Неудачник | Loser

Workable Daily Digest: Системный инженер (средний уровень) Прошло уже немало времени с тех пор, как он в последний раз так глубоко вникал в найм, поэтому Кайло обычно игнорировал письма со списками новых кандидатов. Он доверял своим старшим менеджерам и редко сам кого-то отсматривал — особенно на позиции среднего звена и ниже. Поэтому это было чистейшим совпадением, когда он случайно открыл письмо на телефоне… и сразу уткнулся глазами в первое имя в списке. Рей Ниима. В груди у него все сжалось, по спине пробежал мерзкий холодок. Имя редкое, так что это точно была она. Рей. Его Рей. Что, правда пошла учиться на компьютерного инженера? После того, как ржала над ним, что он потащил ее в новенькую лабораторию на последней их поездке в колледж? Ну конечно. Конечно, она хотела перещеголять его в том, в чем он был силен. Чтоб насолить. А может, — воображал его отчаянный, жалкий внутренний голос, — просто хотела стать хоть чуть ближе к нему. Он фыркнул в тишине своего безупречно чистого кабинета. Сомнительно. Он кликнул по ссылке и открыл ее анкету. Ее резюме — просто сраный анекдот. Ни на одной работе не проработала больше года, и описания в духе «пожалейте меня». Каждая строчка звучала так, будто она всю жизнь отбивалась за крохи возможностей. Зарплатные ожидания просто смехотворно низкие. Он загуглил ее, сам не понимая зачем, и почти ничего не нашел. LinkedIn — только пара последних мест, связей минимум. Пара адресов в Бруклине и незнакомые номера телефонов на сайтах по поиску людей. Профиль в Facebook, не обновлявшийся годами. Она никто. Рей Ниима — неудачница. А он выиграл. Реально, мать его, победил. Кайло вспомнил день, когда она уехала в колледж. Стоял у окна, смотрел, как она кидает последние вещи в багажник маминой машины и уезжает. После той поездки по университетам она его избегала — в школе не лезла, дома тоже сторонилась. Может, он и заслужил это после той вечеринки. Но в тот день… она даже не попрощалась. Ни разу не посмотрела в его сторону. Он чувствовал себя, блядь, призраком. Он никогда в жизни никого и ничего не бил, но тогда впервые пробил кулаком стену. И чуть не разревелся, когда спустился к матери и попросил отвезти его в травматологию. Зашпаклевал дыру левой рукой. Вернул матери деньги за счет в неотложке. Хотя их приняли в одни и те же университеты в Нью-Йорке, Кайло уехал в Стэнфорд, где ему дали стипендию, и пытался ее забыть. Он находил утешение в спортзале. Его тело начало меняться: прорезались мышцы, о существовании которых он даже не подозревал. Он отрастил волосы и пожалел, что не прикрывал свои идиотские уши раньше. Люди замечали перемены. Сначала просто были вежливы, а потом начали липнуть, рассыпаясь в комплиментах. Это было странно, но приятно. Хотя Кайло все равно не понимал, о чем с ними говорить: вечеринки, тачки, сраные «Форсажи». Иногда он задавался вопросом, будет ли вечно тянуться к стервозным брюнеткам или все-таки примет знаки внимания милых девчонок, которые терялись при его виде. Впрочем, даже с возросшим вниманием, он сам почти ни к кому не тянулся. Это только помогло — Кайло сосредоточился на двойной специальности: компьютерные науки и бизнес, сам писал приложения. К третьему курсу он уже зарабатывал на рекламе и начал охотиться на крупную рыбу. Он сменил имя официально, чтобы не ассоциироваться с прошлой жизнью. Через год после выпуска Google купил его первое серьезное приложение: оно прокладывало самый «зелёный» маршрут по Лос-Анджелесу, чтоб сократить поездки. И с тех пор он стал звездой Долины. Кайло вел стартап-инкубаторы, потом начал открывать собственные компании на полученные инвестиции. И вот уже он — основатель «First Order Tech», компании, которая применяла искусственный интеллект для армии, здравоохранения, правительства и даже дейтинговых приложений — для обработки огромных объемов данных и выявления закономерностей. Компания быстро выросла и стала дочерней веткой «Empire Worldwide Solutions». Кайло был у руля и впервые в жизни чувствовал себя спокойно. Исчезла эта навязчивая потребность в следующем «левел-апе», можно было, наконец, немного почивать на лаврах. Иногда он ради прикола гуглил своих бывших обидчиков. Смотрел на их разводы, усталые лица, кучи детей, минивэны, и убеждался: они все в итоге оказались ровно там, где он и предсказывал. Он, наконец, преодолел прошлое. Тот самый ботаник, мешок для битья, больше не существовал. Теперь Кайло — красавчик, миллионер и может делать все, что захочет (если не считать бесконечной работы). Его жизнь — мечта каждого задрота. Абсолютный «глоу-ап». Но его шикарная квартира в пентхаусе была пустой и холодной. Ничего личного. Никого рядом. Он был слишком известен для приложений знакомств и слишком горд для свахи. Через друга-программиста он получил возможность пересечься с одной очень недоступной доминатрикс. Она надевала парик (каштановые волосы средней длины), и говорила ему, что он кусок дерьма. Но однажды Кайло попытался «перевернуть сценарий» без предупреждения… и она это совсем не оценила. После нескольких провальных «сцен», несмотря на согласованные условия и ее новообретенное согласие «свитчиться» (как она это называла), он сдался и решил попробовать бары. Ездил аж в Бруклин на заказном авто — там меньше шансов, что его узнают. Девушки там были попроще, не так зациклены на доступе в Soho House и бутылках за тысячу зеленых, и больше интересовались его вкусами в музыке и политикой, чем манхэттенские. Но дальше одноразового траха дело не шло. А он и не стремился. Как, блин, объяснить кому-то, от чего у него встает? А это ведь только секс. Единственный способ почувствовать контроль. Единственный, который вообще работал. Женщина, которую он любил, разнесла его в клочья. И теперь он не мог даже представить, чтобы кто-то другой обладал такой же властью над ним. Где-то глубоко внутри Кайло продолжал холить и лелеять то гнилое чувство — злость, что родилась в тот день, когда Рей его бросила. Эта обида придавала смысл. Она была оправданием. Щитом. Оружием. Рей была совсем не лучшей кандидаткой. И даже не самой подходящей, судя по беглому взгляду на других. Но компания сейчас нанимала всех подряд, и лишняя штатная единица — особенно за меньшие деньги — была бы не в тягость. Кайло поднял трубку с офисного телефона и набрал внутренний номер Эмилин. — Ты ж миллениал, какого хрена не пишешь мне в Slack? — Доброе утро и тебе тоже. — Ну? Что тебе надо, милый? Я работаю над RFP для Daiyu Pharm. Эмилин всегда вела себя с ним как с надоедливым мальчишкой, хотя он был начальником ее начальника. Ему это, по правде говоря, нравилось. — Хочу, чтобы ты позвала кое-кого на собеседование. В качестве одолжения. — Что, племянница? Девушка? Обещаю, никому не скажу. Удивляюсь, что ты раньше не стал катать телегу по блату. Но повезло тебе — сегодня я щедрая. — Я скину тебе в Slack ссылку на ее анкету. Просто... приятельница моей семьи. — Ладно, милый. Хочешь потом на обед? Зная Эмилин, Кайло понимал — она выудит из этого какую-нибудь встречную услугу. Но никто не должен был знать, кто такая Рей. По крайней мере, пока. — Не могу. Все забито сегодня. Ему просто надо было ее увидеть. Хоть одним глазом. Да, теперь у него был ее номер, ее имейл. Мог бы устроить более глубокий поиск или даже нанять частного детектива. Но... в чем же тогда был бы кайф? — Вот увидишь, — пропела она, — однажды ты таки угостишь меня обедом, клянусь. Он так и не понял: ей хотелось ущипнуть его за щеку или за задницу. — Конечно, Эмилин. Спасибо. Он положил трубку до того, как она снова начала флиртовать с границей допустимого. Теперь оставалось только ждать.

***

К счастью для Кайло, ждать пришлось недолго. Она оказалась такой же отчаянной, как он и надеялся. — Сегодня я провела с ней собеседование. Она милая, вроде бы. Но слегка... расхлябанная. Немного напрягает, что так часто меняла работу. Она тебе насколько важна? — Спасибо за честность, Эмилин, — искренне ответил Кайло. — Дальше я сам. Он залогинился в Workable и передвинул Рей на следующий этап. Телефонное собеседование. Возможно, она удивится, что с ней будет говорить сам CEO, но, может, это только раздует ее эго. Ему просто нужно было понять, узнала ли она его. И, как бы Кайло себя ни гнобил за это, самая жалкая часть его души просто хотела снова услышать ее голос. Он позвал Баз, чтобы назначить звонок. — Я не из HR, пусть они и назначают. — Базин, ты ведешь мой календарь. Я тебя прошу. — Уф, ладно. Утро или день? — Впиши куда влезет. — Есть, сэр, — с изрядной долей пассивной агрессии в голосе ответила его упрямая ассистентка. Похоже, от привычки к злобным брюнеткам он так и не избавился. Да, он думал о том, чтобы ее трахнуть в начале, но понял, что это будет охренеть какая ошибка, учитывая, что они видятся каждый день. Базин и так знала о нем слишком много — его визиты к врачу, любимый кофе. Слишком близко. Кайло повесил трубку, откинулся на спинку кожаного кресла, сжал переносицу и выдохнул. Он не просто увидел сидящую там, в офисе у Холдо, Рей, похожую на пугливую белку, вжавшуюся в край стула, пока Эмилин играла в свою устрашающую кошачью роль — босиком, развалившись, как королева, с ухмылкой и яркой помадой, как с пером канарейки между зубами. Он встретился с ней взглядом. На долю секунды он замер, будто шел в каком-то слоумо вместе с советом директоров после жаркого спора о покупке нескольких стартапов. Он специально попросил Баз назначить встречу на этом этаже, хотя конференц-зал был меньше и все потом ворчали. Но ему было плевать. Потому что все, о чем он мог думать — это Рей. Здесь. В его здании. Может, она пришла сюда из-за него? Может, знала, что это он, несмотря на смену имени? Она его гуглила? Преследовала? А может, это просто чудесное, охуенное совпадение? Она выглядела так же убого, как и ее резюме. Кайло сразу заметил, что одежда сидела плохо, волосы растрепаны, как будто стриглась сама. Это было как короткое замыкание в голове — видеть ее такой. Но несмотря на все это — несмотря на сутулость, на взгляд побитого щенка, на общий вид человека, которого жизнь прижала лицом к асфальту, — она все еще была такой же красивой, как он ее помнил. И, как бы он себя ни гнобил, он все еще ее хотел. Даже если только для того, чтобы заставить ее страдать. Кайло понял: она должна работать у него. Быть под его контролем. Зависеть от его прихотей. Даже если она пришла специально, чтобы насолить ему, или, что хуже, вообще его не узнала — теперь вся власть была у него. Она точно примет любое предложение. Самую нищенскую зарплату, какую можно предложить по закону. Команду с кучей жалоб в HR. Грязную работу. Он сделает ее не иначе как прославленным стажером, если получится. И это только по работе. У него даже член дернулся от мысли снова иметь ее под собой теперь, когда все так изменилось. Его мозг лихорадочно перебирал способы превратить ее жизнь в ад. Опозорить ее. Унизить. Уничтожить. Он развернулся в кресле к окну, откуда открывался вид на город. Где-то там, внизу, Рей Ниима уже с трудом выживала. И он собирался сделать ее жизнь еще хуже.