Командировка

      Миссия в Стране Воды подходила к концу. Шикамару искренне недоумевал, почему Шестой так любит посылать его одного на инфернально самоубийственные миссии и не предупреждает, что данных разведки о маршруте перемещения почти нет, что даймё только и ждёт подставы от Конохи, что погода в этот сезон просто кошмарная. В конце концов, на дипломатические миссии обычно шлют целые делегации с подарками, чтобы расположить сильных мира сего к переговорам, а не одного несклонного к общению с вышеупомянутыми сильными мира шиноби, который только вернулся из пустыни, где провёл почти месяц.       Впрочем, это была его ошибка: сказать, что он готов нырнуть в реку с головой и не выныривать оттуда никогда, было, по меньшей мере, не слишком обдуманно. И вот он уходит с успешно завершившихся переговоров в шквальный ливень, чтобы в гостинице собрать вещи и отправиться, наконец, домой. Под дождём чертовски неудобно курить. В гостинице, переодевшись, направился в столовое крыло — организм требовал порцию горячей лапши.       Возле входа обнаружились несколько заселяющихся постояльцев, которые были в основном обывателями, это легко читалось по их ленивым движениям и простой однотонной одежде. Один из них всё же выделялся: высокий мужчина в чёрном плаще с вышитыми на нём красными облаками. Шикамару не хотел привлекать внимание, поэтому отвёл взгляд и прошмыгнул мимо, но что-то его насторожило. Взгляд у незнакомца был недобрый и опасный. Шика надеялся, что ему показалось.       Столовое помещение простаивало — было ещё рано для ужина и уже поздно для обеда. Он сделал заказ и выбрал стол в самом углу, чтобы быть не слишком заметным и при этом иметь наибольший угол обзора.       Тишина, невозмутимость и рутинность обстановки немного успокаивали, но незнакомец не выходил из головы. Хотя он скорее вызывал любопытство. Мало кто стал бы демонстрировать себя так явно, а этот носил яркий плащ и не пытался скрыться, подобно ядовитой лягушке он всем видом показывал, что лучше к нему не приближаться.       Человек-загадка не заставил себя долго ждать и, подыгрывая мыслям Шикамару, появился в столовой. Движения его казались слегка ленивыми, но на самом деле были очень уверенными и жёсткими, ни одного лишнего, в них хорошо читалось физическое превосходство и горячая уверенность в себе.       Стоп. Горячая? Откуда в голове возникла эта мысль, Шика и сам не понял. Хотя, если задуматься, ему уже двадцать лет, а он родную деревню из-за обилия миссий видит раз в месяц, и то, если у Шестого хорошее настроение. Бывает, что он между заданиями даже домой не заходит. Это ощущалось как заговор против его половой жизни. И вот, миссия за миссией, задание за заданием, и он уже позабыл о тепле человеческого тела рядом. Его единственными попутчиками стали пачка сигарет и зажигалка, которую на какой-то праздник подарил Асума.       Оказавшись наедине с тоскливыми размышлениями о том, что он, вместо безудержного секса, которого иногда так требует юное тело, занимается налаживанием политических отношений Конохи с этой Ками покинутой страной, Шикамару уже не так удивлялся, что запал на какого-то очевидно опасного мужика. Незнакомец показался ему более чем привлекательным.       Сейчас его можно было рассмотреть внимательнее, насладиться в полной мере видом его полуобнажённого торса (плащ был расстёгнут, открывая вид на сильное тело), полюбоваться серебристыми волосами до плеч, поймать острый взгляд тёмных глаз…       Последнее, кстати, вообще не входило в планы Шикамару, он просто слишком увлёкся и пялился абсолютно бесстыже. Поняв, что замечен, Шика смутился и сразу отвёл взгляд, чуть покраснев, и не поднимал до тех пор, пока не допил чай и не засобирался срочно в комнату. Впрочем, бросив быстрый взгляд на мужчину, понял: тот так и не перестал смотреть на него. Мужчина улыбнулся уголками губ и легко подмигнул. Или показалось?..       Шикамару ретировался. На спине оставалось ощущение острого взгляда, кончики пальцев чуть дрожали. Этот цепкий взгляд не давал ему покоя. Он был какой-то особенный, из тех взглядов, что заставляют ёжиться или болезненно вздрагивать. От него сердце начинало колотиться, как сумасшедшее. Юноша успокоился, только оказавшись в номере. Каждая клеточка его тела трепетала от острой смеси стыда и возбуждения.       Неловко, что он так нагло влез в чужое личное пространство, так ещё и всякие непристойные мысли лезли в голову, будто он подросток, нашедший в вещах отца журнал с изображениями голых женщин. Шика так и просидел под дверью, пытаясь избавиться от навязчивой идеи, что незнакомец всё же ему подмигнул.       Вечерело. Хорошо было бы сходить в онсэн, отогреться и расслабиться после трудного и полного впечатлений дня. Шикамару быстро собрался и направился в подвал гостиницы, где как раз был расположен выход к горячим источникам. Оставив одежду в раздевалке, он шагнул в тепло.       Онсэн представлял собой несколько маленьких бассейнов в очень жарком заполненном паром помещении. Посетителей было немного, но парень всё равно нервно осматривал каждого, стремясь заметить знакомую с обеда серебристую шевелюру. — Потерял кого-то, малыш? — низкий голос, негромко прозвучавший возле самого уха, кажется, парализовал парня. Он даже не обратил внимание на странное прозвище, оцепенев, не в силах даже слова произнести, лишь мелко вздрогнул, что, несомненно, не укрылось от незнакомца, — не пугайся.       Шикамару сделал несколько торопливых шагов и опустился в ближайший свободный бассейн, решив сделать вид, что ничего необычного не произошло. К его сожалению и восторгу, мужчина сел напротив него. Проблемно. Горячая вода обнимала тело, распаривала, но не расслабляла. Шикамару изо всех сил притворялся, что не замечает вольготно расположившегося в бассейне мужчину. Который, в свою очередь, с нескрываемым наслаждением рассматривал смущённого парня.       Когда он решился, наконец, поднять взгляд, получил в награду чуть снисходительную улыбку и взгляд малиновых глаз, в которых, казалось, плясали биджу. Замерев, как маленький зверёк при виде хищника, боясь теперь упустить его из виду, будто на него вот-вот набросятся, он выжидал. После недолгих переглядок, которые казались юноше вечностью, мужчина произнёс: — Меня Хидан зовут, — сказал с лёгким кивком, что сразу вызвало заученный такой же приветственный жест, — не хочешь рассказать, что тебя так заинтересовало в столовой?       Мужчина говорил неторопливо, чуть растягивая гласные, при этом не отводя глаз от краснеющего парня, который с замиранием ловил каждое слово, следя за движениями губ собеседника. — Шикамару, — представился коротко. — Тут в основном останавливаются обыватели с семьями и небогатые туристы. Вы, мягко говоря, не похожи ни на тех, ни на других.       Шика старался ответить вежливо и нейтрально, чтобы не показать свой истинный интерес, после чего немного опустил голову и добавил, — простите, если смутил вас или показался навязчивым.       Сейчас, когда Хидан так близко, он кажется ещё привлекательнее: тонкие, но мужественные черты лица, едва заметная улыбка, жёсткий, точёный подбородок, широкая красивая шея… Смотреть ниже парень постеснялся. — Ши-ка-маа-ру, — произнёс, словно пробуя имя на вкус, — меня вовсе не так легко смутить. Но ты тоже не похож на обывателя или бедного туриста. Так что же тут забыл? — мужчина наклонился и приблизился так, что молодой шиноби почувствал тонкий тёплый запах его кожи.       Ситуация становится абсурдной, утрачивается контроль, но вместе с этим интерес так разогрелся, что вот-вот полыхнёт. Захотелось немного подразнить, поэтому Шикамару также чуть наклонился к мужчине и сказал негромко, почти ему на ухо: — Это маленькая и сладкая тайна, — у Хидана даже дыхание перехватило на мгновение. Не ожидал же он, что сможет из Шика верёвки вить?       Хидан напрягся. Пора убегать, пока он не захотел добыть информацию какими-то более радикальными методами. На этой восхитительной ноте, с чувством полной победы, Шикамару коротко попрощался и покинул бассейн, оставив нового знакомого в лёгком недоумении, и быстрым шагом удалился в комнату.       Заперевшись, он упал на кровать и почему-то начал смеяться. Его глупая шалость казалась такой неуместной, что веселила. И чуть растерянный взгляд мужчины, его секундное замешательство, и собственное спешное бегство — всё произошедшее напоминало детскую игру или какие-то подростковые заигрывания. Несмотря на ощутимую угрозу, исходящую от мужчины, Шикамару очень понравилось общаться с ним.       Впрочем, это возбуждение легко объяснялось долгим отсутствием секса, в то время как Хидан был просто воплощением влажных фантазий молодого шиноби: высокий, с красивым мускулистым телом, приятной наружностью и тем самым особенным взглядом, который будоражил и при этом заставлял кровь стынуть в жилах.       Сейчас, прокручивая в голове произошедшее, запах мужчины, исходящее от него тепло, его неоднозначные взгляды, он чувствовал острое, нарастающее с каждым мгновением возбуждение, от которого уже стало жарко. Член болезненно подёргивался под полотенцем, требуя внимания. Чертовски проблемно.       Почему он сам не предложил Хидану переспать? Складывалось впечатление, что тот и не против, иначе зачем вообще начал разговор, караулил его у входа в купальни, сам залез в бассейн к Шикамару, для чего так близко придвинулся?       Парень перевернулся, встав на колени. Одной рукой он уже обхватил член, делая первые неторопливые движения. Привычный жест, привычные ощущения, ничего нового, но сейчас это ощущалось по-другому, настолько ярко, что он еле смог удержать равновесие, его ноги дрожали от остроты ощущений. Чего-то не хватало, поэтому Шика засунул в рот пальцы свободной руки, тщательно смачивая их слюной, после чего, заведя руку за спину, стал гладить и легко массировать анус. Он не спешил, концентрируясь на ощущениях, не желая сделать себе больно. Он не первый раз занимался подобным, но уже много времени прошло с его предыдущего опыта. На миссиях не было времени даже на такое.       Постепенно привыкнув к давлению, Шикамару постарался предельно расслабиться и принялся медленно вталкивать в себя вначале один палец, а потом второй. Постепенно привыкнув, он начал делать мягкие поступательные движения, параллельно лаская свой член. Первый задушенный, больше похожий на скулёж стон вырвался из его груди через пару минут. Всё острее и приятнее ощущались движения пальцев внутри, ему удалось нащупать простату, и он старался каждое своё движение подстроить так, чтобы слегка массировать её. Комната наполнялась частыми вздохами и слабыми задушенными стонами.       Он был невероятно близок к оргазму, когда хрупкую интимную тишину разорвал раздавшийся стук. Внезапный звук заставил вздрогнуть. Знакомый низкий голос раздался из-за двери: — Я прекрасно слышу, что ты там. Да и, кажись, весь этаж это слышал. Открывай. Мужчина говорил громко, не заботясь о спокойствии «всего этажа», да и время как раз к ужину, большая часть постояльцев сейчас в столовой или онсэне. А вот что у Шикамару под дверью делает Хидан — оставалось загадкой.       Впустить? Он сразу поймёт, чем занимался Шикамару. Если уже не понял. Да и что ему вообще могло понадобится? «То же, что и тебе» — навязчивая мысль, которая заставила член возбуждённо дёрнуться. Шикамару обернул полотенце вокруг бёдер и шагнул к двери.       Стоило ему повернуть ключ, дверь резко распахнулась, и Шикамару не заметил, как оказался прижат к стене горячим телом, даже вдохнуть не успел. Хидан запер за собой дверь. Положение было недвусмысленное: Шикамару прижат к стене дешёвой гостиницы огромным мужиком, на которого он дрочил парой мгновений ранее. Видят Ками, мысли материальны.       Когда взгляд сфокусировался, он наконец посмотрел в горящие малиновые глаза, наполненные любопытством с тончайшей поволокой похоти. Мужчина прижимает его к стене всем телом. Он чувствует возбуждение Шикамару, это не вызывает сомнений. Сопротивляться не хотелось, да и не было смысла: он уже в уязвимом положении, выбраться из которого крайне затруднительно. — Чем может заниматься одинокий парень в запертой комнате? — схватил парня за челюсть изящными пальцами, фиксируя его голову и не позволяя отвести взгляд. Мужчина сощурился и как-то маниакально облизнулся, наклонился к его уху, крепко прижавшись щекой к щеке оцепеневшего юноши. — Думал, я тебя не найду, паршивец? Хриплый шёпот втиснулся в ухо, прокатился по позвонкам ледяной волной, вызывая мурашки и заставляя содрогнуться.       Его свободная рука нагло шарила по едва прикрытому телу, по-хозяйски ощупывая, гладя, щипая и сжимая самые нежные места. Опускалась всё ниже и ниже, пока, наконец, горячая ладонь не обхватила твёрдый прикрытый одним лишь полотенцем член, заставив парня хрипло застонать. Зажмурился, боясь вновь поймать тот полный похоти и восторга взгляд Хидана, но ощущения никуда при этом не исчезли: крепкое сильное тело, рука, чуть сжимающая естество Шикамару через полотенце, тонкие длинные пальцы, сдавливающие подбородок. От обилия тактильных ощущений хотелось кричать и биться в сладких конвульсиях. Низкий голос вновь заставил мелко вздрогнуть: — Как ты посмел развлекаться без меня? Готов поспорить, ты не просто дрочил, а ещё и представлял меня! — Как тебе, понравилось? Хотел, чтобы это были мои пальцы и мои руки? Ками! Он видел парня насквозь.       Мужчина отстранился лишь на секунду, чтобы развернуть парня и прижать его к стене уже грудью, сорвав полотенце с узких бёдер. Прохладная шершавая стена ярко контрастировала с пылающим телом мужчины, который уже впихнул колено между сжатых ног Шикамару, успев ещё звонко шлёпнуть парня по упругой гладкой ягодице так, что тот вновь не сдержал стон. Хидан сразу воспользовался этим, засунув в рот парня два пальца, чуть надавливая на язык. — Если будешь послушным, больно не будет. Ну, разве что совсем немного, — с явным наслаждением мужчина проскрежетал это прямо в ухо, которое следом обвёл кончиком влажного языка, после сразу переходя на шею, покрывая её жаркими поцелуями, кусая и оставляя засосы, которые стремительно наливались насыщенным фиолетовым на шее, ключицах, спине и плечах молодого шиноби.       Пальцы Хидана хозяйничали во рту, собирая на себя слюну. Иногда они втискивались так глубоко, что был риск срабатывания рвотного рефлекса, но всегда вовремя вытаскивал пальцы, позволяя Шикамару перевести дыхание. Наигравшись, резко вытащил, сразу скользя ими между ягодиц, оглаживая уже разработанный вход, неторопливо проникая внутрь сначала одним пальцем, мягко разминая сфинктер. Шика боялся пошевелиться, боялся даже вдохнуть, просто замер, не шевелясь, привыкая к ощущению теперь уже чужого пальца в себе. Стало чуть дискомфортно: мужчина добавил второй палец, чертовски медленно и удивительно аккуратно растягивая его.       Короткий стон, Шика опёрся ладонями о стену, чуть прогнувшись в пояснице, чтобы Хидану было удобнее ласкать его. Пальцы постепенно входили глубже, движения становились резче, мужчина чуть разводил пальцы, проверяя голосовые связки любовника на прочность.       Когда растягиваешь себя сам, ощущения совсем другие, да и поза далеко не такая удобная, всегда приходится изворачиваться в попытке сделать себе приятно в каких-то совершенно немыслимых положениях. Да и собственные пальцы, как оказалось, далеко не такие нежные и уверенные. Каждое движение доставляет невероятное удовольствие, неведанное ранее. Возможно, дело было в долгом перерыве, а может просто предыдущие его партнёры не были столь опытны или талантливы.       Хидан не останавливался, мягко гладил парня свободной рукой по спине и плечам, стараясь отвлечь даже от малейшего дискомфорта, лишь бы вновь услышать, как с губ его жертвы срываются всё менее задушенные и более сладкие стоны. Что-то невероятно притягательное есть в этом тонком мальчишке, он захотел его сразу, как поймал пристальный взгляд в столовой. Он обладает какой-то неуловимо породистой, изящной красотой, которую можно не столько разглядеть, сколько почувствовать.       Прямая осанка, худощавое, но крепкое и жилистое тело, ни капли лишнего жира, тонкие пальцы, длинная шея — он напоминает безупречную скульптуру, отлитую из металла. Такой же изящный и обманчиво хрупкий.       Его мягкая кожа очень легко реагировала на укусы и засосы, сразу темнея в местах повреждений. Нежный, несмотря на кажущуюся жёсткость и холодность.               Хидан вытащил пальцы, вновь разворачивая свою аристократичную жертву спиной к стене, тут же прижимаясь к нему. Зажмурившийся, краснеющий от жаркого возбуждения вкупе со смущением и лёгким испугом, Шикамару сладко подрагивал и часто-часто дышал. Невероятный.       Мужчина прижался к нему, вновь хватая пальцами за подбородок, тут же приникая к губам юноши своим ртом, нагло вторгаясь внутрь языком. Тот, кажется, и рад был, горячо, хоть и почти невинно отвечая на поцелуй очень аккуратными и нежными движениями. Потрясающий.       Хидан целовал грубо, не боясь добавить слюны, моментами прикусывая, моментами невыносимо медленно лаская губы парня, который постепенно расслабился и стал отвечать активнее, позволив себе пару слабых укусов, но не перебарщивал, хотя мужчина только рад ощутить толику боли в исполнении Шикамару.       Действо перестало быть изнасилованием испуганного мальчишки, теперь этот мальчишка принялся ласкать руками сильное горячее тело неожиданного любовника, наслаждаясь, наконец, каждым сантиметром кожи, под которой прощупывались крупные жёсткие мышцы. Он огладил руки Хидана, задержавшись на широких плечах, провёл кончиками пальцев по груди и плоскому животу. Наконец нащупав твёрдый член мужчины, и чуть вздрогнул: размер ощутимо отличается от ласкающих его ранее пальцев. Мелькнула мысль, что он просто не сможет принять его в себя. Но он притягивал внимание, его хотелось трогать, гладить, сжимать. — Испугался? Смелее, не укусит, — послышался лёгкий смешок. Шикамару просунул руку под штаны, каснулся горячего органа, оглаживая, обхватил рукой и сделал медленное, аккуратное движение, постепенно сжимая, пробуя менять скорость и силу, ориентируясь на реакции мужчины. Нет, не то. Хотелось другого.       Изящным движением опустился на колени, всё также прижимаясь спиной к стене, и тут же принялся избавлять мужчину от штанов, дрожащими пальцами пытаясь распутать шнуровку. Он боялся поднять взгляд на Хидана, боялся увидеть насмешку в его глазах, боялся, что он не захочет, боялся…       Но желание попробовать его на вкус гораздо сильнее, да и Хидан бездействует, лишь опёрся рукой о стену, рассматривает любовника. Наконец, Шика справился со штанами, и, опустив их на бёдра, наконец смог освободить член от ненужных тряпок. Он всё же решился поднять взгляд. Хидан смотрел внимательно, с любопытством ловя каждое движение парня, который коротко облизнул губы, смачивая их слюной, затем мягко обхватил губами горячую головку, тут же обводя её языком, стараясь как можно сильнее увлажнить член, чтобы было удобнее взять его глубже.       В ноздри ударил пряный запах, на языке почувствовались солоноватые капельки выступившей смазки, головка упруго двинулась по языку дальше, к горлу.       Мужчина глубоко вдохнул, пытаясь контролировать себя. Шикамару был на верном пути. Он постепенно увеличивал глубину, меняя скорость. Медленно и старательно он пытался взять член в рот как можно глубже. После неудачной попытки он чуть закашлялся, из уголков глаз скатились две быстрые слезинки.       Отдышавшись секунду, он продолжил своё занятие более увлечённо, сильно втягивая щёки и плотнее охватывая член губами, создавая давление. Одобрительным жестом мужчина запустил пальцы в растрепавшиеся волосы юноши, за что получил короткий взгляд из-под пушистых ресниц.       Выглядит он с этого ракурса просто потрясающе: сосредоточенно нахмуренные брови чуть сведены к переносице, взгляд чертовски напряжённый, будто он схемы чертит, а не член насасывает. Мягкие губы сладко охватывают естество Хидана, и ритмично двигаются вдоль. Одной рукой то неторопливо поглаживает бедро любовника, то слегка царапает ноготками, вызывая волны мурашек, а его свободная рука надрачивает собственный член.       Шикамару нагло и бессовестно ласкает себя, весь аж подрагивает от наслаждения, не стесняясь сладко постанывать в такт движениям. От одного этого зрелища Хидан чуть не кончил в восхитительный влажный рот.       Мужчина отстранился, легко хватая парня за руку, резким движением швыряя на кровать, сел рядом. Шикамару упал на матрас грудью, и за ноги Хидан подтянул его так, чтобы бёдра лежали на его коленях. Выбив короткий вскрик внезапным шлепком по красивой округлой ягодице, мужчина скользнул пальцами к анусу. — Готов для меня! — восторженный возглас разрезал на мгновение замершую неловкую тишину.       Сразу два пальца легко проникли внутрь разогретого мальчика, который стеснительно сжался, пряча лицо с таким ярким румянцем, что впору было использовать его вместо светильника. — Тшш…ещё немного, я аккуратно, — хриплый шёпот проникал под кожу и заставлял мурашки табунами скользить по позвоночнику, — мы ведь готовились, смотри, какой ты податливый и мягкий. — с этими словами Хидан чуть раздвинул пальцы внутри, забирая ещё один звонкий стон. Было совсем не больно, наоборот, хотелось большего.       Умелые пальцы мужчины быстро нащупали простату, и с этого мгновения каждое движение дарило особенные, яркие ощущения, от которых сводило мышцы и сладкая истома разливалась по жилам. Шикамару уже очень хорошо разработан, он стонет, двигает бёдрами навстречу движениям партнёра, ему хочется ещё и ещё. Ненасытный. Хидан легко поднялся, скидывая ноги юноши на пол, оставляя его всем корпусом лежать на кровати. — Ты знал, что в дешёвых гостиницах иногда оставляют смазку в тумбочках? — мужчина хитро подмигнул парню, открывая ящик. Шика точно знал, что там пусто. — Я пошутил. Она у меня с собой.       Короткий нервный смешок почти перерос в смех, когда мужчина действительно достал небольшой пузырёк из сиротливо лежащих у стены штанов, вскрыл и налил немного на руку, смазывая себя.       Шикамару полулежал на кровати, беззащитный, раскрытый и невероятно желанный. Мужчина приблизился, прижимаясь к горячим чуть подрагивающим бёдрам парня. Вначале вошла упругая головка, после чего Хидан двинулся вперёд, проникая в парня на всю длину. Горячо и узко, несмотря на подготовку. Его сжимают, сдавливают со всех сторон, но это ощущение невероятно нравится, хочется сорваться и начать трахать это совершенное тело, ударяясь бёдрами о чертовски соблазнительную задницу.       Шикамару почти не дышал, пытаясь привыкнуть к горячему крупному члену внутри себя, к горячему крупному телу, которое прижимало его к кровати, к горячим губам на острых подрагивающих плечах.       Мужчина пока не двигался, позволяя юноше расслабиться и самому сделать первые движения, когда он будет готов, только покрывал поцелуями и лёгкими укусами все места, до которых мог дотянуться. Постепенно парень привык, и слегка двинул бёдрами вперёд и назад. Хидан мгновенно подстроился и стал двигаться сам, прижимая его к кровати, не позволяя больше сделать ни одного движения. Он наращивал темп, чуть менял угол, чтобы попасть по той самой точке, которая заставляет его мальчика сладко стонать и умолять о большем. И он даст.       Едва слышные, скулящие стоны Шикамару и ярко контрастирующие с ними редкие, хриплые стоны мужчины, кажется, слышал весь этаж. Ощущения становились острее, заставляя сжимать покрывало до белеющих костяшек, сжиматься вокруг безупречного члена любовника.       Хидан двигался быстрее, юноша умирал от захлестнувших его чувств, каждое движение партнёра было идеальным, от каждого низкого стона у него внутри всё сжималось, приближая его к неизбежному вожделенному финалу.       Он рывком поднялся, прижимаясь спиной к широкой груди мужчины, запрокидывая голову на его плечо. Рукой он тянется к своему члену, лаская себя, доводя до края. Мужчина одной рукой вцепился в его шею, чуть придушивая и прижимая сильнее к себе, он двигается быстрее и жёстче, вколачиваясь в податливое тело, срываясь на бешеный темп, выбивая остатки воздуха из лёгких.       Шикамару кончил с отчаянным, громким и надрывным стоном, забрызгав спермой кровать, и обмяк в сильных крепких руках. Хидан кончил следом, успев выйти из ставшего таким хрупким и уязвимым тела, запачкав парню спину и ягодицы.       Пару минут оба просто восстанавливали сбившееся напрочь дыхание. Хидан лёг поперёк кровати, медленно и глубоко дыша. Шикамару же, несмотря на усталость, с трудом заставил себя доползти до душевой. Его нельзя было назвать таким уж чистюлей, но сейчас он чувствовал необходимость охладиться.       Откровенно говоря, он просто боялся находиться со спонтанным любовником в одной комнате, не знал, как нужно себя вести и что делать. Понадеялся, что, пока он будет приводить себя в порядок, мужчина уйдёт и парню не придётся терпеть неловкость.       Секс был потрясающий, но что делать дальше? Он не представлял. Шикамару неторопливо смывал с себя следы греха, постепенно успокаивая себя, чистил зубы и готовился ко сну в надежде, что вернётся он в пустую комнату, где от Хидана останется только густой запах пота и похоти. Ничуть не бывало, мужчина расслаблено лежал в кровати, правда, потрудившись перелечь вдоль, улёгшись на подушку, и сладко сопел. Даже одеялом накрылся. Шикамару трагически вздохнул, после чего лёг в кровать рядом с Хиданом, который тут же подгрёб его к себе и обнял.