Красота

Почему-то всё воспринимается на замедленной скорости. Крикливая "аджума с рынка" орёт во всю глотку. Когда ее голосовым связкам требуется пауза, а лёгким — вдох, она переходит на какие-то нечленораздельные звуки. Это уже не вой — на него не хватает сил. И не стон — его, видимо, она бережёт на финал сцены. Издаваемые ею звуки похожи на причитания — с резкими переходами от мольбы к проклятиям. Хорошо, что её кто-то удерживает. Аджосси, вцепившийся ей в плечи и удерживающий на месте, поразительно напоминает "Его" любимого, но на пару десятков старше. Он что-то говорит, но сквозь крики обезумевшей женщины и напряжённые попытки Джехвана привести её в чувство, невозможно разобрать ни слова. Сокджин сидит в состоянии полнейшего оглушения. Смотрит на развернувшуюся сцену, своими огромными, округлившимися от шока глазами и вообще ничего не понимает. Он моргает несколько раз, и выныривает в реальность от ощущения, влаги на своей руке. Переводит взгляд на ладонь, констатируя, что влага ничто иное как кровь... Причем кровь его, его собственная. Он касается разбитого носа и мир обретает цвет, звук и темп. Аджума снова орет и тянет свои руки по направлению к Джину. Но, до него далеко. Зато недалеко до струн. Сокджин точно знает, сколько их таких, нежно-голубых завитушек от идентичного цвета воздушных шаров свисают, из-под потолка - восемьдесят. И на каждой подвешенна поларойдная фотография -доказательство их счастья, свидетельство их любви. Такой не правильной, такой не принятой, такой грязной и постыдной. Той, что они так тщательно прятали и защищали на просторах этой квартиры последние пяти лет. Аджума тянет свои "грязные" руки, срывая фото и раздирая их в клочья. Единственные экземпляры, запечатлённых кусочков их памятных событий.Голос Дже, странным образом выходит на передний план. Сокджин слышит, как он пытается успокоить мать, обещает ей все исправить и одновременно идет вперед, оттесняя родителей по направлению выхода. Сокджин подымается, но слишком резко. Перед глазами все плывет, но он не падает, находя опору в спинке дивана. Он на мгновение закрывает глаза, останавливает равновесие и направляется в сторону ванны. За спиной, новая волна "шума". Он кидает взгляд через плечо и натыкается на ответный взгляд "любимых" глаз. Колючий, холодный, чужой. Этот день, "они" не переживут. Все так и закончится, на их пятую годовщину.