Мы разделим одну иглу — но не чувства.

Аарон лишь вздохнул. Тяжело, устало. Как будто в нём не осталось сил даже раздражаться. — Что ты от меня хочешь? — голос прозвучал  зло, но уже без прежнего огня. Лишь неприкрытое раздражение, сквозившее в каждом слове, выдавало, что он ещё держится. Кевин не ответил. Только пошатнулся, сделал шаг вперёд — и подошёл почти вплотную. Его движения были нетрезвыми, слишком свободными. Он схватил Аарона за руку и потянул за собой, не предупреждая, не спрашивая разрешения. Миньярд даже не успел возразить как его посадили на кровать. Кевин сел рядом, слишком близко, вплотную, как будто между ними никогда не существовало границ. Обнял за плечо. Тепло ладони прожгло сквозь ткань толстовки — чужое, обволакивающее, липкое. — Слушай… — начал он и тут же перешёл на бессвязные вопросы. Один за другим. Без пауз, без смысла, без желания услышать ответ. Аарон молчал. Он не знал, что раздражало больше: этот поток пьяных слов или близость, от которой хотелось встать и уйти. Но он не ушёл. Он сидел, как загнанный зверь. Но самое неприятное было то что он не начал чувствовать отвращение а совсем наоборот ему очень нравилось и он не хотел чтобы это заканчивалось. Он знал — ещё чуть-чуть, и он взорвётся. Или провалится внутрь себя. — А знаешь… да… — голос Кевина был тише обычного, почти хриплый, — давай я тебя с ними познакомлю. Я уверен, они тебе понравятся. Эти слова вырвали Аарона из мыслей. Он медленно повернул голову, взгляд его стал настороженным. — С кем? — спросил он хмуро, не скрывая подозрительности. Кевин лишь криво усмехнулся. От него пахло алкоголем и чем-то тёплым, почти опасным. Его рука медленно скользнула по предплечью Аарона, а затем выше — по боку, туда, где футболка едва скрывала его грудь. Миньярд вздрогнул, инстинктивно напрягся… но не отстранился. — Ты что, совсем меня не слушал? — протянул Дей с нарочитой обидой, словно играл роль. Его голос стал мягким, почти гипнотизирующим. — Моя компания. Там будет весело. Представь себе… Он поднял одну руку и начал небрежно чертить в воздухе какие-то линии, будто рисуя перед ним образ. А второй — той, что всё ещё лежала на груди Аарона, — начал медленно гладить его. — Большая компания, где никто не будет лезть к тебе с тупыми вопросами. Никто не будет копаться в прошлом, о котором ты не хочешь говорить. Только кайф. Только чувства, настоящие, голые. Без притворства. Он замолчал, наблюдая за лицом Миньярда. Аарон ничего не ответил — и это само по себе уже было ответом. Кевин улыбнулся — широко, самоуверенно, как всегда. Не дожидаясь ни слов, ни жестов, он просто поставил Аарона перед фактом: — Завтра. У ворот школы. Я тебя с ними познакомлю. Он наклонился ближе, и голос его стал почти невесомым шёпотом: — Только… дракону не говори. — Слова коснулись уха Аарона так же, как и губы Кевина — почти невинно, почти мимолётно… но от этого только хуже. Аарон резко вдохнул, будто пытаясь выровнять дыхание или задавить вспыхнувшее внутри напряжение. Он не ответил — просто кивнул, коротко и жёстко, как будто это могло заморозить ситуацию. Кого он имел в виду под “драконом” — было ясно без слов. Конечно, Эндрю. Он бы не отпустил Аарона просто так — ни в какую компанию, ни к кому, кто хоть как-то связан с Кевином. Да, они были друзьями. И именно это делало всё ещё сложнее: Эндрю знал Кевина. Слишком хорошо. Знал, на что тот способен, знал, как он умеет говорить, касаться, убеждать — и манипулировать. Аарон знал это тоже. И всё же… он кивнул.