И не было такого лета

– Очень хорошо, Гарри, – с широкой улыбкой похвалил Роджер, когда Гарри добрался до стены и плавно принял вертикальное положение. – Я думаю, ты наконец-то освоил плавание на спине. Теперь четыре длины дорожки брассом, и на этом закончим. Помни, тебе нужно заставлять тело подниматься и опускаться. – Ненавижу брасс, – пожаловался запыхавшийся Гарри. – Я знаю, – сказал Роджер. – Мне он тоже не нравится. Но брасс укрепляет мышцы, которые недостаточно задействованы при других стилях, и, если тебе когда-нибудь понадобится проплыть по-настоящему большое расстояние, возможно, придется к нему прибегнуть. – Да, хорошо, – согласился Гарри, отталкиваясь от стены. К тому времени, как он закончил и вылез из бассейна, Рианнон уже разговаривала на трибунах с Северусом и Драко. Слегка удивившись, Гарри бросил взгляд на лягушатник. В стуле спасателя сидел другой человек. Значит, все в порядке. Он вытерся полотенцем и, мягко ступая по бетону, направился туда, где ждал Северус. – ... и мои мама с папой с нетерпением ждут встречи с вами, – говорила Рианнон. Гарри вопросительно посмотрел на Драко, но тот едва заметно покачал головой. Гарри понял это так, что Рианнон не упоминала о магии при своих родителях. Очевидно, Северуса беспокоили те же вопросы. – Я был бы рад познакомиться с ними, мисс Миллер, но, полагаю, вы понимаете, что никак нельзя упоминать школу, в которой я преподаю? Рианнон кивнула. – О, да. Драко ясно дал это понять, и я, разумеется, ни словом о ней не обмолвилась. Они хотят познакомиться с вами, потому что дядя Стэнли упомянул, что вы усыновили Драко. Мои родители всегда хотели удочерить для меня сестру, но у них ничего не получилось. Вы вроде как путь, по которому им не удалось пройти, понимаете? – Да, понимаю, – пробормотал Северус, убирая длинные волосы с лица. Хм. Те выглядели чище обычного, хотя Северус не заходил в воду во время занятий Гарри. – Как вы думаете, вы сможете как-нибудь приехать в Порлок на ужин? – она тепло улыбнулась, Гарри в том числе. – Может быть, в следующие выходные? – С несомненным удовольствием, – отозвался Северус. – Пожалуйста, сообщите нам точную дату после того, как еще раз поговорите с родителями. – Да, я так и сделаю. – Раздавшийся вдалеке окрик заставил Рианнон оглянуться в сторону офиса, откуда сердито смотрел её дядя. – Что ж, мне пора возвращаться к работе. Увидимся завтра в час дня, Драко. На этот раз я действительно с нетерпением жду возможности осмотреть приют как следует. Пока! Как только Рианнон оказалась за пределами слышимости, Драко повернулся к Северусу. – Я знаю, что говорил о желании посетить Порлок, но, честно, я не подталкивал её к этому решению. Приглашает она или её родители… Северус пожал плечами. – Я уверен, что визит в Порлок организовать можно. Просто потребуется некоторое планирование. – Тогда почему ты выглядишь так... – Драко вскинул руки. – Ты о чем-то задумался, я же вижу! – Это мы обсудим дома, – Северус начал спускаться по бетонным ступеням. Гарри взглянул на брата, но Драко только пожал плечами. Он, по-видимому, тоже не знал, что означает последняя реплика Северуса. *** – Так в чем дело? - спросил Драко, едва они вошли в коттедж. Гарри закрыл обшарпанную дубовую дверь, но потом решил, что неплохо будет насладиться легким ветерком, поэтому снова открыл верхнюю половину и распахнул её пошире. – Я бы не стал формулировать это таким образом, – Северус сел и закинул ногу на ногу. – Тем не менее, мне кажется интересным, что твоя юная леди захотела познакомить со мной родителей. Неужели все так быстро становится серьезным? Драко почти присвистнул в ответ. – О, и да, и нет. – Объяснись немедленно, – потребовал Северус. Драко тоже опустился на стул и ухмыльнулся, как кот, налопавшийся сливок. – Она сказала, что любит меня, вот что. Вчера вечером, когда мы прощались. Гарри плюхнулся на диван и постарался воздержаться от обескураживающих комментариев. Он решил, что не будет больше возражать, хотя в глубине души его все еще беспокоила эта история. – Но мне год учиться в школе, так что не думаю, что вопрос стоит ребром, Северус, – добавил Драко. – С этим придется подождать. – Пока ты не сдашь Ж.А.Б.А? Драко быстро взглянул на Гарри, взгляд его слегка затуманился. – Скорее всего, дольше. Я не собираюсь держать свою жену в секрете. Но это значит, что война должна закончиться, прежде чем я смогу попросить ее руки. Я не хочу подвергать Рианнон опасности. – Неплохо продумано, Драко, – одобрил Северус. – Кроме того, для начала мне нужно приличное жилье, – добавил Драко, явно увлекаясь темой. – Я подумывал сделать ремонт в доме на площади Гриммо после того, как Орден перестанет в нем нуждаться, но там так темно и уныло, что, возможно, лучше всего будет переделать его полностью. И потом... Что ж, я знаю, что Рианнон обожает магию, но очень мало ее видела. Я не уверен, что она захочет жить в месте, которое никто не найдет. В любом случае нам многое придется обсудить, когда придет время. – Ты готов жить в маггловском доме? – спросил Гарри. Драко вздернул подбородок. – Почему бы и нет? Я люблю ее. Он многозначительно оглядел маленькую комнату, и Гарри понял, к чему он клонит. Драко уже привык жить в коттедже – том самом, который он когда-то называл лачугой. Он приспосабливался легче, чем от него ждал Гарри. Внимание Северуса привлек негромкий шелест. Они не всегда замечали, когда приходила почта, но иногда шум был отчетливым. Небрежным взмахом палочки Северус призвал письмо и взглянул на печать. Даже издалека Гарри разглядел эмблему в виде большой птицы, укрывающей крылом несколько птиц поменьше. – Это из Управления по делам семьи? – Не совсем, от Волшебного приюта для перемещенных и осиротевших юных сквибов. Для Драко, – Северус передал свиток. Драко пожал плечами и развернул пергамент. – Вероятно, нас просят прийти на час позже или что-то в этом роде... – однако он напрягся всем телом, едва принявшись за чтение. – Как она посмела! Драко Снейп Малфой, а? Гарри решил не упоминать, что фамилия Малфой в самом деле все еще является частью имени Драко. Он знал, что Драко это не нравится, но считал, что так будет лучше по стратегическим соображениям. О, черт. Так было лучше по многим причинам. Даже Гарри понимал это. Драко нахмурился, и по мере чтения морщинка у него между бровей становилась все глубже. Дочитав свиток, он швырнул его на стол с такой силой, что раздался громкий шлепок. – Замечательно. Эта стерва Эммелея пишет, что завтра мы не сможем навестить приют сквибов. Гарри подумал, что «стерва» – это чересчур эмоциональная реакция, учитывая обстоятельства. – Так когда мы пойдем, в понедельник вечером или в другой день? О, у Рианнон репетиция? – Репетиция, да, но, судя по этому вот, – Драко презрительно ткнул пальцем в пергамент, – мне там больше никогда не будут рады. Рианнон тоже. – Должно быть, это какое-то недоразумение, – предположил Северус и протянул руку. – Можно? – Странно, что это не Громовещатель, – пробурчал Драко. – Сквибу его, правда, не послать, но, бьюсь об заклад, она хотела бы... Что? А, да, бери. Гарри кривовато улыбнулся. – О, ты спрашиваешь Драко, можно ли читать его личные письма. – Ты не жалеешь, что я в тот раз прочитал твое, – ровно сказал Северус, вскинув взгляд темных глаз. – Сейчас нет, – Гарри улыбнулся шире, чтобы показать, что пошутил. – Я очень рад, что ты его прочел. – Если ты закончил предаваться воспоминаниям, – вмешался Драко. Тон у него был холодный, но тревожный. Вместо ответа Северус развернул свиток и нахмурился. – Интересный выбор слов. Она считает, что ваш интерес к школе вызван похотью? Я развращаю вас обоих? – Нас обоих? – О да, про тебя не забыли. Тебе тоже стоит это прочитать, – Драко вздохнул. – Черт. Рианнон с таким нетерпением ждала возможности туда вернуться, и с моим везением она подумает, будто ее не пускают, потому что после истории со звонком они знают, что она маггл! Я уверен, вы можете себе представить, как она «обрадуется»… – Ну, ты мог бы просто сказать ей правду… – Какую правду, Поттер? Я понятия не имею, чего эта Эммелея Волантье взбрыкнула! – В письме ничего не сказано? Северус протянул свиток. – Возможно, как и предложил твой брат, тебе стоит это прочесть. Гарри так и сделал. «Мистеру Драко Снейпу Малфою подопечному профессора Северуса Снейпа Возможно, у вас сложилось впечатление, что за деньги можно купить все, что угодно, но некоторые вещи, как вы сейчас узнаете, просто не продаются. Мне все равно, даже если вы пожертвуете на дом сотни миллионов долларов, мы не поддадимся тому нездоровому интересу, которым вы очевидно руководствуетесь. Хотя, возможно, «порочность» будет более точным термином. Не трудитесь отрицать это, я знаю таких, как вы. Поэтому окажите нам любезность и никогда больше не оскверняйте своим присутствием порог нашего дома. Вы можете также сообщить своему отцу, что мне не нравится видеть, как он развращает своих приемных сыновей тем, что выдается за цивилизованные обычаи чистокровных волшебников. Возможно, в вашем случае это неизбежно: вы очень похожи на своего родного отца и, очевидно, не только внешне. Но когда дело касается Гарри Поттера, вашему отцу действительно следовало бы подумать дважды. Что касается юной леди, которую вы привели к нам в гости, я была рада видеть, что она покинула наше учреждение, не сказав ни слова. Это говорит о стойкости характера, которую, полагаю, она лишь в тот момент обрела. Услышав, что она хотела бы прийти сюда снова, я делаю вывод, что вы убедили ее принять участие в этой варварской традиции. Все это крайне отвратительно, и я могу только надеяться, что вы образумитесь и начнете относиться к ней с некоторым уважением. В любом случае, вам здесь не рады, никому из вас, и не думайте, что вы сможете убедить Хораса Дарсуэйта снять этот запрет. Если вы хотя бы попытаетесь, я без колебаний расскажу ему о том, что узнала. Конечно, он почувствует себя обязанным сообщить об этом в Управление по делам семьи. Не думаю, что результаты будут приятными. Эммелея Волaнтье Заместитель директора Волшебного приюта для перемещенных и осиротевших несовершеннолетних сквибов». – Ладно, может, она и стерва, – признал Гарри, дочитав. – Прекратите оба, – рявкнул Северус, по очереди наградив их сердитым взглядом. – Это очень оскорбительное выражение, и, честно говоря, я бы ожидал услышать его от молодых людей лет четырнадцати-пятнадцати, а не от взрослых или почти взрослых. – Да, сэр, – пристыженно сказал Гарри. Драко, между тем, ничего не ответил. Северус, вероятно, заметил это, но промолчал. – Теперь совершенно очевидно, что она схватилась не за тот конец палочки. Драко, ясное дело, за словом в карман не полез. – Ха. Какой еще палочки? Она сквиб, и это только доказывает… – Что? Что доказывает? – нарочито громко спросил Гарри. – Неважно, – процедил Драко сквозь зубы. – Знаешь, чтобы избавиться от всех старых привычек, требуется время, и такие дурацкие письма не очень-то делу помогают. Северус, ты знаешь, о чем она? – Нет. – Изумительно. Северус поднял руку. – Но я заметил, что, когда мы впервые пришли туда, она показалась… довольно недружелюбной. Особенно по отношению к тебе, Драко. – О да, пока я не упомянул о деньгах, и тогда она начала лучиться одобрением. – В нем был легкий сарказм, – поправил Северус. – Судя по приветствию в письме, я бы сказал, что она сразу узнала в тебе сына Люциуса Малфоя, а упоминание о деньгах только убедило ее, что ты несколько похож на него. Драко нахмурился. – Однако она неправильно оценила ситуацию. – Ты так считаешь? – Я имел в виду, – напряженно произнес Северус, – что она неправильно оценила меня. Ее целью, насколько я могу судить, было держать всех нас подальше от дома сквибов, но вместо этого она убедила меня нанести ей визит, которого я не планировал. – О, я тебя прошу, – усмехнулся Драко. – Ты думаешь, я все еще хочу туда идти? Мне просто нужно придумать, как сообщить Рианнон, что визит отменяется. Я точно не собираюсь говорить ей, что это из-за моей испорченности. – Независимо от того, как ты собираешься улаживать дело со своей подружкой, я вижу в упоминании УДС не особенно завуалированную угрозу нашей семье. Этого я не потерплю. Гарри улыбнулся, хотя тема разговора, конечно, была далека от забавной. – Нам не нужно УДС, чтобы быть семьей. – Нет, конечно, нет, но я все еще верю, что нужно устранять угрозу, а не позволять ей таиться, как готовому вот-вот свершиться проклятию. Устранять? Гарри поспешно прогнал свою первую мысль, которая была довольно мрачной. Нелепо было, пусть даже на мгновение, допустить мысль об… ну, убийстве. В конце концов, Северус больше не был Пожирателем смерти. И раз он не убил Аарона Арана, который в самом деле заслуживал смерти, то сейчас точно этого не сделает. Не сделает ведь? – Что ж, дай нам знать, что она скажет, – сказал Гарри, откашлявшись. – «Дай нам знать»? – фыркнул Драко. – Никто не обязан мне ничего сообщать. Я планирую быть рядом с Северусом, когда он спросит эту су… сумасшедшую любительницу совать нос не в свое дело, что она подразумевает, говоря, что знает таких, как я. И лучше бы ей подыскать хорошее объяснение, скажу я вам, иначе она узнает о «таких, как я» больше, чем ожидала. – Я навещу Эммелею Волантье один, Драко, – спокойно сказал Северус. Драко сел прямее. – О, нет, ты этого не сделаешь. Я знаю, возможно, все прозвучало так, будто мне еще нужно работать над самоконтролем, но… – Дело не в этом, – перебил Северус, хотя секунду спустя уголки его рта приподнялись. – Хорошо, возможно, отчасти в этом. Но я скорее думаю, она будет говорить свободнее в твое отсутствие. А мне нужно, чтобы она говорила свободно, Драко. Мне нужно иметь возможность разрешить все недопонимания, которые она копит в себе. – Тогда ладно, – проворчал Драко, снова откинувшись на спинку стула. – Тогда, я думаю, Гарри прав. Дай нам знать, что она скажет. – О, я так и сделаю, – мрачно пообещал Северус. – Так и сделаю. *** Когда Северус ушел, Гарри попытался скоротать время над словарем заклинаний. Однако ему было трудно сосредоточиться, поскольку Драко продолжал перечитывать грубое письмо. – Послушай, – наконец сказал Гарри, отложив свиток, – это письмо не похоже на то, что когда-то прислал Ричард Стайн. Не думаю, что ты сможешь прочесть между строк и понять, что с ней не так. Драко отбросил письмо в сторону. – Скорее всего, она завидует. На самом деле, не такое уж редкое явление. Многие сквибы испытывают подобное. Гарри подумал о Филче, пытающемся изучать магию на заочных курсах. Его суровость и озлобленность произошли из разочарования. Что не так далеко ушло от зависти. – Да, я знаю. – А я-то думал, тебе не понравятся мои слова. Пожав плечами, Гарри встал, чтобы приготовить обед. – Что меня беспокоит, так это то, что ты всех стрижешь под одну гребенку. Не все сквибы завистливы, верно? У меня такое чувство, что Марша не такая, как все. – Да, она не такая, – согласился Драко, проследовав за Гарри на кухню. – О, поджаренные бутерброды с сыром? Довольно простое блюдо, верно? Тогда сделай три. Знаешь, один для Северуса, если он не слишком задержится. Гарри бросил на брата раздраженный взгляд. – К слову, ты мог бы и помочь. Драко ухмыльнулся. – Что-нибудь нужно порезать? По крайней мере это мне точно по плечу. – Рианнон, наверное, ожидает, что ты будешь готовить обеды сам, – сказал Гарри. – Например, когда ей придется весь день репетировать новую оперу, и она будет приходить домой голодная. И я уверен, что она будет в этом плане похожа на Гермиону и не сможет смириться с мыслью, что всю работу станет выполнять эльф. Драко довольно театрально вздрогнул, затем сел и скрестил руки на груди. – Что ж, полагаю, я буду решать проблемы по мере их поступления Возможно, мы будем есть много еды навынос. Я уже знаю, что она любит рыбу с жареной картошкой. О, и самосы. – Ты не такой уж плохой повар, Драко, – сказал Гарри, натирая швейцарский сыр. Дело продвигалось медленно. Вероятно, стоило придумать измельчающее заклинание. С другой стороны, возможно, у него просто все еще болели руки после бассейна. – Говорит пацан, который выплюнул приготовленные мной ньокки в салфетку. – Ну, я же не сказал, что ты хороший повар, верно? Рассмеявшись, Гарри решил не докучать Драко просьбой помочь с обедом. Проще будет настоять, чтобы он приготовил ужин, ведь все равно настала его очередь. Отец вернулся домой как раз в тот момент, когда Гарри жарил третий сэндвич. Со вздохом усевшись за стол, Северус взмахом палочки призвал два сливочных пива и со звоном поставил их перед двумя тарелками, приготовленными для Гарри и Драко. Драко приподнял бровь. – Настолько плохо? – Ты даже не представляешь. – Значит, ты будешь пить «Гальяно»? Темные глаза Северуса сверкнули, однако он покачал головой. – Может быть, после того, как мы поговорим. – Вот, папа, – Гарри протянул Северусу тарелку и стакан воды. Драко сел напротив Северуса, но ничего не сказал, пока Гарри не присоединился к ним. Затем он наклонился вперед, обхватив бутылку. – Итак? Северус потер переносицу. – Проблема мисс Волантье по поводу твоего предполагаемого визита, Драко... носит довольно личный характер. Гарри и Драко обменялись озадаченными взглядами, но заговорил Драко: – Какое отношение ее личные дела имеют ко мне? – На самом деле, довольно существенное, хотя лишь косвенно. – Косвенно? – Возможно, мне следует начать с другого, – проговорил Северус, кашлянув. – Вы оба знаете, что в жизни всякое бывает… Гарри едва не фыркнул. Насколько он мог судить, Драко был знаком со «всяким» куда лучше его. – Из слова «порочность» я сделал вывод, что ее проблема как-то связана со «всяким», Северус, – сказал Драко, вздернув подбородок. – Хотя представить себе не могу, с чем именно. Северус перестал тереть нос и сделал большой глоток воды. Когда он поставил стакан на стол, его лицо было полно решимости. – Ну что ж, хорошо. Когда мы впервые заглянули в приют, мисс Волантье на мгновение подумала, что я привел вас туда, чтобы вы могли познакомиться с юными леди, которые вскоре закончат образование, и... выбрать одну. – Выбрать для чего? – спросил Гарри. Драко, однако, уловил суть. – О, милостивый Мерлин. Я слышал о таком, но на самом деле никто больше ничего подобного не делает. Она что, совсем спятила? Мы не в викторианскую эпоху живем! – При чем тут викторианская эпоха? – Гарри переводил взгляд с Драко на Северуса и обратно, но в конце концов ответил отец. – Чистокровные волшебники, случается, берут в любовницы женщин-сквибов, Гарри. Драко прав, это довольно устаревший обычай, но он не является неслыханным даже в наши дни. Гарри потребовалась секунда, чтобы связать эту информацию с первоначальной холодностью Эммелеи и её обвинением Северуса в развращении сыновей. Затем он пришел в ужас. – Она что, решила, будто мы пришли себе по женщине купить? Нам всего шестнадцать! Технически, – добавил он, свирепо взглянув на Драко. Драко пожал плечами, но затем с презрением проговорил: – Что ж, это объясняет ее письмо, но на чем, черт возьми, основывается столь странное предположение? – Прежде всего, на факте, что ты очень похож на Люциуса Малфоя в молодости. Ты записался под именем Драко Снейп, но, как видно из ее письма, она сразу узнала в тебе его биологического сына. Драко прищурился. – К чему ты клонишь? Северус тоже прикрыл глаза. Видимо, он почувствовал, что подобрался к самому трудному этапу. – Вскоре после того, как твоя мать забеременела, Драко, Люциус Малфой решил, что имеет право завести любовницу. Он познакомился с Эммелеей Волантье на свадьбе дальней родственницы и... она ему приглянулась, я полагаю. Он поселил ее в отдельной квартире и навещал, скажем так, в течение нескольких месяцев. Драко отпихнул тарелку с обедом так резко, что бутерброд чуть не соскользнул с нее. – Это чушь собачья. Люциус скорее применил бы Круцио сам к себе, нежели хоть пальцем коснулся сквиба! Гарри мысленно вернулся к тому ужасному моменту, когда Северус практически запихнул его в омут памяти. «Значит, ты не имеешь ни малейшего представления о том, что именно происходит на сборищах Пожирателей смерти, да?» Он ожидал, что отец скажет именно это, но Северус рассматривал дело в совершенно другой перспективе. – С точки зрения родословной она такая же чистокровная, как и все остальные, – сказал он, резко открыв глаза. – Люциус думал в этом ключе, несмотря на отсутствие у нее магии. – И рисковал, что сквиб родит от него ребенка? Это уж вряд ли! – Не так давно ты уверял меня, что знаком с понятием контрацепции. По-моему, ты сказал, что очень хорошо о ней осведомлен. Драко оскалился. – Да, все так, Северус. Но даже самые лучшие чары не всегда надежны. Гермиона говорила, даже барьерные методы не всегда эффективны. Северус резковато кивнул. – Я рад, что ты об этом осведомлен. Однако некоторые процедуры максимально надежны, и она их прошла. Гарри уже начал жалеть, что выпил сливочное пиво, потому что у него заболел живот. И неудивительно. – Хочешь сказать, она легла на операцию, после которой никогда не сможет иметь детей? – А я думал, что высасывать чужой костный мозг отвратительно, – пробормотал Драко. – Почему она пошла на подобное? – Гарри содрогнулся. – В смысле, лишь для того, чтобы стать чьей-то любовницей? – Ну, вообще-то я не знаю, настоял ли Люциус или она прошла процедуру раньше по каким-то собственным причинам. Что касается второго... – Северус вздохнул. – Для женщин-сквибов определенного социального класса участие в договоренностях подобного рода не редкость. Чем еще ей зарабатывать на жизнь? Работы для сквибов не так много. Большинству женщин-сквибов приходится либо пробивать себе дорогу в мире магглов, либо навсегда оставаться в доме родителей. – Но Филч… – Уверяю тебя, это пример великодушия Альбуса Дамблдора. В большинстве волшебных учебных заведений нет должностей для сквибов. Драко нахмурился. – Ладно, я понимаю, что, учитывая ее опыт, она в самом деле могла сделать поспешные выводы о том, что сын Люциуса делает в приюте для сквибов. Но она немного поговорила с Гарри и со мной в самый первый день после того, как ты ушел, Северус. И не сказала ни слова. – Конечно, не сказала. К тому времени она пришла к выводу, что ее первоначальное впечатление было ошибочным. Однако, когда она увидела тебя у стойки с мисс Миллер в следующий раз... – Северус слегка поморщился. – Знаешь, твоя подружка действительно немного похожа на Нарциссу. Мисс Волантье показалось, что прошлое повторяется заново. Она подумала, что ты привел будущую жену, чтобы с самого начала включить ее в свой... выбор любовницы-сквиба. – Это совершенно отвратительно. – И нелогично, – добавил Гарри. – Рианнон позвонила в колокольчик. После этого никто не подумал бы, что она ведьма. – Мисс Волантье не было в приемной, когда это произошло. На самом деле я сомневаюсь, что она вообще услышала этот тихий звук из-за того, что звонили вы оба. В любом случае, вы, возможно, помните, что мисс Волантье вернулась позже и увидела, что мисс Миллер покинула здание? Она поняла это так, что… – Что Рианнон обрела твердость характера, да, – догадался Драко. – В достаточной степени, чтобы решить, что она не потерпит мою любовницу. – Да, и поэтому мисс Волантье была крайне встревожена, узнав, что мисс Миллер хотела бы вернуться в заведение. – Да уж, встревожена, – пробормотал Драко и наполовину осушил бутылку, прежде чем заговорить снова. – Бардак хренов. – Язык, – указал Северус, но, как показалось Гарри, чисто ради порядка. – Гм... – Гарри позволил себе слабую улыбку. – Ты, похоже, совершенно твердо уверен в своей информации. Не возражаешь, если я спрошу, откуда ты вообще все это знаешь? Драко закатил глаза. – Ты забыл, с кем раньше общался Северус, да? Сколько раз я рассказывал тебе о сплетнях Пожирателей смерти? Люциус, должно быть, хвастался. Я ничего подобного не слышал, но, полагаю, он болтал с приятелями. – Да, это объясняет, почему папа позволил тебе отвести Рианнон в приют для сквибов и ни словом не обмолвился о странных идеях, которые могут прийти в голову этой женщине – Заговор на заговоре, – огрызнулся Драко. Мгновение спустя он словно услышал себя со стороны и пришел к ужасному выводу. – Ты хотел рассорить нас? – Драко, я не всегда что-то замышляю, – отозвался Северус с явным раздражением. – И я ничего не имею против Рианнон Миллер. Если не считать опозданий на работу, она производит впечатление довольно приятной девушки. Что касается Люциуса, то нет, конечно, он никогда не упоминал при мне о своих интрижках. Он, как и ты, предпочитает не распространяться о своей личной жизни. – Спасибо, – кисло сказал Драко. – Мне нравится, когда меня все время сравнивают с ним, честное слово. – Послушай, папа не это имел в виду. – Нет, но имела в виду она, – скривил губы Драко. – Она разок взглянула на меня и решила, что знает обо мне все, по одной простой причине: моя внешность. – Добро пожаловать в мою жизнь, – сухо вставил Гарри. Драко сердито посмотрел на него, затем слегка улыбнулся. – Туше. – И подумай только: это всего один человек. Я слышу это почти ото всех, кто меня видит. – Знаешь, – протянул Драко, – я уже понял суть дела. Не обязательно вбивать ее мне в голову, будто я тупой, как Крэбб. – Да. Извини, – Гарри снова повернулся к Северусу. – Так откуда ты все это знаешь? Северус пожал плечами без капли раскаяния. – Немного легилименции. Быстро выяснилось, что дело в неприятной истории с отцом Драко. – С Люциусом, – подчеркнул Драко. – Я говорил с ее точки зрения, глупый ты ребенок. – О, – Драко немного смутился, но ненадолго. – Но что в этом такого неприятного? Судя по твоему рассказу, она получила от сделки шикарную квартиру и кучу денег. – Она также узнала, что он любит делать в постели, – прямо сказал Северус. – И ей не понравилось. В конце концов его... практики стали настолько ненормальными, что она пожелала расторгнуть соглашение. Ненормальные практики... Да, это было похоже на Люциуса Малфоя, верно. Он явно был садистом. Вспомнить только, каким ужасным наказаниям он подвергал Драко в детстве. Гарри собственными глазами видел, какое злобное удовлетворение испытывал Люциус, причиняя боль Драко в тот ужасный день во Франции. Не говоря уже о том, как он пялился на полуобнаженного Гарри, как ему явно нравилась идея раздеть его позже догола. Гарри прошило дрожью. – О, что случилось? – язвительно поинтересовался Драко. – Это же не тебе только что сказали, что ты потомок жалкого больного ублюдка. Не то чтобы я сам до этого не додумался. – То, кем он был, не влияет на то, кто есть ты, – тихо указал Северус. – За последний год ты прошел свой собственный путь, и этот путь лучше, чем тот, на который он когда-либо ступал. Драко словно его не услышал. – Ох. О, нет. Ты же не думаешь, что он делал ужасные вещи с моей матерью, правда? Я... Кажется, мне понадобится доза успокоительного для желудка. И если кто-нибудь из вас упомянет о самоочищающемся ведре, вы об этом пожалеете. – Тише, Драко, – Северус, потянувшись через стол, поймал его дрожащую руку. – Я правда не думаю, что Нарцисса стала бы мириться с чем-то подобным. – О, потому что она постоянно противостоит ему? – Драко рассмеялся с такой горечью, что Гарри поморщился. – Так же, как в этом году, Северус? Отказалась от меня? Поддерживала его, по крайней мере на публике, когда он делал все возможное, чтобы убить меня? – Заговор на заговоре, – напомнил Северус. – Где ты научился этой фразе, Драко? У матери? Она, очевидно, решила, что сможет помочь тебе больше, если не будет открыто отталкивать Люциуса. – О, конечно, она же истинная слизеринка, – натянуто согласился Драко. – Но назови мне хоть что-нибудь, хоть один её поступок, который доказывал бы, что она смогла сказать Люциусу «нет» и настоять на своем мнении. Уголки губ Северуса приподнялись. – Она заставила его бросить любовницу. – Ты же вроде сказал, что Эммелея ушла от Люциуса по собственной воле, – удивился Гарри. – Пыталась, – ответил Северус. – Но Люциус был полон решимости придержать ее... на случай нужды. Когда он решил воздействовать на нее шантажом, мисс Волантье обратилась за помощью к Нарциссе. Хорошо, что Гарри в этот момент не ел, а то мог бы и подавиться. – Нарцисса реально помогла ей? Почему просто не убила на месте? – Потому что ничто не задело бы Люциуса сильнее, чем осознание того, что Нарцисса смогла отказать ему в любовнице, которая при этом осталась в живых, – Северус сверкнул глазами. – Нарцисса поступила хитро. Мисс Волантье нуждалась в средствах к существованию, поскольку ее семья настаивала на продолжении отношений с Люциусом. В то время Вальпургий Блэк все еще занимался подменой детей, но, поскольку он был уже в возрасте, ему требовалась помощница. Нарцисса их свела. – Помощница-сквиб? – Драко закатил глаза. – Какой от нее толк? – Помощница, способная при необходимости влиться в маггловский мир. Мисс Волантье на это способна. Вообще-то она училась в маггловской школе в Канаде. – Тогда почему она не могла устроиться на маггловскую работу? – спросил Гарри. – Могла, но эта работа не принесла бы такой прибыли, как предложение Люциуса. Кроме того, она попробовала на вкус оба мира и, очевидно, предпочла наш. А позже, когда она захотела сбежать от Люциуса, добавился шантаж. Драко откинулся на спинку стула. – Но как Нарциссе удалось положить этому конец? – Поскольку сама мисс Волантье не знает подробностей, я тоже их не знаю, – признался Северус. – Могу лишь предположить, что речь шла об угрозе развода. – О, да, – закивал Драко. – И, будучи пострадавшей стороной, мать получила бы опеку надо мной. Клятвы чистокровных и все такое. Люциус бы любыми средствами попытался избежать публичного скандала. Хм. Я думаю, мать заставила его дать Нерушимую клятву тогда, когда она все еще была главнее. – Вот так, значит, Эммелея получила свою нынешнюю должность в приюте для сквибов? – спросил Гарри. – Через Вальпургия Блэка? – Да, когда его убедили отказаться от подмены детей. До своего последнего завещания он несколько раз делал пожертвования дому. Безусловно, достаточно, чтобы иметь на приют большое влияние. – Кстати, о приюте, полагаю, мне следует вернуться в бассейн и сказать Рианнон, что визит отменяется. – Это не так, – мягко сказал Северус. Мисс Волантье весьма огорчилась, когда я убедил ее в ошибочности её суждений. – О, так теперь она верит, что я не Люциус? – ухмыльнулся Драко. – Ты ведь не сказал ей, что Рианнон маггл, правда? – спросил Гарри. – Мы же вроде договорились, что для нее будет безопаснее, если об этом никто не узнает. – Я не думаю, что Волдеморт или его приспешники посетят приют для сквибов в поисках информации о ком-либо из нас, но ведь Дарсуэйта уже однажды скомпрометировали... – Северус пожал плечами. – Я убедил мисс Волaнтье, что Рианнон – просто знакомая Драко, а вовсе не его романтическое увлечение. Теперь она считает, что Рианнон – сквиб и хочет посетить приют, чтобы узнать, какое образование она могла бы получить, если бы ее не взяли к себе магглы. – Непройденный путь, да... Драко встрепенулся. – Я надеюсь, ты также убедил ее не упоминать эту историю при Рианнон. Или, если уж на то пошло, не использовать слово «сквиб». Не говоря уже о «маггл». – Боюсь, тебе придется сказать своей подружке, что после того, как она столь поспешно убежала в прошлый раз, пришлось разработать очень вескую причину для новой экскурсии. Это объяснит, почему ей придется притвориться, будто она – человек с ограниченными магическими возможностями. Мисс Волантье предпочитает называть сквибов именно так. – А как насчет магглов? Северус прищурился и пристально посмотрел Драко в глаза. – Если вы действительно намерены продолжать отношения в долгосрочной перспективе, твоей юной леди рано или поздно придется смириться с этим термином. Ты не сможешь убедить всех своих знакомых перестать им пользоваться. Драко поморщился, но кивнул. – Думаю, я все же выпью «Гальяно», – Северус встал. – И, поскольку обед остыл, пока мы разговаривали, возможно, стоит применить разогревающее заклинание. Гарри? – Эй, я готовил! – И это освобождает тебя от необходимости осваивать новые заклинания на змеином языке, да? Пока Гарри, закатив глаза, звал на помощь Салс, Драко ухмылялся. Но недолго. – А ты прибери здесь, пока Гарри разогревает еду, – велел Северус. Драко тяжело вздохнул, хотя для уборки потребовалось всего несколько взмахов палочкой.