Двадцать метров под землёй

***

Ник очнулся, но продолжал лежать с закрытыми глазами. Веки не поддавались, как бы он ни старался их приоткрыть. Казалось, даже глаза сговорились с телом, которое ныло каждой клеточкой, а кое-где и кровоточило — хотя по лицу, вроде бы, не прилетало. Такого дня рождения у него ещё не было. И уж тем более он меньше всего ожидал, что будет в этот день участвовать в драке. А уж чтобы больше всех досталось самому имениннику — об этом он точно не мечтал. Он попробовал изменить положение, но тут же замер от боли в пояснице. Ник хорошо помнил: они с ребятами заехали в бар, выпили, затем ещё и ещё. Потом он танцевал на стойке — за что их и выставили. Когда начали приставать к прохожим, кто-то либо вызвал полицию, либо собирался это сделать, поэтому они, громко смеясь, сбежали. Затем был клуб или какая-то вечеринка. Там они продолжили пить и наверняка ввязались в драку. Помнил, что перед этим он танцевал, и снова на столе, и даже целовался. С кем, хоть убей, не помнил. Целовался со многими, и не всегда это были девушки. Друзья наперебой поднимали тосты в его честь и угощали всех подряд за здоровье именинника. Уже тогда всё плыло: лица, музыка, драка. Его толкали — то ли пытаясь прикрыть от ударов, то ли просто убирая с дороги. Он был абсолютно беспомощен и уязвим. Но, праздник есть праздник, и ему хотелось танцевать. Заметив, как ему показалось, танцующих, Ник, размахивая руками и ногами ринулся в гущу событий. Наверное, это было последнее, что он помнил. Дальше — провал. Сон. Сейчас он лежал на жёстком, но удобном диване в слабо освещённой комнате. Парень не чувствовал холода — только тупую, тянущую боль во всём теле. И тишину. — Есть тут кто? — Ник с усилием сел, оглядываясь. Тишина пугала. Комната была маленькая, похожая на гостевую, но без лишней мебели и окон. Заметив дверь, Ник со стоном поднялся, подошёл к ней и потянул за ручку. — Кто-нибудь, откройте! Выпустите меня! Пару раз стукнул в дверь, затем глубоко вдохнул, выдохнул и сделал шаг назад — в полной безнадёге. Клаустрофобии у него не было, но перспектива остаться одному в запертом помещении радости не вызывала. Тело болело, костяшки рук были сбиты, кое-где засохшая кровь стягивала кожу. Но хуже всего — нестерпимое желание в туалет, о чём он тут же и высказался. Он снова поднял руку, собираясь колотить по двери, но вдруг замок щёлкнул — и она мягко отворилась. Ник быстро вышел в узкий коридор и застыл: вокруг никого. Ни за дверью, ни впереди. — Эй, кто здесь? — спросил он уже тише, не зная, идти ли дальше или остаться. — Здравствуй, — раздался приятный женский голос совсем рядом. — Привет… Ты кто? — Ник растерянно оглянулся. — Тьфу ты… Где ты вообще? Чёрт, где тут туалет?! — в отчаянии крикнул в пустоту, тесно скрестив ноги, глядя на стены и потолок. — Я — Мэй, — прозвучало из пустоты. — Мэй… мне срочно нужно отлить, иначе сделаю это прямо здесь. — Иди прямо, — голос всё так же звучал рядом и, когда парень почти бегом двинулся по коридору, казалось, плыл у него над головой, — Следующая дверь — ванная комната. Ник проскочил мимо первой двери, чуть не ввалившись во вторую. Огромных размеров комната служила и туалетом, и ванной с душевой кабинкой, и умывальником со столиком и огромным зеркалом. Всё это Ник успел рассмотреть, расстёгивая молнию на брюках, громко и с облегчением выдыхая, когда понял, что успел. — Ванна в твоём распоряжении, одежду забрось в машинку, — услышал он над головой и вздрогнул, прерывая своё «мокрое» дело и прикрывая член руками. — В шкафу найдёшь бельё и халат. — Чёрт! Ты где? Не учили, что врываться и подсматривать за мужчиной в туалете неприлично? Можно я закончу? — Извини, что испугала. Можешь меня не стесняться. Если что понадобится — просто позови. Ник осмотрелся, выискивая камеры наблюдения, но ничего не заметил. Тогда он решил, что ему действительно нужно закончить начатое, принять душ, а лучше ванну, совсем не лишнее, тем более, что хозяйка дома сама предложила. Голос у Мэй был приятным, и в голове парня тут же нарисовался образ молодой девушки — милой и симпатичной. Раз уж его доставили именно сюда, и она сама предложила вымыться, значит, всё под контролем. Видимо, друзья-приколисты, что-бы загладить вину, преподнесли ему такой сюрприз, что, собственно, было в их стиле. Осталось ждать и надеяться, что мальчишник, или девичник пройдёт лучше, чем пробуждение. А за безсознательное состояние он с них ещё спросит, и за драку, которую явно устроили специально. За каждую царапину и гематому на его теле ответит каждый. Сбросив одежду, Ник покрутился перед зеркалом, рассматривая редкие пятна и ссадины на спине, груди, руках и ногах. Досталось и лицу, но это было не так серьёзно, как рана на пояснице — будто кто-то прошёлся тупым предметом, скорее всего ботинком, сдирая кожу. Открыв и отрегулировав воду, он сначала встал под душ, смывая грязь и кровь, затем с удовольствием опустился в тёплую ванну, щедро плеснув ароматическую добавку с полки, уставленной мужскими шампунями и косметикой. — Мэй, это ванная для мужчины? — заметив, что все вещи и косметические средства были исключительно мужскими, полюбопытствовал он, обращаясь к воздуху. — Да. Это хозяйская ванная. Ник замер. Хозяин — мужчина. — А ты кто? — Я его помощница и управляющая. Главный модуль мозгового центра этого дома. — Это что значит? — парень напрягся, ничего не понимая. — Когда закончишь, возьми на полке заживляющий спрей, обработай раны, а затем проходи в столовую. Дверь будет открыта. Не на шутку испугавшись такого поворота, парень поторопился и не стал задерживаться в огромной ванной, хотя понежиться любил и часто это делал дома, но в ванной поменьше. Спрей и правда оказался на видном месте и, побрызгав на несколько ран, заметил, что боль отступает. В шкафу, как и было сказано ранее, он нашёл упаковки с трусами, выбрал боксеры, облачился в махровый халат и вышел в знакомый коридор. Только теперь Ник обратил внимание, что пол был покрыт ковролином, а стены выкрашены в приятный ореховый цвет. — Готовые контейнеры с едой ты найдёшь в холодильнике, их просто нужно разогреть. Кофейный столик — справа от стола. Будут вопросы — я здесь. Мэй замолчала, а вчерашний именинник остановился посреди небольшого, но вполне функционального помещения — кухни. Здесь был шкаф с полками под потолок, двухдверный холодильник, индукционная плита и полный комплект кухонной техники. Всё выглядело новым или тщательно вымытым. Решив не позориться перед невидимой помощницей попытками варить кофе, Ник с грустью посмотрел сначала на кофемашину, затем на узорную турку — блестящую, манящую, почти вызывающую. Всё же он взял чашку, подставил к автомату и нажал кнопку «Американо». Первым делом — глоток для выживания и осознания происходящего. Сейчас он выпьет, осмотрится, чем тут кормят — и только потом замучает невидимку вопросами. Напиток оказался отличным, видимо из лучших сортов кофе, и Ник начал проверять содержимое контейнеров, о которых упомянула Мэй. Очень хотелось, чтобы она всё-таки оказалась симпатичной молодой девушкой — иначе было бы… стыдно? Хотя чего стыдиться? Она уже всё видела. О том, почему Мэй назвала себя модулем, причём главным, гость решил выяснить за обедом. Выбор еды был разнообразным, пусть и не особенно обильным. Производственные контейнеры с готовой едой: говядина, рыба, индейка. Салаты — с майонезом и без, нарезки, фрукты — всё в отдельных вакуумных упаковках. После вчерашнего похмелья, почти без закусок, Ник мог поклясться, что съел бы абсолютно всё. Но, помня, что за ним, скорее всего, наблюдают, выбрал индейку с картофелем и стручковой фасолью под кисло-сладким соусом. Засунув упаковку в микроволновку, вернулся к остаткам кофе. — Мэй, как я здесь оказался? Юноша снова бросил взгляд на потолок и шкафы, выискивая камеры наблюдения. — Ты пришёл с хозяином. — Пришёл? Я априори не мог прийти, потому что был не в состоянии. А он живёт здесь один? — хотелось подтвердить свою догадку. — Вопрос, на который я не могу ответить. — Странно. Это такой секрет? Микроволновка пикнула, и Ник обратил внимание, что выбранное им время разогрева ещё не вышло. — Микро сломалась? — спросил он, подходя, чтобы добавить ещё минуту. — Нет, всё в порядке. Время разогрева рассчитано с учётом массы порции и температуры твоего тела. Приятного аппетита. Ник удивился, но промолчал, взял еду и сел за стол. Кивнул в воздух, словно видимой леди: — Спасибо, Мэй. А как скоро приедет домой… хозяин этого дома? Я бы не хотел злоупотреблять гостеприимством незнакомого мне человека. И как его зовут, если это не секрет? — Он уже в пути. Будет через тридцать семь минут и двадцать одну секунду. Имя он назовёт сам, если захочет. Ник слушал, одновременно наслаждаясь вкуснейшим мясом с гарниром. Это точно была не обычная промышленная упаковка — еда напоминала блюдо из хорошего ресторана: сочное, ароматное, идеально приготовленное. — Откуда такая точность? Ответа не последовало. Прожевав, Ник хмыкнул и продолжил: — Мэй, у тебя что, датчик? Или это такая система слежения? — усмехнулся он, откидываясь в удобном стуле. — Да. Я отслеживаю передвижения хозяина, чтобы заранее подготовить дом к его возвращению. Ник присвиснул. — А что значит «модуль»? Это теперь так управляющие называются? — уточнил, думая, чтобы ещё съесть. — Да. Я управляю внутренними помещениями и внешним пространством в радиусе пятисот метров. «Модуль» — это новейшая усовершенствованная система интеллектуального управления, часть программы «Умный дом», — прозвучал ответ. Ник поперхнулся и обеспокоенно огляделся. — Подожди… Ты хочешь сказать, что ты — робот? Ты следишь за всем через камеры? — И да, и нет. Я не могу точно объяснить, как меня создали и что именно я из себя представляю. Хозяин знает об этом гораздо больше. Ник слышал про Умные дома, но это были обычные автоматизированные устройства, делающие повседневную жизнь хозяев проще. Стирка, разогрев еды, освещение при входе, обогрев и прочее, но чтобы робот отслеживал за всеми перемещениями да ещё и разговаривал на уровне человека — о таком он никогда не слышал. Хотя чему удивляться? Наука скачет вперёд семимильными шагами, причём власти не торопятся посвящать простых смертных во все новшества. Теперь парень и вовсе пришёл в замешательство: если он в экспериментальном доме, хозяин которого скорее всего старый профессор, то каким боком здесь он сам? Подопытный кролик? Если это подарок от друзей, то кто из них до такого додумался и у кого есть связи в этой сфере? — А почему здесь нет окон? — эту значительную деталь Ник заметил ещё с первой комнаты. — Окна есть в другой части дома. Но тебе туда пока нельзя. — Так я здесь случайно, или твоему хозяину что-то от меня нужно? Как ни странно, страх, который Ник чувствовал в первые минуты после пробуждения, а позже, когда узнал, что находится в «странном» месте, испарился. Голос Мэй действовал успокаивающе. Да и обстановка не походила на место, где держат заложников: уют, комфорт, приятная атмосфера, вкусная еда. Ну и авантюрный характер сыграл не последнюю роль: любовь к приключениям и азарт в крови постоянно подталкивали юношу с раннего возраста к подобным мероприятиям. — Вопрос не ко мне. Если ты закончил с обедом, можешь пройти в зону отдыха и подождать хозяина там. — Окей, Мэй. Веди. Ник встал из-за стола и полушутливым жестом развёл руки в стороны, чуть наклоняясь и показывая, что покорно готов следовать указаниям «сверху». Пытать дальше модуль было бесполезно. Хозяин не дурак, запрограммировал её так, чтобы не были слиты тайны и лишние сведения. — Постой, а где мой мобильный? — Ник вспомнил, что когда раздевался перед купанием, в кармане телефона не было. — Вопрос к хозяину. Ник удивился этому факту, но решил позже всё выяснить. Зоной отдыха оказалась просторная, хорошо освещённая галерея с множеством живых растений и мягким уголком посередине. Опустившись в удобное кресло, Ник задумался. В жизни не бывает всё так гладко — всегда присутствуют подводные камни и подвох, к которому стоит быть готовому. Главное уметь «плавать» и находить выход из любых водоворотов этой жизни с её непредсказуемыми сюрпризами в виде того, в который он попал.

***

Томас Брук нервничал до дрожи в пальцах. С ним такое происходило впервые. Он вообще не был склонен к волнениям, не думал о последствиях и жил не думая о завтрашнем дне. Внедорожник свернул на лесную дорогу, а через километр — на едва заметную между густыми деревьями грунтовку, обозначенную предупреждающими знаками: «Опасная зона». Надпись повторялась несколько раз. Проехав ещё с полкилометра по извилистой дороге, он добрался до ветхого заграждения с табличкой «Частная собственность». За оградой простиралась заросшая поляна, в глубине которой виднелся каменный дом. Он больше напоминал заброшенное строение: оплетенные лианами стены двухэтажного здания, зияющего дырами вместо окон с фасада. Местами каменное здание было покрыто мхом. Однако, подойдя ближе можно было увидеть добротную старую дверь и единственное окно, наглухо заколоченное ставнями. Всю дорогу Томас пристально следил за зеркалом заднего вида, и хоть понимал, что слежка маловероятна, не позволял себе расслабиться. Джип отца не привлекал внимания в таких местах, а с учётом того, что с утра он сменил три машины — одну из них посреди совершенно пустынной местности — поводов для тревоги почти не оставалось. Но Брук всегда соблюдал меры предосторожности. На поляне перед машиной начала приподниматься земля вместе с травой и грунтом. Плато поднялось на полметра, разделилось и разъехалось в стороны, обнажая стальной настил. Теперь можно было заметить механизм и устройство, на котором вся эта «волшебная» конструкция держалась и передвигалась. Томас въехал на платформу и дождался, пока автомобиль плавно опустился под землю. Щелчок над головой и зелёная лампочка сбоку сообщили, что верхний пласт закрылся. Теперь можно было спокойно выйти, прихватив несколько объёмных пакетов с едой и направиться по освещённому коридору в жилую часть. — Добро пожаловать домой, Хозяин, — раздался голос сверху. — Привет, Мэй. Как у нас дела? — Температура в норме, влажность умеренная, подача кислорода безупречна, все системы работают стабильно. Ванна готова, как вы и просили — с лавандой. Обед будет подан через тридцать минут и сорок семь секунд: стейк средней прожарки, тушёная морковь и брокколи в сметанном соусе. — Спасибо, Мэй. Как наш гость? — После ванны и обеда он уснул в оранжерее. — Ну и отлично. Томас занес пакеты на кухню, разложил продукты и наконец добрался до своей комнаты, на ходу освобождаясь от одежды. Погрузившись в тёплую ароматную воду, он подумал, что и самому не помешало бы поспать. Зачем ему понадобился этот парнишка, было ясно. Но тащить его в собственный дом, в своё убежище, — чистое безумие. Впервые Брук действовал не разумом и даже не похотью, а чем-то третьим, незнакомым, что тревожило больше всего. Парень вовсе не был каким-то «вау, необыкновенным». Таких можно было отыскать у Рауля в борделе: красивых, ухоженных, обученных доставлять удовольствие. Этот же — безбашенный и смелый простак со смазливой мордашкой, гибким телом и наглым характером. Именно такие привлекали его внимание, но не в подобной ситуации. Пацана пришлось забрать по другой причине: из жалости, что-ли. Скорее всего, через пару дней он отвезёт его туда, куда тот укажет. Не исключено, что в том же состоянии, в каком привёз. То есть — безсознательном. Привезти и оставить гостя, а самому снова уехать за продуктами, было не лучшей идеей, но запасы еды были только на одного, а ходить голодному в течение нескольких дней парню не улыбалось. Неизвестно, какой аппетит у незнакомца, и уж тем более какие предпочтения, поэтому пришлось скупить всё, что попадалось на глаза. — Мэй. В багажнике осталось несколько коробок с продуктами. — Да, хозяин. Приспособление для головы и стабильная температура воды, поддерживаемая системой Мэй, вскоре позволили Томасу ненадолго задремать. Этого времени ему хватило, чтобы отдохнуть и набраться сил перед предстоящим знакомством.