Чем мы заняты в тени

Гокудера знал, что ему не везло с рождения, и поэтому почти не удивился, когда из кухни ресторана в зал вышел он — единственный человек в Намимори, которого Хаято хотел бы видеть сейчас ещё меньше, чем даже, например, свою сестру. Или Ламбо. Или Рёхея. Да буквально кто угодно раздражал бы его сейчас меньше, чем этот бейсбольный придурок. Ямамото Такеши подошел к хозяину ресторана, что-то сказал ему, и тот ответил «Да, сынок». Гокудера был очень умён и быстро склеил два и два («ТакеСуши» на вывеске, Тсуёши Ямамото на бейджике владельца и «сынок»). Только одно не поддавалось пониманию: как из всех заведений в Намимори он умудрился зайти поужинать именно сюда? Гокудера уже расплатился за заказ и доел вкуснейшие суши. Он подумал, что если сможет стечь под стол, как вода, как неуловимый киллер-мафиози, и незаметно просочиться к выходу, то получится избежать неподходящей к этому времени суток встречи. В конце концов, он просто хотел поужинать и пойти спать. Но в этот момент взгляд бейсболиста упал на его столик, и широкая улыбка Ямамото засияла, как сигнальная лампа. Вас заметили. — Йо, Гокудера! Вот это встреча. А где Цуна? Пока Гокудера придумывал ответ, Такеши уже направился к нему. По дороге он снял поварской фартук и закинул себе на плечо. На нем были мягкие спортивные штаны и свободная рубашка, выглядел Ямамото очень по-домашнему. — Или ты пришел один? — спросил он, падая за столик. — Именно так, пришел один, чтобы поесть в одиночестве, — ответил Гокудера, делая акцент на ключевых словах. — Если тебе это на что-то намекает. Ямамото рассмеялся. — Как будто от меня только что попытались избавиться. — Надо же, иногда ты быстро соображаешь для безмозглого бейсболиста, — пробормотал Гокудера в пустую чашку, которую поднес к губам, чтобы сделать вид, что занят. — Да брось, ты же не против, если я составлю тебе компанию. И это не был вопрос. На самом деле Гокудера не возражал против компании, он возражал только против конкретной компании конкретного бесящего придурка. Но, похоже, выбор был небольшим. И Гокудера решил остаться, особенно когда Тсуёши Ямамото унес грязную посуду и принес ещё чая за счет заведения. — По вечерам я обычно помогаю папе в ресторане. Сегодня мало посетителей, все сидят дома из-за дождя, делать особенно нечего. Ямамото выглядел расслабленным и настроенным на ленивую дружескую болтовню. Гокудера не заметил, как эта аура потихоньку накатила и на него, он даже позволил себе откинуться на спинку стула и опустить напряженные плечи. — А других занятий у тебя нет? Вслух прозвучало менее ехидно, чем рассчитывал Гокудера. Ему пришлось признать, что сил вести себя, как последний хам, у него на сегодня не осталось. Можно и отдохнуть. — Конечно, есть, но из-за дождя тренировку по бейсболу тоже отменили. — Бейсбол, ресторан, школа, — перечислил Гокудера, загибая пальцы. — И всё? Ямамото закинул руки за голову и потянулся. — Раньше так и было. Но теперь я ещё провожу время с Цуной, тобой и забавным малышом Реборном. Это круто. — Не густо. — Конечно, парню вроде тебя сложно представить, но для жизни в маленьком городке это не мало. Гокудера удивленно вскинул бровь. — «Вроде меня»? — Ну, ты говорил, что вырос в богатой семье в Италии. Уверен, твоя жизнь более разнообразная. — Так и есть. Так и есть. Но почему-то рука на автомате нервно сжала в кармане пачку сигарет, как будто всё было вовсе не так. Хорошо, что придурок-бейсболист ничего не заметил. — Наверное, тебе смерть как скучно в Намимори? — продолжил Ямамото. Гокудера достал сигарету, провел под носом, вдохнул запах и снова спрятал её в кулаке. К сожалению, курить в ресторанах в Японии было запрещено, а очень хотелось. — Я выполняю здесь свой долг правой руки босса, это главное. Эй, что смешного? — Здорово вы придумали с игрой в мафию. — Ты реально считаешь всё игрой? Боже, и как Цуна согласился принять тебя в семью. Ямамото улыбался. Удивительно, но у Гокудеры получалось вывести из себя кого угодно, кроме этого непробиваемого типа. В чем его секрет? В бейсболе? В постоянном употреблении суши? — На самом деле, мне всё равно, игра это или нет. Даже если вы с Цуной попали в мафию, вы не похожи на отпетых преступников. С вами весело, мне этого достаточно. Пока Гокудера, склонив голову на бок, внимательно и немного сонно изучал сидящего напротив парня, пытаясь понять причину его неуязвимости к своим колкостям, Ямамото ещё раз потянулся и встал. — Ладно, хорошего тебе вечера, Гокудера-кун. Пойду приму душ, залезу под одеяло и посмотрю что-нибудь перед сном. — А мне-то ты зачем это рассказываешь? — возмутился Гокудера. — Вдруг ты тоже захочешь. — Пойти с тобой? — Ха-ха, пойти домой и погреться в душе. Я подумал, вдруг ты не знаешь, чем занять себя в такой скучный вечер в Намимори, подкидываю идеи. Ну, до завтра! Гокудера проводил взглядом одноклассника, пока тот не скрылся за занавеской «Только для персонала», забрал свою коробочку суши на вынос и вышел из ресторана. На улице лило, как из ведра. Гокудера Хаято терпеть не мог дождь, от него промокали сигареты и динамит. Но дождь любила одна женщина, которую он знал очень давно. В такую погоду они в четыре руки на фортепиано играли Бетховена. С тех пор ему тяжело было оставаться одному во время дождя, слишком много накатывало воспоминаний, от которых он свалил аж на другой конец мира. Добравшись до дома перебежками под чужими крышами и козырьками, Гокудера скинул на пол мокрую одежду, включил любимый sci-fi сериал и открыл коробочку суши. Внутри оказалась вложена маленькая карточка «Спасибо, что выбрали ТакеСуши!» с милым рисунком знакомого улыбающегося лица в бейсбольной кепке.

***

Ямамото Такеши стоял под душем с закрытыми глазами. Ему нравился душ и нравился дождь, нравилось, как прохладные струи упруго били по его телу, по макушке и по лицу. Такой контакт с водой нравился Ямамото несравнимо больше, чем плавание — льющаяся вода давала ощущение прикосновений, которых у него не было в жизни. Он провел пальцами по волосам, смывая пену. По шее и по плечам. Руки остановились на пару секунд, пока Такеши думал, а затем скользнули ниже. Обычно он полностью выматывал своё тело бейсболом, но тренировок не было уже целых два дня. Напряжение никуда не уходило. Через десять минут Ямамото вышел из душа, набросив полотенце на мокрую голову, и прислушался. Отец должен был давно спать, но в любом случае он не услышал бы, что происходило в ванной комнате. Ямамото всегда делал это тихо. Добравшись до кровати, Ямамото упал на неё и потянулся к телефону. Поразмыслив, он вбил в поиск имя своего странного одноклассника, студента из Италии — Гокудеры Хаято, но интернет ничего не знал о таком человеке. Ямамото был уверен, что если Гокудера действительно из большой мафиозной семьи, то что-то об этом должно найтись. Но ведь Гокудера мог сменить имя и фамилию для конспирации, преступники ведь именно так поступают, верно? Или он мог просто всё выдумать специально для их игры. Перед тем, как Такеши провалился в сон, его посетила гениальная идея выяснить информацию у сестры Гокудеры, но на утро он уже забыл об этом.

***

Хоть Гокудера давно не удивлялся своему «везению», но в последнее время судьба начала испытывать его терпение всё чаще. — Привет, Гокудера! Ты тоже идешь к Цуне? Он чуть не подпрыгнул на месте, услышав на следующее утро за спиной знакомый голос. На его плечо тяжело опустилась уже известно чья рука, и он всё-таки не удержал сигарету в дрогнувших пальцах. — Ты-то здесь что забыл? — спросил он, хотя и так знал неотвратимый ответ. За последние недели дом Савады стал центром притяжения, казалось, половины жителей Намимори. Гокудера каждый раз расстраивался из-за невозможности провести время только со своим боссом. В конце концов, когда им обсуждать действительно важные дела семьи, если вокруг постоянно столько лишних ушей и глаз? Пора срочно поднимать вопрос о выборе новой, на этот раз секретной штаб квартиры. Вместо ответа Ямамото сунул ему в руки два тяжелых пакета. В его собственных руках осталось ещё четыре. — А я шёл к Цуне, чтобы… — Не отвечай, — мрачно перебил его Гокудера. — Но ты сам спросил, — удивился Ямамото. — А ты никогда не знаешь, когда пора остановиться, да? — прорычал под нос Гокудера. Он окинул мрачным взглядом пакеты. — Это ведь еда не на троих? Остальные тоже придут? — Не знаю, — беззаботно отмахнулся Ямамото. — Я просто взял побольше на всякий случай. Гокудера плёлся следом за Ямамото, специально отставая на несколько шагов и всем своим видом показывая, что они идут не вместе. Но болтовня бейсбольного придурка доставала его даже там. — Здорово, что я встретил тебя, Гокудера. Одному тяжело было нести столько пакетов. — Так не надо было столько набирать! — А ты живёшь где-то недалеко? — проигнорировал его колкости Ямамото. — Кажется, я даже не знаю, в какой стороне твой дом. — В этом весь смысл, бейсбольная башка. — Может, как-нибудь соберёмся у тебя? Ты живёшь один или с сестрой? — Будь ты поумнее, заметил бы, что мы с Бьянки не ладим. Я специально снял квартиру в восточном районе, чтобы она там даже не появлялась. Бьянки терпеть не может… Гокудера замолчал, сообразив, что сболтнул лишнего, когда Ямамото оглянулся на него и расплылся в улыбке. Чёрт, чёрт, чёрт. — Так это совсем недалеко от «ТакеСуши»! О, вот почему ты вечером зашёл к нам поужинать? Странно, что только один раз. Оставшуюся дорогу до дома Савады Гокудера шёл молча, буквально прикусив язык во рту, чтобы не попасться на ещё какую-нибудь уловку этого придурка. Ямамото явно пытался что-то разнюхать. — О, Ямамото, Гокудера-кун, здорово, что вы пришли! — радостно воскликнула Кёко. Гокудера чуть не расплакался, увидев забитую людьми комнату босса. — Десятый, мы ведь договаривались только с тобой… — вздохнул он. — И мы принесли суши! — объявил Ямамото, демонстрируя пакеты, и после этого на Гокудеру уже никто не обращал внимания. — Вы такие заботливые! — захлопала в ладоши Хару. — Я уже третий день хотела суши, и сегодня мне приснился сон, как я ем суши, думаю, у меня есть дар к вещим снам. — Нужно это проверить, — серьёзным тоном встрял Реборн. — Запомни, что тебе приснится сегодня, и завтра мы сможем… Гокудера уже не слушал этот гомон, присматривая себе удобный угол поближе к Десятому, чтобы незаметно там усесться и не отсвечивать. Но его планам не суждено было сбыться во второй раз за день. — Гокудера, а помоги мне разложить суши, думаю, нам нужны тарелки. Сильная рука сцапала его за воротник и поволокла к выходу так внезапно, что Гокудера не успел возмутиться, пока не оказался на лестнице. — Какого хрена? — всё-таки уточнил он, когда они с Ямамото добрались до кухни дома Савады. — Я подумал, что тебе стало некомфортно, когда все начали шуметь, — улыбнулся Такеши. — Сдурел совсем? Я должен находиться рядом с боссом! — Да брось, помоги мне с тарелками, лады? Гокудера прошёлся взглядом от крепко сжавших его локоть пальцев, вверх по руке, к плечу, шее и добрался до раздражающе дружелюбной физиономии Ямамото. Он отметил, что это дружелюбие совсем не сочеталось с мёртвой хваткой, как будто в крайнем случае бейсболист был готов вырвать у него локтевой сустав и оставить себе в качестве трофея. Почувствовав, что Гокудера больше не сопротивляется, Ямамото разжал пальцы. Пока он исследовал полки в поисках нужной посуды, Гокудера прислонился спиной к стене, скрестил руки на груди и внимательно рассматривал своего похитителя. Настолько внимательно, что у Ямамото начало припекать спину в области лопаток. — Эй, бейсбольный придурок. — М? — отозвался Такеши, не оборачиваясь. — А не хочешь мне рассказать, почему в последнее время ты всё время ошиваешься вокруг меня? — Разве? — как-то фальшиво удивился Ямамото. Подумав, добавил к этому легкомысленный смешок, но получилось ещё подозрительнее. На всякий случай он продолжил тщательно обшаривать полки, чтобы подольше не оглядываться на Гокудеру. — Ага. Сначала я не придавал значения, но теперь почти уверен, что ты делаешь это специально. — Делаю что? Гокудера дернул Ямамото за рубашку и развернул лицом к себе. Ямамото сглотнул и сжал губы, чтобы его привычная улыбка не вылезла сейчас по привычке так не к месту. Гокудера был ниже его на полголовы, но это не мешало взрывному итальянцу давить взглядом даже снизу. — Не прикидывайся дурачком. — Ха-ха, ты же сам всегда называешь меня идиотом, разве нет? Ямамото подался назад, пока не уперся задницей в край стола. Гокудера не отступал. — Я догадываюсь, что ты задумал, но хотел бы услышать это от тебя. От Гокудеры пахло сигаретами, порохом и каким-то приятным парфюмом. И совершенно не пахло пОтом. Ямамото с удивлением это отметил, потому что практически все парни, которых он знал (по большей части из спортивного клуба) пахли именно так. — И… что же я задумал? На миг кухню залила вспышка света, а затем на её месте появился человек в рубашке с коровьим принтом. — Взрослый Ламбо? — одновременно воскликнули Ямамото и Гокудера. — Привет! — улыбнулся Ямамото. — Какого хрена ты тут делаешь? — по-своему поздоровался Гокудера. — Привет, парни, — помахал им Ламбо. Затем он оценил расположение двух тел в пространстве, расстояние и атмосферу между ними и добавил: — О. Разве в этом времени вы уже… — Ромео! Никто не успел уточнить «уже — что?», потому что на лестнице раздались угрожающие шаги. — Прошу прощения, мне пора. Ламбо ловко выскочил в окно за секунду до того, как в кухню вихрем ворвалась Бьянки. Девушка просканировала взглядом комнату, но обнаружила только своего братца в компании его одноклассника. — Он же был здесь? — прорычала она. — Не понимаю, о ком ты, — пожал плечами Ямамото. Только в этот момент Гокудера осознал, что всё ещё сжимает рубашку Ямамото. Он недоверчиво осмотрел свои пальцы, натянутую ткань, не оказывающего сопротивления Ямамото. Сколько времени они так простояли? Гокудера толкнул Ямамото, будто именно он удерживал его на кухне, выругался по-итальянски и вышел.