The Saga of Shirou's Summons

***

— Как я выгляжу? Широ в последний раз поправил юкату, убедившись в зеркале, что всё на месте, прежде чем повернуться к своей Слуге. Ответ, который он пытался сформулировать, застрял у него в горле. Он один раз кашлянул. — Э-э… а какой у тебя любимый синоним к слову «потрясающе красива»? — спросил он, отводя взгляд и неловко почесывая затылок. Кастер рассмеялась. — Когда-то мне нравились слова «привлекательная» или «великолепная». Но и это прекрасно подходило. Хотя её смех был знаком, что-то в ней изменилось. Её новая одежда, фиолетовые одеяния, расшитые индиговыми цветами и украшенные лазурными вкраплениями, должна была лишь подчеркнуть её нереальную красоту, но каким-то образом она её преобразила. Возможно, дело было лишь в изменении её позы, но её небесная красота стала… земной. Немного не вписывающейся в современную эпоху, но настоящей. Ему казалось, что он смотрит на ожившую гейшу из прошлого. Что, если подумать, было не совсем неправдой. — Значит, ты готова ехать? — спросил он. — Ага! Особой подготовки не требуется, когда ты — неосязаемый дух, чья способность к проявлению зависит от воли и способностей его смертного якоря! Широ улыбнулся в ответ, хотя и знал, что она почувствовала боль от этих слов гораздо сильнее, чем он. Их разговор, состоявшийся несколько ночей назад, всё ещё давил на них обоих и на их отношения. Он не знал, как с этим справиться, но Кастер пыталась отнестись к этому с юмором. Они оба понимали, что это далеко не так смешно, как она пыталась это представить, но Широ усвоил ценный урок за время работы с Райгой. Иногда людям лучше согласиться на ложь, чем пытаться разобраться с правдой. Встретиться лицом к лицу с правдой означает открыть дверь, которую порой лучше оставить закрытой. Она взяла его за руку. — Пошли! — сказала она, потянув его за собой, — Мы пропустим фейерверк! — У нас есть час, Кастер! Она бросила на него взгляд, прищуренный под опущенными ресницами, словно ожидала этого раньше. В спешке, пытаясь выпроводить его за дверь, Широ чуть не споткнулся. Она ничуть не сожалела, но, по крайней мере, подождала, пока он обуется. — Я ушел, — сказал он пустому дому и последовал за слугой за дверь. События десятилетней давности оставили шрамы не только на Широ. Город Фуюки был частично разрушен пожаром, унесшим множество жизней и лишившим жизни многих людей, и оставившим невидимые травмы на лицах тысяч его жителей. Но прошедшие годы помогли залечить раны, и жители его родного города не хотели, чтобы эта дата ассоциировалась со страхом и скорбью. Улица была освещена бумажными фонариками, свисающими на тонких веревках, натянутых между электрическими столбами, а звуки лающих торговцев и смех создавали оживленную атмосферу. Широ пришлось на мгновение отпустить руку своего Слуги, чтобы пропустить группу детей, пробегающих между ними. Их взгляды встретились, и сердце Широ затрепетало от радости в её глазах. Он улыбнулся ей. — С чего ты хочешь начать? — спросил он. Она на мгновение оглядела улицу, остановилась и принюхалась, почувствовав доносящийся до них восхитительный аромат. — Еда? — предложила Кастер, — Почему бы не начать вечер с сытного ужина? Он кивнул и снова взял её за руку. Она удивленно подняла изящные брови, но, лишь слегка потянув его, подошла к нему. Они шли к ларьку с едой, чувствуя её тепло в руке Широ. Уже через сутки после пожара местные бизнесмены объединились, чтобы создать фонд восстановления, который муниципальные власти быстро поддержали официально. Парламент принял законопроект о помощи, и местные подразделения Сил самообороны Японии были мобилизованы для оказания помощи в строительстве полевых госпиталей и эвакуации пострадавших. Спустя годы Широ вспомнил кадры, на которых группа мирных жителей и солдат пробиралась сквозь завалы и спасала пострадавшую семью — мужа, жену и двоих детей. Неподдельная радость, которая вспыхнула в толпе при виде их, счастье семьи от того, что они остались живы, сияющее на их лицах, то, как они обнимали друг друга, когда с них осыпалась бетонная пыль… …может быть и я когда-нибудь это почувствую? Кастер один раз сжала его руку. — Эй, — сказала она, немного приблизившись к нему по пути, — Думать о других женщинах во время свидания невежливо, понимаешь? — Я не…! — он сжал руку и посмотрел на неё сверху вниз. — Попался! — ее насмешливая улыбка мгновенно заставила его замолчать. — Да, — наконец сказал он, снова повернувшись лицом вперед. Он даже не понимал, почему покраснел; ему же вообще нечего было стесняться, — Ты меня раскусила… Они несколько мгновений простояли в длинной очереди у ларька с тайяки, и Широ снова обратил внимание на проходящую мимо семью. Кастер снова сжала его руку и открыла рот, чтобы что-то сказать… — Эй, малыш! — смутно знакомый голос отвлёк внимание Широ. Он замер, его взгляд остановился на ближайшем ларьке. Тёплая атмосфера, окутывавшая его, была нарушена едкой тишиной. Синие волосы, красные глаза, на лице — акулья ухмылка. — Выглядишь немного голодным, — сказал Лансер, указывая на свои запасы закусок и конфет, — Могу ли я предложить вам несколько блюд из моего меню? Кастер в мгновение ока оказалась перед ним, скрестив одну руку на груди, а другую направив в сторону Лансера. — Если ты думаешь, что сможешь меня одолеть, потому что нас нет дома… — Эй, эй, всё не так! — Лансер поднял руки, чтобы успокоить её, — Мне строго-настрого запрещено затевать сегодня драки. Я просто помогаю людям. Он снова посмотрел на Широ. — Ты же понимаешь что в тот раз не было ничего личного, верно? Широ проглотил камень, застрявший у него в горле, и Кастер повернулась к нему. Я… я… Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Ее рука успокаивающе лежала у него на груди. Нет. Это не испортит мне вечер. Я этого не допущу. — Да, — наконец сказал он, стараясь как можно увереннее говорить, — П-просто реалии Войны. Кстати, что у тебя есть? Он коснулся руки Кастер, и она опустила её, бросив на него обеспокоенный взгляд. Он ободряюще улыбнулся ей, или, по крайней мере, надеялся, что это его ободряет. Что бы он ни сделал, она больше ничего не сказала, только снова взяла его за руку. — А, честно говоря, — Лансер почесал затылок, когда они подошли к прилавку, — Я даже половины из этого не знаю. Я просто помогаю старику, пока он едет отдыхать на фестиваль со своими внуками. Держу пари, ты знаешь больше моего. Широ наклонился вперед, внимательнее рассматривая выпечку, висящую сбоку от Лансера. Через несколько мгновений он взял две порции такояки и несколько салфеток, одну из которых передал Кастер. — О, эти штуки пользуются огромной популярностью, — сказал Лансер, открывая кассу, чтобы принять оплату. — Скоро они закончатся, и я не знаю, как приготовить ещё… Он оглянулся назад, словно надеясь, что по его приказу появится владелец ларька. — Зачем ты предложил помощь, если даже не знаешь, как продавать еду? — вежливый тон Кастер ничуть не смягчил резкость ее слов. — Разве плохо помогать тому, кто в этом нуждается? — спросил другой Слуга, подняв бровь. Широ не смог сдержать громкий смех, отчего оба посмотрели на него. — Извините, — сказал он, не в силах сдержать улыбку, — Просто… нет, в этом нет ничего плохого. Он обменялся взглядом со слугой и почувствовал, что они понимают друг друга в этом одном особом смысле жизни. Они обменялись ироничными улыбками. — Эх, парниш, — выдохнул Лансер и покачал головой, — Какая ирония что именно в этом между нами такое взаимопонимание… — Да… — Широ вздохнул вслед за ним. — Знаешь, ты гораздо спокойнее, чем я ожидал. Я думал… -К-кхм! — Слуга резко дернула его за руку, — Спасибо за еду, хорошего вечера. — Э-эй! — Широ почувствовал, как его грубо тащат по улице, он едва держался на ногах, — Притормози! — Хорошо проведите время! — помахал им Лансер, — Не забывай предохраняться! Лицо Широ вспыхнуло пламенем, но Кастер продолжала тащить его за собой, пока они не отошли на несколько кварталов и не сели на скамейку между киоском с кольцебросами и киоском с масками. — Ты понимаешь, насколько это было опасно, правда? — сказала она, не обращая внимания на такояки, и уставилась на него, — Я не смогла бы помешать ему снова причинить тебе боль. Широ с удовольствием жевал кусочек такояки. Немного пересоленный и прохладный из-за того, что несвежий, но вполне приличный. — Думаю, он был искренен, когда сказал, что не ищет драки, — ответил Широ, — И, ну… я… Слова застряли у него в горле. Он отвел взгляд, неловко откусив еще один кусочек. В воздухе повисла многозначительная пауза. Она вздохнула. — Ну… по крайней мере, ты не пытаешься перепрыгнуть через меня, — тихо сказала она, откусив кусочек своего такояки, а затем выплюнула его, — Фу! Что за… это даже невкусно! Оно черствое! — Вот, возьми мою, — он протянул ей свою порцию, — Мне она показалась вкусной. Она на мгновение замолчала, прежде чем согласиться. — Ну, если ты так говоришь… — они поменялись местами, и Широ откусил кусочек такояки. Ого, и впрямь дрянь какая-то… — Это так странно, — сказала Кастер, глядя на наполовину съеденный шарик теста, — Почему этот получился нормальным, а тот, что я ела, ужасным? — Разные партии? — предположил он, вытирая рот салфеткой. — Если Лансер не производил новые, то он не мог заменить испорченные, и, возможно, тот, что я получил, был из последней партии, которую изготовил владелец, пока твой уже какое-то время лежал у него. — Хм, — она доела откушенный кусочек и принялась за следующий. Широ встал и выбросил свою лодку и салфетки в ближайшую мусорную корзину, — Это не ужин, понимаешь? — Ночь только начинается, не так ли? — спросил он с лёгкой улыбкой. Она подняла брови. — Ух ты, Широ. Это было… довольно ловко. Я впечатлена. — Э-э… После того как она поела, они снова пошли, но Кастер остановила его прямо у прилавка с масками. Ее взгляд был прикован к белой лисьей маске, висевшей высоко. — Широ, — тихо сказала она, — Пожалуйста? Ей не нужно было говорить таким голосом. Он уже вытаскивал еще несколько стойеновых купюр. Вскоре Кастер надела маску, и он последовал ее примеру, надев такую ​​же красную. Прежде чем он успел что-либо понять, она откинула волосы назад, развеяв свои искусственные человеческие уши, и из-под них выскочили два звериных уха. — Ты уверена?.. — протянул он. — Если кто-нибудь увидит, он, вероятно, подумает, что это… косплей, кажется, так это называется, — сказала она, — Но я не особо волнуюсь. Широ кивнул и взял её руку в свою. — Сегодня вечером ты был довольно напористым, — заметила она. Он почти отпустил ее руку, но она крепче сжала ее, прежде чем он успел это сделать, — Ты наконец-то смирился со своим новым семейным положением? Он ничего не сказал, лишь губы дрогнули в отголоске улыбки. — Пошли… — теперь настала его очередь тянуть ее за собой, хотя ей было гораздо легче за ним угнаться, — Ты хотела поиграть в игры, не так ли? — Очень напористым, — добавила она, — Посмотрим, что у них есть. Город Фуюки удивительно быстро оправился после пожара, в этом не было никаких сомнений. Но восстановления оказалось недостаточно. Ни для муниципального экономического совета, ни для мэра, ни для многих его жителей. Через год после катастрофы они провели первый Праздник памяти, и с тех пор Фуюки отмечает этот день с надеждой и радостью. Поднявшись на холм и взглянув на свой родной город, улицы которого бурлили жизнью, Широ вспомнил, как отец впервые взял его на фестиваль. Он выиграл какую-то игрушку в тире, не помнил, какую именно. Это был один из немногих случаев, когда он видел этого человека с искренней улыбкой. Старик Райга был там со своей внучкой, и… — Ты опять это делаешь, — сказала Кастер. Он вздохнул и покачал головой. — Прости, — сказал он. — Это место вызывает много воспоминаний. — Оглядываться в прошлое — это нормально, — она провела большим пальцем по его ладони, — Это часть тебя. Но если ты будешь слишком много времени проводить в прошлом, ты упустишь свой шанс создать новые воспоминания. Улыбка была едва заметной. — Поверьте мне, человеку, который чуть не утонул в своих сожалениях. Он глубоко вздохнул и огляделся. К своему удивлению, чуть дальше по улице он заметил тир, который помнил по памяти. Он легонько потянул за собой свою Слугу. — Ну, давай попробуем что-нибудь интересное, — сказал он. Но когда они приблизились к галерее, молодая женщина в толстовке с ушами летучей мыши заняла место у прилавка и взяла деревянную винтовку. Кастер замерла на месте. — Широ, — пробормотала она, — Это Ассасин. Я не могла понять, что она Слуга, пока она не применила магию… Кастер замолчала, когда Ассасин трижды выстрелил, вращаясь на месте, как машина. — Ч-что?! — воскликнул владелец ларька, снимая шляпу, — Как ты это сделал?.. Ты, должно быть, сжульничала! — Замолчи свой рот! — выплюнула в ответ Ассасин, — Не смей оскорблять мои навыки! Я сотни часов тренировалась в Counter-Strike и Quake III! — Ни за что, ни один человек не может так целиться! — возразил владелец ларька, указывая обвиняющим пальцем, — Вы получаете один приз, и всё! — Тц, ладно, — уступила Ассасин, — Дай мне этот. Она указала на термос, украшенный изображением волшебной девочки, который стоял на высокой полке. — Как и следовало ожидать, ты выберешь ограниченную серию… — пробормотал владелец, но тут же взял приз с полки и передал его Ассасин, — Больше не приходи. Она повернулась и подошла к ним двоим, еще сильнее натянув капюшон, чтобы закрыть лицо. — …думала, что собираюсь… — услышал Широ её бормотание, прежде чем она столкнулась с Кастер, — Эй! Смотри… Ассасин замерла, подняв голову и заметив Кастер, который также наклонил голову. — Химе…? — спросила Кастер. — О нет… — Ассасин быстро повернулась и быстрым шагом направился прочь, — Нет. Нет. Не хочу с этим связываться. Сайонара! Другая Слуга исчезла так же быстро, как и появилась, затерявшись в внезапно увеличившейся толпе. Очень удобно… — Кто это был? — спросил Широ. — Старая… знакомая, полагаю, — пожала плечами Кастер, — Это не проблема. Могу заверить вас, что если она — Ассасин, то нам не придётся беспокоиться об одном Слуге. — Э-э, хорошо. Может, нам стоит пойти за ней? — Нет, это у неё отлично получается, — усмехнулась она, — Прятаться — её конёк. Наверное, она сейчас бежит обратно в свою пещеру. Лучше… Кастер указал на стрелковый стенд, и Широ кивнул. — Извините, — сказал он, доставая пятисотиеновую купюру, — Я попробую… Три минуты спустя Широ разочарованно опустил голову, а Кастер похлопала его по спине. — Ну-ну, — утешала она. — Ты очень старался. — Я не понимаю… — пробормотал он, — Раньше я был так хорош. Что изменилось? — Знаешь, я слышала, что с возрастом рефлексы замедляются и притупляются. Может быть, тебе пора задуматься о выходе на пенсию? — Пенсию? Да мне даже двадцати то нет, и я ничем таким не занимаюсь! — и, надо сказать, он был этим крайне недоволен. — Именно, — кивнул Кастер, — Теперь тебе нужно меньше трудиться. Можешь спокойно валяться дома. Я прекрасно о тебе позабочусь. Он не мог сдержать смех. — Уйти на пенсию в семнадцать лет звучит… довольно неплохо, на самом деле. А с тобой это было бы… Широ остановился на улице и посмотрел на неё. Она сияла в свете фонарей, тепло светящихся в ночи. Её земная красота казалась настолько осязаемой, что он забыл, как близко они были к концу Войны за Грааль. Как близко они были к… — Ее больше нет, — прошептала она, — В конце концов я ничего не смог сделать, и теперь ее нет. Как еще один сон, как все мои надежды и желания, ее больше нет. …и вскоре и у него не останется ничего, кроме воспоминаний. — Широ? Кастер сняла маску и посмотрела на него с глубоким беспокойством. Вы снова это делаете. Кто из вас двоих более искренний? У кого больше времени на этой Земле? Он глубоко вздохнул и улыбнулся. — Прости, — сказал он и взял её за руку, — Я сегодня не очень хорошо к тебе отношусь, правда? Она смогла отразить в его глазах легкую улыбку и сжала его руку. — Нет, ты получаешь удовольствие, — сказала она, — Мне очень нравится. Но ты никогда этого не поймешь, если будешь постоянно оглядываться назад. — Правда? — спросил он, — Я… слава богу. Я так старался. — И ты хорошо справляешься, — мягко ответила она, — Тебе просто нужно постараться быть немного внимательнее к другим. Легко затеряться в собственных мыслях, когда тебя одолевают тяжелые мысли. Помни, что ты не одинок. Широ кивнул. — Я сделаю все, что в моих силах. — Это всё, о чём я прошу… — её большой палец снова коснулся его ладони. Следующие пару часов пролетели как в тумане. Они останавливались, наверное, у каждого продуктового ларька в округе. Широ даже удалось выиграть в другой стрелялке, а Кастер получила в подарок плюшевую лису с лучезарной улыбкой. В итоге они отдали свои маски и игрушку группе детей, игравших в прятки, но Кастер явно не возражала. Она просто излучала радость. Это было странно. Он не видел такого счастливого человека с тех пор, как… Прекрати… Широ позволил себе улыбнуться, расстелив плед для пикника и прислонившись к дереву. Вид с вершины холма был захватывающим: полная луна отражалась в море, а яркие огни заливали Фуюки. Замысловатые, разноцветные узоры ярко сияли на небоскребах в центре города. Каждый район был освещен, на каждой улице были расставлены палатки и навесы. В гавани плавали корабли, рыболовные траулеры и яхты, явно устраивавшие вечеринки и пиршества в честь этого дня. Фуюки был жив. И не подумаешь, что идёт война. Между его раздвинутыми ногами словно опустилась тяжесть, и, не задумываясь, он обнял Кастер. Она довольно прошептала, прижавшись к нему. — О чём ты думаешь? — тихо спросила она. Он вздохнул. — Опять о чём-то тяжёлом? — Нет, просто… — он глубоко вздохнул и снова посмотрел на город, — Это приятно. Это напоминание о том, за что я борюсь. — Нет, Широ, ты не будешь сражаться за них, — сказала Кастер, положив руки поверх его, — Ты не можешь и никогда не сможешь знать каждое имя, каждое лицо, каждую жизнь в этом городе. Эта абстракция недостаточна, чтобы подтолкнуть тебя к битве. Раздался громкий визг, когда с одного из кораблей в гавани был запущен первый фейерверк, и, достигнув вершины, он взорвался бесчисленными красными огнями. — Ты борешься за себя, — продолжила она, в ее голосе звучала меланхолия, — Ты борешься за свою мечту, за то, что тебе дорого. Единственное, что может поддержать нас в самые темные ночи, — это то, что мы храним в своих сердцах. Следующие были зелёными и синими, образуя выжигающие узоры в небе. — Ты и так знаешь, что это такое, не так ли? — спросила она, слегка повернув голову в сторону, чтобы посмотреть на него. В ее янтарных глазах повис тяжелый вопрос. Сердце Широ на мгновение замерло, когда ее силуэт озарился белыми полосами и лунным светом. Да. — Да, — ответил он, когда смог снова дышать. Ее улыбка была теплой, и она еще сильнее прижалась к нему, уютно устроившись головой в изгибе его шеи. — Я рада, — прошептала она, обвивая пальцами его руку. — Я тоже… Холодный воздух словно вот-вот растает вокруг них. Широ не был так близко к другому человеку уже… ну, он ничего подобного не помнил, кроме того фильма, который они смотрели вместе. Ее тепло было успокаивающим и манящим, и он обнял ее еще крепче. — Спасибо, — сказал он через несколько минут, когда фейерверки продолжали осыпать небо. — Пожалуйста, — ответила она. — За что ты меня благодаришь? — За это… за все За то… что… кажется, я сейчас счастлив, — он вдохнул аромат кедровых деревьев и земли после дождя. — Какие это ощущения? — У меня сердце вот-вот выскочит из груди, — он тихо рассмеялся, поняв, что его сердце бьется гораздо сильнее, чем он сам заметил. — Хе-хе. Вот такой вот вид счасть, да? — спросила она. Он был достаточно умен, чтобы понять, что это риторический вопрос, — Тогда могу я тебя кое о чем спросить, Широ? — Давай… — он разжал объятия, когда она нежно оттолкнула его. Она повернулась у него на коленях, ее глаза сияли от радости. — Думаю, я уже знаю ответ, но просто хочу подтвердить… — она взяла его руки в свои и переплела их пальцы, — Ты ведь никогда не целовал девушку, правда? — Я… я так не думаю, нет, — он покачал головой, внезапно потеряв способность смотреть ей в глаза, — А что? Она хихикнула. — И ещё один совет, — сказала она, нежно поглаживая его по щекам и поворачивая голову так, чтобы он не мог отвести от неё взгляд, — Старайся проявлять инициативу чаще. Не каждый сделает это для тебя. — Что… Теплые губы прижались к его губам, нежное прикосновение сопровождалось руками, которые обхватили его голову сзади и притянули ближе. Его сердце снова замерло, и прошла целая вечность, пока не вспыхнул еще один фейерверк — он не мог сосредоточиться на его форме. Он едва смог начать целовать ее в ответ, когда она отстранилась, нежно улыбаясь. — Быть ​​глупым мило только до определённого момента, — сказала она, наклонившись и прикоснувшись лбом к его лбу. Почему он покраснел? — Тебе нужно повнимательнее смотреть и слушать. Сердца не так уж и молчаливы, как ты думаешь. Просто нужно выучить их язык. Он снова обрел голос. — Чт… Вопрос, слетевший с его губ, замер в ее взгляде. Прекрати думать. Начни действовать. — …не могла бы ты меня научить, пожалуйста? — спросил он. Ее улыбка стала еще шире, если это вообще было возможно. — С удовольствием, дорогой…