Некоторые Сны

Морфей спит — жемчужно-светлый на черных простынях. Сну из рода Бесконечных, конечно, спать не пристало, но это не он — только сон, только греза о нем, а Джоанна, разумеется, спит, вот только бесчисленные часы в Царстве Снов с его Повелителем научили осознавать себя во сне. Джоанна осторожно касается линии скулы, гладит, чувствуя, как щемит сладко сердце. Морфей-в-ее-сне выдыхает сонно, подается к руке, улыбается — едва заметно, одними уголками, а угольно-черные ресницы чуть дрожат, но вот дыхание его выравнивается, становится снова сонно-мягким. Ее Сон спит. — Я никогда не была особо умна, — сообщает ему Джоанна. — Живуча, упорна, напориста, да. Но не умна. По крайней мере, в делах любовных. Вот и грезу я себе придумала — сладкую, живую, переделала бога в человека и позволила себе влюбиться. Дура, а? И устраивается на груди Морфея. Он сонно запускает ей руку в волосы и почти шепчет: — Слишком много мыслей, ведьма. И подминает под себя, нависает сверху — с лунными глазами и жадностью в них, но всё ещё сонный, растрепанный, уютный и желанный. — Либо твое, либо нет, — говорит он. — Если твое — забери. Ты в своем праве. Возьми то, что хочется. — У меня не хватит сил, — усмехается Джоанна. — Я ведьма. Во мне нет вашей крови. Во мне нет вашей силы. — Только упрямство, — смотрит на нее Морфей. — Насколько ты упряма, ведьма? Джоанна запускает руку в его волосы, заставляет склониться к ней, шепчет почти в губы: — Я могу стать сильней, но ценой чего? Человечности? — Слишком… — снова начинает Морфей, но Джоанна перебивает: — Это мой сон!.. Я имею над ним власть. Не ты. Морфей под ней — распростертый на черных простынях, сжимающий ее бедра ладонями, глядящий почти зло, темная красота, лунная красота. — В моем сне у тебя нет власти надо мной, — говорит Джоанна. — И я говорю тебе, что не стану ломать себя, чтобы стать на твоем уровне ради… секса. — Только секса? — сильные пальцы чуть сжимаются, а в голосе Морфея слышно преддверии грозы — эта прекрасная странная тишина ровно до первого удара грома. — И всё? Тебя интересует только хороший секс? Не тот, с кем ты проводишь ночи? — А какая разница теперь? — хмыкает Джоанна, упираясь ладонями в грудь Морфея. — Всё закончилось. Ты будешь мне сниться еще недолго. Потом тебя сменят кошмары моей жизни, и я однажды смогу забыть, что любила бога. — Но я не… — начинает Морфей, но за спиной Джоанны вдруг раздается вежливый сухой кашель. Знакомый. Чертовски знакомый еще по той первой ночи, когда они почти осквернили библиотеку. Морфей морщится, говорит, глядя напряженно в лицо Джоанны: — Да? — Простите, что вмешиваюсь, но требуется ваше непосредственное вмешательство, Повелитель, — вежливо говорит Люсьен. — Мисс Константин, приятно видеть вас в Царстве. Джоанна разбивает Морфею нос. И просыпается. В ее планах найти что-то, что достанет даже Бесконечного.