Eden’ 84

— Да ты просто чудо — и это за милю видно… — Иззи слегка усмехнулся, но всё ещё оставался напряжен. — Наверняка у тебя мама с батей до сих пор вместе и по вечерам ходят на прогулки в мотель. Он действительно так думал, потому что Дафф не производил впечатление уличной шпаны-безотцовщины, как, например, Эксл. Исбелл полагал, что и он сам выглядел в глазах людей примерно так же. Было в этом что-то уязвимое, что они с Экслом пытались прикрыть сарказмом или отмороженным поведением, как будто лимит доверия к этому миру исчерпан с самого появления на свет, так что если кто-то хочет войти в круг ближних, обязан пройти фильтр. Но опять же, басист его новой группы казался совершенной противоположностью. — Торопишься с выводами, бро. — Дафф впервые за вечер заглянул в глаза собеседника со всей серьёзностью. — Я не такой уж наивный дебил, знаешь... — Дафф вертел в руках кружку, с таким видом, будто сейчас попросит чего покрепче чая. — Знаешь, однажды, помню, было мне двенадцать и я прихожу со школы, типа обычный день и всё такое, а я тогда реально был наивный и верил, что мои родаки будут любить друг друга всегда, а не как у какого-нибудь Патрика, чей батя свалил с секретаршей во Флориду. Ну я захожу в дом и чё-то не то чувствую, ну сам знаешь, как бывает. Заруливаю в гостиную, а там мой отец трахает соседку. И пиздец... Весь мир реально ушёл из-под ног, и теперь часто ловлю такое стрёмное чувство, знаешь, будто порой внезапно становится очень страшно и дышать тяжело. Дафф вздохнул и поднялся. Немного потоптался на месте, хлопая себя по карманам. — Чёрт, закончились же... Я возьму твои? — Да ты уже брал и не спрашивал, так и быть, бери хоть все. — Иззи «от щедрот» насыпал сигарет в еще одну пустую пачку, валяющуюся на столе и отдал гостю. Нельзя было не упомянуть, что Стрэдлин заметил, как Дафф был напряжён во время «исповеди». Сейчас, наблюдая за тем, как за балконной дверью мелькает светлая макушка и джинсовка, как в тусклом блике зажигалки освещается ровный профиль, Иззи думал о том, что всё же зря был так холоден и предвзят. — У меня не было отца, так что я никогда не пойму что значит разрушение семьи. Но, это, конечно, пиздец. Не думал, что ты настолько ранимый. Сожаление зашло на балкон вперёд Иззи. Сам он говорил, возясь с дверью, которая никак не хотела закрываться, так что тон звучал почти безучастно. Но Даффу было как-то пофигу, он просто поделился, не думая о том, что это странно, ведь в ЭлЭй так никто не делает, да и на Среднем Западе вроде бы тоже. Икренность — штука коварная в этих местах. Однажды неприятная история случилась, когда Эксл, Стивен и его девушка Адриана[1], потащили его тусоваться с Барби фон Гриф [2] —королевой андеграунда, — по крайней мере, так официально её представил Роуз. Бухали много и в какой-то момент премиальный виски, спизженный из супермаркета закончился, и, пока эти трое ушли в магазин, чтобы догнаться, Дафф остался с Барби наедине, в пьяном угаре выворачивая наизнанку душу. — Ты же им не расскажешь? — Конечно не расскажу. Ага, как же. Рассказала во всех подробностях, от чего на душе потом было хуёво, будто туда плюнули. Но с Иззи было как-то комфортно. Он казался надёжным. И это не то же самое, что Сол — этому рассказываешь, а он в два глотка всю бутылку выпьет и отъедет, даже не дослушав, — поэтому считается ахуенным друганом, который на утро ничего не вспомнит. Стрэдлин же казался тем, кто может ответить что-то внятное и даже проявить участие. — Наверное это и есть причина, по которой ты напиваешься как не в себя. Но я заметил, что хуёво это помогает. Ты не отключаешься, как Слэш. А напиваются для того, чтобы забыться. — философски заключил Иззи и тоже закурил, облокачиваясь на перила. — Не, мужик, тебе определённо надо какие-то дыхательные штуки, может, делать. Водка тебе тут не поможет. Дафф усмехнулся, подумав о том, что сам Иззи не следует такой же логике, потому что уже ходит по краю, рискуя сесть на иглу. Щелчком отправив окурок вниз по траектории, МакКаган хватает его за руку и всматривается в сгибы чужих локтей, будто в библию. Иззи спокоен и совершенно не удивлён. — Даже если один раз укололся, не успеешь оглянуться, как настанет второй. Мы в такой тусовке, что... Ну, сам знаешь, здесь так просто не бывает.. Под окнами раздался визг тормозов и заорали какие-то бездомные. — Спасибо за житейскую мудрость, но я уж как-нибудь сам разберусь. Иззи не одёргивает руку. Продолжает размеренно курить, наблюдая, как Дафф вглядывается в вены с каким-то печальным выражением лица. Он затягивается и думает о том, как же было бы неплохо нарисовать его в профиль, и ещё лучше в цвете, а не просто карандашом: идёт ему быть блондином, не то, что в первые дни, когда никто не хотел брать этого фрика в группу из-за синих волос, но Эксл настаивал, и Иззи по какой-то причине захотелось его поддержать. Тогда он подумал что-то вроде: «зато не будем L.A Guns номер два». Стрэдлин вспоминает первый концерт, когда им пришлось накраситься, чтобы соответствовать планке остальных групп, и как Дафф неумело подводил свои зелёные глаза, как пытался красить ресницы и заехал себе в слизистую кистью. И пришлось помогать ему с этим дурацким гримом. Тогда Иззи сказал, что помада ему не пойдёт и лучше оставить как есть, просто потому, что... А он и сам не знал — просто было круто. Дафф поднимает взгляд, слегка приоткрыв рот, будто хотел что-то сказать, и они встречаются глазами. Он отпускает руку и выходит с балкона, оставляя Стрэдлина докуривать в одиночестве. *** Почти три часа ночи, но на Сансете всё ещё даже людно. В это время из Rainbow вышвыривают засидевшихся, кто-то догоняется дома, а кто-то засыпает прямо на улице под Севенс Вейл. Они уже успели обойти все бары, поглазеть на Трейси и его новую банду в Трубадуре, освистать каких-то малолеток, курящих шмаль в парке, ограбить чью-то подругу (это была идея Иззи), ведь денег совсем не осталось, а продолжать вечер хотелось. Сначала Дафф вёл под руки Эксла и Стивена, а за ними шли Слэш и Иззи, орущие матом на всю округу, а потом он сам не понял, как оказался возле двери знакомого дома с не менее знакомым ритм-гитаристом. — Мой брат сегодня в ночную, так что можешь завалиться у него в комнате. — приговаривал Дафф, поднимаясь по узкой лестнице впереди. Он резко остановился и обернулся, Иззи встал по стойке смирно, подняв почему-то испуганное лицо. Дафф не выдержал и заржал, тыкая пальцем в Иззи, который тоже расползался в глуповатой от попыток сдерживания улыбке, глядя на загибающегося друга. — Только ничего там не трогай. — Дафф отсмеялся и, всё ещё улыбаясь, продолжил свой путь наверх, периодически спотыкаясь. Иззи не отставал в своих пьяных попытках нащупать ступеньки. Кое-как открыв дверь, они ввалились в квартиру. Дафф не мог найти выключатель. — Почему здесь свет включается изнутри, блять, а не как в нормальных местах. Стрэдлин в темноте завалился на Даффа, а тот машинально поддерживал его за локоть, всё ещё пытаясь найти источник света. — Да хуй с ним. — наконец выдал он, таща Иззи за собой вглубину квартиры. — Я нажрался как самый настоящий алкаш. Теперь мне дорога в Скид Роу[3] к бомжам. — Да не парься, не в первый и последний раз. Если Эксл тебя выгонит, я пойду бомжевать с тобой. Дафф кое-как усадил друга на диван и упал рядом. Глаза привыкли к темноте и благодаря неоновой вывеске Eden '84 можно было даже что-то разглядеть. После того форсированного визита они действительно каким-то образом сдружились. Можно сказать, что компания загадочного гитариста ипонировала Даффу. У них был дурацкий юмор на двоих, если это вообще можно назвать так: МакКаган шутил, а Иззи реагировал на это каменным лицом, а потом вставлял что-нибудь саркастичное и, смотря на искренне ржущего друга, не выдерживал и сам заливался. Часто они говорили о всяком: о наболевшем, о прошлом, о туманном будущем, которого боялись, но которое так манило. Даже сочиняя мелодии и текста, Иззи советовался теперь не только с Экслом, но и с Даффом, объясняя это тем, что он наиболее близкая ему ритм-секция, — чтобы это не значило. И сейчас Иззи глядит на него спокойно, как всегда, думая о чём-то своём, хоть в полумраке точно нельзя сказать, — но Дафф уже научился это определять. — Чё смотришь? — Я вот думаю... Тебя в этом свете не отличить от девчонки какой-нибудь. Типа как те, что топчутся у сцены. Они оба были пьяные и Дафф даже не удивился такому сравнению, ведь сам не был уверен, что это вообще значило. Соображалось туго, и в сознании был неясный туман, припорошённый сверху дорожкой кокаина, любезно отсыпанного кем-то в туалете Трубадура. Всё-таки для его почти всегда пустых карманов «ангельская пыль» была роскошью. — Не, не похоже, они все маленькие, а я шпала. — Дафф вяло махнул рукой куда-то вперёд себя. Иззи полулежал, слегка завалившись на него. Пьяный тупняк сопровождался странными мыслями, маячащими так быстро, что за них нельзя было уцепиться и даже дать себе время, чтобы обдумать: «а не слишком ли?». Иззи даже не даёт себе шанса, осознавая, что касается рукой щеки Даффа и запоздало вскользь думает о том, что они оба явно не голубые. — Блять, у тебя руки как у девушки. — смеясь замечает МакКаган, приближаясь к Иззи. Ему было забавно, хотелось просто попробовать и посмотреть что будет. Пускай это будет ещё одна ситуация, про которую можно будет рассказывать только тем, кому очень доверяешь. Иззи слегка вздрогнул, но не отстранился. На секунду между ними повисло напряжение — не как на репетиции перед первым живым сетом, и не как перед дракой в переулке. Скорее как пауза перед чем-то идиотским, на что в трезвом виде не решился, а сейчас — почему бы и нет. Дафф глянул на него с наглой ухмылкой, хотя из-за синего неона, льющегося густым мороком в окно, было почти ничего не видно, но Иззи точно знал, что она сейчас украшает его лицо. И, особо не думая, он потянулся ближе. Дафф оказался мягким в своих проявлениях и довольно ненавязчивым. Поцелуй получился мимолетным, но неожиданно нежным, от того, что было слишком непривычно, и хотелось распробовать тонкую грань, о которой обычно никто не говорит вслух. Это всё же было приятно. Просто касание губ, короткое, пьяное, медленное, как в затерянном хронометраже среди плёнки. Они оба были слишком удивлены, чтобы сразу рассмеяться. Вроде ни один не ждал, что это вообще возможно. А оно было. Странное. Тихое. Не похоже на то, когда целуешь девчонку под крики зала или за клубом, среди помоев и торчков. Не терпкое, не липкое, а просто тёплое. Как будто вспомнил что-то важное из детства, но не можешь сказать, что именно. Иззи внезапно понял, что Дафф возвращает ему кредит доверия к миру, словно в детстве каждый момент был наполнен щемящим от слезливой улыбки спокойствием. И это чувство было по-истине дружеским, но чуть более возвышенным, чем то, о каком обычно разглагольствуют парни, толкаясь у клубов или сидя за бутылкой в баре. Иззи отстранился первым. Он не выглядел смущённым, скорее растерянным. Почесал висок, будто пытался стереть какую-то зависшую мысль, которую нельзя было угадать по выражению лица. Ночь выдалась странной и после этого момента уже ничто не поддавалось интуитивным догадкам. — Ладно, это было... не хуёво, — сказал он наконец. — Не хуёво, — кивнул Дафф, облокачиваясь на спинку дивана. — Типа, не врубаюсь, почему, но нормально. — Я думал, будет страннее. Или что ты врежешь. — А я думал, ты меня сожрёшь. — Ещё не вечер. Они переглянулись и оба почти одновременно усмехнулись. Иззи снова завалился на Даффа, уже привычно, почти по-братски, но не совсем. Что-то неозвученное всё ещё лениво висело в воздухе, как сигаретный дым в густом неоне: невидимое, но ощутимое. — Смотри, не влюбись, придурок. — саркастично пробурчал Стрэдлин, прикрывая глаза. — Да ты чё, нахуй. Мы же друзья, уже, наверное, лучшие. — Последнее слово было сказано слегка игриво, на грани с доброй издёвкой. Действительно, такое случается только с лучшими друзьями, с которыми комфортно, будто ты всегда дома, если они рядом. Они больше не говорили. Да и незачем. Было — и было. Это просто неожиданный и странный момент, который останется в памяти, как очередной полусмазанный флэшбек с бесконечной пьянки, который в будущем, возможно, будет вспоминаться с ностальгией по ушедшей молодой лёгкости. Но сейчас Дафф не думал об этом. Ему было уже всё равно на бьющую в глаза зловещую синеву затрапезного бара снаружи, на то, что он вообще-то обещал другу комнату. Врочем, Иззи уже видел десятый сон, развалившись рядом. И, кажется, Дафф тоже по-немногу проваливался в забытие. А за окном всё ещё пульсировал сине-фиолетовый, такой блядский неон Eden '84, как немой свидетель того, что даже у череды пьяных ночей бывают свои странные, неожиданные отклонения.