Глаза ночи

Боже... как же трещит голова. Это было первое, что я почувствовал, когда сон начал отступать. За ним яр кии солнечный свет, ударивший в глаза сквозь шторы. Сначала он резал, но через мгновение начал помогать: мысли прояснились, воздух стал ощутимее. И тут - прикосновение. Чья-то рука, прохладная и нежная, легко коснулась моей шеи. Почти сразу вторая, совсем иная: тёплая, обволакивающая, игривая. Контраст был разительный - как утренний душ, где горячее и холодное сливаются в нечто пробуждающее.Я открыл глаза. Справа от меня — жгучая брюнетка с кожей цвета мёда и ароматом кокоса и гавайских цветов. Её рука скользила в моих волосах, прежде чем притянуть меня ближе — и вдруг, горячие, настойчивые губы, впившиеся в мои. Мгновение — и я уже не здесь. Я где-то в Париже, во Франции, где поцелуи - искусство. Слева — другая. Холодная, тонкая, блондинка, словно вышедшая из северного ветра. Её пальцы коснулись моего подбородка, и она медленно, с расчётом, начала оставлять леденящие поцелуи на шее. Честно говоря, я мог бы остаться в этом сне навсегда. Но реальность решила иначе. Дверь в комнату с оглушительным грохотом распахнулась. - Сколько можно дрыхнуть? Вставай, давай! — знакомый голос, чуть раздражённый, но всё ещё дружелюбный. Это был Сонхун - MoH yuหน upyr. OH CTOSUT B IBepsx, B TOHbYHOH куртке, с мотоциклетным шлемом в руке, как будто только что вышел с трека. И только тогда до меня дошло: сегодня последний день лета. Последний день каникул. И Сонхи — наша подруга — наконец возвращается. - Чёрт... — пробормотал я, потирая виски и зевая. - Как я мог забыть... — Гляжу, у тебя ночь была насыщенная, - хмыкнул Сонхун, бросив взгляд на девушек, которые уже собирали вещи по всей комнате. Оппа, мы с Сашей уходим, — сказала брюнетка, поправляя юбку, — но будем ждать твоего звонка.Конечно, — подмигнул я, лениво натягивая простыню, чтобы прикрыться. Прими душ и спускайся. Я в гостиной, — добавил Сонхун, развернувшись к выходу. Ты бы знал, какой контрастный душ я только что принял... - пробормотал я с улыбкой, вспомнив утренние прикосновения. - Придурок, усмехнулся он и вышел из моей комнаты. - Дверь закрой, хотя бы, — крикнул я ему вслед. - Иди ты. Тебе не впервой, — донеслось в ответ. - Придурок... сказал теперь уже я. И всё же улыбнулся. Да, утро выдалось громким. Но, может, именно таким и должно быть прощание с летом.