Перекрестки

Сквизгаару всё больше казалось, что места, через которые они проходили, становились холоднее и мрачнее. Дома встречались редко, и по пути попадались лишь одиноко горящие огоньки окон где-то вдали. Парень всё чаще прятал руки в карманы, чтобы хоть как-то согреть вечно холодные пальцы. У Токи, кстати, на штанах карманов не было, поэтому он просто сжимал и разжимал покрасневшие от холода кулачки. Было ощущение, будто прошла вечность, пока они плелись до этой злополучной дыры, в которой жил Токи. Ноги устали, особенно болели стопы, и обувь теперь казалась ужасно неудобной и слишком жаркой. В общем, ещё немного — и Сквизгаар начнёт плеваться ядом от раздражения и усталости. Токи даже не замечал угрюмости друга. Он был, как всегда, весел и бодр: пинал камешки на дороге, спонтанно вис на ветках массивных деревьев или переходил с обычной ходьбы на припрыжку, обгонял Сквизгаара, а потом возвращался и начинал болтать о какой-нибудь чепухе, свойственной его маленькому непутевому мозгу. От этих разговоров уши Сквизгаара постепенно вяли, но поделать ничего было нельзя. — А потом я сказал мистеру голубю, что камни есть нельзя, это же глупо — есть камни! Они просто берут и заглатывают их. Голуби реально тупые, как можно есть камни? Пусть лучше едят снег или траву! Но он камни глотает, представляешь?! Сквизгаар, вот если тебе есть будет нечего, ты же не подумаешь: «Дай-ка я съем камень!» Поэтому я решил, что будет правильно им говорить правду. Как они вообще существуют в природе, если едят такую дрянь? Они же невку… — Токи, ты задрал нести чушь про голубей! — Это не чушь, я правда видел, как они едят камни! — Я блин не об этом! Я про то, что ты уже который час трещишь, как придурок! До этого ты затирал про рыбок с ногами, а ещё раньше — про пауков в яме и лесных фей! Говоришь, говоришь, говоришь… У меня скоро мозг взорвётся! Когда мы уже придём к твоему погребу или чёрт знает чему? Я сдохну, если ещё хоть шаг сделаю! Где твоя чёртова яма?! — Вот она. — Токи показал пальцем на слегка заснеженный люк в метре от Сквизгаара. — А… — Сквизгаар… — Токи вдруг понизил голос и огляделся. — Можно попросить тебя вести себя потише?.. — Здесь есть ещё кто-то, кроме нас? — От его слов Сквизгаару стало не по себе. — Нет, пока нет… Но на всякий случай… Ну, понимаешь, чтобы не было неприятностей… Сквизгаар нервно огляделся. Теперь его напрягало поведение мальчика. Токи перестал беззаботно улыбаться и совать нос куда попало, улыбка исчезла, а на её место пришли страх и растерянность. Токи присел, ухватился за массивное свинцовое кольцо люка и изо всех сил потянул на себя. Сквизгаару показалось, что пацан сейчас переломится пополам — даже он вряд ли смог бы открыть эту тяжеленную дверь в одиночку. Но нет: Токи немного попыхтел, и огромный железный люк с глухим скрипом рухнул на иссохшую от холода траву, открыв перед ними длинный узкий тоннель с лестницей, уходящей вниз. Внутри было так темно, что дна не было видно. — Это что за пиздец?! — Сквизгаар отступил на шаг, опасаясь, что Токи вдруг решит столкнуть его туда силой. — Токи, у тебя крыша поехала? Нафига нам туда лезть?! — Всё в порядке, Сквизгаар, я там часто сплю и вообще можно сказать, что живу. Не бойся, глаза быстро привыкнут к темноте. А если не закрывать люк, света будет побольше. — Токи невозмутимо полез внутрь, и через пару секунд его макушка скрылась в темноте. — Токи! Токи, блять! Там же тьма как в жопе! Да чтоб тебя… Сквизгаар потоптался на месте и понял, что остался один среди редкого заснеженного леска. Вокруг не было ни души. По спине пробежал холодок, он поёжился и, резко вздохнув, присел на корточки. Тут же вспомнилось, что Токи что-то говорил про клоуна, который там живёт. От этой мысли его передёрнуло. Вдруг позади раздался хруст ветки — будто кто-то следил за ними из кустов всё это время. Там никого не было, но бурная фантазия Сквизгаара дорисовала остальное. Он вскрикнул и, не раздумывая, полез в яму. Плевать, лишь бы не оставаться наверху одному. Глаза действительно быстро привыкли к темноте. Она была не такой уж непроглядной, и вскоре Сквизгаар разглядел своеобразное помещение: голая протоптанная земля вместо пола, покатые земляные стены, на некоторых проглядывались небольшие царапины, явно оставленные самим Токи. Если подойти к ним ближе, можно было разглядеть и маленькие рисунки, вычерченные от нечего делать, а среди них контрастно выделялся поблёскивающий диск — тот самый, который Сквизгаар подарил ему у себя дома. Естественно, никакой мебели не наблюдалось. Пахло сыростью, было достаточно прохладно, но всё-таки в два раза теплее, чем на поверхности. Сквизгаар прошёл пару метров вглубь и заметил Токи… сюсюкающегося с куклой? Мальчик сидел по-турецки и крепко прижимал к груди соломенную самодельную игрушку-клоуна, что-то нежно нашёптывая. Сквизгаар уставился на него, не зная, как реагировать. — Сквизгаар, знакомься, это мой лучший друг после тебя — мистер Клоун! — Токи радостно протянул куклу, чтобы тот рассмотрел её получше. — Э-э-э… Здрасьте. - Он добрый и весёлый. Он защищает меня от страшных монстров, которые приходят, когда я здесь нахожусь. - Ясно.. Окей.. Токи отложил игрушку в сторону и подскочил к Сквизгаару, сунув ему в руку что-то маленькое и заострённое. — Что это? — Это медиар… метида… медетат… — Медиатор, что ли? — Да! Он самый! Я знаю, что ими играют. Ты сейчас не разглядишь, но с одной стороны я вырезал тебя, а с другой — себя. Сквизгаар покрутил медиатор в пальцах. Непонятно, из чего он сделан, но вроде бы играть им можно. Не такой уж этот пацан и бестолковый в плане подарков — придраться не к чему. — Он из бараньей кости. Я взял обломок на скотобойне, когда помогал отцу разделывать овец. — Ты сам баранов режешь? — Ну… приходится. Мне их очень жалко, аж до слёз, но нам же надо что-то есть, да? Ужас, столько крови было… Они так кричат, Сквизгаар, честно, страшно слушать. Кишки во все стороны летят, когда их потрошишь, а внутри ещё непереваренная пища и… Сквизгаар зажал рот ладонью, чтобы не вырвало. — В чём проблема просто купить мясо в магазине? — выдавил он, стараясь не представлять услышанное. — Наверное, это как-то связано с религией моих родителей. Я же говорил, меня не посвящают во многие вещи. — Токи присел на землю. Сквизгаар устроился напротив. — А эту дыру кто рыл? — Он окинул взглядом подземелье. — Наверное, отец. Он выкопал её, чтобы наказывать меня за провинности. Я тут бываю очень часто. — Я одного не понимаю: зачем в свой день рождения лезть сюда? Разве нет других мест? Ну, не знаю… Кино, например? — Сам Сквизгаар не отмечал дни рождения уже который год — ему было плевать. Токи задумался, наморщил нос, обхватил колени и начал ритмично раскачиваться. — Я не хожу в кино и ни разу там не был… Но дело даже не в этом. Я боюсь этого места. Мне здесь в принципе не нравится. Но знаешь, Сквизгаар… — Токи посмотрел сквозь темноту прямо в его глаза, отчего у того странно ёкнуло в груди. — Я пришёл с тобой, потому что, когда ты рядом, мне ничего не страшно. — Он сказал это шёпотом, будто их мог кто-то подслушать. — Я так поборол свой страх. И это круто. Теперь я хоть неделями тут могу сидеть — и хоть бы что. Правда же круто? — Странный ты… — Сквизгаар смутился и отвел взгляд. Внезапно произошло то, чего никто из них не ожидал. Сверху раздался скрип — кто-то поднял люк. Мальчишки бросились к лестнице, но успели лишь мельком увидеть тёмный силуэт человека в шляпе, прежде чем крышка с грохотом захлопнулась, оставив их в полной темноте. Сначала воцарилась тишина. Оба пытались осознать произошедшее. — О нет… — выдохнул Токи. - Нет-нет-нет... Они не должны были тут находиться.. Сквизгаар не сказал ни слова. Молниеносно вскарабкавшись по лестнице, он изо всех сил упёрся в люк, но тот даже не шелохнулся. Доска под ногами трещала под напором. — Подожди, Сквизгаар! Ты упадёшь! — Токи вцепился в лестницу, чтобы та не обрушилась. — ЭЙ! ВЫПУСТИТЕ НАС! ТУТ ДВА ЧЕЛОВЕКА! ОТКРОЙТЕ! — Сквизгаар не слушал, он колотил в стальную дверцу. — ПОСЛУШАЙТЕ! ТУТ ЕЩЁ ОДИН! Я ХОЧУ ДОМОЙ! Э-Э-ЭЙ!!! — Сквизгаар… спускайся, ты его не откроешь. Он, скорее всего, на запоре. Но Сквизгаар не унимался, пока совсем не выбился из сил и не обвис на лестнице. Теперь стало по-настоящему страшно. Сколько их собираются здесь держать? Что, если мать вернётся домой, а его нет? А если эти люди захотят оставить его здесь навсегда? Он никогда не увидит Америку, разучится играть… Что он без гитары? Токи виновато косился на него, не решаясь заговорить. Это из-за него Сквизгаар теперь здесь. — Когда они нас выпустят? — вдруг раздалось сверху. — ТОКИ! КОГДА ЭТИ УРОДЫ ОТКРОЮТ ЭТУ ЧЁРТОВУ ДЫРУ?! — Не знаю… Обычно меня держат день или два. Сквизгаар, прошу, спускайся. Они просто так не откроют. Ладно. Всё равно толку ноль. Он спустился, злобно глянул на Токи и сел в другом углу, подальше. Яма давила со всех сторон — клетка без выхода. Ужасное ощущение. Чем он заслужил такое? Лучше бы сидел дома… Надо было не доверять этому придурковатому пацану! Может, он специально его сюда заманил? — Сквизгаар? — Токи не выдержал тишины. — Прости меня… — Отвали, додик. — Сквизгаар даже не взглянул на него. Глаза предательски заслезились. Он не плакса, но от страха слёзы наворачивались сами. Токи опустил голову. Ему было жаль, что так вышло. Не стоило тащить сюда друга, зная, что его родители где-то рядом. Не зная, что сказать, он осторожно подобрался ближе, но сохранил дистанцию. Лицо Сквизгаара было скрыто за рукой — неясно, плачет он или просто отдыхает. — Тебе страшно?.. — рискнул спросить Токи. Молчание. — Прости… Нас обязательно выпустят. Просто надо потерпеть, ладно? — Это из-за тебя мы здесь! Ты этого хотел, да? — Сквизгаар всё ещё не поднимал голову. — Загнал меня сюда, а теперь рад, что не один торчишь? А я-то чем виноват?! Если ты специально меня заманил, я клянусь, задушу тебя и сделаю из твоих костей тысячу таких же медиаторов! — Он вытащил подарок и швырнул его на землю. Только тогда поднял глаза. — Разве я виноват, что меня тут запирают? — Токи смотрел прямо в душу. Его нижняя губа задрожала, а костяшки пальцев побелели от силы с которой сжались его кулачки. Сквизгаар не выдержал взгляда. — Откуда я знаю? Я сказал, что думаю. — Сквизгаар, я здесь с самого детства. Провожу дни и ночи в полном одиночестве. НЕУЖЕЛИ Я НЕ МОГ ХОТЬ РАЗ ПРИВЕСТИ СЮДА ДРУГА?! Сквизгаар остолбенел, когда Токи вскочил, схватил камень и швырнул его в стену, чуть не попав в диск. —Почему я не могу иметь друзей?! Гулять, есть мороженое, пить газировку, как все нормальные дети?! У меня даже дома нет, чтобы пригласить кого-то в гости! Ты думаешь, мне не страшно?! Мне страшно не за себя — а за то, что ты узнаешь, кто я, и бросишь меня, как все! А ты ещё говоришь, что я специально привел тебя сюда?! Да я врагу такого блять не пожелаю! — Токи разрыдался. Громкий плачь окутал всю пещеру, разразился по ней еле слышным эхом. Сквизгаар прижался к стене, опасаясь, что пацан в ярости швырнёт в него чем-нибудь. Он никогда не видел Токи таким. Вдруг Токи бросился к нему, Сквизгаар дернулся, стараясь увернуться, но Токи не дал ему даже шанса вырваться, крепко обхватив руками и сгреб в объятия. — Прости-и-и! — всхлипывал он. — Ты мне так дорог!.. Я знаю, ты больше не захочешь со мной дружить… — Да ладно… не так уж тут и плохо… — Лишь бы он заткнулся. — Токи, слезь, ты мне всю футболку испачкал соплями своими. Сам потом стирать будешь. Токи отстранился и вытер краем и так замызганной футболки свои следы со Сквизгаара. — Ты… не сердишься?.. — Почти нет. Только не начинай опять реветь. Раз уж мы здесь, давай не сходить с ума. - Сквизгаар постарался сесть поудобнее. Токи снова обнял его, но уже спокойнее. — Мы выберемся… Обещаю. Как ни убеждал он друга, что их закрыли здесь не специально, Токи всё же был несказанно рад — впервые за всё время он оказался в этом месте не наедине с соломенным клоуном.