before sunrise

Это был один из жарких и бесподобных летних дней. Уже вечерело а девушка, лет шестнадцати, сидела в гостиной красивого, большого, светлого, дома, читая книгу. Её внутренний и внешний покой нарушает женщина, не старше сорока лет, вычурная длинноногая шатенка, спокойно вошла в комнату — Дочь, тебе письмо, — её речь немного резко оборвалась, она хотела было сказать что то еще но смолчала. — Что там? — Девушка наконец обратила внимание на мать, из-за резкого поворота головы, белокурые волосы ударили в лицо, убрав их, она вопросительно посмотрела на родительницу. — Это из, — она замялась не спеша с ответом, — Колдовстворца. — Да ладно мам, ты же знаешь, пишут напомнить мне о полномочиях, и всяком, если ты не забыла в том году было тоже самое, как же хорошо что я в одиннадцатый класс перешла, еще два годика избавлюсь от этой ноши, — девушка вела разговор уверено, не переживая ни о чем, она знала как это бывает, и это было не в новинку, она еще с шестого класса участвовала во всех мероприятиях, это и было понятно, ведь она училась на Яриле, одно из отделений Колдовстворца, каждый яриловичец стремится открывать новые горизонты, открывается этому миру, и на все сто выкладывается в работу, но это не означало что они были глупы, всегда просят свободы, ненавидят когда их действия ограничивают, идя на перекор всему, они ощущают себя живее. С такими непросто сжиться, но к этому всему они самые веселые из всех отделений, такой и была Елена, Елена Адеева. — Елена, ты слишком легкомысленна, но об этом потом, разве непосредственные письма присылают из Подземного двора?  — Это был не вопрос. Точнее вопрос, но ироничный. — Дай сюда, — девушка вырвала конверт с рук старшей, и прошлась глазами по конверту. Печать Хозяев Медной Горы. Красивая, золотая печать, ощущалось будто она была вылита из золота, маленькие буковки в ее низу, «ХМГ». Шокировано, она открыла конверт, Хозяева никогда не пишут просто так, только если.. Нет. Бред. Не могли же ее исключить? Это же невозможно, да, они с ребятами всякого натворили, бла бла бла, но не исключать же, верно?! Достав письмо, невзначай откинув конверт, начала читать вслух: «Адеева Елена Петровна  Хозяин Медной Горы, Алексей Ярушин, вызывает вас, на срочное, преждевременное собрание. Ждем вас, 25 июля, у Ворот Велеса, там вас встретит Ядвига Петровна, что проведет вас в резиденцию Хозяев Медной Горы. С наилучшими пожеланиями,  Хозяин Медной Горы» — Ахуеть, — едва слышно высказалась она, посмотрев из-под лба на мать, которая кажется отвлеклась, — какое сегодня число? — 23, июль, — незамедлительно ответила ей женщина — Это… — она явно хотела сказать что то еще, но внимание матери теперь было приковано к ней,— отлично, я пошла.  — Чего? Куда? — Уже догоняя дочь, спрашивала шатенка. — А что такое случилось то? — В резиденцию вызвали, у них появилось резкое желание собрать всех послезавтра, передай отцу что книги что я оставила у него на столе, пусть он передаст их Ангелине, — не оборачиваясь тараторила блондинка. — Хорошо дочь. Залетев в комнату она села за стол, взяла листок и начала писать письмо, писала она друзьям, написав три письма начала их перечитывать: «Привет, Алина Это просто, тебе же тоже пришло письмо от хозяев горы? Не знаю  что и делать, давай встретимся завтра на нашем месте, думаю в час дня будет отлично, я хочу многое обговорить, это не тема для письма, если ты согласна просто отправь Геральду назад, если нет, то жду развернутое эссе на тему «Почему я отказала великой Елене» С любовью, Твоя Елена» «Хэй, Макс У меня есть, думаю, весьма правдивое предположение, что тебе пришло письмо от ХМГ, если да, то завтра в час дня, это если что когда на часах показывает на циферку один(1), даже в том случае что тебе не пришло письмо, все равно жду, если ты не придешь, я высосу из тебя твою душу. Твоему брату я тоже напишу письмо, знаю тебя, ты забудешь. Спасибо, жду! Елена» «Привет, Владлен! Как я поняла, всем председателям, Хозяин Медной горы отправил письмо, если тебе тоже и ты не кидалово, то жду завтра на нашем, в час дня! Пожалуйста если сможешь возьми с собой Макса, боюсь он проспит, если будешь у него передавай от меня привет вашей маме,  Надеюсь у нее все хорошо! Я ему тоже отправила письмо, не знаю зачем, думаю он решит прочитать позже и забудет. С уважением, Елена Адеева.» Закончив писанины, она встала, прошлась по комнате раздумывая что же случилось, или должно случиться, подучив все письма, красивая, черная, ворона по имени Геральда, вылетела в открытое окно, а девушка решив не мучить себя ожиданиями плюхнулась на кровать, и уснула.

***

Утро выдалось довольно легким, Елена встала, и пошла в ванную, проводить водные процедуры, принимая душ, она пыталась смыть волнение и переживания, старалась настроиться на позитивное настроение, и это получалось не плохо, даже хорошо, с улыбкой на лице она смывала пену с бархатной кожи. Елена потянулась за полотенцем, и поскользнулась, но вовремя ухватилась за раковину, что стояла совсем рядом с душевой кабинкой. Белокурая девушка оделась и вышла с ванной комнаты, протирая вьющиеся, мокрые волосы, полотенцем. На кухне Екатерина Адеева готовила завтрак. — Доброе утро, ты куда то собираешься сегодня? — Да, мы с ребятами сегодня должны встретится, в кафе. — Что ж, ясно, — мать пыталась о чем то заговорить, но никак не получалось, — слушай что там с письмом? — А, письмо… Это аудиенция с Хозяином Горы, некоторые председатели там будут, — легко ответила девушка, попивая апельсиновый сок. — Вот оно как, я поняла — женщина снова занялась своими делами, что то делала, крутилась, время от времени в сковородке возникало новое шипение, а Елена просто втупилась в стену, на которой весели настенные часы, вдруг она заговорила: — Отец еще не приехал? — Нет, много проблем появилось на работе, — мать Елены посмотрела на дочь мягким взглядом, на такой казалось часто другим, она не была способна все считали ее черствой, с ужасный характером, дамой, но рядом с любимыми и родными она становилась другой, она не была той леди о которой ходят разные разговоры, она была женой, мамой, сестрой, дочкой, и главное, она была любимой, — тебя что то тревожит? Я же вижу. — Я немного, переживаю об аудиенции, зачем им созывать председателей, это как минимум странно, но я пытаюсь с этим справиться, — она глянула на часы, — блин, у меня осталось пол часа, я пойду переоденусь. Она резко вскочила с кресла, почти рывком, будто что-то толкнуло её изнутри, и бросилась вверх по лестнице, на второй этаж, туда, где находилась её комната. Это было её личное пространство: красивое, просторное, наполненное светом и… красным. Стены были оклеены простыми белыми обоями, невычурными, даже немного холодными, на которых красовалось множество постеров, с музыкальными группами, или еще чем то. Первое, что бросалось в глаза, это шторы. Тяжёлые, бархатистые, насыщенно-красные, почти бордовые, они спадали до самого пола складками, как театральный занавес. Того же цвета был и ковер глубокий, кроваво-красный, лежащий на дубовом полу, со следами времени и лака. У стены стоял туалетный столик, светлый, цвета слоновой кости. На столике стояло множество флаконов, баночек и тюбиков. Большинство в красных или винных оттенках, иногда даже желтых. Кровать занимала почётное место в центре стены. Мягкая, с высоким изголовьем, она была застелена светлым покрывалом, а сверху небрежно наброшен бордовый плед. На ней лежали разные декоративные подушки молочно-белые чередовались с насыщенными бордовыми, создавая мягкий контраст. И была одна просто белая, на которой девушка и спала. Справа от окна стоял высокий комод широкий, добротный. Его цвет трудно было назвать: не белый, не совсем молочный, но с тёплым подтоном, будто дерево, покрытое тонким слоем светлой глазури. Блондинка любила этот комод, он был вместительным и при этом не столь бросающимся в глаза. Это была далеко не вся комната — в ней были и кресло у камина, и настенные бра, и маленькая библиотека в углу. Но всё это второстепенно. Главным оставалось ощущение: это пространство было не просто её. Оно было продолжением её самой. Белое и красное. Тёплое и резкое. Уютное, но с характером. К ее радости, на подоконнике сидела ее Геральда, держа в клюве одно письмо   — «Наверное влад, он никогда не оставляет письма без ответа». Девушка взяла в руки пергамент, и прошлась голубыми глазами по строкам что гласили: «Дорогая Елена! Да мне тоже пришло письмо от ХМГ. Макса возьму, он, кстати, получил нагоняй, мама привет получила, у нее все хорошо, можешь не переживать Думаю мы опять будем раньше всех, Владлен. Ладно, Твой Влад.» Она усмехнулась сама себе, мысленно отправляя эту усмешку ему, она сложила письмо, и положила его в тумбочку, там она хранила все важные для себя письма. Не зацикливаясь на письме, она решила думать о встрече, мысли про друзей, сбрасывали камни с плеч, становилось легче, — «Я рада что они со мной.» — пронеслось у блондинки в голове, и она улыбнулась сама себе, когда то, она не думала что будет относиться к друзь так, для маленькой версии её, это было странно, отдаваться полностью какой то дружбе, она считала что друзья это временное наслаждение, что то, что пролетит также быстро, как и года, которые прошли, когда она стала другого мнения, когда она стала взрослее. Она натянула бордовую майку. Тонкая, почти струящаяся ткань мягко легла на тело. Лёгкий блеск подчёркивал изгибы, а тонкие бретельки почти терялись на плечах, придавая всему облику лёгкость и чувственность. Цвет был насыщенный, глубокий, как вино на свету, не крикливо яркий, а благородный и тёплый. На бёдрах чёрные шорты, обтягивающие, как вторая кожа. Они подчёркивали стройность ног и были почти незаметны на фоне темных босоножек, в которые она уже влезала, ловко перехватывая ремешок пальцами. Простые, но изящные, босоножки придавали образу завершенность. Не слишком нарядно, но достаточно эффектно, чтобы её нельзя было не заметить. В одной руке она держала небольшую сумочку. Цвет был чуть темнее, чем у майки, почти слившийся с вечерними тенями. Практически винный, бархатный на взгляд. Мягкая форма, короткая ручка, металл молчаливо поблёскивал на застёжке. Оттенки красного, особенно глубокие, насыщенные, всегда были её страстью. Для неё они не просто про цвет. Они были про эмоции, спрятанные под внешним спокойствием. Про тепло, которое не всем позволено почувствовать. Про неё саму. Она мельком взглянула в зеркало, как всегда. Главное, почувствовать себя, а не увидеть. — Всё,— она кричала куда то в сторону кухни, даже не будучи уверенной что Екатерина все еще там. — Я пошла. — К десяти что бы дома была, — неумолимым тоном сказала ей родительница. — А жаль, я уже думала до пол пятого в стрипушнике торчать. Не дожидаясь ответа, она вышла, воздух был приятен, а ветер легко обдувал лицо. Не расслабляясь, она уверенно-строгим шагом направилась к месту встречи, несколько раз завернув за угол, и выйдя в какое то минимально людное место, завернула за какой то дом, увидев калитку, открыла ее, и прошла чуть вперед. На горизонте был холм, широкий, но не слишком высокий, и много деревьев, казалось это рай для летних дней, но тут никого не было, никогда, кроме четверых друзей, что если и были вместе, то только тут. — Елена! — со стороны послышался высокий, мелодично-звонкий голосочек, и блондинка сразу поняла кому он пренадлежал. Она не успела проронить и слова, как на нее набросились с объятиями, да и не одна Алина, Макс, видимо, тоже очень скучал. Справа раздался басистый голос, — мы виделись буквально пол месяца назад, вы чего? — Твердо проговорил парень. — Да ладно, Влад, иди сюда, — промурчала голубоглазая, — мы тебя тоже обнимем. После нескольких секунд в объятиях, они пошли вниз по холму, к их излюбленному дереву. — Я вот думала, зачем все это, нас или заменяют, или куда то отправляют, я спрашивала у матери, она сказала что у нее еще когда она первоклашкой была, а это больше тридцати лет назад, такое было когда учеников старших классов, также председателей, отправляли в Махокорото, или в Махотокоро, Махокорото… ну я не помню! — С энтузиазмом говорила брюнетка, ее зеленые глаза сверкнули азартом, и переливались на палящем солнце, — так делают что бы поддерживать международные связи, с помощью школ, ну может мы будем выбирать тех кто поедет? Я думаю так. — Торжественно хлопнув в ладоши закончила она. — Знаешь, это имеет смысл быть, — ответила ей блондинка приобняв девушку за плечи.

***

— Поедете вы. — строго молвил мужчина, лет шестидесяти. — Это уже решено, выезд тридцатого октября, до первого ноября, вы должны быть в Великобритании, после вас введут в курс дела, и никаких отмазок, Максим. — Но, нам же сдавать в следующем году ВКР, как мы будем там это делать, к тому же мы не можем окончить одиннадцатый и двенадцатый классы не присутствуя в школе, что нам делать? — Возмущался Влад, он был высокий, серые глаза сверкали недовольством, он убрал с глаз пряди русых волос, — как вы вообще собирались это прокрутить, если даже точные сроки нашего там пребывания нет возможности назвать? — Мы это предусмотрели, учебная программа, шестого и седьмого, в случае продления, курса Хогвартса будет подтянута под вас, ради этого они изменили даже их экзамены, дети, вы должны знать, что положится мне кроме вас, нет на кого, я не знаю чем вызвана спешка, но министры магической Великобритании требуют отправления к октябрю, к тому же таких обменов давненько не происходило в Колдовстворце. Это пойдет на пользу и Хогвартсу и нашей школе, откроете для себя что то новое. Блондинка прошла вглубь комнаты, — Алексей Симеонович, но… Что мы должны делать? — Нарушив тишину сказала она. — Альбус Дамблдор, введет вас немного в курс дела, учиться вы будете на шестом курсе, увы отдельную башню для вас не удалось выудить, но, в какой то из них, вам выдадут комнаты, не знаю как это будет, но она вроде там одна, вообщем — увидите, главное верьте в себя, уверен, вы достойно представите нашу школу, за вами будет закреплен учитель, который будет вас сопровождать, уже позже вы узнаете кто. — Интересно, — Алина весело хлопнула в ладоши, — раз уж у нас и выбора нету, то я согласна. И тут наконец то Макс подал голос: — Мне даже нравится эта затея, без домашнего задания, жизнь только проще. — после этого он шепнул Алине и Елене на ухо. — И без кислой рожи Ядвиги, тоже. Он глупо улыбался, но улыбку с его лица смыло следующее, — и да, домашнее задание вы будете выполнять, также как и Хогвартцы. — Что?! Почему это? Значит я должен почти весь год, даже в случае чего два года торчать там, и еще и делать что то? Я надеялся на другое, — шатен не прекращая возмущался, его не понимаю и злости не было придела, — за что нам это? — грустно закончил он. Алексей тяжело вздохнул, — это будет не так плохо, как вы думаете. — Он с надеждой посмотрел на Елену, она обычно усмиряла пылкий нрав друга, а если тот не слушал, обещала величайшие муки. — Хорошо, допустим мы поняли, но какая наша основная цель? Наш визит для того что бы наладить международные отношения и союзы? Это звучит глупо, — она скептически посмотрела на Хозяина Медной Горы, — мы то поедем, но сама суть нашего визита, не для налаживания связей, ведь так? — Что ж… — Колдун сел в большое кресло, — да в этом ты права, вы едете не просто так, но не об этом. И поедете не вы одни, конечно, к вам начислят еще учеников, но вы уже годами укрепились в списках лучших учеников, пожалуйста, не подведите школу. С этими словами он похлопал в ладони, и в кабинет влетела Ядвига, она вывела их, и повела к башне — ярус Колдостворца, на котором было общежитие для старших, и средних классов, — мне нужно отдать вам кое какие документы, на подпись для родителей, первого сентября они должны быть у меня, понятно? — Ядвига была ответственна за учеников и их безопасность, вообщем была смотрителем, поэтому ее кабинет находился в башне общежитий, она вынесла несколько пергаментов и передала ребятам. — Перед отъездом все должно быть подписано, прошу вас не забыть, тебя особенно, Максим. — Да я понял. — Раздраженно ответил парень.

***

4 августа

— Так что? Вы решили уже что то? — Брюнетка расхаживала вокруг друзей, они собирались на отдых, но никто не знал куда, хотелось моря, пляжей, посиделок у берега, утренних купаний, они уже давно не отдыхали вместе. — Я сдаюсь, Италия для вас банально, Албания не нравится, куда вы хотите? — С раздражением проворчал Максим. — Не знаю, я уже устала перебирать варианты, давайте потом решим, а? — Блондинка вернула внимания на друзей, — я уже устала от отца, мне хоть бы куда. — Блондинка уныло взяла камешек что лежал под деревом и бросила его куда то вдаль. — Он так и не унимается? — Впервые за разговор голос подал Влад. — Ну, ему важен престиж, он не может дать единственной дочке опозорить семью, он даже не знает что я из Колдостворца уеду осенью, да и я с ним не общаюсь, сдалось мне, нервы еще трепать. — Она поднялась на ноги, — так что, я просто хочу повеселится. — Уже повеселее сказала она. — Вот такой настрой мне нравится. — Рассмеялась Алина. — Пойдем прогуляемся, я хочу выпить. — Голубоглазая притянула к себе подругу, и направилась в сторону жилых домов, что бы после выйти на улицу, на которой находился бар, там они были постоянными гостями. — Тебе не кажется что ты слишком много начала туда захаживать?  — Да ладно, Влад, я же не водку хуярю, по коктейльчику с Алиной выпьем и все, ничего запрещенного. — Я всегда только за, а если ты угощаешь так тем более. — Оживленно тараторил Макс. — Да-да, сегодня тоже все за мой счет, не ломайся Влад, даже твой младший брат согласен. — Елена повернула голову к другу, с первого взгляда он был самым серьезным из компании, по сути так и есть, но это было пока он не развеселится. — Когда это он был против, не скажешь мне, дорогая? — Иронично спросил парень. — Все хватит, мы идем немного повеселится. — Алина подхватила под руку Адееву, и вместе с ней поплелась к их любимому бару. В самом баре царила сумасшедшая атмосфера, музыка била в барабанные перепонки, на барной стойке бармен разливал по вычурным стаканам дорогие напитки. В некоторых местах танцевали какие то ребята, под свои любимые песни. Почти все свое время они проводили здесь, конечно их бы не пустили, ведь им нету восемнадцати, но в Колдовстворце не так уж и сильно следят за использованием магии несовершеннолетними, так что обвести вокруг пальца охрану, а позже и владельцев бара было проще простого, тут можно было и без магии обойтись, но решили пойти путем проще и сделать вид приличных людей, что находились бы там вполне законно. — Привет, мне как всегда,— Подмигнула бармену Елена. — Алине то же самое, Влад сам выберет, а Максима желательно отсюда выкинуть. — Лен, ты что то говорила? — Отозвался шатен, услышав свое имя. — Нет ничего, развлекайся. — Крикнула она ему. Прошло не много времени с их входа, она сидела попивала какой то прозрачный, слегка голубой, коктейль через трубочку, Алина пила тот же, они болтали о всяком, о том что же их все таки ждет, чего вообще ожидать, как по их мнению все пройдет, как быстро они нарушат десяток правил, что веками были установлены в Хогвартсе, сильно ли им влетит за это. Но тут речь зашла об отце. — Как скоро он узнает? Думаешь сможешь вечно бегать? — Необычайно строго спросила брюнетка, тень грусти пронеслась во взгляде. Она знала все что происходит в семье у подруги, она была светилась главным качеством учащихся на отделении «Дажбог», проницательность, и она была самой понимающей девушкой которую знала Елена, с ней не нужно было говорить, она все понимала и сама, если надо она обнимет, даст выплакать боль себе в рубашку, или милый свитер, она всегда была готова дать свое плечо, Волкова это маленькое солнце в их чудной компании, что всегда согревает других. — Да хуйня полная. Я уже давно строю какие то планы на жизнь, и без его участия, не смогу себе позволить разрешить этому уроду продолжить существовать в моей жизни, еще немного и мне стукнет семнадцать. Мда уж, раньше я бы и подумать не смогла что так все обернется. Бабушка сказала если что, поможет, но я не хочу просить помощи у нее, я не хочу подставлять её под опасность. Воспоминания нахлынули будто волной, она не смогла совладать с мыслями и картинки проносились в голове.

***

— Ты туда больше не поедешь. — Голос мужчины словно прогремел, как гроза что била истерику за окном. — Почему?! — Взревела в ответ девушка, произнося слово по слогам, пытаясь вдолбить вопрос в голову отца. — Потому что там тебя ничему не учат! Сидишь с этой старухой часами, да гуляешь! А за ум когда возьмешься? Елена, ты должна будешь связать наш род с другим! Хорошим, богатым, чистокровным в конце концов! — Пётр был непреклонен, слова вылетали изо рта четко, давая понять что это окончательная точка, и никаким обсуждениям данный вопрос не подлежит. — Но я не хочу! — Завыла блондинка, светлые пряди прилипли к лицу, что было мокро то ли от истеричных слез, то ли от дождя под который она попала. — Хватит мне толдычить одно и то же! Я не собираюсь так рано выходить замуж! Что это за бред! — У тебя никто и не спросит! Одно мое слово и ты полетишь под венец, если не по своей воле, так против неё. Пётр Адеев, был статным мужчиной сорока лет, выглаженная рубашка и брюки от костюма тройки, пиджак где то затерялся из-за бури эмоций, лицо которое украшали светлые, как у дочери, волосы, выражало злость, он был на взводе, дочь не слушала его, имея свой стержень, она не поддается ни манипуляциям, ни силе, которую он уже не единожды проявлял, доставляя ей боль, сейчас не было сил выяснять, но она настолько противилась, это выводило из себя, он решился на еще один вид «уговоров». Если раньше это были мелкие заклинания, которые приносили ноющую длительную но не столь большую и глубокую боль, то сейчас он нашел новое, мощное, сильное, адски удушающее и сводящее с ума заклинание. Круцио, им пользовались темные маги на западе, ему о нем рассказал коллега, что сам прибыл оттуда, он решил испробовать его на собственной крови, на своей дочери. — Ты не посмеешь мне перечить, если я кое что применю. — Заговорчески тараторил он. — Да плевала я! Выйду замуж за какого то сноба только мертвой, я еще раз повторю: я не собираюсь плясать под твою дудку и идеологию, захочу – пойду и за неколдуна замуж выйду, понятно тебе?! И тут мужчина вспыхнул, закрутилось шестеренки, внутри разрасталась ярость, тягучая, горькая, с послевкусием, что тлела в нем давно, сейчас вспыхнула пламенем, дернув правой рукой вверх, он молвил лишь одно: — Круцио. Девушку вмиг одолела жгучая боль во всему телу, она расходилась импульсами, будто била током в определенном месте, оставляя ужасное чувство, она взревела, её крик пронзил большой дом, раздаваясь эхом в пустых коридорах, становилось тяжело дышать, нет, не просто тяжело, больше, невозможно, каждый вдох отдавался яркой болью, что саднила тело, она извивалась на полу, ведь при первых импульсах упала на колени, сейчас она лежала, ощущала весь ад на себе, будто её кинули в кипящее масло, что обжигало кожу настолько, что хотелось её содрать, она царапала себя, кричала, плакала, просила остановить это. Но он не слушал. Ему доставляло удовольствие, видеть плоды сопротивления дочери, показывая кто все таки в доме главный, и кого тут слушают. Она ощущала будто жизнь покидает её, но нет, как бы этого не хотелось, сейчас она предпочла бы умереть, чем испытывать все это. В глаза рябило, и начало темнеть, как только она окончательно потеряла сознание он перестал.

***

По-тихонько она начала возвращаться в реальность, Елена посмотрела на девушку сидящую напротив, в её глазах читалось сожаление и полное понимание, вместо успокаивающих слов, она просто положила свою ладошку на её, передавая капельку своего тепла ей, она в этом нуждалась и брюнетка дала ей это. Елена успела услышать несколько знакомых песен. Что раздавалась в голове смутными воспоминаниями, счастливыми воспоминаниями, те которые всегда фиксировали на фотоаппарат, будь это чье то день рождение, или просто неведьмовская* дискотека. — Лен, разве это не твоя любимая? — раздался голос подруги сквозь шум голосов и звон бокалов. Блондинка обернулась, прислушалась. Первые аккорды прорезали пространство, и сердце её дрогнуло. — Это Back In Black? — спросила она у бармена, прищурившись, словно пытаясь убедиться, что не ослышалась. — Ага. AC/DC, — кивнул тот, с лёгкой улыбкой, будто знал ответ заранее. — Боже… как же я давно её не слышала. С ума сойти! — выдохнула она, и глаза её вспыхнули. Не дожидаясь одобрения, она схватила подругу за руку и потянула прочь от стойки, прямо на танцпол. Туда, где уже гремел ритм, вибрировал воздух, а гитара будто входила в кровь, заставляя сердце биться быстрее. Они танцевали, как в последний раз. Без оглядки. Без стеснения. Смех, сбивчивое дыхание, волосы, прилипшие к вискам — всё слилось в одну бурю. Ноги сами несли по кругу, тела двигались в такт, не думая ни о чём. Потом короткая передышка у барной стойки, снова звон бокалов, глоток коктейля… Но стоило заиграть ещё один знакомый трек и всё повторялось. Снова в танец, с криками, с разлетевшимися локонами, с подругой за руку и без остатка сознания. Они не выпили много, но это было и не нужно, эйфория, лёгкость, радость от того, что просто живёшь, опьяняли сильнее любого алкоголя. И вот, задыхаясь от смеха и усталости, разгорячённые и почти счастливые, они вновь вернулись к стойке. Глотки напитков жгли, но это только усиливало ощущение настоящего. Было хорошо. Не надуманно, не как надо. По-настоящему. — Ты, я так понимаю, большая фанатка этой группы, — с лёгкой усмешкой заметил бармен, кивнув в сторону стены, где висел старый, но эффектный постер AC/DC с ярко-красной молнией на чёрном фоне. — У них, кстати, скоро концерт. Жаль, не у нас. — Серьёзно? — Девушка тут же распрямилась, глаза зажглись живым интересом, как будто внутри неё включили свет. — А где? — В Штатах. Там у них целый тур вроде намечается, — не спеша ответил он, продолжая натирать стакан для виски, глядя сквозь прозрачное стекло, словно обдумывая что-то. — Да сейчас в Америке вообще много всего проходит. Даже у нас в баре иногда брошюры появляются, промо-афиши какие-то, видел краем глаза. Она повернулась к Алине, всё ещё возбужденная услышанным, с той самой лёгкой безуминкой, которую её подруга знала слишком хорошо. — Решено. Едем в Штаты, — сказала она с непоколебимой уверенностью, будто речь шла о походе за кофе, а не о международной поездке. Алина только хмыкнула, но в её взгляде читалось что это было вполне в стиле подруги. Так что привычно В этот момент к девушкам подошли двое. Максим, уже порядком навеселе, с неуверенной походкой, но сияющей физиономией, едва удерживался на ногах. Его брат Влад шёл рядом, одной рукой придерживая его за плечо, чтобы тот не завалился в чью-нибудь спину по дороге. — Я думаю, нам пора идти, — сказал Влад, остановившись рядом и скользнув взглядом по девушкам, а потом на Макса. — Ему уже хватит. — Да-да, идите, я заплачу, — махнула рукой Лена, не отрываясь от своих мыслей и коктейля. Она даже не уточняла, кому и за что — как обычно взяла на себя. Но друзья сразу поняли. Влад кивнул коротко, благодарно, и начал осторожно уводить брата в сторону выхода. Блондинка развернулась назад к бармену и защебетала что то, достала несколько купюр с кошелька, спрыгнула со стульчика, и побежала к друзьям. — Мы с Алиной, решили что нам стоит посетить США, — Отдышавшись пропыхттела девушка. — США? Разве там есть море? — Недоуменно спросил Макс. — Ты дебил? Штаты океаном омываются. — Влад дал ему подзатыльник, и его брат поморщился. — Я знаю что там и на морях не плохо, тепло вполне. — Воодушевленно сказала Алина. — Да не в море суть, в США через две недели выступают AC/DC, вы же понимаете как это для меня важно! — Серьезно?! — Максим чуть не подпрыгнул на месте, — в таком случае вообще без вариантов, мы едем туда, а в каком городе именно? — У них тур, — девушка показала брошюру друзьям. — Думаю лучше всего было бы в Майами, там и море есть. — Если вам так хочется, то через неделю будем там, я все устрою. — утомлено сказал Влад. — Боже, ты лучший! — Запищала блондинка и кинулась обнимать парня. — Я уверена, что он знает. И они засмеялись, идя домой обсуждали то что их ждет, лето еще не закончилось, у них было время хорошенько оторваться и отдохнуть. Они хотели это время использовать во всю, и довольные сегодняшним днем поплелись домой к Алине, что бы немного посидеть в компании её веселого отца и заботливой матери, а Елене уж очень сильно хотелось как можно больше оттянуть момент прихода домой. — Так что вы, дети, решили? — Прогримел басистый голос отца семейства Волковых. — Ну, куда поедете. — США, Майами, — начала блондинка. — Оу, я слышала там не плохо, хороший выбор, но почему Майами? — Спросила мама Алины. — Там будет концерт любимой группы Елены и Максима. — Ответила брюнетка своей матери. — Боже, я уже схожу с ума от этого ожидания… — простонала блондинка, отбросив голову назад и закатив глаза так, будто невыносимо тягучее время было физической пыткой. — Потерпи еще неделю. — Влад похлопав её по плечу, встал из-за стола. — Мы уже пойдем, мы засиделись, темнеет. — Он взглянул в окно, красивый закат заливал горизонты, маня выйти и утонуть в нем. — Я проведу вас. — Алина спрыгнула со стульчика, и подхватила под руку Елену. — Мы, наверное, еще прогуляемся с Еленой, если ты не возражаешь, мам — Мы не возражаем, гуляй, но не забывайся, я не хочу ходить искать тебя по району. — Хорошо мам. — До свидания, тётя Жанна, и вам дядя Арсений. — Женщина помахала рукой, а мужчина лишь кивнул, блондинка уже обулась и собиралась выходить, но Волкова старшая подошла и обхватила её запястье, девушка обернулась и её глаза встретились с глубокими карими, которые при плохом свете напоминали обрыв, но как только солнце опустит свои лучи на них, они станут похожи на шоколад. Она осмотрела Жанну полностью Темные, как и у её дочери, волосы, были слегка завиты, а при корнях виднелись седые и тонкие волоски, которые как ручейки спускались и растворялись в других темных, пряди. Она могла бы поспорить, что Алина это младшая версия её матери, но глаза... Они были отцовские, зеленые, которые магнитом притягивали взгляд, что ярко искрились на солнце, и были такие родные для Елены, будь она в отчаянии или радости, всегда выдела рядом эти зеленые глаза, контраст которым придавало ее веснушчатое лицо, веснушки выступали только когда царит теплое солнце, зимой они были почти незаметны, но блондинка, которая рассмотрела лицо подруги вдоль и поперек знала что они есть. — Заходи почаще, мы тебя так редко видим… — с лёгкой грустью в голосе проговорила Жанна, — это, знаешь ли, не совсем утешает. Она стояла у стены, скрестив руки на груди, но в её голосе и взгляде не было ни упрёка, ни строгости, лишь тепло и искренняя забота. Жанна всегда с особой теплотой относилась к друзьям своей дочери. Особенно, к Елене. Она помнила, как та впервые осталась у них на ночь. Тогда она крупно повздорила с родней, и ушла из дома на несколько дней, сначала казалось подростковый бунт, но все было не так просто, но женщина не влезала, ведь слушала настояния дочери, которая просила её не спрашивать лишнего. С тех пор Жанна никогда не возражала против её визитов, и была всегда только за. — Конечно, я постараюсь бывать чаще, — ответила Елена, мягко улыбнувшись. В её голосе прозвучала не просто вежливость, а благодарность, за принятие, за пространство, в котором ей было спокойно. Они попрощались, Алина на ходу накидывала кофту, Елена по привычке проверяла, не забыла ли ничего, вернувшись за сумкой, которую оставила на стуле кухни, а Влад уже держал дверь. Когда они вышли из дома, на улицу сразу ворвался свежий воздух. Было прохладно, но приятно, как глоток реальности после уютного домашнего кокона. — Это был насыщенный день, — сказал Влад, втягивая прохладу в лёгкие. Он говорил спокойно, но в его голосе звучало удовлетворение — будто день действительно сложился как надо. Алина, поправляя шарф, кивнула: — И в хорошем смысле. Вот бы все будни были такими. Елена молча кивала, идя рядом. Внутри неё ощущалось что-то тёплое и немного странное. Возможно, это и называлось «спокойствием». — Лучше и не скажешь. — Устало согласилась блондинка. — Сейчас я думаю лишь об одном, как мне зайти незаметно домой, если мой милейший папаша там, то это пиздец. — Ну, давай в окно? — Предложил Максим, она с Алиной шли по правую сторону от него, слева был Влад, шатен приобнял Елену за плечи, собственнически закинув на них руку, и немного прижал к себе. — Ты это спьяну предлагаешь или всерьез? — Спросила Алина. — Нет серьезно, конечно утром диалога не избежит, но хотя бы не сейчас. — И как мы должны это провернуть? Её комната на втором этаже. *** — Максим ты дебил, я делаю это чисто ради Елены. — злостно прошипел Влад своему брату. — Спасибо Влад, люблю тебя! — С верху сказала блондинка, она сидела на плечах у Макса, которого подсаживал Влад, а тот в свою очередь стоял на лавочке, — Я не думала что так скоро увижу Влада на одном колене. — Хихикнула Алина, за что получила лишь шиканье в свою сторону. — Жаль я не вижу. — шуточно всхлипнула блондинка продолжая взбираться на окно своей комнаты, оставалось еще немного, лишь бы не упасть. — Ты сейчас допиздишься и полетишь вниз, вместе с этим оболтусом малолетним. — Раздраженно крикнул Влад, немного шевельнувшись дабы показать, что то, что отделяет их от калек, держится только на нем. — Тише, я поняла прости. — Шепнула Адеева, и наконец взобралась на окно, она знала что такое может случиться и оставила его открытым, сидя уже на подоконнике она махнула рукой Владу и тот встал, Макс упал, но не ушибся, показал большой палец, говоря что все в порядке, она слезла с подоконника, подошла к туалетному столику, и подожгла свечу зажигалкой которая стояла рядом. Решила переодеться и уже стоя у шкафа распахнула его и принялась искать или пижаму, или что то более удобное. Достала красные шорты и черную футболку, переоделась в них, в душ было уже лень, и она завалилась спать так.