За кадром

Сапсан полностью заполнен людьми, до прибытия в в Москву остался час. Арсений ерзает на кресле, так и не найдя удобной позы для дрёма. На телефон приходит сообщение: «Арсююююш… Я так соскучился…» Метро, час-пик, Попов прижимается к поручню и облокачивается на дверь. Его кончики ушей слегка краснеют, когда приходит новое сообщение: «Хочу чтобы твои руки сжали мои бёдра… Чтобы ты дышал в мою спину, пока берешь глубже…» Подъезд. Антон присылает фотографию, где он сидит на кровати перед камерой. Торс полностью обнажен, руки сминают простыни, голова откинута, чётко виден подбородок с короткой щетиной и выпирающий кадык. Арсений несётся вдоль ступеней на четвёртый этаж, чуть не роняет ключи, когда пытается побыстрее открыть дверь, хлопает дверью, не закрывая на замок и, выскользнув из обуви, несётся в спальню. — Арс, привет, а ты чего так торопишься? — Шастун упорно делает вид, что ни при чем, но хитрая улыбка всё выдает. — Ага, и тебе привет, — Арсений скидывает с себя футболку и припадает к телу мужчины. Шастун всё ещё пытается скрыть улыбку, но получается очень плохо. Арсений целует его, целует везде. Страстный поцелуй в губы, смазанный поцелуй в щеку и нос, Арс аккуратнее кусает низ щеки и подбородок, проводит по подбородку носом и нежно целует. Если бы Шастун и раньше знал, что Попову так нравится его подбородок и шея, то он бы пользовался этим куда чаще. Но, кажется, этот его маленький фетиш появился во время их расставания, и тогда об этом Антон даже не думал. Антон — его сумасшествие, его воздух, его необходимость. Поэтому он оставляет так много поцелуев не его шее, мягких укусов, чтобы потом гриммерам не проходились замазывать пятна, и трётся носом, вдыхая любимый аромат кожи. Мужчина сжимает руки на талии и прикусывает ключицу, Антон под ним прогибается и тихо простанывает. — Арс… — глотает воздух Шастун, нащупывая рукой вставший член под грубой тканью джинс. — Да? — Попов ни на секунду не перестаёт покрывать поцелуями тело парня, мягким кончиком языка обводит сосок и осторожно прикусывает. Шастун расплывается в его руках, немного ерзает бёдрами, стараясь коснуться своим членом живота Арсения и прикрывает глаза, забывая обо всём за стенами этой спальни. Арсений стягивает домашние штаны Антона вместе с бельем, мягко целует живот и вновь прикусывает под пупком. Мышцы живота напрягаются и Антон улыбается. — Щекотно… Мужчина мягко улыбается и целует укус. На Антона поднимается взгляд пары хитрых голубых глаз. Попов проводит широким языком вдоль члена и внимательно следит за реакцией. Антон прогибается и расставляет бёдра шире. Арсений обводит кончиком языка головку, и, прикрыв глаза, плавно берёт член в рот, старательно вылизывая чувствительную кожу. Он делает пару покачиваний головы и расслабляет горло, беря член до конца. Антон тихо простанывает и запускает руку в пряди чёрных волос, совсем немного сминая их. Мужчина открывает глаза и вновь смотрит на Антона снизу вверх, как тот растворяется в ощущениях и тихо-тихо мычит, легонько толкаясь бёдрами в горло. Арсений смыкает пальцы в кольцо вокруг основания члена и медленно двигается в темп с горлом. Антон сминает пряди волос, когда темп начинает нарастать, он смотрит вниз и видит, как Арсений старательно обсасывает головку члена и высовывает кончик языка. Выходит по-шлюшьи, но Антону достаточно увидеть похоть в этих голубых глазах чтобы кончить в рот. Мужчина тяжело дышит и откидывает голову на подушки. Арс облизывает губы и головку члена, собирая маленькие капельки. Он улыбается, целует живот, от чего Антону становится вновь щекотно, и поднимается с колен. Шастун притягивает его и валит на кровать, крепко обнимая. Арсений обнимает в ответ и нежно целует лоб. Секс изменился. Свидания изменились. Они изменились. Антон стал чаще приглашать Арсения на выставки и в кино, перестал тащить на футбол. Попов теперь чаще готовить для двоих и может уйти из квартиры или уехать из города в любой момент, не чувствуя вину за это. — Арс… Ты спишь ещё с кем-то кроме меня? Арсений взволнованно поднимает голову и смотрит на Антона. — С чего такие вопросы? Антон поджимает губы. — Мы ведь… Не встречаемся вроде как, — голос становится тише. — Мы это просто не обсуждали. Мы видимся, проводим время, веселимся, спим. Когда ты уходишь по делам, я никогда не спрашиваю что за дела, — сглатывает. — Я просто не хочу нарушать твои границы. Я просто не понимаю где проходят наши границы. — Антош… — Я нормально приму, если ты ездишь ещё к кому-то… — сдерживает слезу. — Просто дай знать, если это не серьёзно, чтобы я не придумал себе ничего лишнего. Попов обнимает крепче и прижимается губами ко лбу. — Надо было сказать раньше, да?.. Арсений гладит его спину. Дыхание на секунду замирает. — Я ни с кем не сплю и ни с кем другим на свидания не хожу. — И с Вадимом? Попов хмурится. — С каким Вадимом? — Ну у тебя там есть… Вадим. Попов молчит. — Это фотограф мой, Тох. Я на фотосессии к нему езжу. Антон поднимает взгляд. Арсений осторожно целует его в нос.