Самый обычный лес

Добро пожаловать в самый обычный лес,хотя кому я вру,конечно,он обычной только на вид. Изогнутые ветки деревьев стремятся к нему,завиваясь и укрывая землю от робких лучей солнца. Здесь настолько мало света,но единственное место,куда он может пробраться - лужайка у самого начала леса. Но в этот лес никто даже не пойдёт, ни один человек. Уже слишком много легенды ходит об этом месте. Местные знали,что ночью сюда ходить уже точно нельзя. А также обвиняли живущих тут лаум в краже детей, а накков - в утопленниках. По сути, они были правы. Поэтому и обходили стороной этот лес. Наверное мой дорогой читатель уже давно не верит в легенды и мифы. А зря. Ведь на земле есть ещё тайны и чудеса. И под дубовым мостом в лесу могут жить накки,а в лесу,куда ведут блуждающие огоньки, могут заправлять своими порядками лаумы. Это была,казалось,самая обычная ночь близившаяся к летнему солнцестоянию. В деревне неподалёку католический народ готовился к новым праздникам: впереди был праздник святейшего сердца Иисуса и день памяти святых Иоакима и Анны. Царила подготовительная суета. Дети,наровя ослушаться родителей, все чаще заглядывали в лес, надеясь найти там приключения,из которых им,конечно, хотелось выбраться живыми. Вот компания из трех ребят: Амелии,Прийта и Альвидаса,- сбежав от родителей и резвясь,идут к лесу. Двое парней уже изваляли свои белые рубашки и штаны в пыли и траве. Круглолицая девчушка лишь смеётся над ними. — Ну драться-то это каждый может! - русоволосая отмахивается от обоих,поправляя красный ворот маленького платьица,- а в лес сможете зайти? — Сможем! - горделиво и уверенно выпаливал немного дрожащим голосом Альвидас. Конечно, он боится. Родители строго-настрого запретили даже подходить к лесу. Но, взяв за руки Амелию и Прийта,он идет к растущим высоким дубам. Там они растут ещё десять метров вдаль,но потом виднеется полянка с мостом. Белобрысый мальчишка поставил цель: дойти с друзьями до опушки и быстро пуститься обратно. — Пусти,глупый! Не пойду! - почти визжал Прийт. Из всей компании он был самым мнительным и боязливым. Серые глаза его скакали по окружающим деревьям и зацеплялись за исчезающие позади дома деревни. Сейчас бы он,не отпираясь от матери ,с удовольствием пошёл бы в церковь. Страшно было до дрожи в ногах. Но вся компания шла вперёд. У лесной хтони были другие планы. Альвидас резко остановился. Перед ним,буквально за двумя деревьями мелькнула фигура девушки с длинными,обвивающими тело волосами. В голове мальчика пронеслись те легенды про страшных девиц нимф,которых называли лаумами. Он руками загородил своих друзей. До опушки оставалось метров пять. Тихо,еле дыша, он приказал бежать за ним,на что ребята испуганно кивнули. Раз. Два. Три. Дети со всех ног бегут к заливающейся светом опушке. Вокруг разносился раскатистый девичий смех,надменный и властный. Прийт,неосторожно оглянулась в сторону, увидел у дерева высокую,грациозно девушку,но совершенно нагую,закрывающую тело лишь своими длинными локонами. Она хищно посмеялась,а мальчшка испуганно ускорит шаг,но ,унося ноги, споткнулся о ветку,но,к своему счастью, упал на светлую лужайку. Амелия,растрепанная со своими русыми длинными косами, крепко вжималась в храбро стоявшего на дрожащих ногах Альвидаса. Тот,причесав белоснежные кудри отдышался. К ним зажался напуганный Прийт. Они все втроём слышали подступающие женские кричали смешки,доносящиеся со всех сторон. Один был выход - перебежать по деревянному мосту,который кажется вырос в том месте из старого дуба. Из лесного массива потихоньку проявлялись женские силуэты,кровожадно смотрящие на маленьких детей. Альвидас посмотрел на мост,ведущий через казалось ,маленькое озерцо. В его голове быстро созрела идея. — За мной! Тут мелко! Перейдём ногами! - он жестом подозвал к себе компанию,разуваясь и с разбега уходя в озеро.Круглолицая ринулась к нему,но резким движением Прийт остановил ее. Альвидас, увлеченный своей идеей наступал в воду,корчась от холода,не замечал,как рядом из воды вырастает высокая мокрая фигура. Зато это отлично видели дрожащие от страха Амелия и Прийт. Мокрый незнакомец,выбираясь из воды, казался обычным человеком, но вместо ног у него были .. конский копыта. — Альвидас! Там!.. там.. накки! - не выдержав вскрикнула девчонка. Нимфы кажется засмеялись от её поступка. Белобрысый обернулся сначала на девчонку,а затем посмотрел чуть поодаль себя. — Hei, poiss! kao välja! - темные прямые волосы закрыли лицо,и по озеру донесся лишь голос незнакомца. Альвидас, не ожидав встретить хозяина озера, забыв про обувь, выбежал из леса. Забыв про товарищей,он побежал прямиком с опушки,несмотря на ведьм. Прийт, схватив за руку девочку, убежал оттуда,боясь чего бы ещё не случилось. Вслед нежданный путникам доносится злобный и надменный девичий смех. — Hei, poiss! kao välja! (Эй,мальчик! Убирайся!) - темные прямые волосы закрыли лицо,и по озеру донесся лишь голос незнакомца.  Альвидас, не ожидав встретить хозяина озера, забыв про обувь, выбежал из леса. Забыв про товарищей,он побежал прямиком с опушки,несмотря на ведьм. Прийт, схватив за руку девочку, убежал оттуда,боясь чего бы ещё не случилось. Вслед нежданный путникам доносится злобный и надменный девичий смех. Загадочные нимфы ещё недолго преследовали испуганных детей. Одной из них даже удалось вытянуть с рубаху мальчика красный пояс. Девушки смеялись между собой,собираясь вместе и говоря что-то о детях. Может,они жалели о том,что не смогли украсть малышей,а может смеялись над их наивностью. Из воды нехотя вылезла фигура,убирая от лица темные мокрые локоны. Усталые,немного опушенные голубые глаза с удивлением,выраженным вскинутой бровью, направлены на Лауру - одну из нимф-лаум,которая смеётся и толкает в бок накки,завязывая на его шее непонятным узлом поясок. Тот,устойчиво держась на копытах, непонятливо кивает,просит пояснить,что происходит. — Tomij, kāpēc Tu viņus izdzini? mēs varētu izklaidēties! (Томми, почему ты выгнал их? мы могли бы повеселиться!), - вечномолодая прекрасная дева смеётся. Томми на это закатывает глаза р недовольно вздыхает. — Täna on vale lapsi varastada. Nüüd toimuvad Pühad pühad. (Сегодня неправильно красть детей. Сейчас проходят святые праздники.) - он старается найти в глазах лаумы понимание,но та отмахивается от этих слов,что-то неясно бормоча. Наверное потешается над нудностью и благонравием этой озёрной хтони. Томми пытается снять этот завязанный на шее,как у повешанного, узелок,но безуспешно. Он отчаиваться и решает оставить все как есть. Может новая погремушка зацепиться за ветку и сама развяжется? — Ak, Tomij, svētie svētki? jūs vispār nezināt, kā izklaidēties! (О, Томми, святой праздник? Ты вообще не умеешь веселиться!) - Лаура закатывает глаза и подходит к подругам-лаумам. Они все,собравшись в кучку, привлекли бы внимание любого деревенской парнишка. Конечно, красивые ,игривые, обнаженные девицы,да не одна,а целых шесть. Томми давно уже стал с ними не то что друзьями,а скорее хорошими знакомыми. Он в шутку дал им прозвище "Tautumeitas", забавлясь над тем,что девушки навсегда останутся незамужними красавицами. Лаумы не обижались на своего озерного соседа,но подшучивали над ним в ответ. Так,они посчитали забавным привести детей к его озеру. Томас,конечно, с детьми делать ничего не собирался - не то что он добрый,не думайте, ему просто лень было возиться с тремя неугомонными ребятишками. Но девицы кажется не собирались останавливаться и,посовещавшись, резво разбежались по лесу. К тому времени уже стемнело. Томми направился подальше от глубины леса: все равно сейчас сюда уже никто не войдёт. Все дети уже,испуганные,сидели по домам,пока их родители послушно шли в церковь. На небе светила почти полная луна. Светила она даже ярче чем обычно. Деревня,находящаяся ближе всех к лесу была еле освящена. Единственное,что было видно - толпа,стоявшая у церкви, был слышен раскатистый колокольный звон. Кажется этот злосчастный крест сам святился от святости. Томми неприятно перевернулось всем телом. Всё-таки вся его нечистая сущность простивилась святости. Ему было мерзко,болотной тиной расплывалось по телу ощущение отвращения при виде священника или креста. Выйдя из леса, он остановился,цокнув копытом,упирался плечом в дерево. Что-то внутри него неприятно бурело и кипело,как горячая вода. Он чувствовал сзади беззвучные шаги,чужое присутствие. Накки резко обернулся и будто проглотил язык. — Hallo! Hallo! Перед ним стоял ангел. Нет,это не метафоричное описание красивого человека. Это буквально ангел. Томми решительно глотает все слова,накопившиеся во рту и ничего не может сказать. У ангела светлые волосы,голубые-голубые глаза и выбеленные одежды,ростом он чуть выше накки,чему тот немного удивлён. — Ik ben Joost.!! - светлый машет рукой. Но накки ничего не понимает. Ни одного слова. Странно, что с Tautumeitas они говорят по-разному. Совсем по-разному. Но,очевидно,магия леса как-то сглаживает их недопонимания,и ,разговаривая на разных языках,они понимают друг друга. Вот только ангелы кажется совсем не из этого леса, ну или Томми мало что известно о месте,где он живёт намеренное количество лет. Темноволосый немного взволнован,он хмурится,умирает от лица волосы и долго мычит ,пытаясь выдавить из себя что-то, но потом,немного погодя говорит протяжно. — М.... Tom-mi... - он длинными пальцем тыкает себе в грудь. Пытается объясниться,но обойтись без неожиданностей. Своим едва мокрым пальцем он показывает в сторону светлого. Тот,кажется, немного приободрился,закивал головой. Он очень много улыбался,даже слишком. Это напрягало. Он ещё раз повторил "Joost" и,очевидно, Томми понял,что это - имя. Наверное прошло ещё некоторое время вы молчании. Накки успел своими холодными цепкими глазами рассмотреть ангела. Одет был во что-то вычурно-нарчдное,но все строго белое, из-за плеча висела даже белая,почти прозрачная ткань. Обычно такую в лесу находили после побегов отчаявшихся невест,которые вскоре становились утопленницами. Крылья особо не выделялись,были такими же белыми ,прямо в цвет наряда. А глаза у него были ярко голубые,что аж щурятся хотелось. Ещё и стоял улыбался,смотрел на церковь,но идти туда не хотел. Единственный жест который сделал ангел это прислонил указательный палец к губам и направил его в сторону церкви. Томми нахмурился такому долгом неловкому визиту, посмотрел на этого с небес,кажется, упавшего и хотел пойти дальше. Но ангел вздохнул,хотев начать разговор. Точно. Они не понимают друг друга. — em... mijn..mama.. en papa... - этот совсем нелепый ангел старался что-то разъяснить,но темноволосый и слов таких то в жизни не слышал. Но первое было что-то созвучно с тем,как он бы называл мать. Интерес немного одолел его и пришлось повернуться. Широкими жестами этот блондин старался что-то показать. Показывал на церковь и с надеждой смотрел на нечисть. Но не понятно было ничего. Томми, уже не сдержтваясь,засмеялся. Блондин резко остановил свои речи и жалобно,даже немного обиженно посмотрел на эту единственную,оставшуюся с ним поговорить хтонь. Что бы то ни было оно было готово выслушать и даже не уходило от странного собеседника. Мокрый,с конскими копытами,смеясь ,показал указательным пальцем на светлого,а затем показал большой палец вверх. Да,наверное, это можно было расценить как "Ты забавный". Ангел заулыбался и снова старался пальцами что-то показать,размащисто разводя руками. Какая-то странная сила заставила Томми в тот момент остаться и постараться понять все эти нессвязные даже не речи,а жесты. Но они довольно быстро нашли общий язык. И жест большого пальца,поднятого вверх стал мелькать чаще. Время шло и все былые дела были брошены. Томми так и остался с этим Йостом обсуждать,точнее пытаться донести друг до друга какие-либо вещи. Из их продолжительного разговора Томми понял,что кажется ангелами вообще нельзя на землю,что кажется им нельзя попадаться на глаза людям и вообще мало что можно. Но Йост был забавным и шёл против некоторых правил. Лес предвкушающе шуршал,ожидая рассвета. Через тонкие кривые ветки проходили первые яркие солнечные лучи. Это не совсем нравилось Томми и ,кажется, не нравилось и Йосту. Светловолосый перепутаны посмотрел на солнце и на Томми ,а затем на церковь. Прикусив кулак, он бегал светло-голубыми глазами. Накки посмеялся,посмотрев на это волнение, неловко поднял руку и помахал ей,прощаясь. В душе было какое-то странное чувство, которое почему-то не давало уйти сразу. Оно напоминало тонущего ребёнка,который молчит,но душа истошно кричит. Таким точно уже не помочь. Посмотрев на светлого,руки сами сложились в несколько жестов. Сначала накки щёлкнул пальцами,привлекая внимание ангела,потому что тот,очевидно, сильно отвлёкся на собственное волнение. Затем показал на себя,ткнув когтистым пальцем в грудную клетку. Дальше его руки совершили что-то странное, все пальцы,кроме большого,согнулись в полукруг,а большой отодвинулся вниз. Руки сложились в что-то отдалённо напомните сердце. Последним жестом показал на Йоста,отчего тот сияющий заулыбался и засмеялся. Они ещё немного постояли,но тут ангел бросился к нежити. Последний даже немного испугался,хотел оттолкнуть ,но объятия были такими крепкими,что при всем желании из них было не вырваться. На своём языке он ещё что-то лепетал,но потом окутал Томми крыльями,отчего тот даже немного пошатнулся, не ожидав. Йост ещё немного что-то проговорил,а затем отпустил накки. Они ещё обменялись тёплым взглядом и Йост послал длительный жест прощания вслед уходящему темноволосому.