спиральные облака

      Догдей из раза в раз перечитывал шершавый листок, не в силах оторваться. Сердце забилось сильнее. Он будто не верил своим глазам – или, скорее, не хотел отпускать те мысли, что кружились в голове. День, о котором он мечтал столько лет, наконец настал.       На улице была пасмурная погода, совсем противоречащая настроению письма и самого щенка. Редкие капли дождя приглушённо бренчали по стеклу. Дей же их не слышал, хоть и сидел около окна. Виной же был даже не столько сравнительно громкий стук колёс по рельсам, сколько полное погружение в мысли и понимание того, что ждёт его в будущем. Сейчас зверёк ехал прямо к отправителю этого письма, желая лично встретиться и поговорить обо всём. Уголки его губ неосознанно поднимались, показывая хоть и на первый взгляд глупую, но наивную и искреннюю улыбку.       В трамвае было немноголюдно, скорее даже пусто, так что ему не было дела до того, как посмотрят на него другие. Впрочем, неудивительно, что никого и не было. Вряд ли кто-то поедет по своим делам посреди дня под такую погоду. Только, конечно, если не случилось что-то важное. Свернув и положив письмо обратно в карман, Дог облокотился на небольшой выступ у окна и стал наблюдать проезжающие дома и зелень. Догдей думал, что ему сказать, что спросить, что… на самом деле эмоции его просто переполняли прямо сейчас. Наш герой прекрасно понимал, что, отрепетировав свою речь хоть сотни раз, он всё равно начнёт говорить не по сценарию. И всё-таки так, наверное, даже лучше. Незачем пытаться скрыть свои истинные чувства к данному событию. Пёс оставшуюся дорогу наблюдал вид из окна на город – такой пасмурный, но всё ещё играющий в пышных красках зелёной листвы середины Августа. Такой вид клонил в сон, но нужная остановка была уже совсем скоро.       Выйдя на улицу, лохматик ощутил морось и завывания прохладного свежего воздуха. Холодный воздух резал нос, наполняя его терпким, влажным ароматом травы. Он ощущается особенно ярко во время дождя. Воздух становится прохладнее, насыщается влагой и кажется чище, чем обычно. Странно, что город, который являлся столицей, имел столько растительности.       — Кажется это здесь… — Его взгляду бросилось белое здание, имеющее множество окон и интересную текстурную плитку, которой было обшито всё здание.       Он отправился к этому зданию, ожидая встретить кого-то внутри. Идя по протоптанной тропинке, парень размышлял о том, как его жизнь в скором времени изменится. До сегодняшнего дня пёс думал, что данное событие в ближайшем времени не произойдёт или, что ещё хуже, оно не произойдёт вовсе, но, подходя сейчас ко входу, обладатель золотистой шерсти безумно был счастлив произошедшему. Счастлив настолько, что хвост Дея слегка помахивал от предвкушения. Помахивал он бы и в полную силу, как вентилятор, да вот Догдей сдерживал себя, чтоб не привлекать внимания к его персоне. Может стоило его вообще спрятать? Ладно, уже поздно об этом думать.       Шаг за шагом золотистый пёс поднимался по лестнице на четвёртый этаж в довольно тусклый коридор: именно там должна состояться его встреча. С каждой ступенью его сердце билось сильнее. Не из-за страха: это было желание… желание долгожданной встречи. И вот, поднявшись на нужный этаж, он подошёл к одной из дверей, держа перед собой то письмо, которое только недавно уютно лежало в кармане чёрных брюк. Сверившись с номером палаты в письме, и тем, что был перед его глазами, Догдей потянул дверную ручку. Солнечный свет бьёт в глаза, и на мгновение всё вокруг теряет резкость – только запах больничных простыней и тихий писк приборов.       — Ты в порядке, мам? Я пришёл тебя проведать… и по поводу письма тоже — Ушастый медленно зашёл внутрь небольшой уютной комнаты, около окна находилась кровать, тумба с вазой, несколько стульев, в общем, было уютно и просторно.       — Я… я уже думала ты не придёшь. — Голос матери слегка был прерывистым из-за эмоций. Она была очень похожа на своего сына. На её лице читалась усталость, множество мыслей и улыбка. Отойдя от окна, она воодушевленно подбежала и обняла его. Сын тоже ответил объятием. — Мне заведующие сообщили, что ты сегодня приедешь.       — Да, я постарался приехать как можно быстрее после того, как получил твоё письмо. Я… я… — Неожиданно, в горле встал ком, лицо слегка намокло: эмоции взяли над ним вверх. Он больше не смог сдерживаться, но смог закончить начатую фразу — Я так рад, что тебя выписывают из больницы! — Звонким голосом провопил пёс.       — Я тоже рада, сынок… — Услышав тихие почти незаметные всхлипы своего сына, она лишь прижала его ближе к себе и начала гладить его по голове. Она улыбалась, ведь это были слёзы счастья. Хоть она и ожидала такой реакции от своего шестнадцатилетнего сына, но она всё равно сильно растрогалась этому, видя эту картину вживую. Простояв в обнимку сколько это было необходимо Догдею, они отстранились друг от друга. Догдей вытирал с лица скопившееся по краям глаз слёзы, пока мать на него смотрела с улыбкой, с той, с которой она с самых ранних лет делилась с Деем, может, именно поэтому сам пёс и вырос с таким же добрым характером. Нет, конечно, постоять за себя при угрозе зверёк всегда может, но нравоучения, которые давала добрая и миролюбивая мать, не могли отложиться слепком на его характере.       — И… когда ты точно сможешь выписаться? — Слегка шмыгая спросил лохматик.       — Скорее всего на этой недели. Так что через несколько дней я снова буду дома.       — Это получается, что… — Посмотрев на пса, мать кивнула.       — Да, ты правильно понял. Мы снова сможем вернуться в родной город. — Глаза Догдея расширились, а хвост, которым махал владелец с новой силой, показывал все его эмоции. Если они снова поедут в родной город, то это могло означать только одно… Мать продолжила — Ты снова сможешь увидеться с Кетнапом… и вы снова сможете ходить в одну школу. — Для пёселя это был шок: спустя несколько лет хвостатый снова сможет встретиться с его лучшим другом. И не только встретиться – теперь они смогут снова проводить дни вместе, как в старые времена. Сам того не осознавая, он начал вспоминать те солнечные дни, когда они вместе с Напом гуляли и беззаботно веселились – это были его лучшие времена, которые пушистик мог вспомнить.       Весь оставшиеся день они провели в палате. Дей рассказывал о произошедшем за последнее время. Для многих переезд в столицу мог являться началом нового этапа с более быстрым темпом жизни и множеством знакомств, но для Дея это было не совсем так. Переезд был вынужденным решением из-за болезни матери. Покидать родной город наш герой совсем не хотел, но пёсика не было с кем оставить, а тут были хотя бы близкие родственники, с которыми можно было остаться. Если говорить честно, то эти родственники особо не нравились пёсику, но деваться ему было некуда, впрочем, вели они себя адекватно.       Мать же очередной раз рассказывала об историях, которые у неё случались с работниками данного места. Также она очень любила рассказывать про одну медсестру, о том, как она любила лицезреть по утрам с ней рассвет, в это время запивая горячим чаем и обсуждая все темы, что существовали в мире. Ему было не очень интересно слушать про каких-то работников больницы; за все её рассказы парень так и не запомнил имя этой медсестры и то, как она выглядит по её описанию. Приезжал зверёк раз в месяц именно, чтобы поинтересоваться здоровьем матери, ведь это было куда важнее, а её истории, с теми, кого мальчишка почти никогда не видел, были как дополнением и уходили на второстепенный план. Но Дей прекрасно понимал, что, когда она месяцами находилась с одними и теми же людьми, приезд сына означал для неё возможность нормально с кем-то поговорить, в связи с этим пёс не хотел её расстраивать.       Наступил уже вечер, Дею пора собираться домой, уже совсем скоро они будут переезжать и сейчас ему необходимо будет подготовить все его вещи для отъезда. В течение вечера пёс начал замечать некоторую нервозность матери: она явно хотела что-то сказать, но по каким-то причинам не могла. Стоя у дверей, она лишь смотрела пронзительным взглядом на сына, ожидая, что слова сами придут или сам сын их подскажет своими вопросами, но это всё никак не происходило. И вот, выходя уже из палаты мать остановила своего пса, немного помолчав и собравшись с мыслями она начала.       — И ещё, к тебе есть одна просьба… у меня в родном городе будет новая работа, поэтому я часто буду уезжать в командировки. Ты уже большой мальчик, так что я надеюсь ты сможешь проживать дома один, когда это будет необходимо. — Чуть вздохнув, мать продолжила. — И ещё… последний раз ты видел Кетнапа около четырёх лет назад – за это время он сильно поменялся. Постарайся найти с ним общий язык. — Догдей от удивления слегка поочерёдно дёрнул ушами, будто пытаясь уловить невидимые нотки подтекста, которая его мать заложила в своих словах. Пёс был удивлён как новой работой, которая будет заставлять уезжать надолго, так и… его лучшим другом.       — Не волнуйся мам, всё будет в порядке, я понимаю, что тебе необходимо будет уезжать по работе время от времени. И у нас с Кетнапом тоже будет всё хорошо, всё же мы друзья детства. Разве не помнишь? — Слегка улыбнувшись, и наклонив уши вперёд, пушистый обнял свою мать. Мать лишь выдохнула и обняла жёлтого пса в ответ.       — Я знала, что ты так и скажешь, твой оптимизм всегда меня радовал, но в этот раз будь более серьезен.       — Понимаю мам, я тебя не подведу… обещаю.       — Люблю тебя!       — И я тебя, мам — С лёгким придыханием ответил он. Попрощавшись, песик вышел из палаты, а после и из больницы. Хвостатый стал ждать трамвай обратно домой, обдумывая в это время слова матери насчёт Напа. Лохматик пришёл к тому, что скорее всего она просто излишне волнуется за него, просто инстинкты матери. Волнуется, что я уехал на такой долгий срок и возвращаюсь. Конечно. Ничего плохого произойти не может, тем более если он будет вместе с Кетнапом. Ведь так?

*Время пока даже не подошло к пяти часам утра*

      Прошло уже несколько дней с того разговора в больнице. Мать выписали только вчера, а сегодня они должны были уже сесть на рейс. Лучи солнца пробивались сквозь жалюзи, освещая просторы комнаты. Они скользили по поверхностям, мягко растекаясь по кровати. Расползались по стенам размытыми бликами, и преломлялись на стеклянной вазе, которая стояла на столе рядом с кроватью, разбиваясь на радугу мелких цветных искр. Тёплый свет наполнял комнату особой тишиной и покоем, словно всё вокруг замерло, впитывая в себя первые дыхания долгожданного дня. Этот свет должен был разбудить щенка, но щенок и так уже не спал. Для него этот день был волнительным и пугающим по-хорошему. Представление, что спустя столько времени мальчишка увидит снова свой город, улицы и школу, заставляло сердце трепетать и будоражить сознание пониманием происходящего. В конце концов он увидит его...       В это время все спали кроме него и матери. Они только встали. Вещи были собраны. Осталось только привести себя в порядок и направиться в родной город. Будут ли они скучать по этому месту? Ну… как сказать… Мать скорее всего нет, учитывая, что она пролежала всё время в больнице. А Дей? Дог немного, но явно меньше чем по своему родному дому и городу. В новой школе ученик завёл друзей, и даже, в какой-то мере, был лидером класса, но… без Напа это было не то. щенок чувствовал, что не здесь его родное место, далеко не здесь.       Дей стоял напротив зеркала.       Лампа тускло освещала ванную комнату с не самым новым ремонтом; в некоторых местах плитка потрескалась, виднелись пожелтевшие разводы. Догдей же после горячего душа, из-за чего комната и наполнилась паром, выглядел опрятно и мило. Его оранжевая шерсть блестела от лампы над ним, что излучала холодный свет. Взяв зубную щётку и выдавив немного пасты, обладатель золотистого меха приблизил её к своей жёлтой мордочке. От чистки зубов уши пса слегка качались. По цвету они были чуть темнее как и его лапы. Чистя зубы и свои небольшие клыки, Дей думал, что ему стоит надеть в поездку. Хотя… эти раздумия были бессмысленны и только специально коротили его время: свою одежду пёс приготовил за несколько дней до вылета.       Несмотря на то, что из-за такого раннего подъёма он выглядел слегка замятым – он был рад. Рад, что наконец вернётся. Сначала он пытался скрыть своё волнение за привычной сосредоточенностью чистки зубов, но в груди всё равно нарастал трепет. Вместе с этим где-то в глубине тянулась тонкая нить тревоги. Она была как волнение перед чем-то очень важным, что вот-вот случится. Дей вспоминал, как долго ждал этой поездки, как представлял себе, что снова увидит старые улицы, друзей, как будет гулять по знакомым местам. И теперь, когда до этого оставались считаные часы, он вдруг начал бояться, что что-то пойдёт не так. Это волнение смешивалось с радостью, делая ощущения особенно острыми. В уголках глаз таилась усталость от раннего подъёма, но даже так можно было заметить нечто необычное в нём. Что-то отличало его от остальных.       Выйдя из душевой, он пошёл в свою комнату. Дог начал одеваться. В основном его одежда была ярких тонов, и лишь иногда в его гардеробе встречались нейтральные цвета для таких важных событий, скажем, как поездка в больницу.       Также герой взял свои рисунки и карандаши. У Догдея был талант к рисованию, и в общем ушастый любил это занятие, может когда-нибудь хвостатый сможет превратить своё хобби в заработок, но пока это лишь его мечты.       Но перед тем, как точно уходить, Дог должен был забрать самое ценное, что было у него. зверёк пошёл к своему столу. На столе лежала вещь, которую он снимал каждую ночь и надевал каждое новое утро после сна – амулет в виде солнца. Кот говорил, что пёс всегда ему напоминал солнце и лучик света – такой же тёплый и жизнерадостный. Взяв и надев его на шею, он понял, что теперь точно готов.       У порога ушастый песик встретил мать, выходя из комнаты с чемоданом в руках. Перед смертью не надышишься, но они хотели запомнить эту квартиру как можно лучше перед тем, как покинуть её.       — Ты готов? — Спросила женщина. В её взгляде читалась слабая усталость и измученность. И нет, это было не потому, что она только недавно выписалась из больницы: вставать по утрам было особенно тяжело, учитывая такую рань.       — Я этот день ждал слишком долго чтобы не быть готовым! — Искренне улыбнувшись ответил пёс. Его белоснежные зубы и улыбка могли растопить сердце любого, кто увидел эту улыбку впервые.       И всё-таки пора идти. Выйдя в коридор, они закрыли квартиру. Медленно спускались по лестнице. Пёс помог матери, неся почти все сумки на себе, его телосложение было довольно спортивным, поэтому ему это не составило особых проблем. После они вышли на улицу и направились к такси, которое пёс успел вызвать через телефон. Лучик солнца давно предлагал купить матери телефон, но она всегда отказывалась под предлогом того, что он ей был не нужен. Спустя время мальчишка понял, что это был лишний повод приехать к матери и лично встретиться с ней. А раз уж новая работа требовала длительные отъезды, то телефон теперь был необходим.       Сам того не заметив, пёс уже сидел в самолёте у окна. Герой почувствовал, как самолёт начал двигаться. Набирая скорость и разгоняясь, перед глазами пса всё быстрее проносились здания, которые Дог больше никогда не увидит. После он ощутил, как самолёт отцепился от взлётной полосы. Спустя время они уже были высоко над землёй, среди облаков.       Чтобы скоротить время парень решил перечитать одну книгу – ту самую, которую псу когда-то подарил его лучший друг. Хоть ушастый песик и не любил читать, подарок от Напа перечитывал неоднократно. Кот сильно удивился, узнав, что его друг не очень любил читать. Решив исправить данную ситуацию, кот выделил из своей личной маленькой библиотеки его лучшую историю.       Только собравшись открыть книгу, зверёк увидел, как из неё выпал небольшой засохший жёлтый цветок. Воспоминания о детстве тотчас окутали Догдея – о детстве, таком близком и одновременно далёком от него. Как пахла трава и как солнце жгло затылок. Оно казалось гораздо сильнее, больше и жарче тогда. В память врезалась та прогулка, которую щенок помнил так ясно, будто она произошла только вчера. Но вот только он понимал – все его самые лучшие прогулки были несколько лет назад. Теперь Догдей собирался это изменить…

______________________

      — Кетнап, подожди меня! — С одышкой и сбитым дыханием говорил Дей. Согласившись взглянуть на новое место по предложению кота, он последовал за котом без лишних раздумий.       — Не переживай Дей… мы уже почти дошли. — Тоже тяжело дыша, пытался выдавить из себя хвостатый. Ушастый мурлыка хотел показать одно место, которое должно было понравиться псу, в этом зверь был уверен. — Вот, мы почти дошли… — Подойдя ко псу и взяв его за руку, он повёл его за собой к пышной иве, что находилась возле бурной реки. Подойдя ближе, они слегка пригнулись, чтобы пройти сквозь величественные ветви дерева, которые свисали чуть ли не по самую землю.       — Хорошо, но учти, что я не… — Не успел ушастый песик договорить, как увидел перед собой небольшую застройку, походящую на домик, что находился на одной из крепких и больших веток ивы. До этого его закрывали массивные ветви, но теперь он мог увидеть постройку во всей красе. — Вау! Нап… ты… ты это сам построил? — На лице Догдея появилось удивительное выражение, смешивающаяся с замешательством. Хвост начал реагировать на внезапный скачок эмоций.       — Вообще, мне помог ещё Киккин, но даже вдвоём сооружать это было очень тяжело… — Левое ухо слегка дёрнулось, улавливая восхищённые нотки пса. В это время фиолетовый хвост кота слегка изогнулся, выражая признательность за такую реакцию. — Чего стоишь? Пошли внутрь! Для кого я это строил?       — А? Для кого? — Не до конца доходило до лучика солнца.       — Да для тебя я это всё строил, глупыш… — Усмехнувшись и слегка приобняв ответил котик.       Сидя уже в самом домике, пёс разглядывал обустройство ветхой хижины. Теперь им будет куда приходить во время дождя или плохой погоды. Точно не в дом: ведь он находился далеко, и не факт, что после этого родители отпустят снова. До вечера они провели в этом сооружении, веселясь, болтая, играя, после чего, отправившись домой, пошли через хвойную поляну.       — Дей погоди… — Звонким голосом остановил пса, пока фиолетовый кот, сидя, шарился в каком-то из кустов.       — Нап, что ты там опять нашёл? — Мордочка, обладающая жёлто-оранжевым окрасом, подала краски заинтересованности, интересуясь действиями его собрата.       — Подожди чуток… — После этих слов фиолетовый котёнок лишь сильнее начал копаться. — И-и-и… Есть! — Посмотрев на Дога темноглазый котик встал, спрятав руки назад, и медленно начал подходить. — У меня есть для тебя сюрприз. — Вымолвил из уст озорной ухмылкой. Подойдя, из рта прозвучала ещё просьба: — Можешь, пожалуйста закрыть глаза?       — Закрыть глаза? Зачем тебе это?       — Надо… просто доверься. — Немного смутившись, друг всё же послушался. Глаза медленно закрылись. Вдруг обладатель золотистой шерсти почувствовал что-то за его ухом.       — Открывай — Коротко ответил котёнок. Пёс открыл глаза, рука сразу скользнула к тому месту, где недавно золотистый щенок ощущал лёгкие касания кота.       — Это… — Немного удивившись произнёс щенок.       — Цветок. — После этих слов основания ушей собачонки слегка приподнялись. — Он всегда будет символом нашей вечной дружбы и знаком о том, что ты – самый лучший друг! — На лице усатого играла добрая улыбка. Глаза же собачки округлились от удивления, сияя искренним шоком.       — Вау… Нап… спасибо тебе. Он будет мне тоже напоминать, что рядом со мной самый замечательный друг на свете!       — Вместе навсегда?       — Навсегда! — Весь путь зверьки смеялись и бесились под заходящим солнцем кроваво-лазурного заката.

______________________

      Догдей сам того не заметил, как утонул в воспоминаниях о детстве – времени мечтательном и одновременно приземлённом, разрозненном из-за своей мозаичности и множества разноплановых историй. Пробудило же его объявление проводника, который сообщал о скорой посадке самолёта. Хоть окружающий шум и вырвал его из потока мечтаний, зверёк продолжал думать о скором событии. Пёс с нетерпением ждал встречи с котом. Ему было интересно его увидеть.       — "Интересно, каким он стал сейчас? Как Нап выглядит? Я помню, когда уезжал, этот кот был чуть ниже меня. Наверное, теперь мы бы даже не узнали друг друга." — Думал про себя.       Самолёт же к этому времени садился. Значило это лишь одно…       Все моменты, которые последовали после пролетели незаметно. Сам того не заметив, пёс уже подъезжал к знакомому дому по улице, чьи узоры до боли знакомы. Они с Кетнапом жили не в центре города – это позволяло семье иметь своё собственное жильё, а не ютиться в тесных квартирах.       Окутывало странное ощущение. Спустя многие годы он видит те места, в которых когда-то проводил всё свободное время. Как будто это было только вчера. Неужели это произошло?       Выходя из заказанного такси, они направились в их дом. Небо было довольно хмурое, но дождь по прогнозу не обещали. Первое время будет не привычно: придётся раскладывать вещи, убираться и заново обживаться в хоть и родном, но уже позабытом доме. Наш герой провёл лапой по облупившейся доске на заборе, где когда-то вырезал своё имя. Буквы почти стерлись, но память о них осталась яркой и живой. Они прошли по короткой тропинке, вдоль которой когда-то росли мелкие кустарники. Ушастый зверь сразу вспомнил, как они с Кетнапом помогали его матери с посадкой, тогда, в яркий и солнечный день. Пёс задержался на мгновение, вдыхая знакомый запах – смесь знакомой растительности и чего-то блаженного, до сих пор почти неуловимого.       — Ну что, домой? — улыбнулась мама.       Внутри всё казалось чуть меньше, чем жёлтый хвостатый запомнил: коридор – не такой длинный, лестница – не такая крутая. Но стены, покрытые старыми обоями с цветочным узором, всё так же бережно хранили тепло. В гостиной всё стояло на своих местах: книжный шкаф, старое кресло, потертый ковёр, на котором он когда-то строил свои первые замки из подушек.       Пёс осторожно поставил чемодан у стены, огляделся и почувствовал, как в груди разливается лёгкая грусть, смешанная с тихой радостью. Сколько всего произошло с того времени, как они покинули этот дом. А теперь — всё начинается заново.       — Пахнет так же как я помню, — тихо сказал пёс, оглядываясь по сторонам. Чёрный носик Догдея чуть дёрнулся.       — Даже не верится, что мы снова здесь. — добавила женщина, снимая пальто. — Всё как будто застыло во времени.       — А мне кажется, что дом нас ждал, — прошептал пёс, осторожно трогая лапой старый ковёр у входа. — Смотри, даже потёртости остались от моих прошлых выходок. Женщина улыбнулась, глядя на него.       — Ты всегда был неугомонным. Помнишь, как носился по лестнице, а я боялась, что ты собьёшь все цветы с перил?       — Помню, — засмеялся пёс. — А потом ты прятала от меня вазон с фиалками.       — Теперь, когда ты вырос, я надеюсь, ты будешь чуть поаккуратнее. Я уже планировала поставить их снова в ближайшее время. Только будешь ухаживать за ними во время моих отъездов. Хорошо?       — Хех… Ладно.       — Нам нужно сейчас купить продукты. Не мог бы ты отнести эти чемоданы наверх, а потом сходить за ними? — Сказала мать, пройдя дальше в дом. Пёс оживился:       — Наверх? Конечно! Интересно, что там сохранилось… Может, даже мой старый мячик остался и мои рисунки.       — Проверь, — улыбнулась женщина, — но только аккуратно, не упади пока будешь подниматься. Привыкай, теперь у тебя дома снова есть лестница! — Пёс засмеялся на лёгкое поддразнивание и направился в свою комнату.       Чуть позже зверёк вышел из дома и направился в магазин. По пути Догдей невольно метнул взгляд на один из дворов дома – здесь когда-то они с Кетнапом устраивали свои маленькие приключения, прячась от взрослых и придумывая собственные миры. И не просто так именно в этом месте. Ведь это был дом кота.       — Чуть позже надо будет зайти к нему. Точно! Как только выполню поручения матери так сразу пойду к нему. Для него это будет сюрприз!       Подходя уже к магазину, наш герой услышал странные звуки, которые доносились из переулка. На мгновение Догдей замедлил шаг и прислушался. Звуки были тихими, но отчётливыми: будто кто-то возился с чем-то металлическим, иногда прерываясь на короткие, еле слышные вздохи. Также пушистик слышал какой-то голос, несколько голосов. Любопытство взяло верх. Он осторожно подошёл ближе к переулку, стараясь ступать как можно тише. За углом ему открылся неожиданный вид: группа постарше запихивала кого-то в чёрный мешок и смеялась.       Догдей почувствовал, как внутри всё сжалось. мальчишка быстро оценил ситуацию: мешок был большой, и из него доносились приглушённые звуки – кто-то пытался выбраться, но хулиганы лишь смеялись громче, подзадоривая друг друга.       — Эй! — громко и резко рявкнул Догдей, делая шаг вперёд. Его голос прозвучал твёрдо и неожиданно для всех в переулке. — Прекратите! Что вы творите? — Парни резко обернулись. Один из них, самый дерзкий, хотел что-то сказать, но Догдей не дал ему и слова вставить, продолжая идти к ним, не отводя взгляда и сжимая кулаки. — Прекратите немедленно, — процедил он сквозь зубы, не сводя с них глаз. — Или пожалеете. — его голос прозвучал так уверенно, что даже у самого смелого из них дрогнула рука. Его взгляд стал по-настоящему зверским – холодным, пронзительным, полным ярости. В этот момент на свет показались его острые клыки: губы слегка приподнялись, выдавая готовность защищать. Что-то внутри зверя таило первобытную звериную силу — страшную и мало кому знакомую. Хулиганы, привыкшие к тому, что все их избегают, не ожидали, что кто-то вот так просто пойдёт на них.       — Да ну его блять. — пробормотал один парень. — Ещё свяжешься с таким, потом хуй разгребёшься.       — Пошли. — поддержал другой. — Он ёбнутый какой-то, сам нарывается. — Группа нехотя отступила, бросая напоследок недовольные взгляды, но быстро растворились в глубине двора, будто и не было их.       Парень тут же бросился к мешку, поспешно развязал тугой узел и осторожно развернул ткань. Изнутри донёсся слабый, едва различимый «мяу», и вот – на свет показалась знакомая, хоть и потрёпанная, мордочка с большими испуганными глазами. Это был кот, которого ушастый песик точно не ожидал увидеть. У Дея перехватило дыхание от шока: — Кетнап?!