Вернувшись с того света

      Откровение Ревенанта повисло в воздухе, словно разорвавшийся снаряд. Повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь редким, сдавленным выдохом. Герои, до этого напряжённо следившие за брифингом, замерли, их лица выражали чистейший шок. Старший брат Тодороки? Муж? Это было настолько неожиданно, насколько не вписывалось в их картину мира, что сознание отказывалось принимать информацию.       — Постойте, о чем Вы говорите? — вступила в разговор Момо Яойорозу, её голос был полон недоверия. — Мы все отлично знаем старшего брата Шото-куна, Нацуо, и он определённо женат на девушке-бете. Так как же он может быть Вашим мужем?       Все взгляды в зале снова обратились к Ревенанту. Он не стал тянуть с ответом, быстро набирая текст на планшете, связанном с интерактивной доской. Слова вспыхнули на экране, и напряжение в зале стало почти осязаемым:       "Момо-сан права. У Нацуо-сана действительно есть супруга, и она бета. Но я говорил о другом старшем брате Шото-куна. О Тодороки Тойе. Или, как вы его знаете, о "погибшем" злодее Даби."       — И какого хуя бы это значило?! — взорвался Бакуго, который уже устал от появлявшихся новых фактов. Он уже понемногу начал мириться с тем, что Ревенант его истинный омега, хотя при этом ни на секунду не отказывался от своего решения снять эту чёртову метку. Рядом с ним мог быть только Деку, и никакая истинная пара не изменит этого.       Тодороки Шото, чье лицо оставалось невозмутимым, подался вперёд. — Думаю, мне стоит объяснить...       — Нет, Шото, — прервал его Айдзава-сенсей, его голос был низким и властным. — Лучше это сделаю я. Директор Незу подтвердит мои слова. Понимаю ваше замешательство, но прошу сосредоточиться.       Очако Урарака, как и большинство присутствующих, выглядела совершенно сбитой с толку. — Что это значит, Айдзава-сенсей? — спросила она, её голос дрожал от непонимания. Внимание всех в зале устремилось к Айдзаве. На фоне всеобщего замешательства, лишь Ревенант и Тодороки сохраняли полное спокойствие. Айдзава-сенсей тяжело вздохнул, обведя взглядом притихший зал. — Тодороки Тойя, известный вам как злодей Даби, был нашим шпионом. Он работал под моей личной ответственностью и ответственностью Всемогущего. Вся информация о деятельности злодеев поступала напрямую к нам. Это было необходимо для получения жизненно важных данных, которые не могли быть добыты иным путём. Однако Лига начала подозревать его, и возникла угроза его разоблачения и убийства. Именно поэтому была инсценирована его смерть. До того, как Ревенант улетел с Даби в Америку, он жил в доме Всемогущего. Там и начались их отношения.       Мина Ашидо, до этого молчавшая, выглядела крайне заинтересованной происходящим. Ей всегда нравились подобные "разговорчики", но сейчас её любопытство было лишь прикрытием для более глубокого мотива: она надеялась, что её вопросы помогут Кацуки приоткрыть завесу тайны, не вынуждая его спрашивать самому. — Простите, если лезу не в своё дело, но мне ужасно любопытно, — Мина подалась вперёд, её взгляд был прикован к Ревенанту. — Вашу метку тоже Даби поставил? Просто... я несколько раз пересекалась с ним, и, честно говоря, никогда не ощущала его как доминантного альфу. Мне даже казалось, что он скорее бета. Я ошибаюсь?       После вопроса Мины казалось, даже Кацуки подался ближе, чтобы получше разглядеть ответ Ревенанта.       — Не думаю, что есть необходимость отвечать на данный вопрос, — Директор Незу, заметив, что Ревенант медлит с ответом, вновь взял слово.       "Все в порядке. Я отвечу," — тут же высветилось большими буквами на экране. Незу с Айдзавой лишь неодобрительно нахмурились, но спорить не стали. "Даби рецессивный альфа. Так что моя метка не от него. В этом вы правы. Я не могу сказать, от кого у меня метка. Тот человек — слишком публичная личность."       По залу пронёсся новый, более громкий ропот. "Публичная личность?!" — это заставило героев лихорадочно перебирать в уме всех известных альф, пытаясь найти совпадение.       — Но если Шигараки попытается вас пометить, — возразила Очако Урарака, её голос дрогнул, — это же опасно! Даже с меткой мега-доминантного альфы… Что, если он найдет способ обойти защиту? Или у него есть причуда, способная ослабить метку?       Ревенант снова напечатал, и слова появились на доске: "Насколько мне известно, он не сможет её перебить. Эта метка — от мега-доминантного альфы, и такая связь обладает исключительной устойчивостью. Впрочем, для меня не имеет значения даже если у него и получится ее перебить каким то способом. Самое главное для нас — в состоянии гиперфиксации его действия становятся предсказуемыми. Он будет фокусироваться только на мне. Это открывает критически важное окно в его защите."       По залу пронесся удивленный шепот. Герои переглядывались, не понимая, как можно быть настолько безразличным к потере метки. Это было немыслимо для любого омеги. Даже Айдзава-сенсей и директор Незу обменялись взглядами; они всегда считали, что метка Ревенанта была символом любви. Это предположение, которое они так долго лелеяли, теперь рассыпалось в прах.       — Как вы можете говорить такое?! — внезапно вырвалось у Кёки Джиро, её голос был полон недоумения. — Метка… это же самое святое! Как можно так наплевательски к ней относиться?!       Ревенант лишь слегка наклонил голову, словно обдумывая вопрос. Затем его пальцы вновь пробежались по планшету, и на экране вспыхнул новый текст: "Это не имело отношения к чувствам. Я был помечен как мера защиты, чтобы обеспечить мою безопасность в боях."       Бакуго, чьи кулаки уже были сжаты до побеления костяшек, почувствовал, как мир вокруг него начинает плыть. "Не имело отношения к чувствам?" — эта фраза ударила его, словно взрывная волна. Но вместо ужаса, он почувствовал проблеск света в конце тоннеля. Если это не была любовь, не был и акт одержимости… тогда это было просто насилие, лишённое всякого смысла. И самое главное — если Ревенанту всё равно, значит, он согласится её снять! Впервые за долгое время в его глазах вспыхнула не ярость, а холодный, расчётливый огонёк. Он пристально смотрел на безмолвную фигуру Ревенанта, больше не ища в ней эмоций, а пытаясь найти ключ к решению своей проблемы.       Директор Незу откашлялся, его взгляд, скользнувший по Кацуки, был на мгновение острым, прежде чем стать вновь профессиональным. — Герои, — его голос прозвучал с нотками стали, рассеивая напряжение. — Вернемся к нашей главной задаче. Шигараки не будет ждать, пока мы переварим новые факты. Нам нужен план. Ревенант, я хотел бы услышать ваши предложения по тактической координации. Как вы видите наши действия на поле боя?       Ревенант вновь подошел к интерактивной доске, его пальцы быстро замелькали по планшету, выводя на экран сложные схемы и расчеты, которые поразили даже самых опытных героев. Они включали в себя не только зоны дислокации врага, но и потенциальные пути отхода, а также слабые места в обороне, о которых никто, кроме, возможно, Айдзавы, даже не догадывался. Спокойствие и точность, с которой Ревенант представлял эти данные, лишь подчеркивали его ценность, несмотря на все предыдущие откровения. Кацуки, несмотря на кипящие внутри него эмоции, не мог оторвать взгляд от доски, пытаясь анализировать каждый ход.       Первая схема изображала городскую зону, где предположительно Шигараки собирался начать свою атаку. На ней были выделены ключевые точки, где его распад мог нанести максимальный ущерб. Ревенант быстро набрал текст: "Его новые способности позволяют ему распространять распад через прикосновение к любой поверхности, но скорость распространения зависит от плотности материала. Кроме того, есть данные, что он может вызвать локальные ударные волны распада, что делает прямое столкновение в застройке крайне опасным. Цель: вывести его из зон с высокой концентрацией строений и населения. Это наша приоритетная задача."       — Значит, мы должны выманить его на открытую местность, — задумчиво произнес Иида, поправляя очки. — Моя скорость позволит быстро отвлечь его и увести, если будет такая необходимость. Но как гарантировать, что он пойдет за нами?       Ревенант вывел на экран следующую схему, на которой был показан отдаленный промышленный район. "Это оптимальная зона для прямого столкновения. Минимум гражданских, много промышленных объектов, которые можно пожертвовать." Затем он указал на маленькую иконку, обозначающую самого себя, мерцающую посреди схемы. "Его гиперфиксация на мне – как красная тряпка. Он потеряет бдительность, пытаясь меня пометить. Однако это не гарантирует его полную невменяемость. Он все еще невероятно опасен и непредсказуем, особенно если активирует другие причуды Все-за-Одного."       Напряжение в зале стало осязаемым. Используя Ревенанта как приманку – это было невероятно рискованно.       — И создать барьеры, чтобы локализовать урон, — добавил Тодороки. — Лёд может замедлить распространение распада, если быстро изолировать затронутые участки. Момо-сан, ты сможешь создавать прочные, но быстро разрушаемые конструкции для этого?       Момо кивнула, её лицо было серьёзным. — Да, это возможно. Я могу синтезировать укреплённые стены, способные задержать распространение на несколько секунд, достаточно, чтобы эвакуировать гражданских или создать новую линию обороны. Но мы должны быть готовы к тому, что он может расщепить их быстрее, чем мы ожидаем. Если он разовьёт причуду телекинеза или усиления, как предполагают некоторые, наши барьеры могут стать бесполезными.       — Именно, — Незу поднял лапу. — Мы предполагаем, что его контроль над множественными причудами Все-за-Одного пока нестабилен. Это наше единственное преимущество. Окно для атаки будет критически малым.       — Окно для атаки, — прорычал Кацуки, впервые активно включившись в обсуждение. Его взгляд был прикован к экрану, а не к Ревенанту. - Если он будет занят... Я смогу нанести концентрированный, добивающий удар. Но нужна не просто точность, а максимальная мощь и скорость. Если промахнемся или задержимся, он может использовать это как возможность для контратаки, и у нас не будет второго шанса.              — Верно, Бакуго-кун, — кивнул Незу, хотя его взгляд на мгновение задержался на Кацуки. — Ревенант будет выполнять роль приманки и основного координатора на поле боя, используя свою осведомленность. Команда эвакуации и сдерживания, под командованием Ииды, будет отводить гражданских и минимизировать разрушения. Ударная группа, в составе которой вы, Тодороки-кун, Урарака-сан, Момо-сан и Киришима-кун, сосредоточится на нанесении максимального урона по ослабленному Шигараки. Главная цель: не дать ему развить полный потенциал Все-за-Одного и предотвратить его отступление.       Незу обвёл взглядом напряжённые лица героев. — Это будет сложнее, чем любая битва, с которой мы сталкивались. Мы должны быть готовы ко всему, включая непредвиденные причуды, которых он мог усвоить за эти годы. Риски катастрофичны. Но бездействие означает крах общества героев. Готовы ли вы встретить этот вызов?       По залу пронесся гул согласия. Каждый герой, несмотря на личные потрясения, чувствовал тяжесть ответственности. План был дерзким, продуманным, но не без изъянов и смертельных опасностей. Предстоящая битва казалась ещё более мрачной, но теперь у них был не просто план – у них было оружие, которое могло нанести удар в самое сердце одержимости Шигараки, и решимость, способная побороть любой страх.