Покоритель драконов.

Гигантская дверь в большой зал отворилась, слегка поцарапав гнилые полы. Покоритель из-под тяжка заглянул в помещение и осмотрел его. Повсюду были крик, вопли, тихие и громкие разговоры, где-то падала деревянная посуда, а посередине всего этого народа стоял тот самый круглый стол и несколько дополнительных для еды. Иккинг выдохнул, вновь выпрямился и уверенно зашел. За ним так же быстро и спокойно пошагали Вигго с Беззубиком. У входа стояли защитники Олуха, и Астрид уже заприметила то, к чему можно будет придраться, когда «кабанья яма» будет подходить к концу, набирать обороты и наконец мастер посвятит всю деревню в его жизнь и деятельность. Задирака подошёл ближе к блондинке и, положив руку ей на плечо, негромко прощебетал: — Тебе тоже кажется подозрительным этот дракон? Вроде бы ходили слухи, что тот седой мужичок всех фурий перебил... — естественно, он это говорил с таким выражением лица, словно он самый лучший детектив или ему подложили лимон в мясо. — Вау, ты тоже это заметил, Шерлок Задирака? — Астрид нервно выдохнула и с презрением посмотрела на Беззубика, который уже заприметил место возле огромной горы рыбы. — Это точно Беззубик. Ты смотри! У него даже морда такая же и практически не изменилась, а про хвост вообще молчу. — Ну-у-у, тут нужно мнение эксперта... — Задирака шутливо протянул, а после тихо и медленно подошел к Рыбьеногу, который пытался добиться интрижки от Забияки. — Рыбьеголовый, как ты думаешь?... Астрид тяжело выдохнула и продолжила наблюдать со стороны за покорителем, пока Рыбьеног и Шерлок Задирака ругались. Её никогда не интересовали отношения с кем-то из нынешнего окружения. Так что она мало обращала внимания на отношения в компании и вне. Она искала «рыбью кость». Взгляд девушки быстро прыгал с Иккинга на Беззубика, с Беззубика на Вигго, а с Вигго на Сморкалу и Стоика. Дальше всё пошло по накатанной. «—Как же я надеюсь, что это окажешься ты, Иккинг», — думала про себя блондинка, пока пыталась сконцентрироваться под напором шума и нервов. И наконец, всех присутствующих позвали к столам. Многим не хватило места, ведь населения у Олуха хоть и было небольшое, но большого зала точно не хватало, поэтому большинство людей расселось по углам, некоторых детей отправили по домам, а кто-то и вовсе решил капитулироваться по потайным выходам. Защитники Олуха, Стоик, Вигго, покоритель и даже Беззубик уселись за округлый стол, на котором были более роскошные продукты питания, чем за остальными. Хотя это было естественно, ведь эти же продукты привёз с собой Иккинг. — Я очень рад, что я поужинаю с вами, покоритель. Я слышал, что вы остаётесь не у каждого в гостях, верно? — Стоик очень видимо пытался подмазаться, но мастер не сопротивлялся, ведь чем раньше сблизятся, тем лучше. — Да, это так. Просто мне больше симпатичен север, чем юг, так что у вас можно остаться и на подольше. Столовые приборы забились о деревянные тарелки и стенки посуды. Многие напрыгнули на еду, словно хищники, но это лишь было показателем того, что Стоик не врал и еды реально не хватало. По большому залу гуляло множество запахов: мяса, рыбы, ароматных фруктов, овощей и алкоголя. Половину из этого привёз покоритель, но к чему возмущения, если гостинцы на столе, договор подписан и все рады? Лишь только Астрид пыталась не обращать внимания на пищу и возбуждающие ароматы, ведь обходится без еды больше 2-ух дней — та еще пытка. Особенно если это касается голодного и одновременно жирного народа. Она очень старалась все это время понаблюдать за мастером, но в итоге не удержалась и сорвалась на небольшом кусочке овоща. Сверчки запели свою любимую мелодию, которая всегда стрекотала по нотам из их маленьких головок. Большой зал наполовину опустел. Осталась лишь эта большая компания за округлым столом, охрана жизнедеятельности, которую сразу поставили после сегодняшнего переговора, и сплошная тишина. Холодный ветер задувал через щели и медленно гулял по столам, словно собирая куски пищи. Стоик сидел и наблюдал за Иккингом, который за всю «кабанью яму» ни разу не взял в руку прибор и ни грамма мясца. Мужчина с кашлем гаркнул и напрягся, слегка сгорбившись. Наконец подошёл момент, которого так все ждали. — Покоритель, может расскажете о себе или о своих путешествиях? — вождь медленно перевёл взгляд на Беззубика, который самостоятельно гладился о макушку парня. — Или откуда у вас ночная фурия? Астрид и большинство из защитников хитро переглянулись. Они сразу уселись поудобнее и направили свои ядовитые взгляды на кожу яка, которая временно заменяла им глаза Иккинга. Защитникам казалось, что если это он, то он прячет себя только из-за того, что все распознают его по наглым глазам. Блондинка кивнула, смотря на мастера, пока тот собирался с мыслями и мимолётно разворачивался к Вигго. — Расскажу вам всем только про мою ночную фурию. Остальное вам знать незачем, да и вы не поймёте меня. — Иккинг тяжело выдохнул и с уверенностью продолжил: — 6 лет назад, когда я был ещё неопытным и никому не нужным, я сбежал в кое-какую экспедицию. Проплывал у архипелагов, которые были ближе к югу, чем к родному северу. Там я повстречал 1-ого парня с этой ночной фурией. Из него был всадник так себе, что можно было лишь громко рассмеяться, а после зарыдать от стыда. В итоге, я его убил. Мне пришлось это сделать, чтоб самому остаться на плаву и заиметь гордость, которой в помине не было. Должен признать, что у него очень преданная... Зверушка? Большой зал замолчал. Вигго лишь ухмыльнулся от того, какую прекрасную историю придумал парень и то, как в нее легко можно поверить ничего не знающим людям. Она была настолько двусмысленна, насколько быстрой и жестокой. Челюсть Стоика непроизвольно дёрнулась, а после расплылась в неуверенной и наигранной улыбке. Он захохотал. Защитники тоже малость обомлели, но больше от реакции Стоика. Вождь на тяжёлом выдохе расслабился, его лицо покраснело, а глаза стали стеклянными. — Как... Как же хорошо, что он сгинул. — Иккинг встал в ступор. Естественно, что Стоик не будет с радостью и гордостью в голосе говорить про сына, но и не смеяться же! — Кто «он»? Вы были с ним знакомы? — покоритель опустил взгляд. — Это был мой непутёвый сынишка. У меня, конечно, были догадки, что он быстро сгинет, но точно не от рук его же сверстника! Беззубик агрессивно фыркнул, развернулся и резко скинул грязные тарелки со стола. Он гордо, но и одновременно обидчиво ушел прочь из зала. Астрид посмотрела по сторонам. Наконец стало так тихо, что было в пределах возможности услышать писк мыши в соседнем доме. Она быстро прошмыгнула под стол, к выходу и выбежала на улицу, где сразу на крыльце сидел Беззубик. Блондинка подкралась к дракону и заглянула ему в глаза. — Беззубик? Это ведь ты? — фурия ошарашенно отпрыгнул в сторону и запустил в девушку плазму. Та увернулась и протянула дракону руку. — Прости, напугала. Ты не помнишь меня? Беззубик невнятно прорычал, но всё-таки на глазах подобрел. Он дал ей сесть рядом и даже притронуться к чешуе. Луна была на другой стороне от звезды Алголь и созвездия Персея. Как бы на Олухе никто не занимался астрономией, но Астрид все равно нравилось наблюдать за ночным небом. Ледяной ветер подул в лицо голубоглазки, отчего она зажмурилась и дрогнула. Из большого зала послышался шум, шаги и громкий скрип полов. Блондинка быстро запряталась за другим боком дракона и стала тихо наблюдать за развитием событий. Они поругались? Подрались? Или просто закончилась эта яма? Из дверей выскочили охранники жизнедеятельности — «жизняки», так их назвали Задирака и Забияка, когда узнали. За ними выбежали сами близнецы, Рыбьеног и Сморкала. Прошло немного времени перед тем, как вышли политики — покоритель, Вигго и вождь. Хэддоки пожали друг другу руки, а после Стоик ушел в другую сторону. — Ну, все сложности позади, принцесса. Осталось эти 3 дня дождаться Йохана, а после полетим в родную башню. — Вигго осмотрелся по сторонам и увидел фурию. — Вот и твой дружок. Не потерялся. Беззубик издевательски прорезал и не сдвинулся с места, дабы не подвести девушку. Блондинка лишь сильнее прижалась к дракону и продолжила подслушивать разговор покорителя и его приспешника. Интересно... А когда она стала настолько зависима от человека, который сделал для неё буквально ничего?

***

Прошёл ровно год с побега «рыбьей кости» и ужасного происшествия, связанного с титаном. С того момента Стоик ввёл множество правил и законов, которые были что-то из рода: «запрещено контактировать с драконами в дружеском плане», «строго запрещено летать на этих рептилиях», «запрещено называть своих домашних питомцев Иккингом» и «запрещено упоминать Иккинга». В общем, начался и кризис среднего возраста, и кризис деревни. Именно поэтому ребята придумали шифровки для слов. Например, Иккинга они называли «рыбья кость», а Беззубика — «чёрный кот». Громкий хохот и крики односельчан оглушили её, и она быстро сорвалась с постели. Было утро. Утро, которое не отличалось от остальных. Всё на Олухе стало настолько ужасно однотипным и печальным, что хотелось спрыгнуть с обрыва, чем продолжать так жить. Раньше все было иначе, ведь у хулиганов было все: охота, рыбалка за границами острова, тренировки против драконов, тушение пожаров в час пик рептилий и вечный огонь в сердцах, а сейчас это было в прошлом и только в детских грёзах. На места привычных занятий пришли новые. Драконы перестали прилетать в эти края и сжигать дома. Заместо полезной охоты или тренировок пришло спаривание. Серьёзно! Последние полгода Стоик активно умолял, просил и пропагандировал, чтоб хулиганы стали более активно плодиться. Мерзость. Защитники уже тогда поняли, что это ужасная идея и что будет лучше, если они нормализуют экономику и торговлю, но противного старика было не переубедить. Он был слишком охвачен целью вернуть Олуху прежнюю позицию и количество граждан. Какой он ублюдок. Встав со своей твёрдой кровати, она практически сразу потеряла смысл идти на прежнюю работу, которая ничем не отличалась каждый чёртов день. Астрид наконец решилась зайти к Стоику в дом и покапаться в вещах «рыбьей кости». Любой мог уверенно сказать, что охваченный ПТСР, вождь не станет разбирать вещи, которые были нужны только младшему и никому кроме. Дверь в дом Хэддока старшего легонько отворилась, и Астрид заглянула во внутрь. Она осмотрела помещение. Стоика как всегда не было, ведь он все свое свободное время проводил или в кузнице, или на главной площади, или в большом зале. Она прошмыгнула во внутрь и быстро забежала на 2-ой этаж. Как она и думала, что личные вещи, которые остались от Иккинга, были на своих местах. Она уже заходила сюда через 3 месяца после происшествия, и все было точно таким же. Блондинка медленно прошагала по скрипящему полу к письменному столу. На нём лежали карандаши, непонятные ткани, которые она вроде где-то видела, но где конкретно — никто не знает, и... Тетрадь? Астрид не замечала её ранее, но это ясное дело, ведь в последний раз она так сильно торопилась, что посмотрела лишь косвенно. Белоснежные руки упали на странички тетради, а сама она присела на рядом стоящий стул. 1-ые страницы были пустыми, а их уголки обрывались резко. Дальше шли небольшие чертежи, зарисовки и скетчи хвоста у Беззубика, какие-то странные записи, которых не понимала девушка, и наконец... Она. Никто и не мог подумать, что «рыбья кость» рисует. Следующие 5 страниц состояли из небольших портретов Астрид и некоторых участников команды, но девушка фигурировала чаще. На последней страничке были чьи-то глаза, а снизу текст: «Я так взбудоражен, что ты присутствуешь в моей жизни. Ты не даёшь надежд, но я жду. И буду ждать как никого другого.» — И кому ты это посвящал, псих? — Астрид искривилась в лице, но очень надеялась, что это было искренним признанием ей, а не кому-то другому. Тетрадь закончилась, и она выдохнула. Блондинка потянулась на месте и решила, что заберёт эту частичку Иккинга себе, ведь никому другому кроме неё оно, к сожалению, не сдалось. Ей? А оно ей сдалось? Хотела ли она вообще помнить и хранить что-то от этого человека? Конечно. И всегда хотела, ведь пусть они и были соперниками, но к нему она ощущала более глубокие чувства, чем к остальным. Ещё с далёкого детства, Астрид поняла, что её интересует «рыбья кость». Что-то он вечно сидел... Что-то подбирал... Иногда убегал на окраину леса, но его быстро ловили, а после давали злостных люлей. Её всегда очень удивляло то, как к нему относится отец. Да, он был вождём уж как 10 лет на тот момент, и не зря его зовут Стоик, что даже детские мечты и шалости не разили его стойкость на повал. Но то, что некоторые родители воспринимали как само собой разумеющееся, он воспринимал как должное и то, что нужно мигом исправить в маленьком Иккинге. Сами родители Астрид говорили о том, что Стоику особо не важны были увлечения мальчика. Он хотел сделать из него вождя, грубого, жёсткого и того, кто видел детство с топорами, глотками и вечным холодом. И кстати, получилось все наоборот. Как раз-таки эта вечная дисциплина и то, что папу нельзя расстраивать и подводить, воспитало в нём гнев, обиду и побег в будущем. Какая жалость...

***

Иккинг и Вигго присели рядом с Беззубиком, пока за другим его боком сидела голубоглазка. Гримборн громко плюхнулся на плитку и устремил свой взгляд на звёздное небо. Девушка заглянула на эту парочку со спины и присмотрелась к Хэддоку, который тоже глядел на небо, но куда конкретно — неясно. Из под маски торчали небольшие волоски щетины, а чуть выше, где тень уже скрывала его лицо, расположился шрам. Астрид вопросительно взглянула, но быстро рванула к ночной фурии, ведь мужчина что-то заподозрил. Нет, он уже давно ее заметил, но план по сжиганию деревни был ещё в силе, так что обращать внимание на это было бессмысленным решением. — Куда дальше направимся, принцесса? — девушка еще больше обомлела, хоть и слышала это не 1-ый раз от Вигго. Тот же повернулся к мастеру. — В принципе делать на ближайших островах уже нечего. У всех с нами уже есть торговые пути и договорённости, так что нужно искать что-то более подходящее. — Не знаю. Для начала нужно разобраться с Блудвистом, так как он портит нашу репутацию. С нами кое-как согласились сотрудничать берсерки, а ведь они дальше всех от дел Драго и его чёртовой армии. — Иккинг сделал паузу, а после продолжил: — Живодёр. — Скорее — Драконодёр. — Вигго самодовольно хмыкнул. Покоритель опустил взгляд. Шлем натёр ему затылок, ведь руки парня всё никак не доходили до детали в его задней части. Иккинг тихо выдохнул. Он аккуратно взял шлем за виски и медленно приподнял. Ночной воздух сразу окутал и облизал его лицо, отчего он закусил нижнюю губу и прикрыл глаза. Астрид услышала резкие шебуршания в их стороны и вновь аккуратно посмотрела. Её лицо заметно покраснело, а руки стали дрожать. Ей это не снится? Иккинг? Хэддок убрал шлем в сторону и с ухмылкой продолжил сидеть. Его волосы были неаккуратно приподняты из-за того, что шлем естественным образом снимается через верх. Вигго аккуратно поправил его выбившиеся прядки волос, а после и все причёску, тихо приговаривая: «— Придумай дизайн шлема получше. Ты выглядишь так, словно тебя покусали древорубы.», — Иккинг на это лишь усмехнулся и повернулся лицом к лицу к Вигго. Девушка лицезрела его черты лица, которые повергли её и в шок, и в желание любя ударить...