Война // Мир

      Приближаясь к дворцу, Полуночник почуял неладное. Он ожидал, что феи Зимы на них нападут. Или просто выйдут встречать. Но до ворот они добрались совершенно без каких-либо проблем. Полуночник спешился и постучал кольцами засова. Ворота не открылись. Феи либо игнорировали их, либо затаились.       — Котеночек, сейчас мы все тут расплавим, — выставила ладонь перед собой Нариэль.       Ангел совершенно не была похожа на себя прежнюю. Ее манера общения раздражала, а поступки выводили из себя. Будто бы кто-то нарисовал карикатуру и оживил, подменив подделкой великолепный оригинал.       — Давай без актов агрессии, — вампир схватил ее запястье и крепко сжал. — Мы — мирные парламентеры, пока феи Зимы не докажут обратное. Мы пришли только забрать свою дочь, а не уничтожать все вокруг, забыла?       — Одним больше, другим меньше… Тебе жалко, что ли? — невинно состроила глазки ангел.       Это уже совсем ни в какие рамки не вписывалось. Нариэль никогда не была кровожадной. Что же с ней сотворила Греза?!       Рафи тоже изменилась, став до жути позитивной. Будто бы кто-то перемешал характеры и рандомно распределил прежние черты. Серафиэль нажимала на кирпичики, из которых состояла кладка стены, и вскоре откуда-то сверху донесся топот ног. Будто бы толпа гномов спешила занять места. Однако парламентер оказался совсем иным. Крошечная фея-пикси спланировала с зубца замка, легонько помогая себе крыльями бабочки.       — Кто из вас главный? — пропищала она тонюсеньким голоском. — С кем могу вести переговоры от лица феи Зимы Морганы?       — Я, — отозвался Полуночник. — Как обращаться к тебе?       — Незабудка. Я не злопамятная, просто я злая и у меня хорошая память.       Полуночник захотел закрыть лицо рукой. Давно ему не было стыдно за такие банальности и штампы. Кто же мог породить такую фантазию? Какой-нибудь третьегодка?       — Меня зовут Мастер, — не подал виду вампир. — А это мои компаньоны, Серафиэль, Нариэль, Принцесса Мирана Анирул Садоу-Токин Венсиция и Мелисса.       Нариэль сделала реверанс, на который феечка живо отреагировала.       — Вы знаете этикет? И эти белоснежные волосы с синими кончиками… Вы тоже из страны Зимы? — восторженно пропищала она. — Но что вы делаете с представителями страны Лета?       Полуночник не знал, за кого их приняли, но феи Лета — не самое плохое прикрытие. Хотя по рассказам о Грезе, феи Лета и Зимы всегда враждовали, как и феи Осени и Весны.       — Мы пришли забрать девочку, — произнес Полуночник. — Предлагаю решить дело миром. Мы знаем, что девочка у вас.       — У нас нет никаких детей, — пропищала фея Зимы. — Вы же знаете, что в мире Зимы дети навсегда останутся детьми, что повлияет на баланс. Потому мы и с подменышами почти не водимся. Вы можете пройти и убедиться в моих словах. Фея Моргана очень гостеприимная и радушно вас примет.       Пикси сложила тоненькие пальчики, прижала их к губам и со всей силы дунула, из-за чего по округе разлетелся писк. Послышался скрип шестеренок, и ворота потихоньку начали открываться вовнутрь.       А за крепостными стенами шла обычная городская жизнь. Видимо, издалека действовал морок, который показывал несуществующие стены и крыши, а также не давал звукам улицы просочиться вовне. Внутри каменных стен царило оживление. У самого входа расположились торговцы. Вероятно, феи Зимы не пускали их далеко, чтобы те не разнюхали, как все у них внутри устроено. Продал товар — и вали дальше.       Пикси повела их внутрь. По пути она объяснила правила этикета. Наверняка Нариэль и Серафиэль пропустят мимо ушей. Одна витает в облаках, другая не потеряла своей нелюбви к правилам. Поэтому Полуночник узнал, каким жестом можно извиниться за невоспитанность своих спутников.       На саблезубых тигров все посматривали с беспокойством. Пикси привела отряд к стойлу, в котором торговцы оставили безобидных на вид вьючных животных.       - Можете оставить животных здесь, за ними приглядят, — пропищала пикси.       — Это дикие животные. И они ходили вдоль ваших стен тут довольно долго. Оголодали, — с сомнением произнес Полуночник, посматривая на Серафиэль, которая гладила шерстку зверей и что-то шептала им на ухо.       — Мы часто наблюдаем популяции саблезубых рядом с нашими поселениями. Мы выработали действенный метод, который и торговцам позволяет пройти. Холод усыпляет, — последнюю фразу пикси чуть ли не пропела.       — Можем обойтись и без этого, — к ним подошла Серафиэль. — Я отдала команды тиграм, они будут вести себя смирно, если вы их покормите. Чтобы ваши вьючные их не искушали.       Пикси присвистнула, и тут же к животным примчалась пара снеговиков, гремевших ведрами. Они переглянулись, и один из снеговиков ретировался.       — Он вернется с мясом и покормит ваших зверей, — сообщила пикси. — Идем дальше.       Полуночник ждал, что следующим этапом с них потребуют оставить оружие. Сдавать было нечего. Охрана обыскала всех, но ничего не нашла. Мелиссу обыскивали дольше всех. Похоже, рассчитывать она могла только на кунаи из своего тела. Из-за толстого слоя льда растения точно не смогли бы пробиться на поверхность.       Пройдя охрану, они оказались в более дорогой части города-крепости. Дома здесь были украшены резными ледяными фигурками. На стеклах красовались витиеватые узоры. Даже существа тут состояли из странных помесей льда и снега. Чаще всего изо льда были они сами, а их одежда — из снега. Но встречались и гибриды. Им обычно все кланялись. Очевидно, это были какие-то важные шишки.       Среди всех строений одно выделялось очень сильно и было видно издалека. Свет преломлялся в шпилях его башен. Дворец феи Морганы занимал внушительную площадь, а его двери охранял караул из банши, эфемерными облачками парившими возле входа.       Пикси присвистнула, и ряд банши расступился. Нари остановилась поглазеть на них, и Полуночник взял ее за шкирку и потащил за собой, хоть она и упиралась.       Внутри дворца слуги в кимоно и масках, чьи тела состояли из метели, вышли встречать гостей и протянули полотенца.       - А просто помыть руки нельзя? — осторожно спросила Мелисса.       — Зима же, руки замерзнут и окоченеют, — объяснила пикси противным голоском, будто объясняла несмышленышу.       Вытерев руки полотенцами, а обувь — о длинный коврик, делегация проследовала за пикси. Слуги, шурша кимоно, последовали за ними.       Фея Моргана сидела на резном троне. Ну, как сидела… Ноги перекинула через один подлокотник, а плечи оперла на второй. В левой руке она держала стакан с мартини или чем-то подобным. Длинные серебристые волосы были связаны в тугой хвост. Бледная кожа сияла в неярком свете холодных ламп. Она была одета в шелковый халат с широким поясом, и в таком наряде правительница этих мест больше напоминала сотрудницу массажного салона. Совсем вкуса у фей Зимы не было…       — Приветствую, странники, — безжизненным голосом произнесла она. — Вы ищете ночлег? Я вас приючу у себя.       — Навечно, — произнесла сквозь зубы Нариэль.       Ангел распахнула крылья, и пикси испуганно ойкнула.       — Матушка-гусыня, давай не сейчас, — Полуночник слегка взъерошил волосы своего ангела-хранителя.       Вампир выставил левую ногу вперед, правую руку прижал к груди и поклонился под углом в сорок пять градусов.       — Простите наше невежество, фея Зимы, — соблюдая этикет, извинился вампир.       Впрочем, скоро ему пришлось извиняться за еще одну выходку. Серафиэль хлопнула в ладоши, и свет погас. А на полу появились четко различимые следы от подошв детского размера. Фея Зимы изобразила удивление на лице, хотя наверняка с самого начала понимала, кто пришел по ее душу.       - Отдай девочку, — потребовала Серафиэль. — Мы знаем, что она у тебя.       Пикси залетела за трон и прикрыла уши руками. Лишь остроконечные кончики и локотки были видны из-за стеклянно-ледяной спинки.       — Ко мне часто наведываются просители с подменышами. Кто-то подменил ваше дитя? — фея отхлебнула из бокала, не отводя глаз от демонессы.       — Шутки в сторону, — Серафиэль сделала шаг вперед.       Слуги, до того момента бывшие тенью, тут же оживились и зашуршали кимоно. Моргана подняла руку, и все успокоились.       — У девочки большой потенциал, — перестала отпираться Моргана. — С нами ей будет лучше. Она может распространить господство Зимы в Грезе и за ее пределами. Мы видели, на что она способна.       — Это Рэббит вам рассказал? — сжала пальцы в кулаки дриада.       — Ваше величество, я прошу честного поединка, — приставив руку к груди, склонился Полуночник. — И если я выиграю, то мы заберем девочку, а вы к ней больше не подойдете.       — Каков нахал! — побагровела Моргана, из-за чего ее щеки запылали румянцем. — Ты меня совсем не боишься, смерд?       — Страх — не мой проводник, — оставаясь в полупоклоне, ответил Полуночник. — А дочь важнее всего.       — А ты смелый, — фея Моргана опустила ноги на пол и поставила бокал на хрустальный пол.       Фея Зимы подошла к Полуночнику и обошла его под хмурые взгляды женщин из экспедиции.       - Успели оценить, ваше величество? — спросил Полуночник.       — Ты слишком добрый. Женщин бить не будешь, — Моргана встала лицом к лицу вампира.       — А вы не женщина, а девушка.       Моргана тут же рассмеялась каким-то хриплым, злобным смехом.       — Ты мне нравишься, — призналась она. — Но ничего не может быть. Девочка слишком для нас важна.       — Хрупкий мир между Грезой и Землей тогда разрушится. Вы осознаете последствия, ваше величество? — Полуночник выпрямился.       — Страх и не мой проводник тоже, — фея Моргана подняла левую руку и оттянула мизинчик. — Что ты будешь делать дальше?       — Соблазню вас.       Моргана прикусила губу. Несмотря на холодность и бахвальство, обусловленные властью в своих владениях, фея Зимы очень боялась ярких чувств. Ведь они могли растопить лед в ее сердце. Что превратило бы ледяную фигуру в лужицу. Принцесса рассказала об особенностях фей Зимы, пока они шли по пещере, и у Полуночника сложилось мнение, что привязанность и любовь они боятся как огня. Так и оказалось.       - Даже если… ты попытаешься меня смутить, то… чувства должны пробудиться и расцвести… — щеки ледяной девушки покрылись румянцем.       — У нас нет столько времени. А со мной меняющие реальность.       Маски были сброшены. Серафиэль и Нариэль расправили крылья, чтобы продемонстрировать свои серьезные намерения. Полуночник не был уверен, что они могут управлять чувствами. Да это и не нужно было. Навести морок, разогреть ледяную деву чувственными образами — методов пробудить чувственность было много.       — Они могут пользоваться силой только для вызволения девочки. Так что они смогут пытать вас, ваше величество, столько, сколько нужно, — Полуночник склонился и прошептал на ухо королевской особе. — Или сразу приступим к делу?       — Какой нахал! — она грубо оттолкнула его. — Я…       Из глаз феи потекли ручейки слез. Она прижала ладони к щекам и испугалась. По-настоящему. Неужели слова Полуночника попали точно в цель?!       Балахоны слуг испуганно зашелестели. А следом в зал для приема гостей ворвался человек, о котором Полуночник был много наслышан, но не видел ни разу. Рэббит. Мелисса его сразу узнала. Ее пальцы сами собой сложились в кулаки.       — Ваше высочество, — не обращая внимания на делегацию, поклонился преступник. — Я пришел для исполнения нашего контракта.       — Разберись с ними, — прошипела фея Зимы.       Все-таки она соврала насчет страха. Фея Зимы испугалась той картины, которую нарисовало ее воображение со слов вампира.       - То есть, вы все-таки согласны, ваше величество? — не мигая, смотрел на свою жертву вампир.       В битве взглядов он одержал победу.       — Мы решим вопрос в схватке. И если вы проиграете, то ты отдашь мне изменителей реальности, — фея Моргана сказала так, будто бы ангелы были собственностью, а не живыми существами. — И с их поддержкой мы вторгнемся в ваш мир. И пройдем по нему холодом и сталью.       — А если победим мы, то вы забудете об этой идее, вернете девочку и всегда будете сотрудничать с нами, — Полуночник протянул руку. — Сделка?       — Сделка, — хмуро вложила свою руку фея Моргана.       Ее рука оказалась влажной, будто бы она начала таять под теплыми лучами солнца.              

*****

             Условия боя походили на поединок гладиаторов на земле. Возможно, в Грезе эта традиция появилась в то же время будучи фантазией одного из рабов. Правда, были отличия. У каждого спарринг-партнера была возможность привлечь секунданта. Правда, роль секунданта в Грезе отличилась. Секундант выступал в роли поддержки, обеспечивая бойца оружием и силами. Понятно, почему фея Моргана так сопротивлялась. Все же она была только феей, пусть и правительницей этих земель. А на стороне Полуночника находились существа, по могуществу равные джиннам.       Жена подошла к нему и поцеловала в щеку. Обвив руки за шеей, она притянула его к себе.       — Будь осторожен, — она горячо прошептала на ухо. — Возвращайся с победой. Если феи обманут нас, то мы тут же вступим в бой. И если будут жульничать — тоже вытащим.       — Не переживай, клятвы тут — не пустое слово, — Полуночник стянул футболку, обнажая заросший мехом торс. — С Рэббитом я разделаюсь в два счета.       Вампир перевел взгляд на ангела-хранителя, накручивавшего на палец локон с синим кончиком.       - Горе мое луковое, — вздохнул он. — Ты идешь?       — Конечно, котенок, — тут же воодушевилась Нариэль. — А мы будем целоваться?       — Ни в коем случае.       — Ну хотя бы в щечку! По три раза, от души!       — Не-а.       Сотканный из снега человек подошел к Мелиссе и сообщил, что пора занять место на трибуне. Серафиэль ушла еще немного раньше. Хотя, вероятно, по пути отлучилась в туалет. Полуночник попросил ее связаться с Настей и сообщить, что отряд Мастера занялся освобождением девочки. И что следы вели именно сюда, а остальные — лишь запутывали. Если Настя с подмогой поторопятся, то лишними не будут. Полуночник надеялся, что Серафиэль именно в таком ключе передаст, не добавляя отсебятину.       Тем временем решетчатые ворота поднялись, открывая выход на арену. Полуночник и Нариэль прошли вперед, а им навстречу выдвинулись Рэббит и Моргана. Над ареной находились постаменты. Моргана выстроила ледяную лестницу, взошла по ней и заняла место на балконе. Нариэль размяла крылья и взлетела на свой постамент.       Человек, стоявший напротив Полуночника, уже не был совсем человеком. Его конечности слегка видоизменились, будто бы ему пересадили руки и ноги каких-то големов или гоблинов. А торс достался от какого-нибудь голема. Одет он был все еще в форму сотрудника лаборатории, но изрядно потрепанную и изорванную. В глазах врага совсем не читался страх. Наоборот, там горел фанатичный огонь.       — Так это ты все это время пытался подобраться к Десс и сделать ее своей марионеткой? — Полуночник сжал пальцы в кулаки и встал в стойку.       — О, нет, я готов служить той, которая снесет весь этот несправедливый мир, — хрипло ответил Рэббит. — Ты недооцениваешь мое самое совершенное творение.       — Она — не твое творение. Может быть, ты послужил катализатором ее силы. Но без воспитания и установок силы бесполезны.       — Ты слишком сильно уповаешь на то, что люди не меняются. Что порядочные и хорошие люди не совершают плохих поступков. Но дело в природе. Ее не обманешь. С большой силой трудно бороться с искушениями.       На середину поля выехал снеговик. Он объявил о начале поединка, который должен был завершиться смертью одного из бойцов.       — Вы можете просить у ваших секундантов любое оружие, — сообщил снеговик. — Без ограничений. В любой момент времени. Убивать друг друга можете оружием или вытолкнув за пределы арены. Границы арены обнулят противника быстро и безболезненно. В бой!       Произнеся команду, снеговик тут же закрутился вокруг собственной оси и превратился в снежинки, сделав видимость просто отвратительной.       Рэббит еле слышно переступал ногами. Слух вампира в Грезе обострился до предела. Даже с закрытыми глазами он бы легко определил не только место, куда ступила нога врага, но даже степень его нажима: готовится ли он оттолкнуться и броситься вперед или нет.       Первый удар Рэббит нанес кулаком. Рукопашный бой явно не был сильной стороной человека в белом халате. Он промахнулся и получил от вампира удар по хребту. Взвыл от боли, но устоял на ногах. А следом снег стал заметать еще сильнее. Холод явно облегчал боль, поскольку крики быстро прекратились. А следующий удар Полуночник нанес сам, но разбил лишь ледяной панцирь, не добравшись до тела. Снег слегка рассеялся, и вампир увидел, что Рэббита сковал с разных сторон экзоскелет изо льда. А Моргана тем временем создавала огромный топор из переливавшегося льда.       Полуночник отступил к своему балкону. Нариэль пока никак не реагировала на действия феи.       — Может, подсобишь? — спросил Полуночник. — Как-то не улыбается разбивать кулаки об ледяную броню.       — Конечно. Лови, — Нариэль сбросила с балкона какой-то странный блестящий предмет.       Это было форменным издевательством. Она сбросила щит! Но ведь Полуночнику не нужно было парировать атаки Рэббита… пока не нужно было. Гад успел взять топор и даже слегка раскрутить его. Несмотря на то, что площадь щита оказалась маленькой, удар он выдержал. А потом Полуночник услышал, как Рэббит взвыл. Опустив щит, вампир увидел, как фигура топора деформировалась. Он стал быстро таять на глазах. От щита исходила волна тепла, которая была небольшой по площади, но очень концентрированной. И от одного соприкосновения процессы таяния запустились по всему топору, который пришлось бросить.       Тогда Моргана перешла к другой тактике. Она создала сосульки, больше напоминавшие отпиленные сталактиты и сталагмиты, и вонзила их рядом со своим бойцом.       — Атакуй его! — прокричала Моргана. — Держись на расстоянии, не давай ему приблизиться.       Полуночник посмотрел на Нариэль. Казалось, ее больше волновали ноготочки, а не судьба существа, чьим ангелом-хранителем она была.       — У тебя будут рекомендации для меня? Нариэль! — грозно прикрикнул вампир. — Ты там заснула?!       — У тебя все есть, — простодушно ответила она. — Я верю в тебя, котенок!       — Очень полезно, — пробурчал себе под нос Полуночник.       Тем временем Рэббит начал вытаскивать сосульки из пола арены и стал их метать в сторону Полуночника. Щит явно бы не выдержал прямого попадания, поэтому вампир отклонялся и принялся бросать щит по сосулькам. И в какой-то момент щит стал касаться сразу нескольких сосулек за раз, разбивая их по диагонали и кроша на мелкие льдинки. А Полуночник так к этому приноровился, что даже перестал отпрыгивать. До него долетали лишь мелкие осколки-льдинки.       — А ты не соврала, — подняв голову, поблагодарил он свою спасительницу. — Очень полезное оружие придумала.       — А то! У меня фантазии — хоть отбавляй! Я много вещей в окружающем мире придумала сама, да-да! У меня были инструкции, правда… Котеночек, ты меня слушаешь?       Ответить Полуночник не мог. За ним гнались состоявшие из вьюги кони. Стоило остановиться, как они тут же пробегали насквозь, заставляя зубы стучать от дикого холода. Еще немного таких забегов — и он превратится в ледышку. Это заметила и Нариэль. Она что-то метнула, и какой-то предмет упал в гору снега, заметавшего арену. От предмета исходил яркий оранжевый свет. Полуночник кинулся к нему, взял в руки, и его фигуру тут же объял свет. Он держал светлячка, только более крупного и с ярким брюшком. От светлячка исходило тепло, пронизывавшее каждую клеточку. Кони-вьюги попытались промчаться насквозь, но в итоге распались на молекулы.       Тем временем Рэббит подумал, что ему выиграли достаточно времени. Он обзавелся еще несколькими ледяными оружиями, которое подхватили дополнительные руки из снега. Профессор помчался вперед, желая обрушить всю мощь колюще-рубящего оружия на голову вампира. И просчитался. Удар пришелся в молоко. Полуночника не получилось застать врасплох. Он ушел вбок, а затем назад. И в пару прыжков добрался до спины профессора. Ледяные сталагмиты не успели его пронзить. Вампир легко их подрезал щитом. А затем тем же щитом снес голову своему противнику, даже не успевшему обернуться.       — Ты бы сказал, что это подло, хотя сам всегда поступал так же, — хмыкнул Полуночник, воспользовавшийся единственным шансом.       Отрубленная голова покатилась по арене и застряла в нагромождении снега. Сильно измененное Морганой тело принялось таять и вскоре обернулось лужицей. И вскоре от талантливого ученого, создававшего адское дитя, не осталось никаких напоминаний.       Моргана спрыгнула с постамента и встала напротив Полуночника.       — Ты же понимаешь, что мы тебе не отдадим ребенка, — сквозь зубы процедила она.       — И нарушишь слово? Так поступают феи?       — О, еще как!       В правой руке главной феи Зимы выросла ледяная глефа. Полуночник вытянул правую руку, и Нариэль метнула в нее знакомую глефу, призванную из черного измерения.       — Хочешь лично сразиться? — прищурил глаза Полуночник. — Уверена?       Он повел плечами, показывая, что готов к драке. Даже в схватке с Рэббитом ему не потребовалась сверхскорость, а мощь ударов стала выше. Вампир адаптировался к миру фей. Он их побеждал раньше, на Земле, где имел небольшое преимущество. В Грезе преимущество было у фей, но ровно до того, как он пропустил сквозь себя правила игры. И преимущество растаяло, как снеговик ранней весной.       Они принялись обходить друг друга. Чем-то это напоминало ритуальные танцы. Моргана не сводила глаз с Полуночника, ее мышцы были напряжены. Эта амазонка была готова немедленно ринуться в бой и отсечь голову, стоило только на секунду отвлечься. А затем в один момент воткнула лезвие глефы в пол и скрестила руки.       — Достаточно, — произнесла она. — Ты победил.       По всему колизею прокатилась волна неодобрения. Феи возмущались и сыпали проклятиями, которые не долетали до арены в виде чего-то разборчивого. Наверняка это воспринималось подданными феи Зимы как глубочайшее унижение.       — Девочку приведут к ужину, — сообщила Моргана. — Не опаздывайте.       Она развернулась и зашагала к своим подданным. Нариэль спрыгнула с постамента, взяла под локоть и обиженно надула губки. Она потащила Полуночника в подтрибунное помещение, в котором зачем-то принялась отчитывать вампира за его легкомысленное поведение.              

*****

             Фрейлины помогли дамам облачиться в торжественные наряды. Полуночником так не стали заниматься. Служанка в кимоно принесла костюм и, шурша полами юкаты, удалилась восвояси. Вампир облачился в камзол, расшитый золотом. Полуночник чувствовал себя неуютно. Он слышал, что вампиры обожали расшивать золотом одежды, но то было во времена османского нашествия, когда турки пытались построить по-настоящему вампирское государство. Закончилась эта идея не очень хорошо, ведь Маскарад был не простым ритуалом или традицией, а самым настоящем требованием, ниспосланным свыше.       Вампир прогулялся по своей комнате, а затем решил побродить по замку. Коридоры, как ни странно, оказались пусты. Стены и потолок — стерильны. Будто бы оказался вновь на работе в больнице.       Вскоре одна из служанок нашла его в коридоре и поспешила проводить в зал для приема важных гостей. Полуночник пришел одним из первых. Мелисса, чью прическу уложили, а тело нарядили в коктейльное платье, помахала ему рукой. Полуночник подошел к жене и крепко ее обнял.       Следом из коридора провели Десс. Девочка выглядела нормально. По крайней мере, внешне незаметно было, чтобы ее кто-то бил или истязал. Увидев родителей, девочка обрадовалась и со всех ног кинулась к ним. Прижавшись телом к ногам родителей, Десс не удержалась от рыданий.       — Все хорошо, — погладил ее по голове Полуночник. — Тебе не делали плохого?       — Нет, — замотала головой Десс. — Но мне было так одиноко! Я боялась, что уже никогда вас не увижу!       — Мы тоже, — всхлипнула Мелисса. — Ты уверена, что ничего плохого не произошло? Что они тебя заставляли делать?       — Ничего. Только приходили разные существа, и меня просили копировать их способности. Затем что-то записывали. Я пыталась сбежать, но попадала обратно в свою комнату. Будто бы на ней были чары. И только когда повели сейчас… Я смогла ее покинуть…       Десс так протараторила свой рассказ, что Полуночник ни капли не сомневался в его правдивости. Сбивчиво и быстро, дочка рассказала о своих злоключениях. На первый взгляд и правда, казалось, что девочке ничто не угрожало. Опыты со способностями и так предполагались. Надо будет позже показать ее Джеймсу. Может, такое количество перенимания способностей в Грезе укрепило силы Десс и позволило ей сделать шажок вперед.       В зал вошли Нариэль и Серафиэль. Оба ангела обняли Десс и оторвали от родителей, невзирая на протесты. Серафиэль особенно сильно принялась тискать. Нари же в какой-то момент стала поправлять… ободок с кошачьми ушками. Наверняка позже ей станет стыдно. За время путешествия в Грезу она уделяла внешности и красоте столько внимания, сколько не уделяла за всю предыдущую жизнь.       Одна из остроухих фрейлин вышла из коридора и попросила всех рассесться по местам. Как ни странно, но жена и дочка оказались на другой стороне стола. Полуночника усадили рядом с Морганой, а соседнее место тоже пустовало. Впрочем, вскоре собеседник по правую руку появился. Принцессе отдавали почести еще при входе. Видимо, частично извинялись за предыдущее поведение и бестактность. Вот как выгодно побеждать. Эльфийка краснела и смущалась, выслушивая комплименты, а затем продралась к месту, на которое ей указала фрейлина.       - А чего это тебя нарядили в одеяния жениха? — слегка коснувшись предплечья, спросила эльфийка.       Ответить Полуночник не успел. На них шикнули, а следом фрейлина дважды стукнула каблуками.       - Ее высочество, фея Моргана! — объявила фрейлина.       Следом в зал буквально вплыла фея Моргана. В облегающем из снега наряде, но с длинным подолом, края которого помогали держать крохи пикси. Лицо феи было спрятано за вуалью из тонких соединенных между собой льдинок, а венчал образ разукрашенный драгоценными камнями кокошник. Фея села во главе стола и откинула вуаль наверх, зацепив ее кончик за верхушку кокошника.       — Дорогие гости, — улыбнулась фея своей белоснежной улыбкой. — Я буду рада видеть вас всегда, в любое время, когда вы окажетесь в Грезе. Дом моего мужа — и ваш дом.       Ангелы непонимающе переглянулись, а Мелисса показала кулак Полуночнику. Вампир лишь непонимающе развел руками. Он-то тут причем?!       — Сегодня мы должны дать клятвы вечной любви, а затем вы будете вольны делать все, что захотите. Даже вернуться в скучный негламурный мир, — пообещала Моргана.       — Я один не понимаю, что тут происходит? — поспешил вмешаться Полуночник. — За кого вы собрались замуж?       — За тебя, мой покоритель, — вкрадчивым голосом промурлыкала Моргана.       Вампир тут же посмотрел на жену. Мелисса была смурна, словно осеннее небо. Хотя Полуночник точно был не при чем.       - Это традиция такая или шутка? — решил уточнить он, все-таки переведя взгляд на Моргану.       — Дуэль может закончиться либо смертью, либо пленением. Сделать рабыней фею Зимы — неслыханная дерзость, — повела плечом Моргана. — Немыслимо. Но вот пленить полюбовно… Это больше подходит. Когда мы кружили, я видела твою решимость. И поняла, что мне тебя не одолеть. Если ты не хочешь жениться на мне, то мне останется только положить голову на плаху…       — Вот давайте без драмы, — развел руки в стороны Полуночник. — Хватит на сегодня убийств.       Полуночник попросил пару минут. Он встал из-за стола, пихнул Принцессу и подошел к жене. Втроем они собрались на небольшой совет.       — Дорогая, я ничего не смыслю в местных традициях. Ты могла бы предупредить, — вздохнул Полуночник.       — Да ладно, — Мелисса немного оттаяла. — Мне с самого начала не понравилось, что она на тебя глаз положила. Есть у вас, вампиров, шарм, из-за которого взгляд отвести сложно.       — Ну не убивать же ее из-за такого? — Полуночник повернулся к Принцессе. — И как обычно проходят свадьбы у фей?       — Да, им нужно будет, ну… — покраснела до кончиков ушей дриада. — Сразу скажу, я против даже поцелуя! Даже против двоеженства, но оно меньшее зло, чем геноцид фей Зимы.       — Феи обмениваются кольцами, это обязательный ритуал. Остальные процедуры — необязательные, — разъяснила Принцесса. — Это из того, что я знаю, в этих местах могут быть свои культурные отличия…       — Вот на них и сошлемся. Не отступай ни на шаг, — потребовал Полуночник, потащив эльфийку в качестве свидетельницы.       Обменявшись кольцами с Морганой, Полуночник сослался на то, что на Земле их потеряли, и попросил своих гостей собраться. Моргана не стала провожать, хотя пару напутственных слов прошептала на ухо своему бывшему жениху, ставшему супругом.       Отряд Полуночника вернулся за тиграми, а затем слуги в кимоно и юкатах проводили их до городских ворот. Там их уже поджидали другие отряды. Настя скомандовала возвращаться, а местные феи пообещали помочь с порталом. Десс напевала песенку, что у нее теперь две мамы, на что Мелисса не реагировала. Дриада погрузилась в свои мысли и шла в хвосте отряда. Полуночник замедлил ход и вложил в ее ладонь кольцо.       - Пусть побудет у тебя, — шутливо произнес он. — Присмотришь?       — Ага, — мельком взглянув, Мелисса спрятала его в появившемся из руки отростке, который тут же вернулся в тело.       — Тебя что-то беспокоит? Давай обсудим.       — Рэббит больше нас не потревожит, с Братством заключен мир, но я… не чувствую, что все позади, — призналась Мелисса. — У меня разыгралась паранойя?       — Материнское сердце очень чуткое, — посерьезнел Полуночник. — Думаю, это неспроста. Но ты слышала, как тут принято у фей. Страх не должен нас вести по тропе жизни. Очень мудрое замечание.       Глядя на то, как весело и беззаботно Десс распевала песенку, вампир не удержался от улыбки. Несмотря на то, что девочка повзрослела, иногда она вела себя как очень маленький ребенок.       — Ты, как всегда, прав, — дриада переплела его пальцы со своими. — Что бы мы ни встретили на пути, если мы вместе, то нам все по плечу.       Портал открылся, и Полуночник с Мелиссой подхватили Десс за ручки. Так они и вбежали в Портал, не разрывая рук. Наконец-то история о защите девочки от пережитого в прошлом кошмара, возвращавшегося вновь и вновь, закончилась.