Некоторые Сны

Джоанна курит в открытое окно, и медсестра смотрит на нее с неодобрением, напоминая: — Вам нужно поспать. — Нет, — твердо отвечает Джоанна, — если я засну, мне приснится мой бывший. Медсестра смотрит на нее с сочувствием и уточняет: — Это он… сделал?.. Хотите об этом поговорить?.. — Это сделал не я, — сообщает Морфей за ее спиной, смотрит на Джоанну и сообщает: — Ты снова не спишь. — И курю, и планирую сбежать из больницы, — соглашается Джоанна. — А ты читал мою книгу. На это ведь должно быть какое-то разрешение, нет?.. — И у кого я должен просить подобное разрешение? — уточняет Повелитель Снов. — Я позову охрану, — сообщает медсестра. — Мистер, вы должны уйти отсюда. — Я клянусь вам, — смотрит на нее Морфей, — что не я был причиной этих травм. И если бы Джоанна позвала меня, этой боли не было бы совсем. — Что? — хмыкает Джоанна. — Я буду молиться, и ты будешь приходить?.. Так, да?.. Часто боги приходят к тем, кто им молится? Лицо Морфея невозмутимое, холодное, отстраненное. — Иногда, — говорит он. — Раз в тысячелетие? — поднимает брови Джоанна. — В два? В три? Как часто боги отвечают на молитвы?.. — Я не бог, — отвечает спокойно Морфей. — И ты это знаешь. — Я молилась, и ты пришел, — смотрит на него Джоанна. — Знаешь, я так не могу. Так нельзя. Это не мой уровень. Ты сильнее, опаснее, а я не смогу ничего тебе противопоставить. — Но ты можешь, — хмыкает Морфей. — Вы, люди, можете. Ведь мы, Бесконечные, созданы для вас. Я — слуга всех, кто видит сны, но я же и их Повелитель, потому что кто-то должен держать эту силу под контролем, чтобы она не уничтожила Явь. Я не бог. Я — стражник, привратник. — Что ты сделал с медсестрой? — спрашивает Джоанна. — Она застыла. Ты ее зачаровал?.. Морфей смотрит на нее почти сердито, а потом говорит медленно: — Она очень устала, и спит стоя. Она будет в порядке. — Да, — говорит Джоанна. — Она будет в порядке. Но ты просто взял и усыпил ее. Вот о чем я говорю. Не мой уровень. Ты просто возьмешь и усыпишь меня. Ты просто сделаешь то, что хочешь. Ты достаточно силен для этого. Почему нет? Морфей прикрывает глаза на миг, а потом кивает и говорит: — Я осознал, что ты чувствуешь. Но также мне известно, что ты не видела во мне божество. Да, я был странной силой, которую ты могла полюбить, потому что видела в ней что-то человечное. Я не должен был отвечать на твою молитву? Тогда бы ты меня не боялась? — Погоди, — просит Джоанна. — Ты… ты хочешь, чтобы я не… Стой. Ты — Сон из рода Бесконечных. Как ты можешь хотеть быть кем-то… вроде нас. Мы, люди, мерзкие, злобные, гадкие, эгоистичные твари, которые думают только о себе. — Почему ты в больнице, Джоанна? — поднимает брови Морфей. Джоанна хочет возразить. Очень. Черт. Она отвратительный эгоист, который не пускает в свою жизнь никого. Есть исключения, но они — ничтожны. Вот только… — Катись к Дьяволу, — говорит Джоанна. — Это нечестно. Ты мою книгу жизни читал, и всё такое. — У твоей книги потрепанный переплет, — говорит тихо Морфей, — а еще из нее постоянно падают заметки… и иногда сыпется сигаретный пепел. — Хорошо, что виски не льется, — хмыкает Джоанна. — Мне нужно… подумать. Разбуди бедную женщину. И нет, я не смогу считать тебя человеком. Так что… — Люцифер меня не очень любит, — сообщает Морфей. — Не думаю, что мне будут рады в Аду. И уходит. Медсестра смаргивает, просыпаясь, пытается понять, что тут произошло, а Джоанна закуривает еще одну сигарету. Ей нужно подумать.