Сборник сказок Старой Нэн

      Ах, дитя моё, сядь поближе к огню. Ты любишь песни о рыцарях, что побеждают драконов? Эта история не о них. Эта история о том, кто сражался не только мечом, но и песней, и победил не силой, а дерзостью.       Давным-давно жил за Стеной человек по имени Баэль. Одичалые звали его Королём, но короны он не носил. Его мечом была арфа, а его войском — песни, от которых плакали даже великаны.       В те времена в Винтерфелле правил лорд Брандон Старк. Суровый он был человек, холодный, как лёд. И однажды назвал он Баэля трусом.       — Сидит он в своих снегах, — сказал Брандон, — и боится показать сюда нос, потому что знает, что Старк сдерёт с него шкуру.       Ветер быстро разносит такие слова, дитя, и они долетели до ушей Баэля. Другой бы схватился за топор. Но не Баэль. Он лишь рассмеялся, перекинул арфу за спину и пошёл к Стене. Один.       В одну ненастную зимнюю ночь в ворота Винтерфелла постучался путник. Назвался он Сигерриком со Скагоса, что на старом языке значит Обманщик, да только лорд Брандон древнего наречия не знал. Путник попросил приюта и в уплату предложил песню.       И как он пел! Казалось, сам Север поёт его голосом. Он пел о любви и смерти, о зиме и весне, и суровые лица северян смягчились. Даже лорд Брандон, чьё сердце было твёрже кремня, почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы.       — Проси, чего хочешь, певец! — воскликнул лорд, когда затихла последняя струна. — Золота? Лошадей? Мехов?       Баэль улыбнулся. Улыбка у него была хитрая, как у лиса.       — Не нужно мне твоего золота, милорд. Я прошу лишь самый красивый цветок, что расцвёл в твоих садах. Голубую зимнюю розу.       Лорд Брандон рассмеялся в ответ на такую скромную просьбу и велел принести самый красивый цветок из теплиц. Баэль принял розу, поклонился и ушёл в снежную ночь. А наутро в Винтерфелле поднялся крик, от которого вороны взлетели с башен. Кровать единственной дочери лорда Брандона была пуста. Исчезла дева. А на её подушке лежала та самая голубая зимняя роза.       Брандон Старк рвал на себе волосы. Он послал сотню людей на север, к Стене и по Королевскому тракту. Они искали следы на снегу, допрашивали каждого встречного, обещали горы золота. Но дева и певец исчезли, словно растворились в метели. Год прошёл. Род Старков прерывался, ведь других детей у лорда Брандона не было. Винтерфелл погрузился в траур.       И вот, в одну ночь, когда луна была круглой, как монета, в спальне дочери лорда раздался детский плач.       Брандон вбежал туда и замер. На кровати сидела его дочь, живая и здоровая, а на руках она качала младенца. Мальчика с глазами серыми, как небо перед снегом.       — Где он? — вскричал лорд. — Где тот разбойник, что украл тебя? Я убью его!       А дочь лишь улыбнулась грустной улыбкой и покачала головой.       — Он не крал меня, отец. Мы всё это время были здесь. В крипте, под замком. Мы жили среди каменных королей прошлого, согревая друг друга, пока ты искал нас за сотни лиг отсюда.       Баэль ушёл той же ночью, перебравшись через Стену обратно в свои снега. Он оставил в Винтерфелле не только розу. Он оставил сына.       Прошли годы. Тот мальчик, рождённый в зимней крипте, вырос и стал лордом Старком, сильным и суровым, как и его дед, и в его жилах текла кровь Короля-за-Стеной. А Баэль… Баэль стал тем, кто объединил Вольный народ.       И вот однажды, тридцать лет спустя, Рог Зимы снова позвал в поход. Баэль повёл своё войско на юг, не грабить, а искать лучшей доли для своего народа. А навстречу ему, защищать свои земли, вышел молодой лорд Старк со знамёнами Винтерфелла.       Они встретились у Замёрзшего брода. Железо звенело о железо, и снег стал красным, как листья чардрев. В пылу битвы сошлись двое вождей. Сын и отец.       Лорд Старк не знал, кто перед ним. Он видел лишь врага, дикаря, пришедшего сжечь его дом. Но Баэль… Он посмотрел в серые глаза молодого лорда и увидел в них отражение той девы, которой подарил голубую розу много зим назад. Он увидел свою собственную кровь.       И рука великого барда дрогнула. Меч, что разил великанов, опустился. Он не мог убить своего сына. А вот сын своего отца не знал. Его клинок не дрогнул. Удар был быстр и смертелен. Баэль упал на красный снег, и последняя песня замерла на его губах, так и не спетая.       Лорд Старк вернулся в Винтерфелл с победой. Он вёз голову Короля-за-Стеной на пике, как трофей, гордясь тем, что защитил Север. Он въехал во двор замка, и навстречу ему вышла его мать — та самая леди, что когда-то исчезла с певцом. Она взглянула на пику. Взглянула в мёртвые глаза Баэля, которые когда-то смотрели на неё с любовью в темноте крипты. А потом перевела взгляд на руки своего сына — руки, обагрённые кровью отца.       Сердце её разорвалось. Не выдержало оно такой страшной цены. Говорят, она не проронила ни слова. Она просто поднялась на самую высокую башню Винтерфелла и шагнула в пустоту, чтобы воссоединиться с тем, кто однажды подарил ей зимнюю розу.       Так запомни, моё милое, летнее дитя: гнев — плохой советчик, слепой и глухой, как буря в безлунную ночь. Молодой волк бросился в бой, не принюхавшись, и клыки его сомкнулись на собственной лапе, оставив рану, что не заживёт никогда. Помни, что слово, сказанное сгоряча, и удар, нанесённый в ярости, нельзя вернуть назад, как нельзя заставить упавший снег взлететь обратно к облакам. Они ложатся тяжёлым грузом, и нести его придётся тебе самому до конца своих дней.