В бегах

Небольшая, но не менее шикарная комната. Темно. Дневному свету не под силу пробиться сквозь толстые длинные шторы. На большой двухместной кровати в самом центре лежала Гермиона. Ее волосы были разбросаны по подушкам. Она почти полностью находилась под одеялом. Большие настенные часы показывали без пяти минут одиннадцать, а она еще спала. Как хорошо все-таки, что она согласилась на поездку, потому что в противном случае она бы уже была на работе пару часов точно. Вернемся на пять часов назад. К пяти утра по местному времени они прибыли к отелю. Дорога в такси заняла порядка получаса, но все это время Грейнджер спала – стоило ей только присесть, она сразу же провалилась в сон. Драко никак не беспокоил ее, даже пару раз просил таксиста ехать аккуратнее (правда, сама Гермиона этого не слышала). Когда они приехали к отелю, Малфой, придерживая девушку за локоть, вел ее в нужном направлении. Сама Грейнджер мало что запоминала, почти ни на что не обращала внимание, но чувствовала пальцы блондина, иногда отвечала ему, что все хорошо, благодарила его и восхищалась номером, в который она была заселена. Номер состоял из нескольких комнат, включая гостиную, столовую, раздельные ванную и туалет и, само собой, спальню. Драко не заходил за порог, он лишь украдкой оглядел помещение, отдал Гермионе ключ от двери и оставил ее наедине с собой. Она непременно отправилась в спальню, ничего не разглядывая и ни на что не обращая внимание. Гермиона скинула с себя одежду, оставаясь лишь в нижнем белье, и очень быстро залезла под одеяло. Она не успела даже подумать о том, как здесь уютно – сразу же уснула крепким сном. Так, проспав почти пять часов, она наконец проснулась. Открыв глаза, девушка не поняла, где находится, но очень быстро все вспомнилось. Конечно, она запереживала и разозлилась на саму себя: бросила работу ради поездки в другую страну с человеком, которого она ненавидела, который ненавидел ее. Однако же почти сразу все это негодование сменилось принятием ситуации: Гермиона решила взять все, что дает ей жизнь, и сполна насладиться заслуженным отпуском. Итак, пока что жизнь подкинула ей шикарный номер. Грейнджер, дотянувшись до светильника, включила его, чтобы лучше рассмотреть комнату, в которой она находилась. Кровать находилась по центру комнаты, на стене у изголовья висели картины, зеркало в золоченой раме. Слева от кровати находилось большое окно. Встав с кровати, Гермиона подошла к этому самому окну и раздвинула шторы. Солнечный свет ослепил ее, заставляя зажмуриться и улыбнуться. Форточка была открыта на верхнее проветривание, поэтому она сразу почувствовала свежий, прохладный воздух, который стал причиной появления мурашек на почти полностью обнаженном теле Грейнджер. Радостно улыбаясь, она вернулась к кровати и рухнула на нее, наслаждаясь тем теплом, которое еще оставалось после ее сна. Рукой она нащупала свой складной телефон, на котором она обнаружила значок «нет сети», что неудивительно, находясь в другой стране. Она решила, что, возможно, это на пользу ей: некое отстранение от того мира, в котором она жила до вчерашнего вечера. В дверь постучались. Грейнджер осознала, что стоит совсем без одежды, и если кто-то решит заглянуть к ней, то лицезреет ее голую, чего ей не хотелось бы. Она впопыхах подбежала к кровати, схватив одеяло и прислонив его к себе. Но в номер никто не заходил. Она внимательно смотрела на дверь, молчала. Кто-то снаружи тоже молчал. Гермиона на носочках подошла к двери, постаралась посмотреть через щель или замочную скважину, кто же там стоит. Лица увидеть не удалось. — Грейнджер, ты спишь еще? — раздался знакомый ей голос Драко Малфоя. Она со спокойствием выдохнула, поняв, что врываться в ее номер он не собирается, что она в безопасности и ничто ей не угрожает. — Нет, я уже встала, — ответила девушка. Она приоткрыла дверь, выглядывая из своего номера и смотря на блондина. Он, увидев ее, должно быть, слегка смутился, не ожидая встретить ее, прикрытую лишь одеялом. Однако сумел быстро взять себя в руки и изобразить на лице равнодушие и безразличие к такому перформансу. — Ты что-то хотел? — словно забыв о том, что стоит фактически голая перед чужим мужчиной, спросила Гермиона. — Напомнить тебе, что сегодня мы пойдем покупать тебе нормальную одежду, — он поднял бровь, смотря на смешную Грейнджер: хоть он видел совсем немного из-за слегка приоткрытой двери, можно было разглядеть ее спутанные волосы, слегка сонное лицо и уж очень нелепый внешний вид. Ему хотелось рассмеяться, но он просто улыбнулся, поймав взгляд девушки, отчего та засмущалась и закрыла дверь. Через пару минут она уже в одежде вышла из номера. Малфой осмотрел ее и понял, что дело плохо. Мужчина взял девушку за локоть и повел к выходу из отеля. — Ты же не была в Милане, верно? Грейнджер перевела взгляд на него. Драко выглядел идеально: на нем были видимо какие-то очень дорогие, бредовые вещи – черный бадлон, брюки и длинное теплое черное пальто с высоким воротником, и, конечно же, фирменная прическа – зализанные назад волосы. Пару прядей торчали как бы невзначай, но Грейнджер была уверена, что он не зачесывал их специально. — Не была, — она покачала головой. — Значит покажу тебе сегодня кое-что, — Малфой хитро улыбнулся предвкушая. Гермиона с интересом посмотрела на блондина, желая узнать подробности. — Или ты думала, что если мы в бегах, то будем сидеть в четырех стенах? — Вообще-то да, — Гермиона пожала плечами. Выходя из отеля, девушка сразу почувствовала свежий, слегка морозный воздух. Она обернулась, чтобы посмотреть на то место, где они остановились. Это было невероятно красивое здание, напоминающее дворец. Стены были светлыми, в больших окнах отражался солнечный свет, а выше третьего этажа виднелась яркая вывеска: «Grand Visconti Palace». — Это совсем новый отель, — Драко заметил, что она разглядывает здание, потому решил прокомментировать. — Удивительно, что за столь короткий срок отель набрал пять звезд. Я думаю, что здесь не обошлось без сделок и подкупов, но лично мне нравится уровень организации. — Да, мне тоже понравилось, — кивнула Гермиона, улыбнувшись Малфою. Он никак не ответил на ее улыбку, потому она очень быстро отвернулась от него и застыдилась. Драко сделал вид, что этого не видел. Блондин поймал такси, проезжающее мимо них. Открыв дверь, он пустил спутницу в салон и уселся сам. — Галерея Виктора Эммануила Второго, — назвав место, он передал водителю пару купюр и с удовольствием откинулся на спинку сиденья. Вскоре он услышал шипение где-то сбоку: это разбушевалась Гермиона. — Малфой, нет, зачем? Это же крупнейший торговый центр Милана, ты там столько денег потратишь на меня! Давай лучше в обычные бутики заедем, прошу тебя, — шепотом говорила девушка. На ее щеках выступил румянец. Она заметила, что водитель заулыбался, слушая ее речь, отчего она еще больше смутилась. — Расслабься, — он коснулся ее плеча и слегка надавил, чтобы она откинулась на спинку сиденья, как это сделал он. — Я хочу, чтобы рядом со мной была достойная девушка, а не работница забегаловки после тяжелого рабочего дня. Я беднее не стану. Гермиона не нашла слов, а потому просто отвернулась от блондина, устремляя свой взгляд в окно, на улочки итальянского города. Казалось, что прошла целая вечность к тому моменту, когда они приехали на место. Малфой, как истинный джентльмен, помог девушке выбраться из автомобиля и повел ее к торговому центру. Гермиона смущенно опустила голову, желая провалиться сквозь землю – настолько неловко ей было осознавать, что Драко готов сейчас отдать целое состояние, чтобы просто одеть ее. Она бы могла походить в более простой одежде с менее дорогими ценниками, но он решил иначе, и ничто уже его не переубедит. Возможно, ей стоило смириться и даже начать получать удовольствие: любой девушке было бы приятно, если бы богатый, красивый мужчина тратил деньги на то, чтобы купить красивую, дорогую, качественную и модную одежду для своей спутницы. Но она привыкла жить скромно, покупать вещи только при надобности и экономить. Воспитание, принципы и действия Драко Малфоя вызывали у нее бурю эмоций и желание убежать. Но, признаться, она была приятно удивлена тем, что он сам решил потратить на нее, грязнокровку, свои деньги, тем, что он ведет себя, как мужчина рядом с ней – всячески помогает, направляет, открывает двери... Так и сейчас: он положил ладонь на ее спину, подталкивая в нужном направлении. Совсем скоро показался магазин Prada. — Малфой, ты сошел с ума! — вскрикнула Гермиона, указывая рукой в сторону бутика. — Нет! Я в своем уме, Грейнджер. А вот ты сейчас лишишься рассудка, — широко улыбнувшись, он открыл тоненькую стеклянную дверцу, пропустил девушку вперед и вошел следом за ней. — Сальве, амичи, молю, сделайте что-нибудь с этим недоразумением! — блондин указал рукой на хрупкую фигурку Гермионы. — Rebecca, piuttosto qui, è un disastro della moda! — миловидная синьорина, быть может, чуть старше самой Гермионы, позвала свою коллегу – девушку примерно того же возраста ничем не хуже первой. Они вдвоем засуетились, выбирая одежду для клиентки. — Что она сказала? — Гермиона обернулась, смотря на Малфоя, который уже устроился на мягком пуфике и рассматривал в руках какие-то очки. — Она назвала твою одежду фэшн-катастрофой. — Что? — нахмурившись, Гермиона посмотрела на девушек, но они тут же повели ее в примерочную, о чем-то разговаривая на итальянском. Малфой усмехнулся. Он смотрел на шторку примерочной, за которой скрылась Гермиона. Он был удивлен тому, что за этот период времени, проведенный с Грейнджер, ни разу не пожалел о том, что взял ее с собой. Драко частенько подмечал, как она изменилась, но не перестала быть уморительной, забавной, местами глупенькой. Он был удивлен тому, что она так легко согласилась поехать с ним, Драко Малфоем, неизвестно куда. Он бы на ее месте не согласился. Особенно после событий войны. Наконец шторка открылась, и вместо смешной Гермионы перед ним стояла чуть ли не фэшн дива. Девушка теперь была одета в белые брюки, черный укороченный свитер, черные челси на каблуке, а сверху было черное пальто. Малфой обомлел. Нет, нельзя было подумать, даже предположить, что она жила на заработанные в забегаловке гроши, ела по утрам сделанную самостоятельно яичницу и носила каждый день одни и те же джинсы. Он поймал взгляд девушки, которая ожидала оценки, которая внимательно смотрела на блондина, волнуясь. Малфой нежно улыбнулся ей. Впервые, пожалуй. — Mamma Mia, Signore, è sbocciata come un fiore, — очарованно произнесла одна из девушек, работающих в бутике. — Как цветок, — на привычном им языке снова произнесла синьорина. — Покрутись, — Драко приподнял бровь, оценивающе глядя на Грейнджер, пока та крутилась, показывая наряд со всех сторон. — Прекрасно. Чудесно. Берем. Давайте еще, ancora, — Малфой махнул рукой в воздухе, мол: живей, чего ждем? Девушки засуетились и снова увели Гермиону, которая, судя по румянцу на щеках и глуповатой улыбке, оценила отзыв Драко о ее новом образе. Через добрых сорок минут, а может и сорок пять, они наконец вышли из бутика. В руках Драко было несколько больших пакетов, в которых лежала купленная им одежда для Гермионы. Ну и сюр – так бы подумал каждый ученик Хогвартса их поколения. Но ведь это все правда. — Откуда ты знаешь итальянский? — спросила Грейнджер, поспевая за Драко. К слову, нужно отметить, что сейчас она была в своей старой одежде. — Я его абсолютно не знаю, — заявил Малфой, посмотрев на Гермиону и подняв брови. — Я знаю французский в идеале. — Но ты пару раз перекидывался с этими девушками какими-то фразами. — Это дежурный словарь, Грейнджер. Блейз итальянец, он-то меня и научил. По пьяни. В 2003 году, — усмехнувшись воспоминаниям, блондин снова посмотрел вперед. — Я приехал к нему по поводу спонсирования, а он был чересчур гостеприимен и сам же слегка перебрал. Решил, что мне жизненно необходимо знать пару итальянских фраз, — Драко засмеялся и глянул на Грейнджер, которая в ответ на его рассказ улыбалась. — Я совсем чуть-чуть знаю французский язык благодаря Флер. Ты помнишь ее? — Еще как, — кивнул блондин. — Она, говорят, родила в мае двухтысячного и в феврале этого года девочек. Ты знала? — Нет. Я же совсем никак не общаюсь с ними сейчас, — заметила девушка, грустно улыбнувшись. — Ты очень глупо поступила, сбежав, — заметил Драко. — Извини за прямолинейность. Я видел, какой переполох был среди волшебников. Кто-то думал, что тебя похитили, говорили о продолжении войны, пока Поттер не сделал заявление о том, что это был твой осознанный выбор. Из-за твоего побега в первую очередь накинулись на нас, бывших Пожирателей смерти, решив, что это наших рук дело. Мэнор обыскивали две недели, пока не убедились, что тебя ни в одном уголочке нет. И это я даже не говорю о том, что испытали твои друзья... И этот рыжий. Я говорил с тетей Медой, Андромедой Тонкс, которая была вынуждена снова забрать Тедди к себе, потому что семейка Уизелов не справлялась, на тебе там все держалось. Она говорила, что понимает тебя, но исчезновение героини войны не внушает ни капли мысли о том, что «светлая сторона», то есть ты, Поттер, Уизли и все остальные добряки победили злого безносого змеечеловека. И, знаешь, я с ней согласен. Ты знаешь магловскую игру «Дженга»? Так вот ты была тем самым кирпичиком, который вытащили снизу и после которого башня рухнула. Грейнджер лишь стыдливо опустила глаза, не зная, что ответить. Она была полностью согласна с тем, что сказал Драко, но ей так не хотелось этого признавать. — Я тебя нисколько не обвиняю. Мы сейчас здесь, потому что, — он сделал паузу, посмотрев на Грейнджер, — Потому что я тоже сбежал от проблем, как и ты. Мы с тобой в этом похожи. Гермиона подняла намокшие от слез глаза, заглядывая в серые омуты Малфоя. Он был искренен с ней, он признал их схожесть и никак не обвинял в ее побеге, который вызвал так много проблем. Теперь Грейнджер боялась признать то, что Драко не такой уж и плохой, что он повзрослел, что он на самом деле добрый и понимающий человек. — Да, похожи, — девушка приподняла уголки губ и посмотрела вперед. — Кстати говоря, сейчас, — после небольшой паузы в их диалоге заговорил Драко, открыв перед Гермионой дверь, которая вела на выход из торгового центра. — Мы вышли на площадь Дуомо. Грейнджер осмотрелась, восхищенно глядя на красоту белых мраморных стен собора, стоящего здесь, величественных зданий... Где-то в центре стоял высокий памятник: король Виктор Эммануил Второй, оседлавший коня, возвышается над сотнями людей, которые находились здесь в этот момент, словно показывая все свое покровительство, власть. Гермиона удивленно ахнула, когда снова перевела взгляд на устремляющийся в небо Миланский собор, похожий на разыгравшееся пламя. Они находились в сердце Милана, и Грейнджер почти чувствовала, как оно бьется в унисон с сердцами жителей города, порождая жизнь. — Этот собор начал строиться еще в четырнадцатом веке, представляешь? — Малфой подошел чуть ближе к Гермионе. — Про Наполеона почитаешь в учебниках по истории, а я тебе другое скажу: это место отличается особым магическим полем, видимо, во время строительства итальянцы прибегнули к магии, при том довольно-таки мощной, чтобы что-то скрыть, а потому наше присутствие здесь может повлечь за собой то, что мой папенька и Гринграссы меня все-таки найдут, поэтому уходим, — Малфой, ловко перекинув все пакеты в одну руку, схватил Гермиону за запястье и повел прочь. Девушка лишь грустно вздохнула – расставаться с этим местом ей не хотелось, но она понимала, что в противном случае Драко найдут и их путешествие оборвется. Надо же, лет десять назад она бы ни за что не поверила, что когда-то станет содействовать Драко Малфою, чтобы избежать проблем в личной жизни. Ну и бред. — Не грусти, есть еще куча красивых мест, и я покажу тебе их, но нужно подождать, — Малфой заметил грусть в глазах Грейнджер. Он, отпустив запястье девушки, похлопал ее по плечу, подбадривая. — Это только начало. — Хорошо, — она приподняла уголки губ и кивнула, все также послушно двигаясь за блондином. Стоит ли рассказывать о том, как они тихо, безмолвно доехали до отеля на пойманном такси? Между ними воцарилась доверительная атмосфера, и даже в абсолютной тишине им было спокойно, находясь рядом. Приехав в отель, Драко помог Гермионе донести пакеты с одеждой до ее номера и дал ей указание к трем часам быть нарядной. Он не сказал, куда они пойдут, а потому Гермиона была очень заинтригована. Благодаря Малфою теперь она имела огромное количество вещей, и ближайшее время до трех часов Гермиона планировала перебирать одежду и выбирать, в чем пойти. Спустя пару десятков минут ее кровать была полностью захламлена различными кофточками, брючками, юбочками, там же лежали и пару пальто. Возле кровати были выстроены пары обуви, которые они вместе с Драко также купили в том же бутике. Возможно, для самой Грейнджер это не есть хорошо, но среди купленной обуви не было ни одной пары кроссовок, к которым она привыкла. Были даже домашние тапочки для того, чтобы она могла ходить по номеру не босиком. Старые потрепанные ботинки, в которых Гермиона приехала, и прочую «нелепую» одежду Драко приказал выбросить и забыть о ней. В конце концов на Грейнджер был черный бадлон, бордовая кожаная юбка, черные колготки, бордовые слаучи. Перед выходом из номера девушка решила попробовать уложить волосы, но без всех необходимых средств и, тем уж более, расчески это было невозможно. Потому она оставила «воронье гнездо» на голове, накинула черное пальто, купленное в бутике и горячо полюбившееся Драко Малфою, и гордо вышла из номера, готовая идти со своим спутником на край света и в еще какой-нибудь магазин, чтобы закупить все необходимые ей принадлежности. — О, Мерлин, Грейнджер, это ты? — Драко Малфой был поражен. Поражен красотой преобразившейся Гермионы, которая явно позабавилась такой реакции и рассмеялась, показывая, что ей еще далеко до уровня мировых моделей. Но сейчас она казалась самой красивой девушкой. — Мне нужны расческа, шампунь, спрей и, наверное, маски для волос, — заметила Грейнджер. — А еще хотелось бы иметь чемодан, а то придется оставить все эти купленные вещи здесь. — Быстро ты вошла во вкус, скромница, — блондин усмехнулся. — Ладно, будет тебе все, — Малфой достал из кармана пальто портмоне, раскрыл его и вытащил оттуда несколько купюр евро, которые почти что самостоятельно запихнул в карман пальто Гермионы. — Уймись, — девушка агрессивно сопротивлялась, видя, как в ее кармане появляются большие деньги. — Сама купишь себе, что будет нужно. Вечером на обратном пути зайдем в нужные тебе магазины. — Я ненавижу принимать просто так деньги, Малфой, — заметила Гермиона, нахмурившись. — Ты и так тут живешь на мои деньги, поэтому расслабься и получай удовольствие, как любая женщина делала бы это на твоем месте, — язвительно заметил блондин, изогнув свои светлые брови. Грейнджер цокнула язычком и закатила глаза. Вот он – Малфой во всей красе: язвительный, саркастичный и совершенно неэкономный. — Лучше скажи, куда мы идем сейчас? — Нет, — резко ответил Драко, выходя из отеля. Снова те же действия: Малфой поймал такси, открыл дверь, впустил Гермиону внутрь салона, сел сам, заплатил, посверлил взглядом девушку и посмотрел вперед. Грейнджер даже показалось, что она находится во временной петле, только одежда меняется. Она совсем не ожидала, что Драко настолько активен; она рассчитывала на то, что они будут сутками сидеть каждый в своем номере, не пересекаясь друг с другом, не выходя никуда, тем более вместе. Гермиона невольно стала самой настоящей эскортницей: теперь она сопровождала богатого мужчину в поездке. Эта мысль в ее голове звучала очень пошло, но она не могла не согласиться с тем, что, как сказал Малфой, любая женщина получала бы удовольствие, окажись она на ее месте. Как же это все неправильно! Грейнджер внезапно очнулась, осознавая, где она, с кем она и что она делает. Она купилась на поездку с Драко в чертов Милан, хотя сама отказалась как-либо окунаться снова в мир магии. Теперь она знает достаточно, чтобы снова заскучать по своим друзьям, по второй семье, по ее миру. Какого-то хрена она улетела с врагом ее школьных лет в Италию: Рон и Гарри возненавидели бы ее за такой поступок! Она живет за его деньги в чужой стране! А что будет, когда она прилетит домой? На работе отношения с начальством разрушены из-за скандала. Малфой поиграет ею, пока его родня не смирится с выбором сына, а после бросит ее, а она останется одна, а в худшем случае – без работы. Чем она думала? Сердце Грейнджер забилось с бешеной скоростью, она схватилась за ручку двери, решаясь ее открыть прямо находу. Денег в кармане, которые ей напихал Малфой, вполне хватило бы на билет в Лондон. Она бы сбежала сейчас же, если бы не... Если бы не пальцы Малфоя, обхватившие ее запястье. Она резко повернулась к нему, встречаясь со взглядом серых глаз – переживающим, настороженным, обеспокоенным. Он словно приказал ей отпустить ручку двери, сжав сильнее ее запястье. Она послушала его, не смея отвести взгляд. Они оба не понимали, что происходит в данный момент, но до этого Драко понял, что девушка пыталась уйти, а она уже потом поняла, что он ее остановил и даже спас: если бы она вышла при движении автомобиля, то получила бы травмы. — Выйдем и поговорим, — убедившись, что Гермиона успокоилась, он отпустил ее руку, но глаз с нее не сводил. Девушка послушно кивнула. Через десять минут, которые показались вечностью, они, наконец, прибыли на место назначения. Поникшая Грейнджер еле выползла из автомобиля (не без помощи Драко, конечно же). Они вместе двинулись куда-то по улице. Первым заговорил Малфой. — Что случилось? — мягко спросил блондин, смотря на свою спутницу. — Я хотела уйти, — твердо ответила девушка, показывая серьезность намерений и стальной гриффиндорский характер. — И что же ты не ушла? — Драко поднял бровь, внимательно смотря на нее. — Ты меня зачем-то схватил, — она сверкнула глазами, повернув голову к нему. Его это только раззадорило. — Ты глупая, Грейнджер? Вроде как из нас двоих ты живешь дольше в мире маглов, но почему-то из нас двоих лишь я понимаю, что подобные выходки опасны для здоровья и жизни! — выпалил Малфой. — С какой целью ты собиралась покончить жизнь самоубийством? — Я не... Я хотела уйти, чтобы отправиться домой! Я – не твоя содержанка! И услуги эскорта не предоставляю! — девушка не на шутку завелась. — Грейнджер! — вскрикнул Драко, хмуря брови. Его явно задели подобные высказывания. — Ты сама согласилась – это раз! Во-вторых, мне ты, как эскортница, не сдалась! И три: если ты так хочешь домой, я тебя прямо сейчас отправлю домой. Ты, как и хотела, продолжишь свою мирскую жизнь вдали от магии, продолжишь вытирать столы и получать плевки в спину. Я тебя рядом с собой не держу. Ты сама сделала выбор в пользу Милана за мой счет, а теперь выдумала себе, что ты у меня на содержании, наверняка еще и принудительном! — Малфой был зол на нее. Он развернул ее за плечи, направляя в противоположную от него сторону, и развел руками. — Вперед! Деньги у тебя есть, делай что хочешь. Я тебя не смею удерживать. — Вот и уйду! — выкрикнула Гермиона. Драко выдохнул, наблюдая за тем, как стремительно удаляется фигурка Грейнджер. Он знал, что она снова прибежит к нему, это лишь дело времени. Он присел на ближайшую лавочку и, закинув ногу на ногу, принялся ждать, поглядывая на наручные часы. Минутная стрелка сделала ровно три оборота. Рядом с Малфоем приземлилась разъяренная Гермиона. Она сложила руки на груди, насупилась. Стрелка сделала еще полтора оборота прежде, чем девушка заговорила. — Извини, я была не права, — выдавила из себя Грейнджер, не смотря на блондина. — Извинения приняты, — мужчина поднялся на ноги и протянул спутнице руку. — Мы так опоздаем, пошли. — Ты не сердишься? — Грейнджер подняла на него глаза, которые напомнили ему щенячьи. — Мне, Драко Малфою, сердиться на то, что девушка захотела от меня сбежать, посчитав, что я ее держу насильно? Ни-ког-да, — по слогам процедил блондин. — Никогда, Грейнджер, я не сержусь на глупые истерики женщин. Девушка, сглотнув, вложила руку в ладонь мужчины. Мгновенно его пальцы обхватили кисть Гермионы. На ее щеках проявился стыдливый румянец. Мужчина помог ей подняться и тут же отпустил руку. Он сунул ладони в карманы и приказал Грейнджер не отставать, а сам пошел вперед. Девушка молча шла за ним, прокручивая все его слова, сказанные после того, как они вышли из авто. Она действительно наговорила много лишнего, выставив виноватым Драко, хотя она сама согласилась ехать – и он в этом был прав. — Драко, я... — она постаралась догнать его, ускорив шаг, но тут же врезалась в него. Малфой, услышав свое имя из уст Гермионы, замер. — Что-что? — он заинтересованно повернулся к девушке, словно хищник сверля ее взглядом, под которым Гермиона съежилась. — Я не хотела тебя задеть, я повела себя как... — Грейнджер, я не сержусь. Хватит причитать. Ты хочешь сделать все, чтобы я начал сердиться? Если да, то ты близка к этому, — блондин, развернувшись, снова пошел в нужном направлении, вынуждая Грейнджер чуть ли не бежать за ним. Она понимала, что сделала ему неприятно, но совершенно не понимала, что делать. Ее беспокоило то, что она никак не может искупить свою вину, а вместе с тем она еще и живет за его счет на широкую ногу. От этих мыслей защипало в носу и заслезились глаза. Гермиона невольно всхлипнула, что заставило Драко повернуть к ней голову. Он внимательно посмотрел на девушку: голова была опущена, волосы слегка заслоняли ее лицо, но он все-равно заметил одинокую слезинку, стекающую по ее щеке. Где-то позади них раздался щелчок камеры и вместе с ним блеснула вспышка. — Твою мать, — ловким движением руки Малфой поднял воротник пальто, который не очень-то и скрывал его. Свою ладонь он положил на спину Гермионы, подгоняя ее. — Шевелись, овечка, сзади волки, — Драко зашагал быстрее, почти волоча за собой девушку. — Что случилось? — утерев слезы, Грейнджер старалась шагать быстрее. С непривычки ходить на каблуках она пару раз чуть не упала, но сильная рука блондина придерживала ее в такие моменты. Она мгновенно переключилась со своих внутренних терзаний на происходящее в жизни. — Всем интересно знать, где и с кем проводит отдых крупный бизнесмен, известный за пределами магической Британии. Особенно, когда он молод, красив и клеймен черной меткой, — его речь была крайне саркастична, но ведь он ни в чем не соврал. Грейнджер лишь удивленно посмотрела на него, подняв брови. — Эту прекрасную колдографию распечатают во всех газетах, одна из которых будет уже завтра лежать на столике у моего отца рядом с чашечкой утреннего кофе. Хорошо, что твое лицо никак не попало туда. Купим тебе черные очки. Если увидишь подозрительных людей с камерой, то прикрывай лицо рукой. И готовься к тому, что, скорее всего, напишут, что ты – моя новая пассия, способ развлечься перед свадьбой с Асторией. Но, я думаю, мы не увидим этот номер: все раскупят, увидев мое лицо и заголовок «Отдых бизнесмена в Италии: архитектура, рестораны и красивые девушки». — О Боже, — поморщившись, сказала Гермиона. Наконец Драко остановился. Позади них, кажется, был неработающий фонтан. По правую и левую руку располагались газоны. Голые деревья и земля показались Гермионе очень унылыми, но это впечатление затмевало впечатление, которое появилось при виде крепости. Стены были выложены из оранжевого кирпича, как и башня, находившаяся прямо перед ними и в которой, по-видимому, находился вход на территорию. Грейнджер повернулась к Драко, который также, как и она пару секунд назад, смотрел на величественные огненно-рыжие стены. — Что это? — спросила девушка, не отводя взгляд от блондина. — Замок Сфорца, — кратко ответил Малфой, начав двигаться по направлению ко входу. — Некогда резиденция миланских герцогов. Но я не буду ничего рассказывать, посмотришь все сама. Они прошли ко входу, где Драко отдал пару купюр за билеты в помещения замка. После они двигались по дорожке, которая с обеих сторон была ограничена аккуратным бортиком, за которым предполагался газон, но сейчас была видна лишь земля. Вскоре они оказались у входа во замок, где пришлось отстоять очередь. Находясь среди других людей, Грейнджер и Малфой предпочли не вести никаких разговоров. Каждый находился в своих мыслях. Гермиона переваривала информацию о том, что Драко, оказывается, крупный бизнесмен. Пожалуй, это и объясняет его возможность так сорить деньгами. Малфой же был обеспокоен тем, что даже здесь их достали папарацци. И, скорее всего, им придется покинуть город в ближайшие пару суток, ибо совсем скоро Люциус захочет собственноручно достать сынка-беглеца и подвести его к алтарю. Помимо того Драко переживал за судьбу Гермионы. Если ее лицо засветится хоть в одной из газет, то ей, решившей сбежать из магического мира бесследно, придется несладко, когда она будет вынуждена объясняться перед друзьями, почему она в один день просто сбежала, а спустя почти десяток лет ее видят на колдо не абы с кем, а с самим Драко Малфоем. Вскоре им наконец удалось попасть в замок. Оставалось пару часов до закрытия музея, потому они постарались обойти все как можно скорее, но более всего они задержались в некоторых залах. Музей древнего искусства. Здесь они успели поглазеть на скульптуры и некоторые картины, датируемые годами от позднего римского периода и до конца шестнадцатого века. Особенно им понравились конный памятник Бернабо Висконти. Он казался таким простым, но вместе с тем и детализированным. Гермиона пообещала себе, что вернется сюда еще раз, чтобы запечатлеть этот шедевр на магловский фотоаппарат. Драко лишь с умилением наблюдал за восхищенной Гермионой, лишь догадываясь о том, о чем она думала. Зал делле Ассе. Этот зал был расписан фресками Леонардо да Винчи. Грейнджер призналась, что ей очень нравится все, что связано с деятельностью и биографией итальянского творца. Малфой заверил девушку в том, что да Винчи был волшебником, а знаменитая Мона Лиза имеет особую энергетическую ауру – все благодаря магии Леонардо. Музей Пьета Ронданини. Это помещение оказалось бывшим госпиталем – Грейнджер ни за что не поверила бы, если бы об этом не гласили текста. Здесь же была представлена последняя и незаконченная работа Микеланджело – скульптура Пьета Ронданини. Гермиона долго рассматривала ее, желая понять, что же все-таки хотел передать скульптор. Из-за того, что работа не была закончена, каждый зритель видел что-то свое, находя уникальный смысл. Возможно, в этом и заключалось чудо этого зала. Драко поделился своими мыслями и сказал, что, как ему кажется, мужчина позади, держащий руки на плечах мужчины спереди, есть дьявол, направляющий невинную душу на совершение греха. Гермиона прониклась мыслью спутника и согласилась с ним. Зал делла Балла. Один из самых запоминающихся залов для Гермионы. Здесь была представлена серия из двенадцати гобеленов Тривульцио, каждый из которых изображал месяц года. Драко и Гермиона решили испытать себя и постараться угадать, какой из месяцев изображен на каждом гобелене. По результатам соревнования Малфой вырывался вперед, угадав пять сюжетов в то время как Грейнджер угадала на один меньше. В душе мужчина признал, что ему было очень интересно и весело проводить время с Гермионой, рассуждать об искусстве и просто делиться мыслями. — Ну как тебе? — выйдя за территорию замка, спросил Драко, подводя итог. — Мне очень понравилось! — восхищенно произнесла девушка, прокручивая в памяти то великое множество моментов, которые произошли в период их нахождения в музее. — Слава Мерлину! — усмехнувшись, произнес блондин. — Угодил, — улыбаясь, он глянул на довольную Гермиону. — Может, пройдемся пешком отсюда до отеля? — предложила Грейнджер. Настроение у нее было на высоте. И все благодаря Драко. — Конечно, можно, но идти до отеля нам примерно час, а я, признаться честно, устал. Нам все-равно нужно в магазин, от него можем дойти пешком, — блондин еще раз глянул на Гермиону, которая активно закивала головой, разделяя замечательную идею Малфоя. Вечер прошел очень спокойно. Гермиона купила все необходимое для ухода за собой и чемодан для всех купленных Драко вещей. Первый день в Милане оставил яркие впечатления и воспоминания. Даже небольшая ссора между Драко и Гермионой ни коим образом не испортила день: возможно, даже добавила особой страсти. После магазинов молодые люди вернулись в отель. Неловко попрощавшись друг с другом, они разошлись по своим номерам. Гермиона, разложив вещи и переодевшись в новую шелковую пижаму, состоявшую из штанов и рубашки, легла в кровать и долго думала, глядя в потолок. Она вспоминала сегодняшний день от и до, размышляя о правильности всего происходящего. Так она и уснула. Сон ее был крепким, глубоким, ничто не смогло бы разбудить ее в течение ближайших нескольких часов. Всему виной насыщенный событиями и эмоциями день, который казался таким долгим... Англия. Уилтшир. Малфой-мэнор. Снаружи – место абсолютно холодное, недоброжелательное, неуютное. На фоне огромного темного здания среди идеальной формы кустов бродят белые павлины, горячо обожаемые Люциусом Малфоем – действующим хозяином этого поместья. Внутри все ощущалось еще более угнетающе. Стены были пропитаны ужасами войны, эта атмосфера все еще витала в воздухе даже несмотря на то, что после событий девяносто восьмого года в доме был сделан капитальный ремонт по инициативе самого Драко. В одной из многочисленных комнат поместья на диване перед журнальным столиком величественно восседал Малфой-старший, который даже в домашней одежде выглядел статно. Он по обыкновению вставал ранним утром и начинал день с чашечки крепкого кофе, от запаха которого порой кружилась голова. Нужно отметить, что спустя почти десяток лет Люциус постарел: скулы еще сильнее заострились, глаза потускнели, стали уставшими, а некогда платиновые волосы начали приобретать седой оттенок. Его жена, Нарцисса, напротив: как вино хорошела с годами. Единственное, что выдавало ее возраст – небольшие старческие морщинки на лбу. Супруга Люциуса, сидя рядом с ним, пила кофе из такой же чашечки, но, в отличие от мужа, напиток она разбавляла молоком. После того как их сын без предупреждения ушел, Люциус был уверен, что он пропадает у лучшего друга, у Блейза Забини, потому как почти каждый внезапный уход Драко из дома завершался скорым приходом и словами: «Я был у Блейза». Но материнское сердце Нарциссы чувствовало, что что-то в этот раз не так. За прошедшие сутки она неоднократно поднимала эту тему, но Люциус ее обрывал и отвергал ее доводы. Ей ничего не оставалось делать, кроме как ждать и надеяться на то, что все будет хорошо с ее единственным сыном. — Люциус, я все-таки считаю, что нехорошо оставлять Драко без выбора, — Нарцисса снова постаралась поднять тему скорой женитьбы сына, на что супруг отреагировал резко. Он быстрым движением поднял руку, призывая жену замолчать. — Цисси, мы уже поднимали эту тему, и я не собираюсь снова к ней возвращаться, — медленно, с толикой раздражения говорил мужчина. — Нет, я действительно считаю, что ты перешел все рамки дозволенного, Люциус Малфой, — заявила женщина, поставив чашечку на стол. Ловким движением она поднялась с дивана, сложила руки на груди и отошла к окну. Порой только своими словами Нарцисса могла заставить мужа замолчать, оказавшись пораженным. Так было и сейчас: он опешил, не ожидая такой резкости от жены. — Он спасает твою шкуру ценой своей жизни и личного счастья. А должно быть наоборот. Я бы хотела, чтобы мой ребенок был счастлив. Ты бы этого не хотел? — она повернулась к Люциусу, заглядывая в глаза мужчине. — Он ведь не просто так накануне свадьбы ушел. — Нарцисса, он будет счастлив, но он еще не понимает этого, — поспешил ответить Малфой, услышав слова жены о сыне. — Не может он быть счастлив с человеком, которого ты ему навязал, — блондинка совсем вскипела. Она не кричала, но голос ее звучал весьма и весьма угрожающе. — Драко... — чуть более спокойно начала Нарцисса. — Он... Он очень свободолюбивый. Ему важно самому выбрать путь, по которому он пойдет. А наша задача, как родителей, поддерживать его. — Моя задача, — повысив тон, заговорил Люциус. — Обеспечить сыну нормальное будущее, чем я и занимаюсь! — Ты ломаешь ему жизнь! — крикнула блондинка, теряя терпение. А этот момент раздался стук в окно. Женщина, стоя рядом, быстро открыла его, увидев черного филина с газетой в клюве. Обычно они с мужем вместе смотрели новости магического мира, но в этот раз она самостоятельно открыла газету и начала бегло просматривать сводки. На глаза попалась колдография: высокий широкоплечий блондин, повернув голову, смотрит на девушку, лица которой не видно, позади него. В молодом человеке она быстро узнала своего сына. Тогда она стремительно подошла к Люциусу и протянула ему газету. — Полюбуйся, — женщина снова села рядом с мужчиной. — «Любимая женщина или мимолетное увлечение во время отдыха в Италии? Драко Малфой, владелец фирмы MWands, был замечен на улицах Милана с девушкой, личность которой не была установлена. Напомним, что у бизнесмена совсем недавно прошла помолвка, а сейчас его семья активно готовится к грядущей свадьбе», — зачитала отрывок из статьи Нарцисса и посмотрела на мужа, выгнув бровь – в точности так, как делает Драко. Люциус побагровел от злости, смотря на колдографию. Казалось, что еще чуть-чуть, и мужчина начнет метать молнии во все стороны. Он кинул газету на стол, опрокинув свою чашку с кофе на издание и совсем не обратив на это внимание. Нарцисса лишь ахнула от неожиданности. Мужчина вскочил с дивана, взял свою палочку и вызвал патронуса. — Вентворт, собирай Асторию, я скоро к вам прибуду и все объясню, — разъяренно проговорил Малфой, и большой призрачно-голубоватый павлин растворился в воздухе. Люциус помчался в другую комнату, оставляя ошарашенную Нарциссу сидеть на диване. Рядом с ней появилась эльфийка, начав убирать журнальный столик. — Все в порядке, миссис? — тонюсеньким голоском спросила Дейзи. — Нет, вообще не все в порядке, — проныла Нарцисса, пряча лицо в ладони. Тем временем в Милане день Драко и Гермионы только начинался. Грейнджер получила завтрак в номер: бельгийские вафли с шоколадом и свежими ягодами и кофе на молоке. Она довольно улыбалась, поедая блюдо и читая книгу, которую они вместе с Драко купили вчера после прогулки по замку Сфорца. В отличие от вчерашнего дня, Гермиону абсолютно ничего не беспокоило. Ее не тревожила мысль о том, что, возможно, она поступает неправильно. Ее не тревожило то, что она вмешалась в семейные разборки Малфоев. Она была уверена, что, если Драко все-таки проиграет в этой борьбе за свободу выбора, она останется в стороне и вернется к своей привычной жизни. Об ином случае, когда Драко избавится от необходимости брать в жены Асторию, Гермиона думала точно также: он добьется своего и она уйдет в свой мир. Таким образом выходило, что она просто-напросто поехала отдыхать за чужой счет по удачной случайности. И она была этим довольна. В дверь постучались. Грейнджер точно знала, что это был Драко. Она подскочила с кровати и быстренько подбежала к выходу из номера и уверенно распахнула дверь. Блондин стоял перед ней почти в том же обличии, что и вчера, лишь волосы не были уложены. Он слегка нахмурился при виде Гермионы, что ее смутило, а потом он улыбнулся. — У тебя здесь, — он показал пальцем на свой нос. — Шоколад, — после этих слов Грейнджер посмотрела на свой нос и принялась вытирать пальцем запачканный кончик носа. Малфой усмехнулся, наблюдая за ней. — Это не смешно, — вопреки своему заявлению Гермиона улыбалась. — Да-да, — кивнул блондин. — Ни капельки не смешно, — он сунул руки в карманы и облокотился о стену возле дверного проема. — Как смотришь на то, чтобы прогуляться до пинакотеки Брера? — Отлично! Давай, — справившись с шоколадом на носу, Грейнджер улыбнулась и посмотрела на Драко. — Я буду готова через полчаса. — Понял, через полчаса зайду, — сказал Малфой и, улыбнувшись, прикрыл дверь номера, одновременно переводя взгляд на наручные часы. Девушка до конца закрыла дверь и побежала к шкафу, куда вчера успела сложить все свои новые вещи. Потратив почти все обозначенное время, Гермиона стояла перед зеркалом, любуясь на себя: она была в длинном – примерно до середины икр – теплом облегающем платье в рубчик с воротничком темно-коричневого цвета, на ногах черные челси, в руках она держала свое черное пальто. Волосы выглядели более аккуратными, хоть и не потеряли своей пышности. И все-таки будто чего-то не хватало. Гермиона повертелась, разглядывая свое отражение. Образ со всех сторон казался незавершенным, что заставило девушку нахмуриться и открыть дверцы шкафа, выискивая глазами что-нибудь, что сможет исправить ситуацию. Ее взгляд зацепился за один пакетик, в котором, очевидно, что-то лежало, но Гермиона не могла вспомнить – что именно. Она достала этот самый пакетик и вытащила из него то, что лежало внутри. Это оказался беретик с небольшим козырьком в цвет платья. Девушка обрадовалась, поняв, что это то, что нужно. Примерив головной убор, она убедилась в том, что это именно то, чего не хватало. Как раз в этот момент раздался стук в дверь. Грейнджер, улыбаясь, подбежала к выходу и открыла дверь. Драко успел уложить волосы. В остальном его облик почти не изменился: добавилось только пальто. — Очки взяла? — сходу спросил блондин. — Какие? — смутилась Грейнджер, чуть нахмурившись. — Темные. Вчера тебе купили. — А-а, — протянула Гермиона и вернулась к шкафчику. Там она выделила целую полку под нужные ей вещи, включая средства по уходу за волосами. — Теперь взяла. — Чудесно. Пойдем, — Драко шире открыл дверь и чуть отошел от входа, давая девушке возможность выйти. Гермиона вышла из номера и закрыла за собой дверь. — Ты знаешь, что, скорее всего, нам уже приписан роман? — Выходя из отеля и придерживая дверь, спросил Малфой у Гермионы. — Какой? — она чуть нахмурилась, смотря на блондина. — Ты забавная, — улыбнувшись, Малфой пошел вперед, высматривая такси. На требования Гермионы ответить, что же за роман им приписан, Драко молчал, иногда смеялся и всячески уходил от ответа, из-за чего Грейнджер сердилась. Мужчину эта реакция очень забавила. Он даже пару раз честно сказал о том, что ему очень нравится, когда Гермиона злится. Пока они ехали в такси, девушка старалась тихо расспросить блондина о том, о чем он упорно не говорил и только улыбался ей в ответ. Она вот-вот взорвется от негодования, начнет рвать волосы на голове, а с его лица все никак не сходила улыбка. Теперь Драко был заряжен настроением на весь день, а может даже на более продолжительный срок. — Siamo arrivati! La senorina sembra semplicemente meravigliosa. Sei fortunato con lei, signore, — быстро проговорил водитель такси по приезде на место. — Grazie, — улыбнувшись во все тридцать два зуба, Драко отдал мужичку нужную сумму и вышел из салона, держа дверь для Гермионы. — Что он сказал? — спросила Гермиона, внимательно глядя на Малфоя и вместе с тем поправляя одежду. — Только попробуй не сказать! — грозно сказала девушка, выставив указательный палец перед лицом блондина и нахмурив брови. Драко лишь рассмеялся и приподнял руки, мол «сдаюсь». — Если я все правильно понял, то он сказал, что ты выглядишь чудесно, — усмехнувшись, сказал Малфой и посмотрел на Гермиону, которая в первый раз улыбнулась за последние двадцать минут, которые они провели в дороге. О второй части высказывания таксиста он намеренно промолчал: Малфою не хотелось говорить ей о том, что этот человек сказал, что ему с ней повезло. Ему казалось это неуместным, неправильным, ведь они даже не друзья. А если уж ему это показалось неправильно, то что об этом подумает Гермиона – продумать страшно. Наконец они прошли через одну из многочисленных арок и попали в небольшой дворик, в центре которого стоял серебристо-черный, местами зеленый памятник – копия статуи, изображающая Наполеона в образе Марса-миротворца. В одной руке он держал богиню победы – Нику. Вокруг находилось само здание миланской галереи с великим множеством арок и колонн. Гермиона с восхищением смотрела на архитектурный шедевр, счастливо улыбаясь. Ей приносило огромнейшее удовольствие лицезреть в живую легендарные места, о которых она раньше могла лишь читать в книгах и которые она, возможно, никогда бы не увидела, если бы не Драко. В это мгновение в ее голову закралась мысль о том, что нужно будет как-нибудь отблагодарить Малфоя ближе к концу их небольшого путешествия. Но вот как и чем? Кажется, у него есть все и даже больше, а у нее нет абсолютно ничего. Чтение стихотворения или песню он вряд ли оценит, поэтому было бы чудесно придумать что-нибудь более стоящее, но это Грейнджер отложила на потом: сейчас все ее внимание будет приковано к картинам венецианской, тосканской и ломбардской школ. Молодые люди бродили по залам (а их тут было тридцать восемь), разглядывая шедевры Средневековья и эпохи Возрождения. Проходя мимо картины Андреа Мантеньи «Мертвый Христос», Гермиона надолго задержала взгляд, а после даже подошла поближе, чтобы рассмотреть. Картина вызвала волну мурашек по телу девушки, отчего ту передернуло. — Это кошмарно, — смотря на изображенное измученное тело Иисуса Христа, Гермиона сцепила руки в замок. — Ты веришь в Иисуса? — спросила девушка, ненадолго повернувшись к блондину. — Не знаю, — Драко пожал плечами. — Мы отмечаем Рождество. Наверное, тогда положено верить, — он также поднял глаза к картине Мантеньи. Тело Иисуса было изображено слишком реалистично, все раны будто бы натуральны. Драко перевел взгляд на девушку. — А ты? — Я верю. Я и моя семья, — запнувшись на последнем слова и сглотнув, Грейнджер посмотрела в пол. — Мы католики. Малфой чрезвычайно быстро уловил нотку грусти в голосе девушки. Он не знал, что происходило в ее жизни, но, должно быть, это приносило ей невероятную боль. Он, положив ладонь на спину Гермионы, подтолкнул ее и сам зашагал дальше. Но внезапно блондин почувствовал жжение кольца. Его глаза заметались, боясь столкнуться со взглядом отца. Сердце забилось быстрее. Он остановился, продолжая осматриваться, надеясь не увидеть здесь и сейчас тех, кого не ждал. Конечно, странное поведение не было не замечено Гермионой. — Все хорошо? — обеспокоенно спросила Грейнджер. — Нет, Грейнджер, все чертовски плохо, — неожиданно резко и грубо ответил блондин, схватив Гермиону за запястье и потащив к выходу. — Они здесь, — двух слов хватило для того, чтобы описать все происходящее. Гермиона молча кивнула и зашагала за Малфоем. — Пожалуйста, быстрее, — рявкнул блондин, сильнее сжав запястье Гермионы. — Я стараюсь, — нахмурившись, ответила Гермиона. Они почти бежали по залам, которые совсем недавно обходили, разглядывая каждую картину. Молодые люди ловко уворачивались ото всех людей, которые хаотично бродили здесь. Драко несколько раз выбрасывал ругательные слова, рычал, сталкиваясь с толпой, и все это время сжимал пальцы, которыми обхватил запястье девушки. Она же в свою очередь старалась поспевать за ним, несколько раз спотыкалась, но не лезла лишний раз к Малфою, зная, что сейчас он очень зол. Она умолчала то, что ей неприятно то, как он сдавливал ее руку, только потому, что понимала тревогу и раздражение спутника. Они быстро дошли до выхода из галереи, пока кольцо то сильнее, то слабее жгло кожу на руке Драко. Он удивительно быстро поймал такси, сунул водителю большое количество купюр и, почти крича, приказал ехать как можно быстрее до отеля, в котором они расположились. Всю дорогу Драко смотрел вперед, дергая ногой от нервов. — Sbrigati! — периодически выкрикивал Малфой. В один из таких моментов Гермиона дотронулась до его плеча, чувствуя напряжение в его мышцах. Он, точно хищник, резко повернул голову к ней, сверкая глазами. Она молча смотрела на него, не убирая руку. Он замер, смотря в почти черные глаза девушки, словно пытался в них что-то найти. — Выдохни, — еле слышно произнесла Гермиона, чуть сжав плечо блондина. Его тревожный взгляд стал недоверчивым, но он послушался, прерывисто выдохнув воздух из легких. — Что мы сейчас будем делать? — спросила Грейнджер, убрав руку. — Мы... — задумчиво и с легкой неуверенностью сказал мужчина. — Значит так, — он очень старался быстро принять взвешенное и верное решение. — Приезжаем, собираем вещи и улетаем. Иначе они найдут нас очень быстро. — Хорошо, — она кивнула, не сводя глаз с Малфоя. — А куда? — Куда? — будто бы сам у себя спросил Драко. Он посмотрел вперед. Глядя прямо на отель, к которому они подъезжали, он уверенно произнес: — В Венецию.