Come to claim

Я вернулась в квартиру, чтобы переодеться перед походом в «Нокс». Не спеша приняла душ, уложила волосы и сделала макияж. Сегодня я выбрала комплект нежно-розового цвета. Обычно я бы не выбрала такой оттенок, но что-то в этом вечере заставляло меня хотеть чувствовать себя мягкой и женственной. Я нервничала перед встречей с Монстром, но в то же время была готова положить конец этим нелепым, пропитанным похотью мыслям о Драко. Хороший секс с Монстром должен это исправить. Сегодня вечером основное пространство было переделано, и с потолка свисали несколько больших клеток. Ведьмы и волшебники, едва прикрытые одеждой, танцевали и извивались внутри. Те, кто сидел у бара, наблюдали за их движениями, и я подумала, сколько же уверенности нужно, чтобы вот так выйти перед толпой и двигаться, как они. Я вышла из лифта и свернула за угол. Псевдотрон, на котором восседал загадочный Монстр, вызвал в животе рой бабочек. В своей высокомерной надменности и силе он был самым настоящим королём. Его ухмылка стала шире, когда он меня увидел. Он прошёл сквозь весь центр действа, словно его вовсе не волновало, что он всем мешает. Ни слова не сказав, он поднял меня и закинул себе на плечо. Я удивлённо пискнула, но он шлёпнул меня по заднице, оставив после себя великолепное жжение. — Котёнок, — поприветствовал он, увлекая меня прочь от укромных ниш и неся по коридору. Он выбрал комнату, и я погрузилась в её темноту. Я не видела даже своей руки перед лицом. Но затем в углу загорелся мягкий свет — включилась лампа. Монстр опустил меня на пол, и тут же прижал к стене. Его вес вдавил меня в поверхность, пока он жадно целовал мою шею и грудь. — Поцелуй меня, — велел он, но я промолчала. Мои руки потянулись и провели по контуру его лица. Я хотела этого. Страсть, возбуждение, секс. Пальцы зарылись в его мягкие волосы, и он застонал, когда его рот опустился к моей груди. Я выгнулась навстречу. Перед глазами вспыхнули крошечные звёзды. Боги, как же хорошо, когда тебя трогают вот так. Даже через тонкую, почти невесомую ткань я чувствовала всё. — Я безумно хочу тебя, — прохрипел он. — Так возьми, — сказала я. Я уже скидывала с себя бельё и стягивала с него джинсы. Сегодня никакой медленной прелюдии. У нас были желания, и мы хотели их удовлетворить. Он схватил меня за бёдра и притянул ближе, закинув мои ноги себе на талию. Я всё ещё была прижата к стене, и одной рукой он скользнул между моих ног и начал ласкать меня. Я застонала от этого прикосновения. Я была сильно возбуждена и до жути хотела его. Я вжалась в него плотнее, ловя больше трения, больше давления. Его пальцы впились в моё бедро, удерживая меня одной рукой, пока вторая сводила меня с ума. Холод стены обжигал спину, вызывая мурашки. Мы были в исступлении, цепляясь друг за друга, словно хотели слиться в одно целое. Он выругался и перехватил меня обеими руками, унося от стены. Я повалилась на кровать, и он тут же оказался надо мной. Он резко развёл мне ноги, и тут же скрылся между ними. В моих пальцах остались лишь серебристые пряди его волос, держась за которые, я направляла его. Я моргнула. Что? Я посмотрела на его голову и снова увидела тёмные волосы. Я вгляделась. Я абсолютно чётко видела, как они мерцали — то тёмные, то белые. Что ж. Я окончательно рехнулась. Он потянулся к моей груди, и я снова растворилась в этом блаженстве. Я сосредоточилась на том, что происходит сейчас. Я в «Ноксе». С Монстром. И я вот-вот кончу. Это не Драко Малфой. Я не позволю себе представлять его, когда меня накроет оргазм. Язык Монстра был так же искусен, как и пальцы — каждое движение, каждый нажим, каждый всасывающий импульс затягивал меня всё глубже. Я больше не могла. Я теряла контроль. — Вот так, — выдохнула я. — Да, пожалуйста, Д… Чёрт! — Да, не останавливайся! Но я не могла выбросить Драко из головы. Тот взгляд в лифте. Как его руки властно держали меня. Голый торс на кухне. Эти идиотские, до боли милые рисунки. Нежность, с которой он обнимал меня. Шероховатая ладонь на груди, когда мы спали. Я вскрикнула, взрываясь оргазмом. В голове звенело. Я только что кончила, думая о Драко. Раньше меня влекла скрытность Монстра. Загадочность. Напряжение. Игра, в которой я могла ускользнуть. Но теперь? Это? О чём я только думала? Я не могу быть с Драко. У нас ничего не получится! — Ещё раунд, — прорычал монстр, обезумевший от желания. Из груди вырвался сдавленный крик, и он снова набросился на меня. — Нет, нет, — взмолилась я. — Мне нужно немного…Слишком чувствительно. Но он не слушал. Поднялся на локти вошёл до самого основания. Словно по команде, мы оба выдохнули, но уже через секунду всё затопили хриплые стоны и сдавленные ругательства. — Боги, какая же ты… — прорычал он. — И вся, чёрт возьми, моя. Он двигался без пощады, толчок за толчком, заполняя меня до предела. Я чувствовала его везде. — Поцелуй меня, — повторил он, но я отвернула голову. Ноги начали подгибаться, накатывала очередная волна оргазма. Его рот снова сомкнулся на моём соске, и я задрожала под ним. Я кончила, пока он вбивался так глубоко, что я почти забыла, где нахожусь, кто я и как дышать. Я почти обмякла, когда он поднял меня и перевернул. — Вот так, котёнок, — прошептал он. — Дай мне взять тебя вот так. Он вошёл очень глубоко. Хлопок по заднице вывел меня из сладкой неги. Жгучая боль заставила меня зашипеть. Он отшлёпал меня ещё трижды, и я выгнулась от удовольствия. — А теперь вверх, — скомандовал он и обхватил меня за талию и за шею, подтягивая вверх. Он прижал меня к своей груди. Его руки сомкнулись вокруг меня, будто ремни безопасности, будто он пытался прижать меня ещё ближе, стать частью меня. Он целовал мои щёки, шею, плечи — всё, до чего мог дотянуться, пока двигался во мне. — Ты такая идеальная, — прошептал он. — Такая невыносимо красивая. Просто совершенная. Он ускорил ритм, и я задрожала в его объятиях. Он был таким сильным, таким сексуальным. Я любовалась татуированными руками, которые держали меня. Вцепилась в его предплечья и держалась. Лампа в углу взорвалась, и нас окутала полная темнота. И он кончил с низким рыком. Снова и снова скользя во мне, выжимая до последней капли удовольствие из наших тел. Он тяжело выдохнул и, наконец, замер. В тишине комнаты звучало только наше тяжёлое, сбивчивое дыхание. Он всё ещё был внутри, когда опустил нас на кровать. — Акцио палочка, — пробормотал он. Он постучал палочкой по моему бедру и произнёс контрацептивное заклинание, после чего я снова услышала, как палочка стукнулась о пол. Он бережно откинул волосы с моего лица и снова обнял меня крепко. Я была в полном раздрае. Он — тоже. Но он не отпускал меня, пока мой разум уносился куда-то далеко отсюда. К кому-то другому. Я выругалась про себя за то, как быстро работает мой мозг. Раньше я гордилась тем, как быстро соображаю, как могу думать о чём угодно в любой момент. А теперь это бесило. Драко Малфой не был тем, кто дарил мне оргазмы, от которых отшибает разум. Не он сгибал моё тело так, как я даже не мечтала. И всё же… именно его лицо я представляла. Его голос звучал у меня в голове. — Был ли я слишком груб? — спросил Монстр. — Нет, — покачала я головой. — Всё было идеально. Потрясающе. И так и было. Всё, что он делал, так точно, так умело. Всё это сделало моё тело пьяным от удовлетворения. Он поцеловал меня в щёку. — Пошли, — сказал он, шлёпнув меня по заднице. Он вышел из меня, и я сразу почувствовала, как исчезло его тепло. Я застонала. Тело, затёкшее и уставшее, протестовало против движения. Несмотря на полную темноту, он легко поднял меня на руки и уверенно пошёл через комнату. — Значит, ты ещё и в темноте видишь? — поддела я. Он не собирался ставить меня на ноги. Но я услышала, как он начинает набирать воду в ванну. — Я не собираюсь надевать маску снова, — сказал он. — Так что мы можем остаться в темноте или ты, наконец, можешь взглянуть в лицо мужчине, который держит тебя на руках. Моё тело замерло от его слов. Зачем он это делает? Зачем рушит то хрупкое равновесие, что у нас было? Всё внутри меня звало бежать. Избежать этого. Избежать его. Избежать боли, которую это может принести. Но я осталась. Я выбрала темноту. Он вошёл в ванну, опуская нас обоих в горячую воду. Сразу прижал меня к своей груди и убрал волосы с моего лица, закрутив их на макушке в узел. Я расслабилась, прислонившись к нему, и стала думать, что всё это значит. Для нас. Для меня. Я не хотела знать, кем был Монстр. Не потому, что у меня фетиш на маски. Не потому, что я боялась, кто он на самом деле. А потому что я боялась, что он — не он. Один мужчина постоянно всплывал в моих мыслях. Один мужчина завладел моим вниманием настолько, что я отвлекалась даже во время оргазма с другим. Один-единственный. И если, а точнее когда, Монстр окажется не им, это разобьёт мне сердце. Потому что где-то глубоко, в самых тёмных уголках моего сознания, теплилась крошечная надежда...а вдруг… вдруг это всё-таки он. А если всё же он? Я медленно выдохнула. Я не могла позволить себе надеяться на это. Я не могла позволить себе придумывать ещё больше сцен, в которых Драко Малфой преследует меня, интересуется мной или испытывает ко мне влечение. Мой собственный муж смеялся надо мной. Если уж я не смогла возбудить Рона Уизли, то как, чёрт возьми, я могла бы понравиться кому-то вроде Драко Малфоя? Никак. Так что, как бы жалко, отчаянно и унизительно это ни звучало, я выбрала защитить себя. Я выбрала остаться в своём блаженно-неведающем мире фантазий. Потому что Гермиона из «Нокса» была роковой женщиной. Богиней секса, которая требует удовольствия и получает его. Мужчины дрочат, едва завидев её. Она желанна и ни перед кем не тушуется. Она ходит по клубу в крошечном белье, потому что знает, как хорошо в нём выглядит. Она уверена в себе, и ей нравится видеть, как мужчины рядом теряют волю от желания. Но главное, у Гермионы из «Нокса» есть тот самый мужчина в маске. И он трахает её лучше всех. Он хочет владеть её душой. Хочет быть единственным. Хочет, чтобы она принадлежала только ему. И хотя всё это звучит нелепо и смешно при дневном свете, здесь, в ванной в «Ноксе» я почти могу поверить, что это правда. Я могу поверить, что мужчина, держащий меня, — именно тот, кого я хочу. Могу поверить, что достойна его внимания. Могу поверить, что в каком-то странном, альтернативном мире мы могли бы быть вместе. Может, поэтому я и называла его Монстром в голове. На самом деле он им не был. Его жестокость была мимолётной. Но, возможно, это имя родилось из того предвкушения ужаса, который я испытываю при мысли о том, что будет, когда моя фантазия рассыплется. Потому что мужчина, который целует мою шею и осторожно смывает с меня остатки страсти, никакой не монстр. Он просто не тот, кого я действительно хочу. И от этого я чувствовала себя законченной эгоисткой на свете. — Что бы ты там сейчас ни раскручивала в своей голове — хватит, — сказал он за моей спиной, возвращая меня в реальность. — Потому что я собираюсь трахнуть тебя как минимум ещё три раза до рассвета. — Три? Ты же меня сломаешь, — усмехнулась я. Он поцеловал меня в шею, будто с обещанием. — Ты выдержишь. И возбуждение молнией пронеслось вверх по позвоночнику. Быть здесь. Без лишних мыслей. Представлять того, кого хочу. Потому что в конце концов, всё это не навсегда. А значит, я должна впитать в себя столько удовольствия, сколько смогу, пока оно снова не исчезло из моей жизни. Я повернулась в тёмной ванне и посмотрела на монстра. Он осторожно усадил меня на себя, и я опустилась на его твёрдый член. Мои пальцы скользили по выпуклым рубцам на его коже. Я запоминала, как ощущаются его волосы в моих ладонях, и то жгучее желание, что разгоралось внизу живота. И пусть всё это казалось интимным и страстным, я так и не позволила себе поцеловать его. Я не смогла оправдать шаг, который изменил бы суть всего, что изначально не имело шанса. Пусть тайна останется там, где ей место.