И не было такого лета

– Ночью приснился дурной сон, – поделился Гарри на следующее утро, налив себе сока. Драко перестал намазывать оладью лимонным кремом и собирался было задать очевидный вопрос, но Снейп опередил его: – Вещий? – Нет. Абсолютно точно. Не было никаких узоров, завихрений, ничего. Просто... Мне уже надоело постоянно оказываться в больнице! Я надеялся в следующем году обойтись без этого, понимаете? Драко моргнул. – Ты только что сказал, что сон не вещий. Тогда при чем тут следующий год? Гарри криво улыбнулся. – Под вещими снами я подразумеваю те, которые показывают большие фрагменты прошлого и будущего. Но у меня было много других снов, дающих представление о грядущем. Например, мне приснилось, что слизеринцы заболеют. – Ты мог бы мне об этом рассказать, – негромко заметил Снейп, потянувшись за чайником. – Извини, – сказал Гарри. Он откусил кусочек хрустящего тоста, обычного сухого тоста, и крошки полетели во все стороны. Драко чуть не передернуло. – Я не знал, что это произойдет на самом деле. Сон был... Ну, он показался мне обычным сном, без особого смысла, сэр. Хм, папа. Только потом до меня дошло. Что ж, по крайней мере, не только Драко до сих пор испытывал проблемы с обращениями. Он понимал, что, учитывая обстоятельства, следовало бы проявить больше сочувствия, однако просто порадовался, что не один. – Так из-за чего же ты собираешься лечь в больницу на этот раз? – спросил Снейп. – Думаю, было бы неплохо по возможности приготовить необходимые зелья заранее. – Понятия не имею. Никто ничего не говорил, – пожал плечами Гарри. – Вы с Драко сидели на стульях рядом с моей койкой, и мы просто смотрели друг на друга. А больше я ничего не помню. Драко был уверен, что он обязательно вспомнит что-нибудь, нужно только подтолкнуть. – Гипс? Пластыри? Бутылочки с зельем на прикроватном столике? Гарри, наморщив лоб, усиленно размышлял. – Э-э, не уверен. Возможно, у меня была забинтована голова. Или нет, постойте, может, бандаж на шее? Или… – Хватит, – строго велел Снейп и добавил, обращаясь к Драко: – Такими вопросами ты подбрасываешь ему несуществующие образы. Пусть лучше вспомнит сам. Или не вспомнит. – Вероятно, стоит вылить сон в омут памяти, – предложил Гарри. – Как мы тогда сделали? – Выдергивать сны из сознания и помещать их обратно – это мера, которую лучше приберечь для самых отчаянных обстоятельств. А нынешние обстоятельства, безусловно, не таковы. Тебе просто приснился сон. О чем-то, что случается с тобой, как ты сам признал, почти каждый год. – Но... – Разве я не говорил тебе, что применяю магию только тогда, когда это лучшее решение? С разумом шутки плохи, Гарри. – Особенно с твоим разумом, – поддакнул Драко. – Ну спасибо, – нахмурился брат. – Знаешь, то, что ты, вероятно, набрал больше баллов по СОВ, не значит, что ты умнее. Это просто значит, что у тебя было больше репетиторов. – Поговори с Маршей о своей обидчивости, – парировал Драко. – Потому что я ни разу не упомянул, что набрал больше баллов, чем ты. Я вообще не знаю, сколько ты набрал. Я лишь имел в виду, что трудновато будет сиять в роли убийцы Темного Лорда, если ты повредишься рассудком из-за безответственного использования омута памяти. У Гарри отвисла челюсть. – Мне никто не говорил, что омут памяти может навредить! – Он обычно и не вредит, – терпеливо пояснил Драко. – Но сны – совсем другое дело. Но даже так ущерба не будет, если не увлекаться. – Вот почему мы не будем просить у Альбуса омут памяти всякий раз, когда твои сны кажутся слегка тревожными, – добавил Снейп. – Отличное объяснение, Драко. Итак, у тебя есть планы на сегодня? Ты был немного рассеян, когда я забирал вас вчера вечером. Слишком много клубничных дайкири? Пришел черед Драко ронять челюсть. – Я не выпил ни капли. – Я не собирался смущать тебя настолько, чтобы возникла необходимость лгать, – сурово произнес Снейп. – Рианнон купила дайкири и пролила на стол, – объяснил Драко. – Мне на рукав попало немного. Но я ничего не пил. Не дошло до этого. – А-а. Это объясняет запах. – Снейп пожал плечами. – Отлично. Так что там насчет планов? – Я хотел провести день с Рианнон. – Представь себе мое удивление. Можно было бы обойтись и без шутливого тона. – Ключевое слово: «хотел», – признался он, жалея, что на тарелке яичница-болтунья, а не яйца пашот. Готовил утром явно Гарри. У него всегда выходила яичница-болтунья. Ну, за исключением тех двух раз, когда Драко настоял на яйцах пашот и получил яйца, которые разбили в горячую воду и варили до тех пор, пока те не стали твердыми и резиновыми. Гарри съел их и объявил, что получилось недурно. Драко содрогнулся от одной мысли. – «Хотел» в прошедшем времени. В пятницу она сказала, что на выходных свободна, но вчера поздно вечером сообщила, что он передумал и поручил ей кучу домашних дел. Как будто она должна выполнять черную работу. Ее дядя – отъявленный мерзавец. – Давайте махнем к морю, – с широкой улыбкой предложил Гарри. Он, придурок эдакий, похоже, обрадовался, услышав, что у Драко рухнули планы с Рианнон. – Втроем. Звучит великолепно, правда? – Прям потрясающе, – с гримасой отозвался Драко, но Гарри словно ничего и не заметил. – Будет здорово! Я бы с удовольствием попрактиковался в плавании где-нибудь еще, кроме бассейна. – Да-да, у каждого из нас свои собственные маленькие испытания, не так ли... Однако Гарри выиграл спор всего тремя словами. Ну, тремя словами и сердитым взглядом. – Ты мне задолжал. У Драко имелся ответ наготове, но когда он подумал о том, как несносна была Сесиль и как Гарри терпел ее ради него, возражать не хватило духу. – О, ну ладно. Пусть летнее солнце обжигает мою нежную кожу... – Ты, похоже, прекрасно переносишь летнее солнце, когда Рианнон неподалеку и тобой восхищается. Драко довольно откинулся на спинку стула: такое описание происходящего ему импонировало. – Она в самом деле восхищается мной, да? – Когда ты не даришь бриллиантовые подвески алкашам. Ну конечно, обойтись без этого Гарри не мог. Разве Драко циклился на его ошибках? Он немного оскорбился и думал, что сейчас получит выговор от Снейпа, но отец только сурово посмотрел на него и вроде решил не заострять на этом внимание. Драко понял, что не может поступить так же. Он хотел, чтобы Снейп думал о нем хорошо, а не считал его пустоголовым болваном. Он хотел, чтобы Снейп восхищался им так же, как восхищался Гарри. Драко вдруг почувствовал, что скучает по старым добрым временам, когда можно было остаться после зельеварения и пожаловаться на Гарри. Тогда он всегда мог рассчитывать на язвительные комментарии Снейпа по всем вопросам, касающимся Гарри Поттера. Но не сейчас. Конечно, Драко не скучал по тем временам всерьез. Ему просто ужасно надоело, что Гарри нравится Снейпу больше. Драко вздернул подбородок и обратился к брату: – Ты прекрасно знаешь, что подвеска ничего не значит. Я мог бы купить сотню таких и швырнуть их со скалы, даже не заметив разницы в балансе моего счета. – Если ты можешь позволить себе разбрасываться деньгами зазря, это не значит, что ты должен этим заниматься. – Но разве это произошло зря? У нас с Рианнон случилась первая настоящая ссора, мы пережили ее и благодаря этому стали сильнее. – Драко хотел добавить, что примирение с лихвой окупило стоимость кулона, но не мог после того, как сказал Снейпу, что не будет распространяться о её личной жизни. Однако кое-что ему пришлось рассказать. – Я упомянул при Рианнон о приюте, и она хочет его увидеть. – Он развернулся на стуле лицом к Снейпу. – Думаю, я смогу организовать посещение, если пожертвую значительную сумму. Ты ведь разрешишь мне отвести её туда? Если получится уладить дела с Дарсуэйтом? – Ты ничего ей не говорил про магию и сквибов? – уточнил Снейп с хмурым взглядом, который грозил стать яростным. – Нет, нет. По ее мнению, это всего лишь приют для нуждающихся детей. Маггловский. Я уверен, что смогу уговорить Дарсуэйта провести для нас экскурсию и не упоминать о магии. Но, конечно, как только Рианнон поймет, что она на самом деле ведьма, я объясню ей все более подробно. На самом деле Драко надеялся, что сможет объяснить все подробности до визита, но это безусловно зависело от того, что ему пришлют. Интересно, долго еще? Снейп задумался на мгновение. – Я не вижу особых трудностей, если ты сможешь убедить Горация Дарсуэйта сотрудничать. – О, он придет в восторг, – вмешался Гарри, который утром все обдумал. – И не только из-за денег. В приюте нам рассказали, что постоянно ищут способы познакомить детей с миром магглов. Что может быть лучше, чем залучить в гости маггла... Опять двадцать пять? – Ты когда-нибудь уяснишь в своей тупой гриффиндорской башке раз и навсегда, что она не маггл? Хватит, Гарри! Я ей нравлюсь – этого уже достаточно, чтобы ты избавился от своей навязчивой идеи. – Она не знает, что ты ненавидишь магглов! – Есть такая вещь, как инстинкт, – протянул Драко. – Даже у магглов есть. Ее влечет ко мне, а будь она магглом, этого бы не произошло. – О, прекрасно. Как скажешь, – сказал Гарри, явно неискренне. – Как я уже говорил, возможно, она на самом деле ведьма. Правда в том, что мы на самом деле не знаем... – Ты не знаешь. Я знаю все, что мне нужно. Гарри раздраженно фыркнул. Выглядел он расстроенным. – Я просто к тому, что, если ты поговоришь с Дарсуэйтом заранее и скажешь ему, что приведешь к ним маггла, он подумает, что она в самом деле маггл. И, вероятно, решит, что визит будет полезен для детей. Может быть, она немного расскажет им о музыкальной карьере или чем-то в том духе. Может быть, подарит билеты на свое выступление. Это было бы здорово. Последние две идеи определенно были хороши, хотя, конечно, Драко не требовалось рассказывать Дарсуэйту о том, что Рианнон маггл. К тому времени, как они доберутся до приюта, этот неприятный слух будет развеян. Он скажет Дарсуэйту, что Рианнон очень комфортно чувствует себя в мире магглов, вот и все. И упомянет о том, что дети, возможно, могли бы сходить на её представление. Хм... Возможно, он предложит финансировать поездку. Скорее всего, получится неплохо. – Ну что, на побережье? – Гарри вернулся к другому насущному вопросу. – У тебя есть на примете конкретный пляж? Гарри взглянул на отца и пожал плечами. – Как насчет просто немного побродить по берегу? Доедем на такси, если идти далеко. В смысле, мы знаем несколько удобных районов Эксетера, в которые можно аппарировать, а с побережьем все сложнее, – он ухмыльнулся. – Без костей рыбки не бывает. Драко хотел застонать, но у него возникла идея получше. – Давайте найдем там магазин, где продают рыбу с жареной картошкой! Гарри бросил на него взгляд, в котором даже слепой распознал бы сомнение. – Ты хочешь рыбу с жареной картошкой? Ты? – Так получилось, что мне она нравится. – С каких это пор? Драко пожал плечами. – При условии, что к ней прилагается нормальный напиток, – он поморщился. – Что угодно, кроме диетической колы. Натуральная бурда. – Попробуй обычную. – Вряд ли. Снейп встал. – Тогда идите и приготовьтесь провести день на море. Гарри ухмыльнулся. – Ты тоже. Возьми свой самый сильный крем от загара, папа. Когда Снейп зашел в свою комнату и закрыл за собой дверь, Драко поморщился. – Легко ему говорить. Чары действуют недолго. С моим везением мы окажемся в центре большой толпы магглов, когда зелье выветрится и все увидят этот огромный уродливый шрам у меня на груди! – Просто почаще наноси лосьон, как в бассейне, – сказал Гарри чересчур терпеливо. Как просто ему притворяться, что Драко слишком остро реагирует: ему ведь нет нужды переживать из-за здоровенного уродливого шрама! А шрамик на лбу едва ли стоит беспокойства. – Пойдем, – Гарри отодвинул стул. – Я знаю, что соблазнит тебя провести день на пляже. Там ведь будет много девушек, правда? И, как ты тогда сказал, «Мерлин, на них не так уж много одежды, а?» Драко вздернул подбородок. – Это было до знакомства с Рианнон. Сейчас я смотрю только на нее, чтоб ты знал. Гарри тихо присвистнул. – Нет ничего плохого в том, чтобы смотреть. – Я полагаю, нужно быть влюбленным, чтобы понять. – Придурок. – Завидуешь? – Ха. Драко не совсем понял, что означал этот ответ. Хм, может, Рианнон просто не в его вкусе. Что ж, в таком случае приятно слышать. Да и вообще, Драко это не волновало. Рианнон сказала, что любит его. Ну, во всяком случае, упомянула, что у нее есть любовные отношения. И подразумевала она Драко. Не нужно быть легилиментом, чтобы увериться в этом. *** Вернувшись в коттедж вечером, Драко решил, что визит на море прошел неплохо. Гарри определенно понравилось. Он даже потребовал, чтобы его закопали в песок по шею, а потом попытался уговорить Драко попробовать то же. «Это очень весело», – пообещал он – и рассмеялся: вероятно, над выражением лица Драко. Драко вздрогнул, вспомнив эту «забаву». С чего бы ему хотеть засыпать себя песком? Даже сейчас, спустя несколько часов, он мог с уверенностью сказать, что у Гарри в волосах остались песчинки! Что ж, вот что бывает, когда резвишься в окружении магглов. Одно нормальное очищающее заклинание решило бы проблему, но пришлось обойтись без цивилизованных методов просто потому, что у волшебников нет частных пляжей. Или, по крайней мере, Драко о них не знал. Надо бы об этом позаботиться… После окончания школы можно купить что-нибудь на берегу... С другой стороны, не настолько ему нравились пляжи. Так что, в принципе, неважно. – Интересно, кто прислал тебе посылку? Драко моргнул. Она уже здесь? Он лишь надеялся, что его инструкции выполнены в точности. Быстро применив окклюменцию, он постарался нацепить маску абсолютного спокойствия. – О, несколько дней назад я заказал через сову новый шампунь. Специальный состав. Хлорка в воде из бассейна просто отвратительна, знаешь ли. Драко небрежно открыл коробку, которую вручил ему Гарри, и достал хрустальную бутылочку с пробкой. – Маловато они тебе прислали. – Если его приготовить правильно, то много и не понадобится, – после чего Драко повернулся к отцу и сказал единственное, что гарантировало, что Снейп к этому конкретному флакону и близко не подойдет. – В последнее время твои волосы выглядят как будто ломкими. Не хочешь позаимствовать капельку? Снейп бросил на него язвительный взгляд. – Некоторым из нас не нужны дизайнерские средства по уходу за волосами для полноценной жизни. – Дело не в этом. Я просто хочу выглядеть как можно лучше для Рианнон. Ты бы чувствовал то же самое, если бы влюбился. Верно? Гарри издал сдавленный звук – и к лучшему: он отвлек внимание Снейпа. Пристальный взгляд отца показался скорее пронзительным, чем сардоническим. Как будто он знал, что Драко что-то замышляет. Как будто. – С тобой все в порядке? Гарри рассмеялся, но в его смехе было больше смущения, чем веселья. – Конечно, папа. Хм. Интересно. Драко и раньше шутил с Гарри о том, что Снейп интересуется Маршей больше, нежели показывает, но, похоже, на каком-то уровне Гарри не нравилась мысль о том, что Снейп с кем-то встречается. Что ж, мысль, что Драко с кем-то встречается, ему тоже не нравилась, так? Драко решил, что он просто не готов делить свою семью ни с кем. И неудивительно: впервые за многие годы у Гарри появилась семья. Те ужасные магглы не в счет. Так что вполне логично, что Гарри немного расстроился из-за Рианнон, но со временем он поймет: Драко по-прежнему остается для него таким же братом, что и раньше. И этого ничто не изменит. Даже Рианнон. И вообще, как только Рианнон наконец поймет, что обладает собственной магией, Драко сможет рассказать ей все, и ей будет легче понять, насколько важна для него семья. Но чтобы показать ей, что она ведьма... Сперва требовалось обеспечить возможность немного поколдовать у нее на глазах. Она, конечно, решит, что это маггловские фокусы. Но она расслабится и будет счастлива заново пережить детскую любовь к магии. У нее возникнет ощущение дежавю, и, как только Драко протянет ей свою палочку и она почувствует, как та поет в такт ее собственной магии... Тогда он сможет рассказать ей все. Абсолютно все. – Я, пожалуй, пойду проверю, насколько хорош этот шампунь, – сказал он, пряча улыбку, и направился в спальню. *** Оставшись в ванной в одиночестве и надежно заперев дверь, Драко сел на крышку унитаза и покачал бутылочку, глядя, как янтарная жидкость медленно перетекает с одной стороны в другую. Пока все шло хорошо. Содержимое походило на шампунь, как он указал в письме к заказу. Вытащив пробку из флакона, Драко принюхался: пахло мылом. Стороннему наблюдателю зелье, как и было задумано, показалось бы модным шампунем. Но запах, конечно же, был результатом заклинания, а не исходил от зелья. Драко не знал, были ли искусственными цвет и консистенция, но это не важно. Важно лишь то, что его указания выполнили. В точности. Кажется, Драко получил именно то, что заказывал, но не терял бдительности. Когда имеешь дело с такими людьми, как близнецы Уизли, лишняя осторожность не повредит. Их продукция имела обыкновение таить в себе сюрпризы, и не всегда безобидные. С другой стороны, они были бизнесменами, а чек из банковского хранилища, который Драко приложил к письму, был крайне щедрым. Не говоря уже о галлеонах, добавленных в качестве дополнительного стимула. «Я был бы весьма признателен, если бы запрашиваемое зелье соответствовало только и исключительно указанным качествам, – написал он. – Эти несколько монет послужат частичным авансом. Выполните свою часть уговора, и, уверяю вас, я выполню свою». Пока Драко видел шампунь. Что ж, существовал лишь один способ выяснить, получил ли он то, за что заплатил. Порывшись в коробке, Драко вытащил листок пергамента и просмотрел его. Документ напоминал договор купли-продажи и был оформлен на увлажняющий шампунь, предоставленный французской волшебной фирмой, ведущей бизнес в Уэльсе, однако в нижней части имелось дополнительное примечание: «Инструкция по применению: одна капля восстанавливает повреждения одного дня». Драко предпочел бы более четкое руководство, но, учитывая, что инструкция якобы предназначалась для шампуня, Фред и Джордж, пожалуй, сделали все, что могли. Он понял их так: «Одна капля добавляет к вашему возрасту один день». Вполне логично: в письме Драко объяснил, что ему не нужно стать старше на несколько месяцев или лет. Зелья требовалось столько, чтобы перевалить за отметку семнадцать лет. Вообще-то от зелья старения для человека в его положении пользы не имелось: следящие заклинания Министерства нельзя было обмануть такими простыми методами. Однако в прошлом году Драко пришлось непросто, и палочка, которой он пользовался сейчас, была не та, что в детстве. Долгие годы она принадлежала волшебнику, который по возрасту годился Снейпу в дедушки, а, потом, незарегистрированная, перешла к Снейпу. Правда, недавно её зарегистрировали на имя Драко, но это меняло немногое. Большую часть своего существования палочка принадлежала другим владельцам. Она не знала Драко. Драко понимал это каждый раз, когда произносил заклинание. Конечно, попытайся он притвориться семнадцатилетним в возрасте, скажем, одиннадцати лет, палочка бы поняла, что что-то не так. Но она не заметит, если Драко внезапно станет старше на три-четыре недели. В конце концов, она привыкла к более возрастным владельцам. Драко не смог бы проделать этот трюк ни с палочкой, которой пользовался много лет, ни с совершенно новой палочкой. Но обстоятельства сложились в его пользу: в его распоряжении оказалась именно та волшебная палочка, которую зелье могло одурачить. Та, которая раньше принадлежала другим. Та, которая тосковала по прежним владельцам. Та, которая с радостью вырвалась бы из рук несовершеннолетнего волшебника. Драко мысленно просмотрел календарь и решил, что двадцати восьми капель должно хватить. Полных четыре недели. На несколько дней больше, чем требовалось, но ничего страшного. Он примет чуть больше, чем нужно, просто на всякий случай. Драко хотел взмахнуть палочкой, чтобы наколдовать чистый стакан, но вовремя сообразил, что Снейп может каким-то образом заметить всплеск магии и поинтересоваться, что происходит. Так не пойдет. Он не собирался отвечать на вопросы. Скорее всего, Снейп ни о чем спрашивать не станет, но лучше не рисковать. Драко сполоснул стакан, который Гарри держал около раковины. Это было так по-маггловски – постоянно использовать один и тот же стакан, но прислушается ли Гарри к его доводам? Конечно, нет. Не важно, не сейчас. Драко осторожно накапал в стакан двадцать восемь капель, считая вслух, чтобы не сбиться, а затем, мысленно взывая к Мерлину, перевернул стакан, вылил зелье в рот и сглотнул. От зелья ничего не осталось, но Драко все равно сполоснул стакан. Затем посмотрел на себя в зеркало. В его внешности не случилось никаких изменений, но их и не должно было быть: он повзрослел всего на месяц. Он в принципе не ощутил никаких изменений, но ведь должен был? Разве что в животе покалывала магия – зелье что-то делало. Но что? Внезапно возникло ужасающее предчувствие, что у него вот-вот вырастут рога или что-то идиотское. Если нечто подобное произойдет, то близнецы пожалеют о том дне, когда… Но нет, ничего странного не происходило. И это вовсе не означало, что теперь он на месяц старше. Не существовало способа узнать, сработало ли зелье, кроме как наколдовать что-нибудь за пределами защиты дома и ждать, не придет ли письмо с предупреждением от Министерства или, что более вероятно в его случае, не появятся ли авроры с намерением схватить его и привлечь к ответственности. Не существовало… Или же? Дата его рождения указана в свидетельстве об усыновлении, верно? Драко тогда не придал этому факту особого значения: он слишком беспокоился о реакции Гарри на его новую фамилию. Однако где-то там наверняка значилась дата… В спальне Гарри не было. Драко быстро достал свой экземпляр свидетельства из ящика стола и задержал дыхание, разворачивая его. И хорошо. Иначе, увидев, что написано в документе, он бы завопил от радости, как бы это ни было позорно. «Драко Снейп», – крупные буквы не изменились, но строчка ниже, написанная помельче, гласила: «Несовершеннолетний ребенок, рожденный 8 июля». Год, разумеется, не изменился, но день рождения перенесся ровно на двадцать восемь дней назад. Теперь он был достаточно взрослым, с запасом даже, чтобы колдовать без присмотра. Теперь он был даже старше Гарри! Навсегда. Как и полагалось. В его случае возрасту недостаточно было измениться на несколько секунд. Драко требовалось казаться для палочки взрослым на протяжении всего магического шоу, которое он собирался устроить для Рианнон. И потом, когда он все объяснит Рианнон, когда она поймет, что на самом деле является ведьмой, ему все еще нужно было, чтобы палочка считала, будто ему больше семнадцати, ведь он хотел научить Рианнон творить магию, о которой та всегда мечтала, а для этого придется демонстрировать заклинания. Заклинания, которые не придется маскировать под какой-то нелепый «показ фокусов». Драко усмехнулся. Кто бы мог подумать, что он когда-нибудь будет обязан Уизли? А теперь он обязан аж двоим. До взгляда, брошенного на дату в свидетельстве об усыновлении, Драко не был уверен, что близнецы смогут выполнить его просьбу, ведь их собственный эксперимент с зельями возраста когда-то прошел куда менее успешно. Но тогда они были учениками и пытались преодолеть возрастную границу, установленную самим Альбусом Дамблдором. Неудивительно, что они не справились с задачей. По сравнению с этим то, что запросил Драко, было проще пареной репы. Оно, вероятно, и не стоило той непомерной цены, которую он заплатил. По крайней мере, в обычной ситуации. В конце концов, потратив немного времени на теорию, Драко, вполне может статься, смог бы сварить свое собственное зелье. Однако готовить его под бдительным присмотром Снейпа – это другой разговор, так что в этом смысле зелье, замаскированное под шампунь, стоило каждого потраченного на него галлеона. Драко аккуратно свернул свидетельство об усыновлении и спрятал его, затем вернулся в ванную и вымыл голову, чтобы Гарри и Снейп слышали шум воды в душе. После этого он убрал свой особенный «шампунь» подальше, чтобы Гарри на него случайно не наткнулся, и с помощью магии высушил и уложил волосы. Хм... они выглядели по-прежнему, так не пойдет. А вот так уже лучше: чуть больше блеска, чем обычно, и он готов был встретиться лицом к лицу со своей семьей. Первым делом Гарри заявил, что волосы Драко ни капли не изменились. – Чтоб ты знал, они стали намного более гладкими, – усмехнулся Драко. Настроение так подскочило, что едва ли брат мог его подпортить. – Возможно, нам стоит проконсультироваться с экспертами по поводу твоих довольно проблемных волос. Или тебе нравится, когда они вот так торчат сзади? Гарри тоже засмеялся. – Наверное, не помешало бы. Тетя Петуния обычно коротко подстригала их, но они всегда отрастали за ночь. Впрочем, она стригла меня не слишком часто: тот факт, что волосы сразу же отрастали, её расстраивал. Приятно было слышать, как Гарри говорит об этом таким беззаботным тоном. Обычно, когда он говорил о Дурслях, его голос казался каким-то чересчур ровным. И неудивительно, учитывая, как с ним обращались в их доме. Драко посмотрел на Снейпа и увидел, что отец выглядит довольным. Вероятно, Драко не был единственным, кто обратил внимание на тон Гарри. Снейп вообще всегда все замечал. Или почти все. Он понятия не имел, что «шампунь» Драко – это нечто совершенно иное. Когда-нибудь Драко расскажет ему, и они от души посмеются. Когда-нибудь, через много лет. Драко не мог загадывать так далеко вперед. Сейчас он мог думать только о завтрашнем дне, когда сможет увидеться с Рианнон у бассейна и как бы невзначай спросить, не захочет ли она посмотреть магические фокусы этим же вечером. Он в самом деле продемонстрирует ей магию. Просто безо всяких «фокусов». *** – О, звучит чудесно, – обрадовалась Рианнон на следующий день за обедом. На этот раз, когда Драко пригласил ее прогуляться, дядюшка смотрел куда менее сердито. А с чего бы ему придираться после их субботнего «мужского» разговора? Драко расписал Снейпа строгим отцом с высокими стандартами – причем не соврал – и Стэнли Тилден вроде немного смягчился. – Я бы с удовольствием посмотрела, какие фокусы ты умеешь делать. – Ты свободна сегодня вечером? – Да, после репетиции. Мы должны закончить к... – Рианнон положила вилку рядом с салатом. – Думаю, к девяти. А может, и раньше, если на Адриана не обрушится вдохновение. – Отлично. Встретимся позже. – Мы поедем к тебе домой? Драко мотнул головой. Очень жаль, что нельзя пригласить ее в Девон. Не для того, чтобы «показывать фокусы», конечно же. Драко готов был костьми лечь, чтобы Снейп и Гарри ничего не узнали. – Хотел бы я показать тебе наш дом, – сказал он, не пытаясь скрыть сожаление. – Но это попросту невозможно. Видишь ли, Северус очень ревностно оберегает свою личную жизнь. Это трудно понять, не зная его прошлое, но ему элементарно не нравится, когда в его доме появляются другие люди. За исключением единиц, которых он знает много лет. Драко несколько раз прогонял в голове это объяснение, и оно вроде вышло довольно гладко, но на Рианнон произвело большее впечатление, чем он ожидал. Уголки ее губ слегка дрогнули. – Я не нравлюсь твоему отцу. – Нет, нет, дело не в этом... – А все потому, что мой глупый дядя заставил меня отправить его в душ! – Нет, Северус все понял... Рианнон перебила его тихим, яростным голосом. – Я едва ли могу винить твоего отца за то, что он возмущен. Надо было тогда высказать дяде, куда он может отправиться со своей работой. – Тебе нужна эта работа, чтобы жить в Эксетере, – сказал Драко как можно рассудительнее, что было непросто: очень уж хотелось от души согласиться, что ее дядя – мерзавец. – Ты не можешь бросить оперу. Никак. Северус все понимает, уверяю тебя. Он не испытывает к тебе неприязни. Рианнон взглянула на Драко из-под ресниц. – Ты же не станешь мне лгать, правда? Об этом – не станешь? Она говорила так, словно это действительно имело значение, как будто ей было очень важно понравиться Снейпу. Или, по крайней мере, чтоб он не возненавидел её. – Нет, на этот счет я бы лгать не стал, – с этими словами Драко потянулся над столиком и взял её за руку. – Он не очень хорошо с тобой знаком, но, я уверен, не держит на тебя зла за то, что случилось в бассейне. И я знаю, что он высокого мнения о твоем певческом таланте. О... Кстати, об этом. Мы взяли билеты на твое выступление в четверг, – Драко нахмурился. – Я хотел занять места в первом ряду в центре, но не получилось. – Думаю, я бы занервничала, зная, что ты так близко. Драко с улыбкой наклонился вперед. – Я заставляю тебя нервничать, да? Я бы хотел быть намного ближе, Рианнон. Он вложил в эту фразу сразу несколько смыслов и увидел, что она это поняла, по румянцу, окрасившему ее щеки. Однако вслух Рианнон лишь тихо проговорила: – Я имела в виду, что мне было бы неловко выступать, зная, что ты так близко. Драко улыбнулся шире. – Про себя такого сказать не могу. Едва ли меня расстроит тот факт, что сегодня вечером будет всего один зритель. – Тебе нужна сцена? Адриан, вероятно, согласится уступить её, если я попрошу. – О, это было бы прекрасно, – кивнул Драко. Он думал, что ему, возможно, придется снять номер в отеле, но это не сулило ничего хорошего, учитывая проблемы Рианнон с его богатством. Однако ничего получше придумать не удалось. – Э-э-э... Хочешь, я спрошу коллег, не хотят ли они остаться на твое выступление? – неуверенно спросила Рианнон. – В смысле, немного странно, что в зале буду только я. – Я бы предпочел остаться с тобой наедине, – выдохнул Драко. Она снова покраснела. – Хорошо. Я поговорю с Адрианом. Спасибо за обед, Драко, но мне лучше вернуться в бассейн. Ты же знаешь, дядя терпеть не может, когда я опаздываю. Драко встал вместе с Рианнон и бросил на стол несколько банкнот. Рианнон метнула на них быстрый взгляд. Драко лишь надеялся, что она не подумала, что эти деньги можно было бы использовать с большей пользой, потому что как иначе? Есть ведь на что-то надо. На всякий случай он решил её отвлечь. – Я сказал твоему дяде, что Северус снимает по баллу за каждую минуту опоздания на урок. Он очень одобрил эту практику. – О, да. Дядя Стэнли счел бы это просто великолепным. Неудивительно, что он сказал мне, что, как он выразился, «твой отец не такой либерал, как он опасался». Драко взял Рианнон за руку, когда они выходили из ресторана, но около бассейна пришлось разойтись. Он предпочел бы остаться и поплавать, но не стоило показывать, что он не может вынести разлуки с ней. Хотя вообще-то он не мог. Кроме того, Снейп ждал в нескольких кварталах отсюда. Он хотел обсудить с Драко два последних учебника по этике, так как вскоре должен был представить директору окончательный список учебной литературы. При мысли об этом у Драко потеплело на сердце. Снейп ведь не Гарри попросил помочь с выбором учебника. Он попросил Драко, как и следовало ожидать. Что Гарри знает о сложном выборе? Его жизнь, конечно, была тяжелой, но ему ни разу не приходилось отворачиваться от людей, которым он когда-то поклялся в верности. – Увидимся вечером, – сказал Драко, присовокупив к словам короткий поцелуй. Рианнон улыбнулась, ее глаза заблестели. – Жду не дождусь. Драко тоже очень ждал. *** Драко подумывал, не подождать ли Рианнон на улице, но решил, что, поскольку ему нужна сцена, это покажется странным. На этот раз давешний Колин, открывший дверь, просто кивнул Драко и жестом пригласил его войти. Драко сел на тот же стул, что и в прошлый раз, и принялся наблюдать, как Адриан поправляет актеров, указывая, где именно они должны стоять. – Осветители, знаете ли, ваши мысли не читают, – с каждым словом его голос становился все громче. – Так что вы, черт возьми, должны знать, что вам положено делать, иначе прожектор будет освещать пустую сцену! Есть вопросы? Вопросов, что примечательно, ни у кого не оказалось. Что ж, по крайней мере, Рианнон, по словам Адриана, «вставала на свои метки» На самом деле, она была на голову выше остальных бедолаг в постановке, и это было заметно – в ее голосе, в ее позе, во всей ее манере держаться. Она была великолепна. Слишком хороша, чтобы выступать на сцене рядом с магглами, но с этим придется смириться. Драко не в первый раз задумался, почему волшебники не создали свой собственный театр. – Ладно, – наконец сказал Адриан, скрестив руки на груди и хмуро глядя на актеров. – Репетиция окончена, но, ради бога, Колин, на этот раз не кури, пока не выйдешь на улицу! Драко поднялся на ноги, но замер, увидев, что Рианнон подходит к Адриану. – Ты сказал, чтобы я поговорила с тобой позже. Адриан кривовато улыбнулся. – О, ты сегодня справилась неплохо. Оставлю вас. Только, черт возьми, не забудь хорошенько закрыть дверь, когда будешь уходить, ладно? – Спасибо, Адриан, – Рианнон помедлила. – Э-э... Не хочешь остаться и посмотреть? Он чуть не расхохотался. – Фокусы? Нет, не думаю. Мне надо над партитурой работать. Повеселись со своим бойфрендом. С этими словами он ушел. Грубовато, как по мнению Драко, но это не имело значения. Да и какое это могло иметь значение, когда Драко назвали бойфрендом Рианнон, а та не стала протестовать? – Ну вот и все, – сказала Рианнон, когда лязгнула дверь. – Готов? Драко ухмыльнулся. – Конечно. Рианнон наморщила лоб. – Но... ты что, ничего с собой не взял? Я имею в виду реквизит? Цилиндр там или… Или ты сейчас все из рукава достанешь? Хм. Хорошее замечание. Драко хотел, чтобы она расслабилась, но она не расслабится, если он не покажется ей фокусником, которыми она восхищалась в детстве. Маггловским фокусником. А значит, понадобится реквизит, да. – О, я сложил свои вещи так, чтобы они не мешали Адриану, – он применил окклюменцию, чтобы подкрепить ложь. – Почему бы тебе не подготовить стол для меня и стул для себя, пока я схожу за ними? Скрывшись из виду, Драко глубоко вздохнул и наколдовал предметы, которые, по его пониманию, ожидала увидеть Рианнон. Рассказы о маггловских фокусах очень помогли понять, что она считает нормой. Драко все еще немного нервничал, в открытую пользуясь палочкой без прикрытия защитных чар, но он уже испробовал несколько заклинаний и ничего страшного не произошло. Конечно, учитывая все наложенные на коттедж чары, можно было предположить, что письма из Министерства не доходят до Снейпа. Однако в этом случае министерство, скорее всего, проследило бы его палочку до Эксетера и отправило авроров, чтобы те лично его предупредили, а то и задержали. Но ничего подобного не произошло, так что Драко поверил, что теперь может свободно пользоваться магией. Это просто ощущалось странно, вот и все. Но это было правильно. Гарри мог творить любую магию, какую ему хотелось, не подчиняясь законам, потому что ему даже не требовалась палочка. Драко все еще возмущался, но теперь чувствовал себя гораздо лучше. Вернувшись, он увидел, что Рианнон поставила на сцену стол и накрыла его длинным куском черной ткани. Теперь она сидела на складном металлическом стуле в центре зала и едва не подпрыгивала от предвкушения. – Закрой глаза, – велел Драко, наугад раскладывая предметы, и, едва она подчинилась, заставил исчезнуть все, кроме наколдованного цилиндра, а цилиндр поставил в середину стола. – Хорошо, можно смотреть. – У тебя классно получается, – немедленно похвалила Рианнон. – Ловкость рук на уровне! Драко не совсем понял, о чем она говорит, но не позволил этому обстоятельству себя смутить. – Обратите внимание, – объявил он, стараясь, чтобы голос звучал так, как, по его мнению, должен говорить артист на сцене. Уверенно, но не чересчур громко, – Обычная шляпа, – он приподнял цилиндр, – какую можно увидеть на любой улице Лондона. – Только есть в тысяча восемьсот шестьдесят втором году. Драко посмотрел на нее с шутливой укоризной, однако Рианнон восприняла укор всерьез. – Прости. Я буду молчать. – Внутри ничего нет, – продолжал Драко, помахав шляпой во все стороны и продемонстрировав, что она пуста. Возможно, он никогда не видел маггловского фокусника за работой, зато в Хогвартсе повидал немало магглорожденных. Особенно когда те были первокурсниками и говорили о том, насколько настоящая магия отличается от того, что они ожидали. Не требовалось большого воображения, чтобы понять из их комментариев, что фокусы в основном представляют собой слова и действия, доказывающие, что трюк не может сработать, а затем заставляющие его сработать, несмотря ни на что. Драко сунул руку в шляпу и повертел ее. – Мадам, вы выглядите скептически настроенной особой. Не хотите ли сами осмотреть шляпу? – С удовольствием, – твердо ответила Рианнон. Она взяла шляпу и осмотрела ее со всех сторон, затем вернула обратно. – Да, обычная шляпа. Для меня великовата, но… Хорошая идея, кстати... Драко достал палочку и театрально помахал ею из стороны в сторону, надеясь, что не очень похож на демонстрирующего заклинания Локхарта. Он совсем не хотел выглядеть так же комично. – Давай, ты, на размер меньше, – приказал он, постучав палочкой по шляпе. Латинское заклинание он произнес тише. Это было, естественно, уменьшающее заклинание, рассчитанное на минимальный эффект. – Мадам, ваша шляпа. Рианнон моргнула, снова ощупывая шляпу. – Мне кажется, она действительно стала немного меньше. Возможно. – Примерьте. Она примерила, но не сдалась. – Ну, раньше я просто прикинула, что она слишком большая. – О, вы, маловерная! – прогремел Драко. Он точно не знал, где слышал эту фразу, но, похоже, та подошла к случаю. – Вы еще не впечатлены, мадам? Тогда, полагаю, пришло время вытащить из шляпы кролика! Прежде чем Рианнон успела снять шляпу, Драко взмахнул волшебной палочкой и наколдовал внутри шляпы несколько крольчат. Конкретно этим умением он гордился. Вообще-то подобному учили на седьмом курсе, но Драко этим навыком уже овладел. Гарри, может, и обладал темными силами, беспалочковой магией и всем прочим, но умение наколдовывать предметы давалось ему отвратительно. Впрочем, не без причины: эти заклинания были продвинутой формой трансфигурации, а в трансфигурации Гарри был очень плох. Рианнон тихонько вскрикнула, когда три жирных белых кролика спрыгнули с ее макушки один за другим. – Как ты это сделал? – Магия! – отозвался Драко все еще голосом фокусника. – Эй, ты, кролик! – прикрикнул он, указывая волшебной палочкой на одно из животных. – Поднимайся! Вингардиум Левиоса, говорю! Лети к этой милой леди, чтобы она не жаловалась! Кролик взмыл в воздух и упал на колени Рианнон, но тут же ускакал. – Вернуть его? – Н… н… нет, – слабым голосом ответила Рианнон. Она выглядела ошеломленной. Драко почувствовал удовлетворение. Очевидно, выступать на сцене у него получилось куда лучше, нежели она предполагала. – Тогда переходим к следующему трюку! – объявил Драко, еще сильнее размахивая палочкой. – Духи стихий и лесные эльфы, выполняйте мои приказы! В этих стенах будет дуть ветер! Легкий ветерок, пожалуйста! Он пробормотал одно из погодных заклинаний, изученных в этом году, и взмахнул волшебной палочкой. Волосы Рианнон взметнулись на волшебном ветру. Вспомнив, что недавно рассказал Рианнон, Драко отправил в небытие весь реквизит. – А в качестве грандиозного финала… Рианнон вскочила со стула, мотая головой. – Никакого грандиозного финала, нет. Я так не думаю. Брови Драко сошлись на переносице. – Что не так? – Что не так? – повторила Рианнон. – Я... Что происходит, вот что я хотела бы знать! Кролики из ниоткуда – это одно, но у меня на голове? – Ой. Извини, – расстроился Драко. Да, на голове – это, пожалуй, перебор. Он надеялся, что зверьки не слишком растрепали ее волосы. Хотя, конечно, для Драко она выглядела такой же красивой, как всегда. – Бабочки были бы лучше? Рианнон посмотрела на него так, словно он говорил не по-английски. – Ты заставил кролика плыть в воздухе. Тон ее был каким-то... странным. Как будто то, что он сделал, было ненормальным. Но разве левитация не входит в стандартные маггловские трюки? Драко был уверен, что Рианнон что-то такое рассказывала. – Ты же видела, я ему не навредил. – Где проволока? – Проволока? – Чтобы держать его в воздухе! Ой. Его «фокусы» оказались слишком хороши, да? Драко чуть было не наколдовал проволоку, но это не поможет, правильно? Рианнон знала про фокусы куда больше, чем он – она сообразит, что изначально никакой проволоки не было. – Я... э-э, я заставил ее исчезнуть. – Вместе со столом, – ровным голосом произнесла она. Драко открыл было рот, но Рианнон не дала ему вымолвить ни слова. – Создать такой ветер фокусник тоже не может. По крайней мере я о подобном не слышала. Как ты это сделал? – Я... э-э... – Как ты это сделал? Драко лихорадочно соображал. Правда, без особого результата. – О, годы и годы практики... – Сделай это еще раз. Сейчас же. В её тоне было нечто такое, отчего поднялись дыбом волоски на руках. – Э-э-э... Я... я не знаю, в настроении ли еще лесные эльфы. Они могут быть непостоянными, видишь ли... Рианнон приблизилась на шаг и очень тихо попросила: – Пожалуйста? Драко не совсем понимал, зачем ей видеть заклинание еще раз, но выражение ее глаз, насыщенная синева которых стала напоминать о морских глубинах... Перед этим выражением он не смог устоять. Или, может быть, на него действовал запах ее волос. Рианнон пахла цветущим лугом, словно была соткана из свежести и солнечного света... Или дело было в ее улыбке, в легком изгибе губ, готовых сложиться бантиком и подарить поцелуй. Драко не знал, что из всего этого было самым убедительным, но отлично понимал одно: он страстно желает, чтобы все её мечты стали явью. Начиная с мечты о простом ветерке. Драко взмахнул палочкой, наслаждаясь ощущением силы, струящейся сквозь него. Наконец-то он мог свободно колдовать. Волосы Рианнон снова всколыхнулись на ветру, после чего рассыпались по спине и плечам. Вздыхая с явным удовольствием, она кружилась на ветру, вытянув руки, словно пыталась поймать воздух или, вероятно, чары. – Продолжай, – проговорила она, и теперь ее голос звучал не бесстрастно, а восхищенно. – Еще… Драко, однако, не мог делать это вечно. Еще через несколько мгновений он утратил контроль над заклинанием. К тому времени он чувствовал себя опустошенным. Поддержание погодных чар требовало много энергии, что, наверное, было к лучшему. Страшно подумать, какой бардак воцарился бы в Хогвартсе, если бы каждый ученик был способен вызвать дождь, идущий часами напролет. – Это не фокус, – сказала Рианнон, когда её волосы окончательно упали на спину, прикрытую простой блузкой. – Так ведь. Последние слова прозвучали как утверждение, без вопросительной интонации. Драко, в свою очередь, не знал, что ответить. Его с раннего детства учили не обсуждать магию с посторонними. Возможно, в Министерстве и существовало множество бессмысленных правил, но это, по его мнению, было разумной политикой. Но Рианнон ведь не посторонняя, так? Больше нет… И она сама спросила. Она хотела знать. Она была готова узнать. Мерлинова борода, она уже знала, получается. Драко видел это в ее глазах. Он хотел сказать ей, хотел подтвердить то, о чем она сама догадалась, но, прежде чем он успел открыть рот, она сказала все за него. – Магия существует, да? И ты умеешь колдовать, ты можешь заставлять предметы появляться и исчезать, и... Я не думаю, что ты фокусник. Ты маг. – Мы используем иное слово. Рианнон приблизилась и провела ладонями по предплечьям Драко. Обнаженную кожу покалывало под её касаниями, и Драко порадовался, что надел рубашку с короткими рукавами. Когда она заговорила, голос её звучал отстраненно и мечтательно, будто во сне. – Маг, нет... Конечно, нет. Я когда-то думала об этом, ну, знаешь, о ведьмах, феях и лесных духах, которых ты упоминал. Раньше я придумывала истории о них. Просто истории. Но все они реальны, да? Скажи мне, Драко! Скажи мне, если я ошибаюсь и ты только что показал фокусы, способные провести самого боженьку… – Ты не ошибаешься, – Драко притянул ее ближе. – Они настоящие? – Рианнон прильнула к нему. – Ну, по крайней мере, ведьмы настоящие. Честно говоря, я никогда не встречал ни фей, ни лесных эльфов. Он скорее почувствовал, чем услышал, как она тихо ахнула. – Значит, ты ведьмак. Драко вздрогнул, но обнимал Рианнон так крепко, что та ничего не заметила. – Опять неверное слово. – Ох, извини. Тогда колдун? – Волшебник. – Волшебник, – Драко не думал, что возможно стать еще ближе, но Рианнон вжалась в него. – Серьезно? Правда? Это шутка? – Я учусь в школе волшебства, – проговорил Драко, уткнувшись носом в её волосы. – А Северус преподает не химию. Его специальность – зельеварение. – Зелья, – похоже, Рианнон копалась в памяти, выискивая фрагменты информации из историй и легенд. Что угодно, лишь бы понять. – Вы действительно готовите их в котле? Драко усмехнулся. – Да, я действительно готовлю их в котле. И у меня, кстати говоря, неплохо получается. – Назови что-нибудь, что ты можешь приготовить. – Хм... – Драко не хотел упоминать ничего пугающего. Хотя сама идея магии, казалось, скорее завораживала, чем пугала ее. Что вполне логично. Она не была магглом, чтобы с воплями убегать, заслышав слово «волшебство». – Зелье для удаления бородавок. Я научился варить его только в прошлом году. Это сложно, потому что в некоторых местах нужна волшебная палочка, и ничего не получится, если ты не будешь правильно произносить заклинания, чтобы... Рианнон, видно, жаждала узнать все больше и больше о мире, о существовании которого всегда подозревала, поскольку даже не дала Драко закончить фразу. – А про метлы правда? Вы летаете на них? – У меня даже есть «Молния» последней модели, – не услышав ответа, Драко сообразил, что это заявление ей ровным счетом ничего не говорит. – В смысле, да. Я умею летать на метле. У меня это тоже хорошо получается. В школе мы занимаемся спортом, который чем-то похож на... регби, пожалуй, – он назвал единственный маггловский вид спорта, о котором хоть что-то слышал. – В любом случае, в него играют исключительно на метлах, все парят в воздухе... Рианнон отступила на шаг. Она выглядела обеспокоенной, хотя по-прежнему казалась изумленной и очень довольной тем фактом, что магия существует. – Э–э... Что же тогда делает тебя волшебником? То, что ты учишься волшебству в школе? – Нет... С магией нужно родиться. Драко едва не добавил: «Ты тоже с ней родилась», но решил, что достаточно потрясений для одного вечера, пусть даже особенно шокированной Рианнон не выглядела. Кроме того, узнать, что кто-то другой волшебник, – это одно. Узнать, что ты сама не такая, какой всегда себя считала... Это совсем другое. Пусть Рианнон узнает правду самостоятельно. Драко мог бы подсобить, но он не думал, что сможет убедить ее. Ей требовалось разобраться в себе. – Можно... – Рианнон прочистила горло. – Можно взглянуть на твою палочку? Она настоящая, правда? О чем я... Конечно, настоящая. Драко с самого начала планировал вручить ей свою палочку, чтобы она почувствовала, как та откликается на звуки ее собственной магии... Конечно, сейчас этого не произойдет. Рианнон не была расслаблена, счастлива и восприимчива. Она была ошеломлена случившимся, хотя на удивление хорошо справлялась. Но, с другой стороны, Драко всего лишь подтвердил то, что она всегда знала в глубине души. Магия действительно была реальной. Драко вручил ей свою палочку и принялся объяснять: – Палочка направляет магию. У волшебных палочек сердцевины сделаны из частиц магических животных. Фениксов, драконов... – О боже мой. Драконы? Возможно, Рианнон была потрясена больше, нежели предполагал Драко. Она внезапно побледнела. Драко пожал плечами и попытался помочь ей увидеть мир таким, каким видел его сам. Таким, каким она должна была видеть его с самого начала. – О да. Драконы вполне настоящие. Однажды Гарри даже сражался с одним из них в рамках магического соревнования. – О боже мой. Драконы, – повторила Рианнон чуть тише и замахала палочкой вверх-вниз. Техника её была просто ужасной: она держала палочку как нож. Зрелище действовало Драко на нервы, однако он взял себя в руки. – Вампиры существуют? – Да, но я ни одного не встречал. – Оборотни. – С одним лично знаком, – Драко заставил себя сосредоточиться на долгих разговорах, которые он вел с Люпином ближе к концу семестра, когда они сообща работали над тем, чтобы оборотень смог успешно выдать себя за Люциуса. Драко все еще не очень нравился Люпин, но они были на одной стороне, и Люпин подвергал себя большому риску, чтобы получить информацию, которая когда-нибудь поможет Гарри выиграть войну. Так что, учитывая все обстоятельства... – Не... не такой уж плохой парень на самом деле. Однако, если Люпин хотя бы пальцем тронет Нарциссу, Драко пересмотрит свое мнение и найдет способ заставить его пожалеть о подмене. Рианнон присвистнула сквозь зубы и снова опустилась на складной стул. – Ты мог бы рассказать мне все это немного раньше. – Если честно, я вообще не должен был тебе ничего рассказывать, – пожал плечами Драко. – Но ты оказалась настолько влюбленной в магию. У тебя глаза загорались, когда ты о ней говорила... и... Я просто хотел сделать тебя счастливой, наверное. Драко говорил правду, пусть и не всю. – Почему ты не должен был мне рассказывать? – У нас есть свой свод законов. – У нас? – У мира волшебников. Рианнон покачала головой. – Так странно осознавать, что магия существовала всегда, как я и думала в детстве, – она внезапно рассмеялась. – Выступил ты, кстати, кошмарно. Драко вздрогнул. – Что, прости? Рианнон склонила голову набок. – О, разумеется, я не волшебство имею в виду. Все волшебное было чертовски чудесно. От начала и до конца. Но что ты лопотал, Драко? Штамп на штампе. Хуже того, ты говорил так, словно сам не понимал, о чем речь. – Ну, это первое мое шоу, – с легкой обидой заметил Драко. – А выступлений фокусников я вообще никогда не видел. – В вашей школе не принято выпендриваться друг перед другом? – Принято, но мы устраиваем либо дуэли, либо розыгрыши. Рианнон усмехнулась, видно, попытавшись представить себе услышанное, но через мгновение посерьезнела. – Поэтому к тебе в гости нельзя, да? Там повсюду волшебные вещи, которые мне не положено видеть? Драко пожал плечами и кивнул одновременно. – Кое-что есть. Например, моя метла... Но пригласить тебя я не могу в основном потому, что на дом наложено заклинание секретности. Туда буквально невозможно попасть, если его расположение не проговорил человек, произнесший заклинание. Кстати, чары не я накладывал, так что... Ничем помочь не смогу. – Ого. А у тебя не будет неприятностей из-за того, что ты рассказал мне про магию? Ты же не виноват. Я сама догадалась. Ну, после того, как ты сделал это очевидным. – Просто не подавай виду, что все знаешь, – Драко подошел к стулу, опустился на колени и взял ее руки в свои. – Хорошо? Северус разозлится на меня и может запретить нам видеться. Это меня, конечно, не остановит, – добавил он, рассудив, что, поскольку ему уже исполнилось семнадцать, Снейп в самом деле не может указывать ему что делать, – но я бы предпочел не ссориться с ним, понимаешь? – О, я не скажу ни слова, – кивнула Рианнон. – Никому. А жаль. Хотелось бы поговорить с другими волшебниками. В смысле, в открытую. – Поговоришь когда-нибудь. И не потому, что чертов Декрет о секретности делал исключение для серьезных, долгосрочных отношений. На самом деле этот закон изначально даже не распространялся на Рианнон, но пока Драко не сможет доказать это к удовлетворению всех заинтересованных сторон, будет лучше, если она станет держать язык за зубами. Что ж, Рианнон, возможно, еще не осознала, что сама является волшебницей, но по крайней мере увидела магию такой, какая она есть. Она знала, что магия существует. Это, безусловно, был шаг в правильном направлении. – Ты ведь не знал, да? – мягко спросила Рианнон, поглаживая его пальцы. – Насчет того типа возле клуба... Ты действительно не знал, что он наркоман, что он заложит ожерелье, чтобы купить героин. Ты из другого мира, причем не из мира богатых людей. – Она ахнула. – Ты поэтому богат? Вы можете создавать деньги? – Нет, так не бывает. Волшебники тоже бывают бедными. – О, ладно. Услышанное её явно обрадовало. Что ж, богатство её бесило, Драко уже давно это понял. Однако ее вопрос напомнил ему о принятом решении. Он в самом деле хотел показать, что способен сделать что-то хорошее для других. – Послушай, я поддерживаю детский дом, – сказал Драко. Он не врал, он собирался передать приюту огромную кучу галлеонов. Радость Рианнон того стоила. – Я подумал, может, ты хотела бы взглянуть на него? Это что-то вроде сиротского приюта. – В смысле, «вроде»? – О... э-э, ты, конечно, никому не рассказывай, но на самом деле в этом доме живут дети, от которых отказались их семьи. Из-за того, что эти дети не обладают магией. Рианнон резко отпустила его руки. – Это обычное дело? – Нет, нет. Большинство семей очень хорошо заботятся о своих ск... – тут Драко сообразил, насколько грубо может прозвучать обычный термин для того, кто его раньше не слышал. – Родственниках, не обладающих магией, – поспешно выкрутился он. – Но некоторые таких детей не принимают. Любой порядочный волшебник сочтет подобное поведение возмутительным, однако в любом случае детям нужно место подальше от их бессердечных семей. Поэтому я помогаю содержать приют. Делаю пожертвования. Я хочу в очередной раз зайти туда и убедиться, что мои деньги используются наилучшим образом... Хочешь пойти со мной? – Очень мило с твоей стороны поддерживать этих детей, – Рианнон нахмурилась. – Бедняжки. Да, я приду. – Я все устрою, – пообещал Драко, кивнул и поднялся на ноги. – На этой неделе. Возможно, в четверг. Мы выйдем пораньше, чтобы ты нормально успела на выступление. Рианнон подняла голову. – Можно мне... можно мне еще посмотреть на магию, Драко? – Столько угодно. – Только давай без комментариев, – Рианнон потерла руки. – Можно мне еще одного кролика? – На этот раз я даже произнесу заклинание неподвижности, чтобы он спокойно сидел у тебя на коленях. Драко бы поколдовал с телесными жидкостями, если бы знал, какой эффект чары неподвижности окажут на кролика. Тот в итоге наделал таких дел, что караул. Но с этим справилось очищающее заклинание. Как ни странно, именно Лаваре приглянулось Рианнон больше всех прочих.