этого дошла? Она покачала головой, вновь сглотнув комок в горле. Слабая усмешка стала горькой. — Как можно надеяться? Как можно жить, если я даже не знаю, кто я на самом деле? На одной половине души появилась ещё одна небольшая трещина. Легкий звук хруста. Больно? Да, это так. Только как описать мучение, если это даже не в теле? Ещё одна трещина. Девушка вздохнула, прикрыв глаза. — …Алина? Но никто не ответил. Она покачала головой. — …Пэт? Пустота. Девушка прикусила язык, сжав губы. Сколько она здесь сидит? И…что это вообще за место? Голос прозвучал отовсюду. Или прямо в голове? Она подняла голову, осмотревшись. — Хей, ты в порядке? Пэт нахмурилась, прислушиваясь. Незнакомец. Она не ответила, встав с места и осмотревшись. Взгляд вновь упал на стол. Фотография. Девочки и маленького скелета. — …тц. Она отвернулась, не в силах смотреть на этот клочок бумаги. Но по спине пробежал холодок. Эти двое словно…звали её? Руки сжались в кулаки. Смысл этого всего? Кого искать? Кому верить? Она не могла разобраться с собой, а тут ещё и все условия против неё. И этот «дружок-пирожок» в придачу. Который, возможно, мёртв давным-давно. Пэт прикрыла глаза, медленно набирая легкие в воздух. Нужно просто… Треск в груди заставил согнуться пополам. Дыхание сбилось. Черт! — Ты определенно не в порядке! Пэт была не в силах ответить незнакомому голосу. Закашлявшись, она свалилась на колени, а плечи задрожали так не естественно, что казалось, что её кто-то встряхивал. Она распахнула глаза, глотая ртом воздух. Широко раскрытые глаза остановились на чьем-то лице. — О, ТЫ ПРИШЛА В СЕБЯ! ЗАМЕЧАТЕЛЬНО! Скелет скрестил руки на груди, гордо приосанившись. — Я ЗНАЛ, ЧТО У МЕНЯ ЕСТЬ ЗАДАТКИ ЛЕЧАЩЕГО ВРАЧА! Пэт моргнула несколько раз, затем села, потирая лоб. Какого черта он такой громкий? — Не ори, и так сил нет. Она подняла голову, осмотрев с ног до головы того, кто так любезно вернул её в реальность (пусть она даже об этом не просила). Высокий скелет с вытянутым лицом и гордой осанкой выглядел довольно внушительно. Ростом почти с Гастера. Хм…такой рост — редкость среди любой из рас. — Ты вообще кто? — Пэт приподняла бровь, подозрительно разглядывая нового знакомого. — О, ПОЗВОЛЬ ПРЕДСТАВИТЬСЯ! ТЫ СЕЙЧАС РАЗГОВАРИВАЕШЬ С ВЕЛИКИМ ПАПИРУСОМ! ВЕЛИЧАЙШИЙ ИЗ ВСЕХ СКЕЛЕТОВ ВО ВСЕЛЕННОЙ! Девушка вновь проморгалась, потеряв вообще какую-либо связь с происходящим. — Чего-чего? — ВЕЛИКИЙ ПАПИ— — да хватит орать, хватит! Я поняла! Пэт поморщилась, закрыв уши руками. Так. Спокойно. Она прикрыла глаза, вдохнув, затем медленно выдохнула и продолжила спокойнее: — Так, теперь скажи, где мы и что тебе надо от меня. Пауза. — Потише. Папирус опустил взгляд, с неподдельным любопытством разглядывая девушку. — МНЕ НИЧЕГО ОТ ТЕБЯ НЕ НУЖНО, ЧЕЛОВЕК! И ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МОИ СКРОМНЫЕ ВЛАДЕНИЯ! Пэт огляделась. Каменные стены, небольшое окошко, которое было закрыто решеткой. Неподалеку каменная стена прерывалась железной дверью, судя по всему, запертой на замок и, возможно, решёткой снаружи. Она вновь повернулась в сторону Папируса, ущипнув себя за переносицу: — Ты хотел сказать…тюрьма? Папирус поднял палец, желая возразить, и уже, было, открыл рот, но тут же захлопнул его с легким треском. Пэт вздохнула и развела руками: — Ты серьезно считаешь ЭТО своими владениями? — МММ… ПО БОЛЬШЕЙ ЧАСТИ. Девушка вздохнула и провела рукой по лицу. Почему именно сейчас она застряла в камере с каким-то умалишенным скелетом? Каких детей она воровала в прошлой жизни, чтобы получить такое наказание? — Так… ладно. Так… Мгновение тишины прервалось криком. — Да вообще не «ладно»! Я В ТЮРЬМЕ! Она вцепилась пальцами в волосы, запрокинув голову, пока Папирус наблюдал за ней с неподдельным любопытством, словно не понимая, что к ней сейчас лучше не подходить. — Ты…ты просто шутишь. — процедила она сквозь стиснутые зубы, нервно посмеиваясь. — Ты здесь находишься как у себя дома! Какая…какая глупость. У тебя отняли свободу, а ты доволен этим?! Или надеешься выбраться? Хах! Вдох-выдох, вдох-выдох… Пэт скрестила руки на груди, плюхнувшись на пошарпанный матрас в углу. — И вообще… какого черта меня подселили к тебе? Мы же, типа… Она раздраженно фыркнула, указав сначала на себя, затем на Папируса. — Разного пола? Папирус пожал плечами, затем воодушевленно поднял руку. — НЕ ВИЖУ ПРОБЛЕМЫ! КОГДА СТАНОВИТСЯ СКУЧНО, ТО НУЖНО НАЙТИ ДРУГА! Пэт приложила ладонь к лицу, глядя на скелета сквозь пальцы. — Друга…хах. Глупости. Друзья или предают, или исчезают. Папирус задумался, затем в два шага пересёк комнату, оказавшись напротив девушки. — Я НЕ ПРЕДАМ И НЕ ИСЧЕЗНУ! МЫ ВЕДЬ ЗАСТРЯЛИ ВО ВЛАДЕНИЯХ ВЕЛИКОГО ПАПИРУСА! Она обреченно вздохнула. Назло ли он так громко разговаривал или у него просто такой голос? Папирус улыбнулся, положив руку на плечо девушки, не обращая внимания, что та вздрогнула. — Я ОЧЕНЬ РАД, ЧТО— В следующую секунду Папирус замер на месте, рука также покоилась на её плече. Пэт подняла голову и встретилась с ним взглядом. — Хм? Молчание затянулось. В этот раз голос скелета прозвучал куда тише. — САНС?.. Пэт широко раскрыла глаза, ощущая, как холодный пот начал стекать со лба. — … Челюсть Папируса открылась, затем захлопнулась вновь. Он покачал головой, стряхивая с себя наваждение, которое так и не исчезло. — СКАЖИ МНЕ, ДЕВОЧКА…КАК ТЕБЯ ЗОВУТ? Краска схлынула с лица, а слова застряли где-то в горле. Она немигающим взглядом смотрела на скелета. Папирус перебил её до того, как та успела что-то сказать: — КАК ТЕБЯ ЗОВУТ НА САМОМ ДЕЛЕ. Этот вопрос заставил девушку отвести взгляд. А… как ответить на тот вопрос, который вводит в ступор? — я… — начала она, но вновь запнулась. Девушка горько усмехнулась, покачав головой. — Как меня только не называли. Но это теперь неважно. Папирус притих, изучая свою новую знакомую взглядом. Не недобрым, но внимательным, который пытается проникнуть в душу, вывернуть наизнанку то, что прячется в глубинах. — … Он не отпустил руку. Напротив, скелет переместил ладонь с плеча на грудную клетку девушки. В то место, где ровным пульсом билась душа. — МОЙ БРАТ… ОН ТАМ. Я ЧУВСТВУЮ ЕГО ТАМ. Ком застрял в горле у девушки. — Я… Я не виновата. Она прикусила язык, веки задрожали, пытаясь сдержать слезы. — Я не знала, что со мной хотели сделать. Я не знала, что пострадает он. Перед глазами стояла та же картина: слабое пиканье приборов, маленькая девочка на кушетке, успокаивающие слова отца… и лицо того скелета по имени Санс. Тогда маленькая Алина не знала, что хотел сделать Гастер. Почему улыбка Санса, столь ленивая, но не менее яркая, была в тот день как будто…прощальной? Алина не знала, что означали крики отца о Красной душе, которые она слышала сквозь пелену тумана. Она всегда думала, что отец злился, но спустя столько лет в воспоминаниях его голос был похож на горечь, совмещённую с виной. Подавленное отчаяние, которое рвалось наружу, но которое так и осталось внутри. Алина ничего не знала. Но Пэт выпотрошила правду наружу, переворачивая архив, документ за документом. Та самая старая папка с фотографией Санса… Пэт успела мельком взглянуть на то, что было написано. Проект AK-S. Санс числился как пропавший без вести, но… разве не очевидно, что с ним произошло на самом деле? Он умер. Умер по-настоящему. Пэт подняла взгляд на Папируса, тихо сказав: — Ты знал, что случилось. Поэтому ты здесь. Папирус задумчиво смотрел на девушку, затем убрал руку от её грудной клетки. Только сейчас девушка заметила, насколько он был потрепан: одежда, грязь на костях. Единственное из сияющего было лишь выражение лица. Вот оно, воплощение невинности. Или защиты под видом этой самой невинности? — ХЭЙ! ДА НЕ РАССТРАИВАЙСЯ! КОГДА МЫ ВЫБЕРЕМСЯ, Я МОГУ ПРИГОТОВИТЬ ТЕБЕ СПАГЕТТИ! Девушка подняла бровь. — Спагетти. — уточняюще переспросила она, пытаясь осознать всю абсурдность ситуации. — НЕТ. Папирус поднял руки, задрав голову наверх. О, нет. Пока не стало слишком поздно, девушка закрыла уши руками. — ЛУЧШИЕ СПАГЕТТИ С ФИРМЕННЫМ СОУСОМ ОТ ВЕЛИКОГО ПАПИРУСА! Пэт даже зажмурилась. Ох, звезды…ну зачем так орать? — ДЛЯ АЛИНЫ, КОТОРАЯ БЕРЕЖЕТ ЧАСТИЦУ МОЕГО БРАТА! НЬЕ-ХЕ-ХЕ! Пэт приоткрыла один глаз. Она ненавидела, когда её так называли. Но, если быть честным, то сейчас она даже не ощущала злости. — Хах… — почему-то в груди девушки потеплело. — Если это съедобно, то не откажусь. «Она бы не отказалась» — чуть не сорвалось с языка, но Пэт промолчала. Папирусу большего для счастья было и не нужно. Он встал в гордую позу, уперев руки в бока, и поднял голову. — ТОГДА МЫ ТОЧНО С ТОБОЙ ПОДРУЖИМСЯ, ЧЕЛОВЕК! Пэт ущипнула себя за переносицу, пробормотав: — Я полукровка, умник. — Я РАД, ЧТО ТЕБЕ ВЫПАЛА ЧЕСТЬ ПОЗНАКОМИТЬСЯ СО МНОЙ! ТЫ ОБЯЗАТЕЛЬНО ДОЛЖНА УВИДЕТЬ МОИ ГОЛОВОЛОМ— Папирус залился восторженной тирадой. Девушка вздохнула, осознав, что будет проще достать где-нибудь вату. Для того, чтобы не оглохнуть.

***

— Хм…Мне не нравится, куда всё идет. Взгляд Найтмера был направлен вдаль, за окраину города. Киллер лениво крутил в руке нож, затем поднял бровь, повернув голову на темного скелета. — Босс, так мы же добились своего. — Не совсем. Найтмер отвернулся от окна, щупальца за спиной дернулись от раздражения. — Мы вытащили из души на поверхность самое ценное, но, как оказалось, не всё так просто. Киллер склонил голову набок, глазницы дернулись от любопытства. Тем временем, Найтмер продолжил, заложив руки за спину. Размеренный шум шагов приглушался от ковра, на котором оставались следы негатива. — Выжечь Надежду оказалось сложнее, чем я думал. Душа пошла по трещинам. Найтмер прищурился, окинув взглядом Киллера. Щупальца угрожающе дернулись за спиной, в комнате появилось ощущение холода. — Ты плохо постарался. Не разочаруй меня в этот раз. Киллер лишь усмехнулся на это заявление. Плохо? Он всегда так говорит. — Что ж тут сделаешь… — пропел Киллер и игриво подмигнул. — Давай, как самый умный. Нахрен тебе вообще эта девчонка сдалась? В жизни не поверю, что только из-за какого-то там сочного Отчаяния, которого полны и другие АУ. Найтмер приподнял бровь, огонек в глазнице сверкнул, но Киллер даже не обратил внимания на это. Он уперся руками в спинку дивана, наклонившись ближе. — Давай, поделись секретиком, босс. Я всё равно рано или поздно узнаю. Найтмер медленно вдохнул, прикрывая глаза. Затем также медленно выдохнул. — Клянусь, когда-нибудь я тебя уничтожу. Пауза. Ухмылка Найтмера стала чуть острее. — Я лишь хочу заключить небольшую…сделку с ней. Помимо тебя, мне бы хотелось иметь ещё одного последователя. Чуть умнее. Задатки есть, но сейчас я хочу обучить её. Киллер пожал плечами. — Как скажешь. Жидкость из глазниц потекла чуть сильнее, когда осознание пронзило его. — Подожди… Она будет работать со мной?! Широко раскрытые глазницы подкрепила улыбка. — Вау…Босс, а я могу с ней драться на ножах??? Найтмер прищурился. — Нет. Киллер заскулил, подняв голову. — Ну, пожалуйста? Я практически её научил! Она уже почти всё умеет! — Нет. Киллер, клянусь всем темным в этой мультивселенной, если вы поубиваете друг друга… — Ну, Босс! — Я сказал, нет! Киллер разочарованно вздохнул. Найтмер прокашлялся, затем продолжил: — Если не удастся выжечь Надежду окончательно, её душа треснет. Сам додумывай, что я сделаю с тобой, если ты этого не предотвратишь. Киллер моргнул пару раз, прежде чем вернуться к прежнему занятию — игру с ножом. — И как я, по-твоему, это сделаю? — Надавить на страх. Киллер задумался, прекратив играть с ножом. Давить на Алину было проще простого — она не умела себя защищать. Но после появления Пэт, стало куда интереснее — девушка стала как кремень, об который можно было бы переломать зубы. Да, она всё ещё слабее Киллера, но разве можно сломать то, что уже сломано? Так чего же боится Пэт? Киллер пытался вспомнить, напрячь свой разум, чтобы вытащить из головы каждый момент, связанный с ней. А эти встречи был довольно…яркими. И заканчивались поножовщиной. Ему это определенно нравилось. Давить на близких? Нет, её это уже перестало пугать. Угрожать жизни? Она бы сама направила его нож ей в горло, и сделала бы это с ухмылкой. Но Киллер чувствовал, что было что-то, что могло выбить из колеи. То, на что она даже смотреть не могла. Хм… Киллер ухмыльнулся и поднял взгляд на Найтмера, который с явным подозрением в глазницах стоял напротив, скрестив руки на груди. — Вообще-то…Есть у меня один вариант.